Мы - вот что сейчас правильно

      Выбор — неотъемлемая часть жизни. Бывают ситуации, когда не хочется выбирать ничего, а иногда — сразу всё. Что же делать, если нет возможности поступить правильно в любом случае. Как понять, какая из зол принесет меньше ущерба всем вокруг. Есть ли вообще шанс избежать крупных неприятностей и негативных последствий? Почти две недели пыток разума, почти две недели терзаний души… Сокджин всегда всё решал один, но в этот раз, возможно, первый в жизни, мужчина решил попросить совета у Чонгука, который, услышав эту историю, пришел в ярость, ведь душой ненавидел Тэмина, хоть и учил его дочь музыке.       — Надеюсь, ты не согласился? — После некоторой ругани с собой, раздраженно спросил Чон.       — Я пока в раздумьях… — Виновато выдохнул Джин. Он метался у себя в голове, будучи неуверенным ни в одном из вариантов развития событий.       — В смысле, блять, ты в раздумьях?! — Не сдержался Чонгук, заорав на Сокджина. Действительно, он очень напоминал Намджуна своим поведением и вспыльчивым характером. — Не вздумай соглашаться на такое и тем более подталкивать Намджуна.       — Но нет другого выхода: либо он, либо я. — Пытался донести свою точку зрения гувернер. — Ему так будет лучше, он найдет еще своего человека. А я помогу их бизнесу…       — Ты вообще слышишь, что ты несешь? Тэмин просто хочет прибрать к рукам побольше, пока Джун пытается спасти остатки. Ты не знаешь, что у них сейчас творится в компании. — На повышенных тонах проболтался Гук, но было всё равно. Нельзя было позволить, по мнению Чона, неправильному выбору Сокджина разрушить всё.       — О чем ты? — Поднял брови учитель корейского.       С тяжелым выдохом Чонгук сел на свое место, на против парня, думая, с чего начать рассказ. Он не должен был такое говорить Сокджину, ведь Джун, не хотел, впутывать в свои проблемы гувернера.       — Я расскажу, но не говори об этом Намджуну. Он просил не нагружать тебя. — Откашлялся мужчина. — Тэмин совсем не умеет владеть бизнесом. Всё его достояние получено за счет того, что он получает сделки, которые приносят доходы в первые года два, если не меньше. А когда у него перестало получаться, он использовал некоторых своих сотрудников, как тебя. — Он поднял на Джина свой взгляд, видя, как визави бледнеет со стеклянным взглядом. — Намджун смог за такой промежуток поставить себя в Корейской компании отца, заставая ее буквально уже развалившейся. Почти два года и он уже поставил новый фундамент. Это очень умный парень. — Будто рекламировал своего нового друга Чон. — Тэмин теряет здесь своих партнеров, поэтому ему нужно, чтобы его сын женился на наследнике еще одной крупной компании. Я уверен, что он присмотрел слабовольного владельца, чтобы прибрать всё к своим рукам. — Музыкант сглотнул.       Гувернер сидел, не дыша. В который раз он оказался таким наивным и не смыслящим ничего в этой жизни. Было обидно, больно и скверно, ведь его вновь хотят использовать. Когда столько раз пытаются сломать тебя, уже не хочется изображать кого-то другого, как того, кем все тебя видят.       — Когда приедет Намджун, не заставляй его жениться и расскажи, что тебя заставят сыграть свадьбу. Я уверен, что он сможет исправить эту ситуацию. Когда всё напряженно, стоит быть эгоистичным и подумать о своем счастье, Джин. — Мягко, почти нежно произнес Чонгук.       — Боже… — Тихо проговорил Сокджин, закрывая лицо руками. — Он прилетает послезавтра. Он будет зол, очень зол. Они опять будут кричать друг на друга. — Сквозь ладони произносил гувернер, уже представляя весь диалог со своим возлюбленным.       — И пусть. Выходки этого старого придурка уже выходят за все границы. Ты человек, а не вещь, которой можно распоряжаться. — Твердо заявил Чон, тыкая пальцем в стол. — Расскажи все Джуну, иначе это сделаю я.       — Нет, не надо. — Открыл лицо Джин. — Я всё сделаю сам. — Угрюмо вздохнул мужчина, пытаясь уже сейчас придумать начало разговора с младшим Кимом.       Никто никогда не говорил, что жизнь — это легко. Наша жизнь — сплошная борьба, и только нам решать, как она закончится.       Эти два дня прошли очень «насыщенно», потому что погода была на редкость дождливой и ураганной, будто предчувствовала предстоящую грозу в доме семейства Ким. Эта обстановка только больше нагнетала душевное состояние учителя корейского. Ветер был настолько сильным, что валил деревья, одно из которых вместе с собой стащило пол крыши на доме, позволяя ливню попасть внутрь здания. Джин вместе с остальными жителями были напуганы и носились по дому в поисках любых емкостей, чтобы вода не пошла ниже второго этажа. Эта ситуация заставила Сокджина напрочь забыть о всех переживаниях.       Намджун приехал чуть позже, чем обещал. Он осмотрел дом, не совсем понимая, что происходит и почему здесь так много людей в специальной форме. Зайдя внутрь, Джун увидел, как второй этаж перекрыт.       — Стой, как тебя зовут, ты новенькая? — Остановил горничную юноша.       — Здравствуйте. Мое имя Сидни, я работаю вместо Мии. — Просветила парня работница.       — Я Намджун. Приятно познакомиться. — Улыбнулся Ким. — Что случилось с домом?       — Из-за урагана крышу снесло и затопило весь верхний этаж и пару комнат внизу. Миссис Ким просила извиниться, что она вас не встретила, она прибудет немного позже. Из-за этой ситуации без ремонта обходятся только три комнаты, поэтому вы будете в той дальней, вместе с Сокджином. — Объяснила девушка.       — Хорошо, спасибо. — Мотнул головой парень, направляясь в названную комнату.       Было даже радостно, что время, которое юноша проведет здесь, он будет засыпать и просыпаться вместе с тем, кого безумно любит, без нужды придумывать оправдания, что он делает в комнате гувернера так рано или так поздно. Зайдя в комнату, он увидел лежащего на боку мужчину в полудреме. С улыбкой Джун аккуратно сел с другой стороны кровати, отодвигая одеяло и ложась рядом со своим возлюбленным. Рукой он проникнул под футболку, нежно целуя мочку уха.       — Не надо, я занят, отстаньте. — Захныкал Джин, находясь во сне. — Я не хочу этого.       — А чего ты хочешь, Джин~и? — Также с улыбкой проговорил парень, продолжая трогать его под одеждой, чувствуя слишком горячее тело.       — Хочу быть с ним, не хочу делать этого… — Не открывая глаз мямлил мужчина, пытаясь сопротивляться парню.       — С кем?       — С Джуном.       Юноша очень крепко обнял своего возлюбленного, не переставая сиять. Джин очень редко говорил во сне, но когда такое случалось, можно было узнать самое сокровенное, самое настоящее, что таится глубоко в самом мужчине. Гувернер воспротивился объятьям, но нежный голос на ухо заставил пробудиться его, уже с удовольствием принимая любопытные руки на своем теле.       — Что тебе снилось? — Утыкаясь в шею, проговорил Намджун.       — Ничего… — Произнес Джин, изнутри кусая губы, ведь рассказывать с порога о том, что предложил ему его отец, он не решался.       — Но ты разговаривал во сне.       — Я не помню, Джун~и. — Соврал мужчина, трепля его волосы. — А что я говорил?       — Что я потрясающий. — С ехидной улыбкой оказался сверху Ким, обцеловывая лицо мужчины, который зажмурил глаза от неожиданности, ярко улыбаясь.       — Не целуй. — Отстранился учитель от воспитанника, который уже не желал прекращать всё на простых ласках. — Я болею. — Потоп не прошел даром для мужчины, а осложнений добавила нервная почва.       — Мне всё равно. — Насильно убрал чужую руку со своего рта парень, резко сминая губы под собой. — Сейчас займемся твоим лечением. — Рука последовала гораздо ниже, заставляя мужчину немного вздрогнуть, а поцелуи перешли на шею.       — Стой, здесь сломан замок. — Прошептал обессиленный гувернер.       — Родителей нет дома, Суен все знает, а слуги стучатся. — Не переставал наслаждаться своим возлюбленным Намджун, уже снимая с него футболку.       — Новенькая забывает еще об этом. — Между краткими поцелуями молвил Джин с закрытыми от удовольствия глазами. — Пожалуйста… Намджун… давай подождем… — Все пререкания убрал страстный и мокрый поцелуй, вместе с ласкающей плоть рукой, от чего Сокджин простонал в плечи юноше.       Поддаваясь в который уже раз желанию, Джин снимал в ответ с парня пиджак, распахивая рубашку, которая была на клепках. Снова приятное карамельное тело с до боли родным запахом и вкусом. Самое лучшее начало проведение времени в стенах дома — это почувствовать любимого человека, которого не ощущал очень долго, а общение через экран только подливало масло в огонь для буйствования чувств.       — Джун~и… — Стонал под парнем гувернер, находясь в бреду и цепляясь в его спину, царапая короткими ноготками. — Я так тебя люблю… — Болезнь ослабила эту крепкую стену, огораживающую от всплеска эмоций, давая напряжению вылиться сейчас.       — Ты точно болен, Джин~и. — С улыбкой целовал закинутые на шею ноги парня юноша, заставляя учителя стонать еще сильнее, чувствуя мурашки на своем теле.       Тело в тело, губы к губам, душа в душу… Каждая близость была особенной, не обыденной и не механической. Что-то новое открывалось каждый раз, встряхивая сознание. Юноша продолжал мягко расцеловывать горящее тело, как почувствовал странное дыхание.       — Что случилось? Тебе плохо? — Тут же остановился парень, желая посмотреть на лицо мужчины, но тот крепко обвивал его шею, не давая этого сделать. — Джин~и…? — Голос был чрезвычайно мягким, от чего гувернер не сдержал всхлип, позволяя Джуну почувствовать на себе первую горячую слезу. — Говори, что произошло. — Убрал чужие руки бывший ученик, смотря в такое отчаявшееся и грустное лицо учителя, вовсе не понимая, что могло это вызвать. — Я сделал тебе больно?       Слезы градом покатились из глаз. Мужчина закрыл рот рукой, пытаясь не разрыдаться еще сильнее, опуская веки. Ему хорошо, даже слишком, но вот совсем не вовремя мысль о потере этого вошла в его голову. Потерять самое близкое, родное, потерять то, что делает его самым счастливым на планете и в то же время принося колоссальную боль. Любовь — это не только прекрасное чувство, в случае если все взаимно, это еще и сплошные переживания, терзания, страх…       Намджун посадил парня, укрывая себя и его одеялом, обнимая и гладя по мокрому телу, целуя плечи. Его жутко бесило, что он не знает причину, но быть грубым с ним Джун точно не мог, поэтому дает возлюбленному выплакаться, покорно ожидая повествования рассказа о его странном поведении. Сокджин, подобно мягкой игрушке, уткнулся в младшего Кима, позволяя себе вылить все, что накопилось.       — Джун, твой отец хочет, чтобы ты женился. — Шмыгая носом произнес гувернер, не до конца успокоившись.       — Знаю, этого не будет. Я твой и точка. — Спокойно проговорил Намджун, продолжая проводить рукой по спине возлюбленного. — Ты из-за этого заистерил?       — Нет. — Вытер нос Джин, садясь в обычное положение, смотря на юношу. — Если не женишься ты, то… — Он сглотнул, блестя мокрыми туманными глазами. — То он женит меня…       — В смысле? — Нахмурился Намджун. — Так, блять. Что он еще придумал? — Уставился на визави юноша, выдыхая пары ярости, пытаясь не повышать тон.       — Тэмин сделает так, что я буду по документам его сыном. А дальше…       — А дальше я понял. — Закончил за мужчину Джун, уже горя злостью. — Этого не будет, слышишь?       — Намджун, мы же с самого начала знали, что это все плохая затея. — Тихо произнес гувернер, опуская голову.       — Ничего подобного. — Поднял черноволосую голову за подбородок Джун, вглядываясь в стальные очи, которые заставляют быть такими же мягкими, как их цвет. — Когда Суен закончит школу, я заберу тебя с собой. А вопрос со свадьбой я решу. — Убрал соленную жидкость со щеки парня своей большой ладонью Ким, кратко прикасаясь к размокшим устам. — Понятно?       — Если ты не согласишься, мне придется, ты же знаешь…       — Нет. — Вновь пресек возражение своего возлюбленного юноша. — Я не позволю ему сделать это, это слишком. Скажи мне, чего ты хочешь от этой ситуации?       — Чтобы ты был счастлив. — Продолжал шмыгать носом мужчина. — Чтобы ваш бизнес расцветал.       — Если со мной всегда будешь ты, то я буду счастлив, а от этого и бизнес будет идти в гору. Так что заканчивай плакать, и когда он еще раз скажет тебе об этом — дай отпор, не бойся его. Ты ему ничем не обязан. — Юноша, как мог, успокаивал и вдохновлял визави, слезы которого тупой болью отдавались где-то в сердце.       — Ты читал книги Суен? — Выдавил легкую улыбку Джин, вытирая остатки истерики. — Такой слащавый.       — Я всего лишь сказал правду. Будь увереннее перед ним. Это твоя жизнь, а не его. — Пытался достучаться до Сокджина воспитанник, держа в своих руках его ладони. — Как ты себя чувствуешь?       — Голова кружится, а так все хорошо. — Кивнул гувернер.       Джун прикоснулся губами ко лбу мужчины, а после выдал:       — И температуры нет, не смотря на то, что процедура не была закончена. — С улыбкой съехидничал юноша, заключая в свои объятья мужчину.       — Намджун, там ваш отец приехал и… — Окаменела в дверях Сидни, смотря на двух голых обнимающихся парней.       — Тебя стучать не учили? — Грозно произнес на повышенном тоне Намджун, не давая возлюбленному ускользнуть. — Скажи ему, что я сейчас буду и только попробуй сказать, чем я тут занят. — Смог повернуть на девушку голову Джун, бросая в нее своим суровым взглядом.       — Простите, я все поняла. — Виновато извинилась горничная, покидая комнату.       — Боже, как стыдно. — Выдохнул в грудь Джуну мужчина.       — Эта новенькая такая наглая. — Фыркнул Намджун.       — Мягко сказано. Я ей чем-то не угодил: то она мои вещи постирает не при той температуре, то чай прольет на меня, то книгу испортит… — Тяжело вздохнул гувернер, отстраняясь от возлюбленного. — Теперь еще это.       — Не переживай, если она даже расскажет, отец не поверит, потому что не видел сам. Потерпи. — Ямочки снова озарили учителя. — Все наладится.       «Потерпи…всю жизнь? Наладится…когда?» — грустно вздохнул парень, еще раз обнимая своего возлюбленного, а после начиная одеваться.       Всю жизнь терпи, всю жизнь молчи, всю жизнь жертвуй и прогибайся. «Намджун и Чонгук правы, стоит подумать о себе. Я всегда делал только то, что говорил мне Тэмин, выслуживаясь перед ним. Я просто хочу счастья… Правда за свою выслугу я прошу его сына…» — провел все время до ужина в размышлениях Сокджин, не зная, о чем и как говорят отец с сыном, поменяется ли отношение работодателя к гувернеру, ведь он не смог уговорить подопечного жениться.       