Любовная ненависть

      — Хочешь знать, как заставить Еву снова двигаться? — бросил Каору вслед уходящей девушке, выглянув при этом из туалета.       Его странное утверждение повисло в воздухе за спиной Аски, заставив её сначала замедлиться, а затем и вовсе остановиться. Она понимала, что не должна вестись на подобное и не хотела давать странному парню даже шанса почувствовать слабину. Однако стоило ему упомянуть Еву, как сработал некий рефлекс. Тело словно само замерло не в силах сделать и шага. Секунду она медлила, справляясь с бушующими эмоциями, а затем яростно обернулась, инициируя зрительный контакт. Аска собиралась подавить Каору одним взглядом. Показать своё превосходство, заставив стушеваться и отступить, опустив голову, как она делала с дураком-Синдзи.       Но этот противник оказался не так прост. Её пронзительные, малиново-красные глаза смотрели на неё так пристально, что под их взглядом она почувствовала себя голой. Каору как будто видел её насквозь. И это пугало — учитывая... неоднозначную ситуацию.       — Ты расскажешь мне, как пилотировать Еву? Ты?! МНЕ?!! Да что, ты,черт возьми, вообще можешь знать об этом? — страх обратился в злость, и Аска накинулась на собеседника даже ещё прежнего. — Ты никто и звать тебя никак! Заткнись и проваливай!       — Вообще-то это ты уходила, а я просто шёл в туалет, — с поистине-лисьей улыбкой заявил Нагиса. И пусть сказанное прозвучало издёвкой, ему каким-то образом удалось разрядить обстановку. Желание отгородиться от опасного взгляда и сбежать из пустого коридора, покинуло Аску. Она смотрела на Каору и снова видела перед собой обычного парня, а не седого, всезнающего старика, рядящегося в маску юности. С таким она могла справиться. Такому могла даже врезать, при желании. А таковое имелось.       — Ну так и вали! Чего за мной то пошёл? — рявкнула Сорью, но с места не сдвинулась. Нагиса молча посмотрел на неё пару секунд, словно желая убедиться, что она не уйдёт снова. Видимо не хотел кричать собеседнице в спину и, тем более, бежать за ней.       — Я хотел помочь, но если желаешь, я могу уйти, — Аска глубоко вдохнула, досчитала до десяти, разжала пальцы, сжавшиеся в кулаки, и плечи, позволив рукам свободно свисать вдоль туловища. Только после она достаточно успокоилась, чтобы ответить ему.       — Как? — короткое слово слетело с её губ тяжёлым вздохом. — Как, черт возьми, я должна открыть свое сердце марионетке..?       — У Евы такое же сердце, как у тебя? — спокойно пояснил Каору. — Закрыв своё ты никогда не сможешь синхронизироваться.       — Закрыть своё сердце? — насмешливо переспросила девушка и её синие глаза снова схлестнулись с красными в поединке взглядов. — Что ты несёшь? Я ни черта не закрывала! Зачем?! Ева — всего лишь кукла! Моя кукла и она должна слушаться меня.       Удивленный, Каору впервые за весь разговор не знал, что ответить. Слова Лэнгли как будто не укладывались в его голове.       — Может, тебе следует вглядеться в себя, чтобы это понять, — не слишком уверенно пробормотал он наконец. И этот расплывчатый ответ только пробудил в Аске злость. Она искренне пыталась сдержаться и дослушать его до конца. Но не сумела.       — Нет, это тебе следует заткнуться, — рявкнула она, грубо оборвав дальнейшую дискуссию. — С меня более, чем достаточно твоего самодовольства и непонятных нравоучений. Ты звучишь так, будто у тебя есть ответы на все вопросы, но я пилотирую Еву-02!       — Завтра, в десять, во время повторного синхротеста, я попытаюсь объяснить, — прежняя улыбка вернулась на лицо парня, но Аска уже не видела этого. Развернувшись она дошла до конца коридора и скрылась за поворотом, не позволив остановить себя.       