Ключ к жизни на Земле

      Мукуро лежит на ковре и наблюдает за медитирующим Бьякураном. Иллюзионист это парение в воздухе с закрытыми глазами не понимал. Его медитация — бутылка красного сухого вина, которое Бьякуран называл редкостной дрянью и пытался вылить. — И почему мы не начали встречаться лет десять назад? — задумчиво протянул Рокудо, переворачиваясь на живот и подпирая ладонями голову. — Потому что ты сбегал, как только меня видел, и я тогда, кстати, уже уехал учится в штаты, — спокойно отвечает Джессо, не глядя на собеседника. — Я только сейчас вспоминаю, каким ты был хорошеньким, ку-фу-фу. Бьякуран удивленно приоткрывает один глаз. — Я даже теряюсь — оскорбиться мне, или порадоваться, что ты уже десять лет думаешь обо мне. — Ну, думать о тебе в таком ключе я начал только пару лет назад, а красивым я тебя и сейчас считаю. Просто меня неимоверно возбуждает даже мысль о том, чтобы сейчас переспать с тобой 17-ти летним, — задумчиво протянул иллюзионист. — Извращенец, — Бьякуран снисходительно улыбается и приземляется рядом с Мукуро. — Вот мне ты нравишься в любой своей возрастной форме. — Может устроим завтра сессию с иллюзорным тобой? Ку-фу-фу, — Мукуро проводит рукой по бедру Джессо и лукаво улыбается. — Хочу связать тебя и трахнуть. Я видел одну неплохую штуку с шибари, подвесным. Шоу тебе точно понравится, — в глазах уже загорелся пожар желания, а значит он обязательно это провернет, Бьякуран был уверен. В извращениях Мукуро знал толк, и как бы сдержанно и холодно не выглядел в повседневной жизни — в постели был сущим суккубом. — Солнышко, — Бьякуран прищурился и хитро улыбнулся, накрывая ладонь иллюзиониста своей. — Ты не забыл, что завтра у нас гости? Мукуро скривился и убрал ладонь от чужого бедра. — Надеялся, ты забыл. И ты уверен насчет ну прям всей верхушки Варии? На кой черт нам Леви? Ладно остальные, я даже Луссурию могу понять. — Ты не понимаешь суть мероприятия. Все должны знать и принять, что всё серьезно. — А мне кажется, ты снова перед Дино выпендриться хочешь, ку-фу-фу. Каждая побитая собака в альянсе знает, что вы двое соперничаете за место сильнейшей семьи, после Вонголят конечно. Бьякуран улыбнулся, но уже как-то криво, медитация не спасала от раздражения. Нет, лично к Кавалонне он неприязни не испытывал, хотя смотря в какие моменты, но уж очень бесило самодовольство мустанга и то, что он то женился удачно, и ходит трепится о своей прекрасной Гвен, то особняк новый отгрохал, то Тсуна его хвалит перед всем и каждым, отдавая лучшие сделки. А хуже то, что это пытались поставить, хоть и крайне призрачно, в упрек самому Бьякурану. Мол тоже ведь мог жениться на чьей-нибудь дочке, да связи в альянсе укрепить, ну и семью расширить. Тогда бы и дела пошли в гору, а то какое доверие к бывшему врагу то... А теперь осталось только насладиться подольше лицами членов семей, когда окончательно убедятся, что Хранитель Тумана Вонголы — его партнёр. Не мимолетный трах или несерьёзная интрижка, а тот, с кем он планирует жить и как можно дольше. Вот уж действительно прекрасная партия для босса Мельфиоре, с какой стороны не взгляни.