Дискуссия Намджуна и Тэмина продержалась, на удивление, дольше, чем обычно, но не исключила криков и ругани. Младший Ким яро отказывался от предложения, потом просьбы, потом приказа отца жениться на выбранном наследнике, выражаясь очень нехорошими словами, давя на психику юноши. Однако это нисколько не действовало — Джун блестяще справлялся без скверных словосочетаний, обращая всё сказанное отцом против него же. Он начисто запретил Тэмину впутывать сюда Сокджина, еще больше подзадоривая главу семейства, ведь сын напрочь вышел из-под контроля властного седовласого мужчины.       Джун пробыл дома почти неделю, мотаясь по всем своим делам в городе, просматривая некоторые документы фирм отца. Он подходил к крыльцу без сил и желания вообще двигаться, превращаясь в бесхребетное существо неспособное подавать признаки жизни, но один лишь свет сиреневатых очей — и вот полночи «друзья» сидят в своем саду, в парке неподалеку, ездят по городу, разговаривая обо всём, кроме остро режущих сердце тем. Прохладный воздух теплых летних ночей приятно освежал голову, позволяя забыться, хотя бы на мгновение. Двое влюбленных лежали на траве или сидели на капоте автомобиля где-то на вышине, чтобы вид города был, как на ладони. В обнимку молодые люди сидели, любуясь видом ночного мегаполиса, ночного неба с множеством мерцающих звезд. Даже в тишине им было комфортно, лишь вдыхая любимый аромат друг друга. Они очень старались держаться в доме при остальных жителях, но гормоны и чувства порой захватывали парней в самое неудачное время: то Намджун начнет возбуждать парня, пока тот говорит по телефону или ведет видеоурок, то Сокджин за столом протянет руку или ножку (в зависимости от того, где мужчина сидел) к самому дорогому, мстя за выходки Джуна, потом сильно получая за них в спальне.       — Я так понимаю, что уговоры насчет женитьбы не сработали. — Начал свой разговор Тэмин, вновь позвав гувернера в свой кабинет через пару дней после отъезда сына, расхаживая взад-вперед по комнате. — Он говорит, что нашел своего человека. Ты не знаешь, кто это мог бы быть? — Поднял бровь мужчина.       — Кто-то с работы думаю. — Пытался правдоподобно соврать гувернер, сохраняя каменное спокойствие на своем лице.       — Ладно. — Выдохнул мужчина, присаживаясь. — Что насчет тебя?       — Я не согласен на эту сделку. — Прямо выпалил Джин, помня наказ своего бывшего и нынешнего любовников.       — Почему же? — Ошарашенно проговорил Тэмин. — Я пошел на уступки и нашел достойного жениха.       — Я не могу пойти на это из своих личностных соображений. Жениться должны по любви, а не ради выгоды. — Также хладнокровно продолжал учитель, изо всех сил скрывая свои настоящие эмоции.       — Что ж… я уважаю твой выбор. — Сквозь зубы прошипел хозяин дома, злясь упущению такой возможности. Конечно, он мог заставить, надавить, сломить, но наказ сына не позволяет этого сделать, давая возможность хоть как-то искупить свою вину перед ним, а еще далекое прошлое дает о себе знать резкими ударами в голову, когда Тэмин встречается со взглядом платиновых глаз… — Ничего страшного, можешь идти. — Попытался улыбнуться старший Ким.       — Простите. — Откланялся Джин, сильно удивляясь, что работодатель так легко сдался, разворачиваясь к выходу, сталкиваясь в дверях с той вечно преследующей парня девушкой.       — Зачем на этот раз мой супруг звал тебя? — Произнесла с ноткой ехидства женщина, попивая чай.       — Всё тоже самое. — Выдохнул гувернер, садясь за стол и принимаясь полдничать.       Миен и Джин беседовали, обсуждая салон красоты миссис Ким, а потом плавно перешли на фильмы, договариваясь в выходные сходить втроем, ведь Тэмин, как всегда, будет занят. Их милый разговор прервал грозный и строгий возглас, заставляющий в миг оторваться всему внутри.       — Ты… — Мужчина указал на гувернера, врываясь в столовую. — За мной, бегом.