Мы - вот что сейчас правильно

      Знаете чувство этой панической атаки и чувство ограниченности во времени? Как это давит на психику, потому что ты, ничего, не сможешь с этим сделать, ведь время не повернуть вспять, не замедлить, не остановить, не перемотать. Намджуна и Джина вызвали в полицейский участок всего пару раз, а дальше Мин отправился на суд, признав сие деяние, потому что терять было нечего. Он сдал Кевина, а Трэвиса еще не нашли.       Как и говорил младший Ким, отец все выходные провел дома, надзирая за сыном и гувернером, которые очень порадовали главу семейства своим поведением. Внезапные визиты в библиотеку и в их комнаты, когда они находились там вдвоем, не вызвали никаких подозрений: то они разговаривают на корейском, то обсуждают политическую тему в экзамене Намджуна, то гувернер помогает своему воспитаннику в другом предмете, который сдает Ким, то ученик помогает учителю находить нужную тому литературу, ведь в конце экзаменационной недели Намджуна, у гувернера будет проходить защита дипломной работы, и все — теперь он квалифицированный специалист.       Джуну было крайне трудно держаться, чтобы не поцеловать, не обнять своего возлюбленного, единственное, что его сдерживало, так это мысль, что Джин против всего этого и стоит, хоть раз, прислушаться к нему в этом деле. На самом деле Сокджина также ломило: как и было замечено ранее, он ласковый человек, любящий тискать своего ученика, к тому же мужчина уже привык к ласкам со стороны младшего Кима, поэтому когда, сорвавшись, Намджун врезал его в стенку за последним стеллажом, тот не сопротивлялся, охотно поддаваясь страстному напору. Быстро, но страстно парни сплетались в поцелуях, сжимая руками спину, бедра, ероша волосы друг друга, не переходя в большее, но такое желанное. Не хотя отрываясь, с учащенным дыханием оба Кима продолжали то, что делали до этого мимолетного порыва, будто заранее договариваясь делать вид, что ничего не случилось. Это сводит с ума.       Неделя началась продуктивно. Джин проводил днями за заучиванием некоторых положений своей работы, рассматривая разные вопросы, а Джун не вылазил из книжек, повторяя все, что знает и работая над трудными темами. Результаты экзаменов парень узнает уже живя в Южной Корее.       Намджун пыхтел над сложным для него вопросом, не понимая логики между связующими звеньями. Он шепотом ругался матом, а после и вовсе нормальным голосом рассуждал вслух, нервничая.       — Ты чего тут бубнишь? — Зашел в комнату к юноше гувернер. — Тебя на всем этаже слышно.       — Да вот. — Он откинулся на стул, показывая одной рукой в монитор, а другой поднимая бумажки.       Сокджин встал сзади, всматриваясь в экран. Он ввел на клавиатуре два слова, которые должны были помочь подростку, только вот он никак не понимал, зачем Джин написал именно их.       — И что это? — Нахмурился Джун.       — Подумай. Смотри… — Отдаленно и с намеками Сокджин начал говорить об написанном на бумагах младшего, стараясь, чтобы тот сам догадался в этой последовательной цепочке.Мужчина начал массировать его плечи, видя, как тот устал, протирая глаза. — Взбодрись. — Пальцы делали массирующие движения умело и точно, помогая расслабиться ученику, который даже закрыл глаза, изредка мыча, ведь мышцы спины немного застоялись, проведя в таком положении не мало времени.       — Я понял, Джин! — Резко вскликнул подросток, начиная быстро печатать. — Спасибо. — Он погладил находящуюся у шеи руку.       — Обращайся. — Гувернер чмокнул Джуна в макушку, с улыбкой удаляясь из его комнаты, лишь у двери задержавшись, он окинул взглядом увлеченного ученика, а когда отвернулся, то уже Намджун смотрел на уходящего.       Немые чувства витали в этих стенах, желая быть услышанными, желая обрести наконец-то тело в виде слов. День за днем, экзамен за экзаменом, лист за листом, абзац за абзацем. Лишь занятия с Суен отрывали гувернера от этой бременящей тяжести, но что поможет его ученику?       — Дядя Джин, разве здесь работает не вот это правило? — Заметила ошибку в грамматике своего учителя девочка.       — Точно… — Согласился Сокджин. — Что-то я совсем заучился. — Улыбнулся мужчина, но тут же его выражение лица стало грустным.       — Ты волнуешься из-за Намджуна? — Аккуратно произнесла Суен.       — Это так заметно? — Вздохнул парень.       — Угу… — Кивнула головой младшая Ким. — По вам обоим видно, как вам тяжело дается делать вид при папе, что вас нисколько не задевает предстоящая разлука.       — Это правда так видно? — Плохо соображал учитель, находясь в своих мыслях.       — Мама тоже видит это. Только она думает, что вы породнились, как братья. — Продолжала говорить свои наблюдения сестра Джуна.       — Так оно и есть. — Пальцем прислонился к губам Джин, не смотря на свою подопечную.       — Дядя Джин, кому ты хочешь соврать? Я же все прекрасно знаю и вижу. Вы так смотрите друг на друга, так переживаете. Джун места не находил, когда ты был в больнице, он даже школу прогуливал, впервые за долгое время. А ты…ты не знаешь, как ты выглядишь со стороны. Все читается в твоих глазах. — Продолжала нагнетать девочка.       — А ты умна не по годам. — Вздохнул гувернер, встряхивая черноволосой головой. — Давай, не будем об этом. Напиши вот этот текст на корейском. Я сейчас приду. — Скомандовал учитель, решая немного освежить голову.       Он вышел на крыльцо, вдыхая полной грудью вечерний воздух, закрывая глаза. «Неужели я и правда влюбился?» — осмысливал свое поведение и слова Суен гувернер. «Смешно, сплю с ним больше полугода, и вдруг задумался. Идиотизм…» — выдохнул Джин, не зная, что делать. Он точно был уверен, что когда его подопечный улетит, то он сможет выдохнуть и все наладится, но тогда почему новость об скором перелете так его огорчила? Парень пошел побродить около дома, заходя в сад. Пару фонарей хватало, чтобы видеть дорожку. Джин присел на скамейку, слыша щебетание птиц и гуляние ветра в листьях. Звуки природы помогали расслабиться лишь на несколько секунд, а после собственные мысли вновь заполнили сидящего.       — Джин~и, ты здесь собрался ночевать? — Приятный голос вырвал из цепких лап переживаний Сокджина.       — Что ты тут делаешь? Тебе надо заниматься. — Произнес мужчина тихим тоном, облокачиваясь руками на ноги, складывая их в замок.       — Тебя Суен потеряла. Она пошла тебя искать, думая, что ты со мной. Что с тобой? Ты такой грустный. — Присел рядом блондин, рассматривая в полусвете любимое личико.       — Я задумался. Просто уже завтра моя защита и твой последний экзамен. Я, наверное, не смогу проводить тебя на самолет. Просто не успею. — Вздохнул Джин, сам не понимая, почему его это так заботит, ведь он сам желал поскорее избавиться от него.       — Так ты переживаешь не об защите, а о том, что не успеешь попрощаться со мной? Джин~и, ты невозможный. — Улыбнулся подросток, кладя руку ему на ногу. — Не грусти, я не обижусь. Я приеду же еще. — Старался подбодрить своего возлюбленного юноша, но у самого в душе было опустошение, которое тянуло из него все.       — Грустить мне явно не придется. У меня будут новые ученики, так что… — В своем репертуаре произнес Сокджин, не желая признавать своего душевного состояния.       — Только не увлекайся никем так, как мной. — Приблизился к лицу Намджун, чувствуя тот туманящий сладковатый аромат туалетной воды своего любимого друга.       — Кто еще кем увлекся. — Съязвил мужчина, не поворачиваясь к юноше. — К тому же в твоем новом окружении по-любому будут парни получше меня.       — Джин. — Повернул за подбородок к себе парня подросток. — Еще одно такое высказывание и ты до моего приезда не сможешь сидеть ровно, понял? — Твердо проговорил Намджун, смотря в светло-серые от дальнего фонаря глаза, полные странного света, который не мог прочитать парень. — Ты будешь со мной. Точка.       Натиск медовых очей был настолько силен, что гувернер не смог себя пересилить, поддаваясь молча вперед, лоснясь к горячим большим губкам. Как удивляло, как радовало младшего Кима это изменение в поведении его возлюбленного, уверяя в том, что чувства взаимны и лезут наружу, хоть последний этого и не признает. И как огорчает, что приходится именно в этот момент отдаляться от него на неопределенное время.       — Пошли в дом, а то будет подозрительно. — Не хотя отрываясь, прошептал Намджун.       — Секунду. — Не открывая глаз, снова прикоснулся своими алыми губами к устам напротив учитель, вовсе снося крышу своему воспитаннику, который совсем не понимал Джина, ведь это он сейчас должен просить остановиться и уйти, но явно не притягивать его за одежду к себе, так сладко целуя. — Теперь пошли. — Встал Сокджин, направляясь к дому и не оборачиваясь назад.       «И что на тебя нашло?» — крутилось в голове у обоих парней. Только Джун обращался мысленно к своему возлюбленному, а сам Сокджин к себе.