***

С самого раннего утра прислуга снует по дому, то и дело наводя шорох, подготавливая всё к приему гостей. На кухне кипит жизнь, нанятые повара в темпе готовят блюда и закуски разных видов, а сомелье подбирает вина. Мукуро бродил по дому без дела, иногда задерживая взгляд на частях интерьера и раздумывая, на что это, в будущем, заменить, чтобы стало уютнее. Жить в таком просторном доме для него кажется каким-то ужасом, словно это не дом, а гостиничный двор как минимум, и зачем столько комнат? Ему, тому, кто 16 лет прожил в условиях то лабораторно-тюремных, то трущобных — такая роскошь кажется излишеством. Он к особняку Вонголы то еле привык, когда жил там. — Вот ты где. От резко услышанного голоса Бьякурана Мукуро едва не поймал инфаркт, или как минимум нервный тик. — Прекрати летать по дому, черт бы тебя забрал! Я могу испугаться и как минимум вогнать в тебя трезубец, — зло фыркнул мужчина, уже материализуя в руках оружие. — Успокойся. Скоро придет Кикё, как закончим с делами — я отъеду не на долго, так что побудешь с ним. — И с каких пор ты оповещаешь меня о своих планах? — Рокудо скучающе взглянул на Бьякурана, который без интереса всматривался в картину моря. — Или тебя беспокоит, что мы с Кикё останемся наедине? — Да, немного беспокоит, — не колеблясь с ответом, ровным тоном, произнёс Бьякуран. — Думаю в этом плане я могу тебе и ему доверять, но это не значит, что мне нельзя волноваться. — Ты ревнуешь меня к человеку, с которым я встречался два года назад и сейчас общаюсь как с хорошим другом, ты нормальный? А почему не к Занзасу? Он тоже высокий и босс влиятельного клана, — хмыкнул Рокудо, скрещивая руки на груди. — Ещё и выпивку бы от меня не прятал. — Я уверен на сто процентов, что он не твой типаж. Ни внешне, ни по характеру. И очень вряд ли он может ответить взаимностью мужику, кроме как выстрелом в лоб, — рассмеявшись, Бьякуран оглянулся на собеседника, отмечая, что со вчера Мукуро до сих пор не собирает волосы в хвост, и ему это конечно идёт, но он не хочет, чтобы другие видели его таким. — И да, выпивку бы он не прятал, просто выпивал бы быстрее тебя. — Ты не зарекайся, все так и про нас с тобой думали и вот, сегодня эти «все» придут поздравить нас с началом совместной жизни. — Я тогда, пожалуй, проведу вечер в компании твоего ученика и Мармона. Что скажешь? — Прекрасно, сет из иллюзионистов собрать решил? Ку-фу-фу. —Фетиш на туманников, — разведя руки в стороны, протянул мельфиоровец, — Что поделать. Цокнув, Мукуро закатил глаза к потолку и оставил Бьякурана одного. Рокудо никогда не ревновал всерьёз Джессо ни к Вайперу, ни к Франу, как бы мило последний с ними не общался. Хотя и бесился, когда Бьякуран проводил время с Мармоном, уж слишком сладко улыбался босс Мельфиоре старшему иллюзионисту Варии. Но теперь он вполне уверенно может подойти и увести «своё» подальше от противных варийских жаб.

