Мы - вот что сейчас правильно

      Начало осени — интересное явление: вроде еще чувствуется летнее тепло, но ветер дует холоднее, ведя за собой тучки, портящие хорошее настроение. Однако, сегодня ничто не может помешать грядущему веселью в просторном коттедже Кимов за городом. Пасмурная погода, появляющаяся молния и раскаты грома не позволят поменять свои планы виновнику торжества, который перенес празднование своего дня рождения на эти выходные.       В вечер пятницы парни поехали проверить дом, подготовить немного его к завтрашней вечеринке. Вёл машину Джун под некоторые напутствия Джина, поведение которого приходило понемногу в норму. В целом Намджун справился, ведь не зря имеет водительские права. Молодые люди целиком были поглощены в уборку: убирали бьющиеся и дорогие вещи, освобождали место для танцев, проверяли работу техники и сантехники, двигали столы, подготавливали спальни и другие комнаты. Кимы работали слаженно и без пререканий, совмещая действия с корейским, и управились достаточно быстро, возвратившись не поздней ночью. Тэмин предложил сделать всю работу наемным людям, но Намджун наотрез отказался, говоря, что он хочет сделать все сам, учась самостоятельности, ведь неизвестно, как может повернуться жизнь.       Утром субботы отец семейства вместе со своей женой вручил своему сыну ключи от новенького Maybach 57S — достаточно просторная и чертовски стильная и сексуальная машина, о которой мечтал Намджун. Он не уставал благодарить Тэмина, говоря, что не стоило и он сам бы заработал, на что старший Ким ответил: «Я копил на твою машину почти с самого твоего рождения, еще не зная, какую ты захочешь, поэтому не беспокойся, мы не разорились». Джин же, вопреки словам его воспитанника, подарил некоторые приспособления в эту самую машину, чуть не схлопотав несколько подзатыльников от именинника, который просил ничего не дарить. Именно на этом великолепии и были отвезены алкоголь, еда, простая газировка и еще некоторые вещи, которые могли бы понадобиться на вечеринке. Этот автомобиль так подходил статности подростка, что Сокджин всю дорогу наблюдал за этой эстетичностью, не упуская возможности сделать несколько снимков.       Вечер наступил быстро, не смотря на долго тянущийся день в заботах и подготовке. Оба парня надели рубашки из мягкой и приятной ткани, закатывая рукава, подчеркивая стройность своих ног облегающими брюками и джинсами, зачесывая волосы назад. Удобно и стильно. Суен просилась с ними, но родители запретили ей появляться в месте, где есть алкоголь и пьяные парни.       Более близкие друзья Намджуна пришли раньше, помогая создавать зажигательную атмосферу, врубая светомузыку и разрывающие колонки басы. Народ подтягивался и в доме становилось невыносимо душно и жарко, от чего рубашка младшего Кима держалась лишь на пару пуговицах, позволяя всем увидеть восхитительное тело.       Алкоголь лился рекой, давая приказы всем веселиться до упаду. Том был диджеем, умело справляясь с небольшой толпой, жаждущей больше жара. Гром за окном лишь придавал адреналина атмосфере, пугая дождем. Время уже за полночь, а кутеж в самом разгаре.       — Ну и где можно найти именинника? — Раздался голос в колонке, заставляя Намджуна обернуться на самодельную стойку с музыкой, за которой стоял парень ярко улыбаясь, держа в руке микрофон. Он был чуть выше Кима, шатен с чертовски привлекательными чертами лица, приятным тембром голоса и уверенной походкой.       — Мэт, ты все-таки приехал. — Поздоровался Джун с новым гостем, который сам подошел.       — Я же говорил, что смогу. — Он подмигнул. — Отойдем? — Пошел в сторону юноша.       — Я сейчас. — Кинул своему гувернеру воспитанник, идя за Мэтом.       У Джина сразу пропало настроение, когда он увидел этого парня — тот самый с фото. И что он тут забыл? Еще и Намджун почти раздетый. Сокджин проводил парней взглядом, а после, фыркая, залпом выпил три стопки подряд какой-то непонятной смеси алкоголя, от чего голова закружилась, давая приятный эффект по телу. «Какой симпатичный мальчик, такой не может не понравится Намджуну, блин».       — С днем рождения. Вот. — Поздравил друга парень, протягивая коробочку.       — Спасибо. — Широко улыбался Намджун. — Ты надолго в городе?       — Буквально только к тебе. Кстати, мой совет подействовал? — Лукавил парень, заглядывая за спину подростка, где находился злющий взгляд другого Кима.       — Я не уверен, но, кажется, да. — На веселе проговорил Джун, ставя подарок под стол, чтобы его никто не смог задеть.       — Тогда сейчас проясним. — Мэт резко притянул к себе парня, приобнимая за талию. — Не пугайся. — Он смотрел в его глаза несколько секунд, а после за руку потащил в круг танцевать, находясь максимально близко, специально подкидывая дров в огонь, который сиял в тех глазах у стойки с алкоголем.       И почему мужчина не мог отвести взгляд от того, что возбуждало неприятное и жгучее чувство внутри. Пластиковый стаканчик смялся под невольным сжатием ладошки, выливая на пол коричневатую жидкость, что не было замеченным Джином. Он продолжал пускать ядовитые стрелы ревности в танцующих парней, мило воркующих друг с другом.        — Ладно, мне уже пора. — Похлопал по плечу виновника торжества Мэт, опуская руку медленно по спине.       — Не заигрывайся. — Твердо и серьезно произнес Намджун.       Парень улыбнулся, прекращая действия и направляясь к выходу, кинув ехидную улыбку и взгляд в сторону гувернера, который тут же отвернулся. Несколько секунд и он ринулся в сторону туалета. Мужчина освежил лицо холодной водой, позволяя ей капать на рубашку. Что за странное ощущение бушует внутри? Алкоголь играется с разумом, а сердце пускает глупые шутки?       — Джин, с тобой всё в порядке? — Зашел в комнату Намджун, видя, как его друг пулей пробежался сюда. Он подошел, мягко касаясь рукой широкой спины парня, который уперся руками в раковину.       — Да, отстань. — Воспротивился прикосновению Джин, раздражённо поджимая губы, отстраняясь от своего подопечного, заходя за него, направляясь к двери.       — Эй! — Одернул его за руку юноша. — Что не так? — Нахмурился Намджун.       — Ничего. — Вырвал с силой кисть учитель, продолжая уходить.       — Да, Джин? — Младший Ким захлопнул дверь сортира, которую начал открывать уходящий, заглядывая с боку в недовольное лицо. — Хочешь, я скажу в чем дело? — Оказался между дверью и мужчиной Джун, вглядываясь в парня.       — Попробуй. — Буркнул гувернер.       Джун обхватил руками лицо визави, притягивая к себе, сминая его горячие и мокрые губы, которые не ожидали такого момента, поэтому и не сопротивлялись. Снова так сладко, не смотря на выпитый алкоголь, снова такой шелк.       — В этом, верно? — Медленно остановился подросток, не выпуская из рук очень теплые щечки мужчины, который медленно приподнял веки, позволяя себе утонуть в этих солнечных глазах на против.       Дверь в комнату открылась, ударив по спине Джуна, заставив его подвинуться, отойдя от гувернера, который встряхнул головой, приходя в себя, быстро ускользая в зал. Людей стало еще меньше, многие поднялись в указанные комнаты для сна с немного другими целями, а кого-то действительно сморило. Намджун последовал за черными взъерошенными волосами, догоняя его у лестницы и хватая за руку.       — Пошли со мной. — Настойчиво потянул наверх своего друга младший Ким.       — Зачем? — Пытаясь не спотыкаться о ступеньки, промолвил Джин, почти бегом следуя за Намджуном. — Да что такое, Джун?! — Смог вырваться гувернер, останавливаясь.       — Поговорить хочу. — Потянулся за рукой Сокджина парень. — Зайди в комнату, там музыку не так слышно.       — Здесь тоже. — Попятился назад Джин.       — Здесь могут ходить люди.       — Да где? Все уже в умат пьяные разлеглись. — Раздраженно проговорил Ким.       — Как скажешь. — Джун моментально прислонил Джина к стене около двери, прижимая его руки, не давая даже шанса ускользнуть. Он снова дышал прямо в губы, озабоченно рассматривая покрасневшее от спирта и горячего воздуха лицо. — Ревнуешь меня? — Бархатным голосом полушепотом произнес Намджун.       — Вот еще. Отпусти. — Снова сопротивлялся мужчина, но юноша сжал запястье до боли.       — Правда, Джин~и? Ты мне не врешь? — Продолжал смотреть в глаза, немного щурясь, младший Ким, прижимаясь телом. — Почему ты отрицаешь очевидное?       — Отпусти меня. — Хмурился мужчина, не оставляя попыток выбраться из захвата. — Мне все равно, что тебя кто-то лапает, мне все равно, где ты и с кем. Мне плевать, я только твой учитель. — На одном дыхание почти кричал Сокджин, пока очередной возглас не потерялся где-то в глубине такого чувственного и долгого поцелуя, от которого у мужчины подкосились ноги и обмякли руки, поэтому Намджун отпустил их, позволяя обвить шею, обнимая Сокджина, отодвигая от стены.       — Я только твой, Джин~и. — Глядя в родные глаза, произнес Джун, открывая дверь в спальню. Он снова поцеловал бархатные уста, поднимая гувернера и закидывая его ноги на свою талию, не переставая целовать, входя в комнату.       Совет нового друга сработал — Джин действительно ревнует своего воспитанника, питая к нему совсем не братские чувства, но разве он это признал бы сам? Он попал в этот психологический капкан: сначала юноша признается ему в чувствах и становится крайне милым, позволяя себе большее, а потом отстраняется и зависает с другими. Хитрый маневр, не правда ли?       Намджун навалился на парня, кладя его на кровать, нежно целуя и начиная расстегивать его рубашку. Губы Сокджина не слушали разум, поддаваясь такому изумительно приятному искушению, целуя первыми и трогая ладонями разгоряченное тело, которое давно просило прикосновения именно этих рук. Разум и сознание метались где-то внутри мужчины, который не знал, что делать: поддаться или воспротивиться.       — Джун… нет, прекрати, пожалуйста… — Еле слышно прошептал учитель, упираясь в чужую оголенную грудь, пока его подопечный кусал его за ушко.       — Не отталкивай меня, я же знаю, что ты этого хочешь. — Провел по паху Джина подросток, чувствуя большое желание, оставляя мокрую дорожку по скулам мужчины, который закусил губу, по правде не желая прекращать райское наслаждение. И откуда только Намджун знает о слабостях парня?       — Это… неправильно… — Со сбитым дыханием тихо произнес Джин, не в силах сопротивляться.       — Тогда я не хочу быть правильным. — Прошептал Намджун, не отрываясь от шеи своего преподавателя. — Мы уже… — Нежный поцелуй в кадык. –…предпочли мужской пол… — Укус у основания шеи. –…куда уж неправильнее. — Перешел на плечи и ключицы юноша, проводя языком по выпирающим костям, по чувствительным соскам, слегка их покусывая, от чего Джин закрыл глаза, выбирая первый вариант действий.       Разум отключился, давая пульт управления сердцу. Сокджин пустил руку в слегка мокрые волосы парня, который уже целовал сквозь ткань вставший член, расстегивая ненавистные пуговицы и молнию, и стягивая всю одежду, оголяя прекрасные ноги и розоватую плоть, с выступившей на головке прозрачной жидкостью. Намджун принялся расцеловывать ляшки, приподнимая конечности, переходя к ласканию яичек, под тихие всхлипы мужчины, который все еще чувствовал себя скованным. Когда язык коснулся члена, Джин невольно сжал покрывало, жмуря глаза и открывая рот. Плавные движения ртом Джуна и гувернер приглушенно стонал, уже входя во вкус. Младший Ким снял с себя рубашку, возвращаясь к губам вкуса патоки, лаская рукой член партнера, который прижимал со всей силы к себе подростка, обхватывая ногами, заставляя Джуна тихо простонать, когда половой орган коснулся его торса. Так горячо, так нежно, так приятно.       Младший Ким снова вернулся к оставлению своих отметин на ключицах и шее, переворачивая Джина на живот, стягивая лоснящуюся ткань, продолжая свои поцелуи на спине. Он покусал загривок, слыша сладостные охи, спускаясь вниз мокрыми следами. Вот она — шикарная спина с шелковистой кожей, от которой не хочется отстраняться ни на секунду, боясь причинить какой-то вред, ведь от легкого посасывания мягкого эпителия оставался яркий след. Воспитанник провел языком по позвоночнику до самой попки, которая так и просилась быть замеченной, потому что Джин вертел ей легонько из стороны в сторону, сводя партнера с ума. Джун своими большими ладонями мял ягодицы, заставляя мужчину поджимать губы и глухо стонать. Намджун начал прикасаться краткими поцелуями к мягким половинкам, и, не сдержавшись, оставил пару алых отпечатков. Сокджин громко вскрикнул, когда язык Намджуна оказался на анальном отверстии, быстро и ловко лаская и проникая внутрь из-за сильного возбуждения мужчины. Дальше язык чередовался с пальцем, а кровать утаивала в себе вздохи наслаждения Сокджина. Подросток нетерпеливо снял с себя брюки вместе с нижним бельем. Он прикоснулся своим карамельным телом к пломбирной коже, которая, казалось, сейчас растает, устраивая свой вставший орган между ягодицами, проводя им вперед-назад, зацеловывая шею с обратной стороны своего возлюбленного, который не мог уже сдерживать свои стоны, заполняя ими комнату, благо начавшийся проливной дождь и достаточно громкие раскаты грома, скрывали в себе эти звуки.       — Джин~и… — Прошептал сладостно и возбуждающе на ушко своему гувернеру Джун, подставляя головку к разогретой дырочке. — Я люблю тебя. — Медленно вошел парень, чувствуя телом выгибание под собой мужчины, звонкий голос которого ласкал слух юноши.       Одна мысль, один вид голого Ким Сокджина сводил его друга с ума, приводя в экстаз, ведь как долго он этого хотел, считая невозможным. Секс был совершенно иным, ведь чувства были настоящие и яркие. Сама близость физическая ему не была так важна, как просто быть с ним рядом, но гормоны тоже хотят быть потраченными, после нескольких лет возжелания и бурной фантазии.       Этот приятный запах шампуня и парфюма, это переплетение пальцев рук и ног в прочный узел, эти незамедлительно меняющиеся позы, приторные и родные поцелуи, страстные прижимания, эгоистичные объятья, нежные касания, резкие шлепки, стоны блаженства, вздохи удовольствия, отдача себя всего этому прекрасному моменту; стучание изголовьем кровати о стену, громкий скрип, грохот упавшей лампы — всё говорило об диком накопившимся желании, порожденным кое-чем большем, чем простая похоть. Двум любящим сердцам, двум любящим душам позволили слиться, о чем они так долго молили.       Джин ловил себя на мысли, что ничего подобного ранее у него не было, тая в этих горячих руках, чувствуя себя в нирване. Однако, в голове учителя все равно имели место быть негативные мысли, которые мешали расслабиться полностью, но ведь сейчас так хорошо, так приятно, так кружится голова от подступавшего оргазма и выпитого алкоголя.       Эти янтарные глаза полные любви и нежности не могли не влиять на мужчину, который разрывался на части от чувства долга перед работодателем и чувством любви к этому юноше. Эти губы, которые по своей нежности можно сравнить с микрофиброй, так и соблазняют на сладчайший поцелуй, от чего и не отказывается гувернер, отбрасывая к чертям свое стеснение и свои мысли. Спасибо спирту в крови. Он прикусил нижнюю губу юноши до крови, не совладав со своим желанием. Останется рана, но разве сейчас это важно?       Приближается рассвет, освещая все еще занятых друг другом мужчин, прочувствовавших друг друга полностью, не желая отрываться друг от друга ни на секунду. Сколько раз их настигало эйфорическое состояние — не знают даже сами парни. Губы предательски болят от такого натиска, но молят не прекращать эту приятную боль.       — Джун, мне стыдно. — Произнес уставший, но удовлетворенный мужчина, опьяненный сейчас только туалетной водой своего партнера.       Они лежали друг на против друга, не отрывая взгляда: до безумия полный романтических и теплых чувств с улыбкой Джуна и смущенный с порозовевшими щечками Джина.       — Интересно, за что? — Гладил по черным приятным волосам учителя Намджун, не отрывая взора от пепельных глаз с сиреневым вкраплением.       — Так не должно быть, Намджун. Обещай, что это только первый и последний раз, о котором никто не узнает. — Тараторил Сокджин.       — Нет, Джин. — Категорически помотал головой Джун. — Не отстраняйся от меня больше. — Он прижал его голову к себе. — Никогда.       — Джун, мы не можем же, ты прекрасно знаешь. — Произнес гувернер, утыкаясь в подкаченную грудь орехового цвета. Было тошно от совершенного, но жалеть не о чем, ведь в этот момент мужчина был очень счастлив.       — Знаю… Позволь решить эту проблему мне самому, хорошо? — Потянул на Сокджина одеяло парень, заботливо его прикрывая, прижимая к себе.       — Не знаю, Джун, не знаю… — без сопротивления прильнул к Джуну гувернер, погружаясь в свои мрачные мысли, которые на время покидали темную макушку при прикосновениях юноши, вызывающие мурашки. И как подопечный может решить эту трудность…