Тогда рыжая не поняла, что пытался сказать ей Каору. Смысл его слов дошёл до неё лишь на следующий день — во время очередного синхротеста. Когда она увидела его выходящим из контактной капсулы в этом тёмно-фиолетовом, почти чёрном комбинезоне. Вот тогда-то до неё и дошло, что это странный беловолосый парень, был не просто дружком Синдзи, которого этот идиот зачем-то притащил в штаб-квартиру, а её дублёром. Худшие опасения девушки оправдались — Nerv правда планировали её заменить!       Нет, она конечно и раньше подозревала это и готова была поклясться, что слышала как Мисато и Рицуко обсуждали такую возможность, перешёптываясь в уголке. Но... она и подумать не могла, что именно Каору станет активным пилотом малиновой Евы после того, как её переведут в резерв. Да за одно это Аске уже не терпелось познакомить физиономию этого выскочки со своим кулаком. А учитывая их вчерашний разговор и проявленное юношей лицемерие она и вовсе готова была перейти в режим берсерка. Этот всезнайка говорил так покровительственно, давал советы, а сам просто хотел пилотировать Евангелион! Как она была зла!       Растолкав техников, возившихся с её,между прочим,модулем,девушка бросилась на своего обидчика. Никто не посмел остановить её — ни учёные, ни убравшаяся с пути Мисато. Не испугался лишь сам Каору. Этот раздражающе жизнерадостный идиот. Да, он был именно идиотом, потому что даже дурак-Синдзи уже уяснил, что когда Аска в таком состоянии нужно вжаться в стену и молиться, чтобы рыжая угроза миновал. Этот же смертник, заслышав её гневную поступь не убежал, а вскинул руку в радушном приветствии.       — Аска-сан, ты всё-таки пришла. Рад тебя видеть, — улыбка, засиявшая на бледном лице парня оказала столь обезоруживающей, что у Сорью рука не поднялась ударить его. Вместо задуманной пощёчины, она ограничилась обвинениями.       — Что, позлорадствовать решил? — ядовито прошипела она, вглядываясь в его красные, словно у Рэй, глаза, что совсем не добавляло юноше привлекательности. — Думал, увидев тебя в кабине моей Евы я убегу и расплачусь в уголке? Не дождёшься!       Заметив удивление, пробившееся сквозь фальшивую, улыбчивую маску, посланного ей на замену парня, Аска удвоила натиск.       — И заруби себе на носу, ты… — больно ткнула указательным пальцем в грудь Каору, она схватила его за воротник комбинезона и припечатала к стене — …не получишь Еву-02. Ты — всего лишь резервный пилот, и в резерве ты и останешься. Всё ясно?       — Ясно, — с той же спокойной, выводящей из равновесия улыбкой, ответил беловолосый, даже не пытаясь оттолкнуть Аску, или хотя бы сбросить с себя её руку. И эта покорность злила едва ли не сильнее, чем даже нерешительность Синдзи, или молчание Рэй.       — В самом деле? — рыжеволосая пододвинулась к альбиносу так близко, что он, наверное, смог почувствовать её дыхание на своей коже. Икари на его месте уже был бы в панике, однако этот парень не то что не отодвинулся, но даже в лице не изменился.       — Да, — улыбнулся он, сказав то, чего девушка уже никак не ожидала. — По моему мнению, ты гораздо лучший пилот, нежели я.       Аска даже отпрянула как от пощёчины. Этот ублюдок имел наглость заявлять ей подобное, хотя явно был в курсе её провала. Он просто напросто издевался над ней! Решив так, рыжеволосая сжала кулаки, сминая отглаженный воротничок, но в последний момент остановилась. Ведь говорил юноша доброжелательным тоном, а его слова мало походили на издёвку. Скорее уж на комплимент.       — Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду?! — воскликнула сбитая с толку Аска не ослабляя хватки, которая стала уже удушающей.       — Никакой уровень синхронизации не заменит того опыта, который получила ты и пилоты других Евангелионов. Я вообще не чувствую, что должен быть здесь, — своим признанием Каору смутил и ещё больше запутал Аску. Ещё секунду она ненавидела этого красноглазого альбиноса и готовилась превратить его жизнь в ад своими издёвками, однако теперь… агрессия внезапно покинула девушку. Сменилась растерянностью, ощущать которую рыжая не хотела, а потому решила ретировалась. Сохранив лицо, конечно же.       — Смотри у меня, — взмахнув перед лицом Нагисы указательным пальцем, она развернулась на каблуках и, как ни в чём ни бывало продолжила путь. А Каору пристроился рядом, вышагивая расслабленной, вальяжной походкой и добродушно улыбаясь ей.       — Как прошел твой день, Аска? — через некоторое время спросил Каору, снова заставив рыжую заподозрить подвох. Скосив глаза в сторону шествовавшего рядом парня и, не обнаружив в его словах дурного подтекста или тайного смысла, расхохоталась.       Не смогла совладать с эмоциями. Они прорвались наружу нездоровыми, захлёбывающимися звуками. Второе Дитя смеялась и смеялась, не в силах остановиться. Прямо как сумасшедшая. Остатков силы воли едва хватило, чтобы загнать истерику обратно внутрь и запереть там, но Аска заставила себя сделать это. Она не могла сейчас сорваться. Сначала нужно было достать этого типа, посмевшего спрашивать, как прошёл её день. Издеваться над ней. Ведь он явно был в курсе её очередного фиаско во время теста.       — Чертовски ужасно, спасибо, что спросил, — и если бы сарказм в её голос был ядом собеседник уже умер бы от интоксикации. Но убивать словами Аска, пока что ещё не научилась, а потому вынуждена была продолжать мириться с навязчивым присутствием.       — Чего увязался за мной? — спросила она, окончательно убедившись в том, что сам собой молодой человек никуда не денется.       — Разве я не могу просто проведать коллегу? — вопросом на вопрос ответил тот, и по его вздёрнутому подбородку Аска поняла, что не сможет вытянуть из него настоящую причину их встречи, сколько бы ни старалась. Впрочем, она и так слышала кое-что...       — Лучше просто скажи, что ревнуешь, из-за того, что Синдзи предпочёл тебя Рэй, — она пыталась поддеть попутчика, но вместо этого только разозлилась сама. В последнее время Синдзи стал проводить больше времени с Рей, а после очередного теста на Синхронизацию и вовсе остался у неё на ночь — видимо «обсудить» их успехи. Как же это взбесило её тогда! Аска не терпела, когда её игнорируют и имела все основания полагать, что выскочке это тоже будет неприятно. Поэтому и напомнила с такой радостью.       Его доброжелательность, может быть и смогла поколебать изначально-агрессивный настрой девушки, но не свела на нет полностью. Аска ненавидела Каору за одно только то, что он являлся резервным пилотом её модуля, служа постоянным напоминанием о нависшей над ней угрозой замены. Ну а результаты последнего теста, в котором он обошёл её по количеству баллов, и вовсе сделали беловолосого целью номер один. Девушка собиралась противостоять ему. Но не кулаками, а с помощью колких слов.       — Я слышала о том, как вы сблизились за последнюю пару дней, два яощика, — продолжила наседать Аска, думая, что нащупала болевую точку. — Даже мыться вместе ходили. Тебе, наверное, невыносимо видеть его с другой. Ты теперь... отвергнутый любовник.       К её разочарованию улыбка Каору стала только шире. Скосив на девушку взгляд, он со странным удовлетворением заявил:       — Напротив, я рад что Синдзи смог пообщаться с кем-то, кроме меня. А вот ты звучишь так, будто ревнуешь к Аянами, Аска-сан.       — Что?! — взвилась девушка, чуть ли не подпрыгнув на месте. — Ревную? Я? И кого — его? Этого неудачника, который сам себе шнурки завязать не может? Ты в своём уме?! Ревную... никого я не ревную. Мне, если хочешь знать, нет до Синдзи никакого дела!       Чтобы подчеркнуть разницу между ними, Аска принялась напыщенно рассказывать Каору обо всех своих достижениях, начиная с окончания Берлинского Колледжа в четырнадцать лет и заканчивая выдающимися навыками пилотирования Евангелиона, за что её даже прозвали вундеркиндом. Парень слушал её не перебивая, при этом в его красных глазах появился странный интерес. Прежде, одно только упоминание о её выдающихся способностях злило парней, ущемляя их гордость. Услышав о немецкой красавице, с лёгкостью управляющейся с огромным биомеханическим роботом и щёлкающей дифференциальные уравнения как семечки, они сразу начинали либо оспаривать её возможности, либо искать в ней недостатки, цепляясь к «невыносимому», с их точки зрения характеру.       Каору был другим. Более заинтересованным в её знаниях. Более... зрелым что ли. Это оказалось странно привлекательным.       — Как на счёт философии? — совершенно неожиданно спросил он, заставив Аску удивлённо повернуть голову. Не сказать, что она была застигнута этим предложением врасплох, хотя и, безусловно удивилась, услышав его. Однако, будучи уверенной в том, что сможет поддержать любое обсуждение уверенно кивнула, снисходительно позволив Каору сменить наверняка болезненную тему.       — Я не понимаю, почему представление большинства лилим о себе, так зависит от того, что думают о них окружающие? — начал юноша. — Если ты это ты, то что бы ни думали о тебе другие ты остаешься сбой. Почему лилим настолько волнуют мнения друг друга?       — Потому что человек — существо социальное, идиот! — выдала Аска, разозлённая подобной глупостью. Она приготовилась обсуждать серьёзные темы, а вместо этого получила вопрос уровня младшей школы. Что-то такое даже было на обществознании.       — Почему я идиот? Ай! — скорее удивлённо, чем обиженно воскликнул Нагиса, когда рука Сорью поцеловалась с его затылком.       — Потому что выбесил меня своей глупостью! — отрезала девушка. — Спрашиваешь всякую чушь. Учебник вон лучше почитай.       — Ну вот смотри, — проигнорировав отвешенную ему оплеуху, парень продолжил рассуждать вслух. — Если бы мне пришлось судить о тебе и твоих достижениях на основании данных Nerv, что бы я узнал? Израфил был побеждён тобою не в одиночку, а в кооперативе с Икари Синдзи. И именно Икари Синдзи спас тебя во время неудачной попытка захватить Сандалфона в жерле вулкана.       — Маториил был побеждён только благодаря мне! — от возмущения Лэнгли даже остановилась посреди коридора, вперив в собеседника тяжёлый, угрожающий взгляд. Задетая за живое она снова сменила отношение на враждебное. И готова была побить его. В последнее время все и так обращались с ней, как с ничтожеством, но этот беловолосый перешёл черту. Он посмел покуситься на то единственное, что ещё у неё осталось — память об одержанных прежде победах. Отравить приятные воспоминания о временах, когда её ценили и признавали. Уничтожить единственное укрытие от этой тошнотворной реальности. Да за такое убить было мало!       — Ты сыграла ключевую роль, — признал Каору, — Но сделала это не в одиночку. Победа над Девятым Ангелом — результат усилий всех трёх пилотов. Равно как и в битве с Сахакиилом. Ируил вообще был побеждён без использования Евангелионов. Лелиил побеждён Икари Синдзи. Равно как и Бардиил. В битве с ним ты вообще быстро оказалась нейтрализована. Что касается Ариила...       — Не смей напоминать мне о нём! — сорвалась и закричала Аска, не желая вспоминать об изнасиловании её разума Пятнадцатым Ангелом. Ублюдком, который буквально вывернул её наизнанку. Однако Каору твёрдо решил завершить свою мысль.       — ...он был побеждён Аянами Рэй. Ты оказалась неспособна противостоять вторжению в свой разум. Последствия той атаки были настолько разрушительными, что привели к падению коэффициента синхронизации и способностей пилота. На битву с Армисаилом тебя отправляют в качестве, приманки, но тебе не удаётся даже заставить Евангелион двигаться. В результате Рэй чуть не погибла.       — Какого чёрта ты хочешь?! Что пытаешься доказать? Это какой-то психологический трюк Мисато, чтобы вернуть меня в строй? А хотя плевать! — оттолкнув беловолосого в сторону, она Аска резко зашагала вперёд, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться на бег.       — Я просто показываю тебе, что представления других о тебе может быть ошибоч... — звук хлёсткой пощёчины зазвенел в коридоре. Рыжеволосая не поленилась вернуться и съездить по ненавистной физиономии Пятого Дитя со всей оставшейся силой.       — Прекрати издеваться надо мной! — эти слова она прорычала, как раненный зверь. — Сначала ты называешь меня гениальным пилотом, а потом доказываешь что я полное ничтожество, и ни на что не гожусь. Ты бы определился уже. И побыстрее. Желательно.       — Или что? Ударишь меня? — нотки лёгкой насмешки впервые прозвучали в голосе Каору и этого оказалось достаточно, чтобы Аска снова ударила его. На этот раз уже по другой щеке. Хлопок вышел даже ещё более громким, чем в первый раз. Несколько сотрудников Nerv, появившихся в конце коридора, обеспокоенно взглянули в их сторону. Но не вмешались. Видимо духу не хватило.       — Это что, твой способ решать социальные пробле..? — вслед за вторым ударом последовали третий, четвёртый и пятый. Войдя в раж, Аска избивала свою жертву до тех пор, пока у неё не заболела рука. Каору же было хоть бы что. На его лице не осталось даже красного отпечатка её ладоней! Оно было таким же безупречным, как и перед избиением. Он весь был как будто изваян из мрамора.       — Сказанное мной, было мнением ученых Nerv, не моим, — своей невозмутимостью этот парень напомнил Рэй. И хоть он и не говорил пустым, лишённым чувств голосом куклы, было в его поведении странное спокойствие. Его как будто не волновало, что Аска злится и ненавидит его. Её эмоции не достигали его, отскакивая от его эмоциональной брони, словно снаряды от АТ поля ангела.       — Меня тошнит от тех, кто судят обо мне, ничего не зная, — указательный палец девушки вновь ткнулся в грудь Каору. — А в особенности от ничтожеств вроде тебя! Поэтому скажу всего один раз: отвали от меня, придурок! Я уже сыта тобой по горло, дурак!       — Сначала ответь, пожалуйста, на мой вопрос, — голос парня остался тихим, а тон — вежливым, однако его пальцы, сжавшие запястье девушки, держали достаточно крепко, чтобы она не смогла вырваться несмотря на все усилия. В этом был весь Каору. Вежливый но со стальным стержнем внутри. Скрывающий силу за обманчивой мягкости. И кто знал, сколь велика была эта сила?       — Лилим судят обо всём вокруг. Такова их природа. Почему их суждения волнуют тебя, Аска-сан? — спокойно спросил Каору.       — Я... должна быть лучшей, — сквозь зубы процедила девушка, будучи не вполне уверенной в том, зачем она — всегда стремившаяся поставить себя выше всех остальных — вообще продолжает отвечать красноглазому упырю? Как же добил её тот тест.       — Быть лучшей или получить признание того, что ты лучшая? — уточнил тот. — Что ты сделаешь, если другие не признают тебя?       — Докажу им, что я лучшая, — отрезала Аска, с удивлением обнаружив, что бледному юноше каким-то непостижимым образом удалось зажечь в ней борцовский дух. И не важно — дразнил ли он её, или же неумело пытался помочь, делая ещё хуже своими словами — это действовало. — Если ты гениальна в чём-то — докажи это. Если талантлива опять же, — докажи это. Так это работает.       — Единственная, кому ты должна что-то доказывать, ты сама, Аска-сан. Твои навыки не изменятся от того, превозносят тебя другие или же нет, — от проникновенного тона Нагисы девушку вырвало бы, если бы только её желудок не был так отчаянно пуст.       — Ты ничего обо мне не знаешь, — повторила она уже более спокойным голосом, из которого исчез надрыв и истеричные нотки. Этот разговор дал так необходимую Аске эмоциональную разрядку и она хоть немного успокоилась. Впервые за очень долгое время.       — Именно! — чуть ли не просиял Каору, немало удивив Аску. — Я ничего не знаю о тебе. А если я не знаю, то имею ли я право судить? И насколько объективным, в таком случае будет моё суждение? Или суждение вообще кого бы то ни было? Как лилим могут по-настоящему понять других, если страшатся заглянуть внутрь своей души? Чтобы познать кого-то нужно сначала познать себя.       — Я имею полное право судить других, — Лэнгли вернула себе прежний, ехидный тон. — В особенности тех, кто стоит ниже меня.       — В таком случае, я тоже вынесу своё суждение о тебе, — с готовностью включился в игру Нагиса. — Ты талантливая, энергичная и гениальная девушка рыжими волосами и глазами оттенка столь синего, что его по праву можно считать редкостью.       — Спасибо... за комплимент, — кровь прилила к щекам Аски. Зашумела в ушах и ударила в голову. А иначе как было объяснить, что она отреагировала на нечто настолько банальное, примитивное и почти что пошлое, как комплимент, сделанный цвету её глаз.       — Это не комплимент, а простая констатация факта. Я отдаю должное тому, чему следует отдать должное, — доброжелательно, но без какого-либо намёка на флирт, поправил Каору. — Однако всё перечисленное — лишь надводная часть айсберга. Ты позволяешь другим видеть исключительно свои способности и достижения. Поначалу я думал, что у тебя нарциссическое расстройство личности, но потом понял, что тебе необходимо признание и оценка окружающих тебя людей. Ты жаждешь всеобщего внимания и одобрения потому что в глубине души ненавидишь себя и не можешь принять такой, какая ты есть на самом деле. Твой критический изъян — крайне низкая самооценка и полное отсутствие веры в себя. Только мнение других может поддерживать относительный баланс твоей психики, которая в противном случае скатилась бы в хаос прогрессирующего психического расстройства. Что сейчас и происходит.       — Готовься к смерти! — ладонь Аски всё ещё неприятно пульсировала после серии ударов по лицу юношу, однако она вновь сжала её в кулак и со всей дури саданула по обшитой железом стене Гео-Фронта. Каору нарвался. Всё, что он говорил до этого, не шло ни в какое сравнение с проведённым только что психоанализом. Каким-то непостижимым образом красноглазый гадёныш умудрился проникнуть в самую суть её существа и за это Аска собиралась выбить душу из его тела. Логический центр в её мозгу напомнил, что она уже пробовала избить его и получила лишь боль в руке, однако ненависть рыжеволосой была слишком сильна.       — Да кем ты, чёрт возьми, себя возомнил? Какое право ты имеешь так со мной разговаривать? — заорала она, готовясь ударить.       Даже Кадзи, корчивший из себя брутального мачо, наверное устрашился бы гнева пылающего в её синих глазах. Но только не парень-альбинос. Он стоял абсолютно спокойно, пока она подходила, а когда замахнулась, ловко перехватил летящий в лицо кулак.       — Я Каору Нагиса, и я имею точно такое же право судить тебя, как ты меня, — её собственные слова, возвращённые им сейчас, звучали почти как насмешка. — Знаю, тебе нравится верить в созданную тобой иллюзию превосходства и прятаться за маской безбашенности и хвастовства, но на самом деле ты совершенно не похожа на героиню, которой себя представляешь. На самом деле тебе нет дела до Человечества. Ты пилотируешь Еву только ради себя. Это буквально смысл твоей жизни и сейчас ты в ужасе от того, что этот смысл может быть у тебя отнят. Что несмотря на потраченные усилия, ты окажешься такой же беспомощной, как и все они.       — Тебе следует поговорить об этом с Синдзи, — Аска вырвала руку из захвата мужских. — Вот уж кто на самом деле беспомощен.       — И Первое и Третье Дитя продолжают выполнять свои обязанности в Nerv и пусть им приходится так тяжело, как тебе, они справляются. Потому что в отличие от тебя не ищут всеобщего внимания и признания своих заслуг, — перешёл к заключению Каору. — Мне не потребовалось много времени, чтобы понять — ты потеряна более, чем кто-либо ещё здесь. Из-за своей маски, скрывающей запутанные и противоречивая эмоции, приносящие тебе нескончаемые страдания. Из-за лжи, скрывающей от тебя и всех остальных простую правду. На самом деле ты ищешь вовсе не возвышения, а самое обычного понимания. Ну и, конечно любви.       Аска моргнула, не зная как и реагировать на такое. Она просто застыла посреди коридора не шевелясь. Не делая вообще ничего. Отрицать было невозможно — слова Каору попали точно в цель и её скорлупа треснула. Невозможно, но факт. Этот юноша видел сквозь все покровы, которыми девушка отгородилась от остального мира. Из-за этого она снова почувствовала себя обнажённой перед ним. И это чувство оказалось даже ещё более неловким, чем при том злополучном недопоцелуе с Синдзи.       — Сейчас ты скажешь мне подумать об этом, — ехидный тон дался ей не без труда, и всё же Аска сумела добавить издёвку в свой голос. Потому что сказанное ничего не меняло. Может в глубине души она и понимала, что всё сказанное ей Каору было правдой, но это лишь заставило её ненавидеть его ещё сильнее. Ненависть была её совершенно естественной защитной реакцией.       — Кто ты, мой психиатр? — страх и осознание собственной беззащитности придали сил, позволяя Сорью перейти в наступление.       — Психиатр не тот, кто тебе нужен, Аска-сан, — миролюбиво поднял руку ладонь вперёд Каору, но Аску было уже не остановить.       — Ну конечно нет, ведь по твоему мне нужен ты, — голос Второго Дитя буквально сочился ядом. — Ты именно тот, кто поймёт меня и примет такой, какая я есть. Ага, щаз! Размечтался. А знаешь, что мне по-настоящему нужно? Чтобы ты оставил меня в покое!       — Аска... — разочарование было почти ощутимо в голосе седого юноши, который явно рассчитывал на совсем другой исход.       — Я сказала: оставь меня в покое, Каору! Замолчи! — теперь Аска уже кричала во весь голос. — Заткнись! Заткнись! Заткнись!       Резко развернувшись на каблуках, она качнула головой из-за чего длинные пряди рыжих волос хлестнули Каору по лицу. Он слишком поздно поднял руку, пытаясь защититься от удара и всё-таки пропустил его. Не смотря на это на бледном лице юноши по-прежнему сияла ухмылка. В красных глазах появился блеск, пока он наблюдал за тем, как Аска уносится прочь от него, положив конец их странному разговору. Она выглядела такой расстроенной, что даже спрятала лицо в ладонях, скрывая катившиеся по щекам слёзы стыда и жалости к себе. И странному молодому человеку вдруг стало жалко её. Это было новое, незнакомое ему чувству и скрывающийся под маской человеческой плоти ангел решил исследовать его. И пошёл следом за убегающей девушкой.