***

Кикё едва не заблудился в новом доме своего босса, блуждая по коридорам в поисках иллюзиониста Вонголы. Спрашивать прислугу оказалось гиблым делом, оно и понятно — иллюзионист ведь. И писать, или звонить, ему было бесполезно — телефон Рокудо с собой таскал исключительно редко. — Ещё немножечко побродил и изучил бы каждый угол, ку-фу-фу, — Мукуро материализуется на подоконнике гостиной. — Хо-хоу. Только не говори, что всё это время следил за мной, — чуть раздраженно улыбнувшись, Кикё подходит к иллюзионисту, приветственно обнимая. — Ну не всё время, это было бы скучно, вообще я искал где мой виски. Но его либо нет в доме, либо я очень невнимателен, — наигранно-печальный вздох и Мукуро ближе прижимается к чужой теплой груди. — Знаешь, меня к тебе Джессо ревнует, — задумчиво наматывая прядь светло-зеленых волос на палец, произносит. — Ха, действительно, с чего бы? — улыбаясь и проводя ладонью по щеке иллюзиониста, мягко целует в скулу. — Может потому, что ты всё время ведешь себя со мной на грани допустимого? — щекоча дыханием ухо Рокудо, Кикё слегка прикусывает мочку иллюзиониста, когда тот уверенно запускает руку в волосы Венка. — Сейчас напросишься, и я тебя здесь же трахну, попросив Бьякурана присоединиться, чтобы не расстроился, ку-фу-фу, — сжимая ладонь с прядями волос в кулак, легко касается чужих губ и кусает за нижнюю. Кикё отстраняется первым, игры-играми, а он и сам в отношениях, а даже шуточный флирт с Туманом Вонголы — опасен. Раньше это всегда кончалось постелью. — Обойдусь пожалуй, — поправив волосы и вновь улыбнувшись, Кикё вспомнил, зачем вообще искал Рокудо. — Блюбелл придёт сегодня, а ещё она приготовила тебе подарок, но хотела, чтобы я его передал. Мукуро настороженно взглянул на Кикё, говорящего о Блюбелл. Немного приятно всё же было, что юная хранительница дождя снова объявится на горизонте. А вот подарок от нее сейчас — странно. Мукуро казалось, что это что-то должно было убить иллюзиониста, или как минимум покалечить. Хотя здравый смысл подсказывал, что Кикё всё тщательно проверил, чтобы любовника их лидера не убили так глупо. — Неожиданно, ку-фу-фу. Она уже успокоилась? — Да. Она смирилась, что с Бьякураном уже и не потягаться, и да, она уверена, что Бьякуран твой пассив, — засмеялся Кикё. Мукуро ехидно ухмыльнулся, лично его ситуация полностью устраивала. Джессо может быть бы и психанул, но его тут нет. Позже, в холле гостиной, где Кикё оставил коробку с подарком, Мукуро озадаченно осматривал этот самый подарок. Всё мило, конечно, и с виду безопасно — всего лишь пижама. Но вот темно-синие атласные брюки, с ананасами, его немного напрягали. — Нет, я могу понять, что футболка на плечах в орхидеях с мельфиоровских нашивок. Но ананасовый принт брюк тут причем? — нервно дернувшийся глаз заставил Кикё улыбнуться ещё шире, словно Венка покусал ураган Варии, ни меньше. — Тебе очень пойдёт, Мукуро-тян, хо-хоу. А за принт спроси сам. Кстати, я дополнил презент ананасовым ликёром, — улыбнувшись, мужчина указывает на прямоугольную коробку рядом с пижамой. Глубоко вздохнув, Мукуро наступает довольному мельфиоровцу на ногу и, собрав весь актерский талант, скачет вокруг Венка причитая: «ой, как же так, Кикё-тян?»