***

      Будто наэлектризованный Джин не мог усидеть на месте, ожидая своей очереди выступать с защитой работы, над которой он трудился почти год. Мысли о Джуне не покидали его, ведь сегодня утром он не смог с ним даже пересечься. Парень даже отключил мобильник, чтобы не смотреть на время, не отвлекаясь на время вылета своего подопечного, избегая взглядом часы висящие в здании. Он пытался сосредоточиться на своем докладе, опуская веки, но перед глазами стояли зачесанные назад белые волосы, большие пухлые розовые губы, запах карамельной кожи, золотисто-карие глаза…       «Надеюсь, мы остынем друг к другу, за период пока его не будет» — промелькнуло в голове мужчины. Хоть ему и не хватало отношений за годы, проведенные в стенах дома Ким, но спать с учеником явно не входило его в планы, однако чем черт не шутит. Он просидел в раздумьях, пока не произнесли его имя. Джин вышел со вспотевшими ладонями, делая глубокий вдох и медленный выдох, отпуская все посторонние мысли.       Намджун встал очень рано, сильно переживая. Он заглянул в комнату гувернера, который спал на застеленной кровати, заложенный бумагами. Видимо, так и уснул, готовясь. Немного побродив по дому, юноша оделся и направился кататься по городу, не дожидаясь пробуждения возлюбленного. Он счел верным не делать больнее ни себе, ни своему другу тем, что кроткий взгляд стрелой попадет в самую душу каждого. И вот последний экзамен с трудом от напавших мыслей сдан, через несколько часов самолет. Он так надеялся повеселиться на выпускном с Джином, отмечая удачное завершение учебных заведений, ведь был уверен в своем возлюбленном, однако у вселенной свои планы на этот счет.       Сокджин вышел из аудитории, бегом направляясь к раздевалке, попутно включая телефон. Он успевает доехать до аэропорта. Эта надежда, подобна тонкому листочку на дереве в сильный ветер, треплется внутри. Он заводит машину, мчась на известный адрес. Еще немного и он сможет напоследок обнять своего воспитанника, этот порыв руководил мужчиной. Но вот проблема — пробка. Ударяясь о руль, гувернер вздохнул тяжело, с протяжным громким звуком. Теперь он вновь в своем разуме, понимая, что вся эта затея сразу была оклеймована провалом. Этот листик не удержался, уносясь вместе с порывом воздуха в непонятном направлении. Придя домой, он тут же хотел обрадовать своего ученика получением диплома, но вот только даже позвонить он сможет нескоро. Сокджин направился в свою комнату. Праздновать это он не собирался, да и какое веселье без любимого… друга.       Вечером миссис Ким все же организовала небольшое застолье, поздравляя гувернера. Тэмин пожал руку и был уверен, что Джин — действительно просто хороший друг его сына. Лишь девочка сидела и видела, как грустно сейчас ее учителю, который в последующие дни пытался отвлечься от всего этого. Редкие звонки оставляли на его лице грустную улыбку. «Нет, это не пройдет…» — спустя месяц отсутствия своего подопечного, понял Джин, когда вновь перекладывал книги с полки на полку. Как же не хватает этой помощи, этой улыбки с ямочками, этой неуклюжести…       — Дядя Джин, я все сделала. — Зашла к мужчине Суен.       — Молодец. Давай, я посмотрю. — Поправил очки учитель, отвлекаясь от чтива. Он пробежался по тексту, делая пару замечаний и прося произнести этот текст. Невольно он вспоминал, как буквально позавчера здесь сидел милый мальчик, а вчера этот же мальчик вжимал в стол гувернера, а сегодня уже учится семейному делу за границей.       — Дядя Джи-и-ин. — Потрясла за руку сидящего младшая Ким. — Прием, прием.       — Все хорошо. — Кивнул мужчина, даже не слыша, что та произносит.       — Ты такой рассеянный в последнее время. Ты скучаешь, верно? — Лукаво улыбнулась девочка, сидящая рядом.       Гувернер ухмыльнулся, сверкая платиновыми глазами, поворачиваясь к Суен, видя эту хитрую улыбочку на ее лице, ведь девочка не раз подкалывала своего учителя этим, пока родители не слышали.       — О да, по крикам с утра, что он опаздывает. По звуку бьющегося стекла вазы… — Начал протяжно мужчина.       — Которую потом дядя Джин покупал 5 раз за месяц, чтобы моему братцу не влетело. — Подхватила сестра.       — Он был неуклюжий и шебутной. Даже повзрослев, он все равно создавал энергичность. — Закусил изнутри губу Сокджин. — Так стало спокойно в доме.       — Да, дядя Джин, я тоже по нему скучаю. — Вздохнула девочка, опуская уголки губ вниз.       — Скучаешь, что никто не ломает твои вещи? — Улыбнулся мужчина, приобнимая грустящую девочку.       — Хаха, да. — Засмеялась Суен, вспоминая, как брат вечно ронял ее духи, украшения, а когда впервые купили ей косметику, то и вовсе пудра разлетелась вдрызг, потому что Намджун слишком много изображал свою сестренку, задирая ее. — Никто не портит фен дяди Джина и мой, никто не рвет книги, когда переворачивает страницу.       — О боже, как мне этого не хватает. — Саркастично проговорил гувернер, придуряясь.       Перед глазами всплыли эти моменты: Джун обязательно нечаянно надрывал листок в книге, а после виновато заклеивал, поглядывая на своего друга. «И когда мы свернули не туда?» — вздохнул учитель.       — Мой брат всегда был таким серьезным. В моем возрасте дети ещё балуются, веселятся, а он… — Задумалась Суен. — После того, как ты стал у нас жить, он изменился. Будто с тобой проснулось его детство: он пытался шутить, игрался, дурачился с тобой. — Посмотрела на мужчину девочка.       — Угу… Взял твою юбку и устроил нам показ мод. — Засмеялся гувернер. — До сих пор ему фото показываю и подшучиваю.       — Хахах, да. И что тогда на него нашло? — Искренне не понимала младшая Ким.       Учитель и ученица пару часов поболтали о Намджуне, о его причудах, как он злился из-за простой мелочи, как ломал все, к чему прикоснется, и, конечно же, Суен не забыла упомянуть об особенности поведения своего братца в плане их гувернера, лукаво намекая на это. Сокджин замялся, смущенно улыбаясь, оставляя подопечную без ответа.       — Вспомнишь солнце, вот и лучик. — произнес Джин, видя вибрирующий телефон с высвечивающимся именем «Джун». Парень включил громкую связь. — Привет, мы с Суен, как раз закончили заниматься. — Весело начал мужчина вместе с девочкой. — Как ты там? Не соскучился по дому?       — Соскучишься здесь. Таскают везде вечно, общаются, как с ребенком, еще и подлизываются. — Фырчал подросток. — Вот сейчас в три еще встреча. Даже позвонить никуда не успеешь.       — Точно, никак не привыкну, что у нас разные часовые пояса. — Поговорил Джин.       — Вы там как?       — Живы и здоровы. Сидим, наслаждаемся тишиной и спокойствием. — Съязвила девочка.       — Не хватает мне очень твоей поддержки, принцесса. — Рассмеялся парень в трубку. — Ты как всегда приветлива. Кстати, Суен, мне тут птичка напела… — Специально сделал паузу Намджун.       — Ой, у меня там дела есть. — Тут же вскочила Суен под смех парней, ведь оба знали, что скрывает их «принцесса».       — Ты как, Джин~и? Скучаешь? — Нежно обратился к гувернеру юноша, когда услышал захлопывающуюся дверь библиотеки.       — Хорошо, скучать не приходится тоже. Много новых учеников. — Закусывая губу, проговорил Сокджин, держа телефон у уха.       — Парней много? — Серьезно произнес Джун.       — Куча, все такие милые и приветливые. — Едко произнес гувернер, специально подзадоривая своего бывшего ученика.       — Дай-ка угадаю. Им по пять лет? — Не поддался на провокации своего друга младший Ким.       — Ну вооот. Раскусил. — Сделал обиженный тон учитель.       — Включи видеосвязь. Хочу посмотреть на тебя перед уходом.       — Может, я пришлю фото?       — Это само собой, но сейчас включай камеру.       Джин поправил волосы и, нервничая, нажал на иконку камеры, поднимая телефон, чтобы его было хорошо видно. На экране появились любимые ямочки и блеск золотых глаз, которые приятным теплом растеклись по телу и душе преподавателя корейского.       — Ты как всегда прекрасен. — Ярко и широко улыбался юноша, видя смущенную улыбку на против. «Боже, неужели ты и правда мой» — подумал Намджун, в который раз не веря существованию такого прекрасного человека со всеми качествами, которые делают Джина еще прекраснее.       — Ты постригся? Тебе очень идет. Такая корейская стрижка, но с европейским пробором. Выглядишь взрослее. — Комментировал увиденное гувернер, стараясь замять комплимент подопечного, любуясь этим красивым и статным мальчиком в костюме, белыми ухоженными волосами с очками на носу для имиджа.       — Спасибо. — Смутился немного Намджун. — Надоело каждый раз укладывать волосы, решил сделать их покороче. Да и жарковато. — Он немного убрал с боков волосы, показывая сбритые виски.       — Привычное лучше всего? — Улыбнулся мужчина.       — Да. — Одарил в ответ светом белоснежных зубов парень. — Я прилечу осенью, только когда именно, еще не знаю. — Сообщил юноша, делаясь серьёзным.       — А тебе там уже все надоело? Не привлекает местное население? Никто тобой разве не интересуется? Уже два месяца прошло, такого мальчика должны были заметить. — Протараторил с прищуром Сокджин.       — Даже не знаю, что меня поражает больше: то, что ты сделал мне комплимент или то, что ты снова пытаешься отправить меня к другим. — Приблизил гаджет к своему лицу Намджун, устрашающе глядя на мужчину. — Джин~и, чем чаще ты это повторяешь, тем сильнее я буду наказывать тебя.       — Тише, тише. — Буркнул, перебивая говорящего, Ким. — Я понял. — Закатил глаза гувернер. — Прилетай поскорее, твоя мама очень скучает. — Мотнул головой парень, сменяя тон на более теплый.       — А ты? — Выпытывал взглядом Джун, пока Сокджин опустил голову, разбираясь в себе.       Намджун уже понял ответ, но хотелось бы услышать это от возлюбленного, но разве он пересилит себя и скажет такое? После первого их поцелуя мужчина никогда не называл его ласково, не говоря уже о каких-то других нежных словах и прочем в таком духе. Он до сих пор считает это неправильным, но поддается своим чувствам, которые, кажется, только усиливаются. Или же это просто ломка от недостатка тепла человеческого тела?       Разговор прервал стук в дверь к Намджуну. Ему сообщили, что пора ехать, машина ждет внизу.       — Хорошо. — Обратился к вошедшему младший Ким, переводя взгляд на смартфон. — Мне пора, я позвоню, как смогу, пока. — Помахал с улыбкой Намджун, отключая видеосвязь.       — Пока… Джун~и. — Тихо произнес гувернер, кладя телефон, не замечая, что сам звонок еще не отключен. — И я скучаю.