***

Примерно к пяти вечера началось всё, чего боялся иллюзионист — вся мафия Италии в его доме. Ну или почти вся. Вонгола в полном составе вместе с Шимон, Мельфиоре и Вария, Кавалонне и Уэббер. К счастью для Рокудо — Томазо не смогли почтить своим визитом, их нет на острове, но передали самые добрые пожелания и гору подарков. А вообще Лонгчемп напрягал Мукуро и лучшим подарком стало его отсутствие. — И чего стоишь, скучаешь? — грубый низкий голос раздался рядом с Рокудо, только без излюбленного «мусор». Занзас встал в укромный угол, как всегда с роксом виски в руке, и заговорщически протягивал Мукуро второй бокал, схваченный с подноса мимо проходящей прислуги. — Прячусь от Франа. Или от Шиттопи. Я пока не определился, ку-фу-фу, — сделав нервный глоток, немного морщась от горечи напитка, Мукуро наблюдает как Бьякуран мастерски перетянул вообще всё внимание на себя и заодно отстал от любовника. — Мелкий мусор вместе с жадюгой донимают девку из Мельфиоре. А эта странная из Шимон ее спасает. Мукуро нервно усмехнулся, мысленно сочувствуя Блюбелл. Хотя если они ее выведут, то как минимум иллюзионистам — крышка. — Вообще меня в принципе все достали, ещё и Бьякуран пить не даёт. А ты чего смылся? Я думал, ты хотел Тсуну подонимать и Бьякурана. Занзас хмыкнул и допил виски залпом. — Вонгольский мусор вместе с Акулой мозг имеют. А твой им помогал. Как ты вообще с ним сошелся? — махнув рукой в сторону Джессо, спросил Занзас. — Ты ж всё трепался, как тебя этот мусор бесит. Мукуро вздохнул, он и сам не всегда понимал, в какой именно момент Бьякуран заинтересовал его в сексуальном плане, да ещё и любовном в придачу. — Не знаю, он меня и сейчас периодически бесит, ку-фу-фу. — Рокудо, я убью твоего ученика, ши-ши, — рядом возник Бельфегор, сверкая улыбкой во все зубы с бокалом вина в руках. — Босс, зачем нам два Тумана? — Заткнись, мусор. Он полезнее тебя бывает, — рыкнул Занзас под тихий смешок Мукуро. — Оя, Бел, что на этот раз? И Бел, моментами переходя на ругань, описал, как Фран довел Хибари и слинял, кинув иллюзией на Бела свой облик, из-за чего несчастный ураган Варии огреб тонфа по лбу. — Оя, и правда что-то новенькое, ку-фу-фу. Занзас откровенно смеялся с Бельфегора, пышущего яростью. Вечер становился всё веселее, в частности благодаря проделкам больных на голову мафиози. А тут таковым был каждый присутствующий. Мукуро, выпив ещё немного, всё же решил выйти из тени и найти Блюбелл. Девушки не оказалось на виду, хотя Фран и Вайпер нашлись быстро — донимали Верде, который пытался напиться в тишине. — Оя, не видел Блюбелл-тян? — подойдя к Закуро, спросил иллюзионист. — Неа, она вроде как с девкой из Шимон была. Которая в странном прикиде, — протянул мельфиоровец, следя за Дейзи, чтобы тот не пугал девушек из Вонголы, особенно Хроме. Блюбелл нашлась на террасе вместе с Шиттопи. Последняя гладила по волосам удивительно спокойную, к таким действиям, хранительницу Мельфиоре. Мукуро наблюдал, пока не выдавая своего присутствия, как Блюбелл грустно улыбалась на слова девушки перед собой. — Привет, — привлекая на себя внимания, Мукуро прошел на террасу. — Не оставишь нас, Шиттопи-чан? — Хорошо, — оторвавшись от хранительницы Дождя, она уходит, что-то прошептав Блюбелл на ухо. Подойдя ближе, Мукуро опирается о перила рядом с девушкой. — Очень милый подарок, спасибо, — искренне улыбнувшись, Рокудо смотрит на девушку, которая озирается растерянно куда угодно, но не на иллюзиониста. — Это была идея Кикё, подарить что-то вместе, — она чуть улыбается, — Я захотела выбрать пижаму. Фран постоянно сравнивает тебя с ананасами, вот и решила подшутить. Мукуро обнимает девушку, говоря, что рад, если она больше не страдает из-за него. — Ты его любишь? — тихо спрашивает хранительница Дождя. Хотя в голося скорее утверждение. — Да, очень, — тихо отвечает, замечая остановившегося в дверном проёме Бьякурана. — Тогда я рада, — Блюбелл сжимает рубашку на спине иллюзиониста и прячет взгляд. Сейчас она ещё не до конца остыла и рада быть в объятиях Мукуро хотя бы так. Но в будущем она надеется, что больше никогда не захочет его коснуться не как друг. Бьякуран наблюдает, как его хранительница прижимается к Рокудо, и он обнимает в ответ, смотря в глаза Джессо и улыбаясь. — Хорошо, что вы всё выясняли, Блюбелл-тян. Блюбелл вздрагивает от голоса своего босса и, оторвавшись от Мукуро, идет к нему с улыбкой, говоря, что теперь всё хорошо. — Знаешь, мне кажется Блю нравится Вайперу, — Бьякуран смотрит на Мукуро, который во все глаза наблюдает, как хранительница Мельфиоре танцует с, казалось, очень замкнутым бывшим аркобалено. — Вот уж неожиданно. Так ты ж с этим гномом жадным дружишь, сам бы и спросил, ку-фу-фу. Все уже порядком напились. Дино спорил с Рехеем и Хибари, пока Гвен с Ханной смеялись с них в стороне. Занзас отчаянно спаивал Тсунаеши, пока Гокудера вместе с Потрошителем пытались поймать Франа. А Шиттопи вовсю соблазняла Закуро. — Йо, учитель, — за спинами Бьякурана и Мукуро возник Фран. — Бьякуран. Не прикроете, пока эти психованные типчики за моей иллюзией гоняются? — Ку-фу-фу. А где Скуало? Он же усмирял вас всё время? Фран задумчиво приложил палец к губам и смотрел в потолок. — А, ну тайчо сказал, что мы ему насточертели, и если кто-то из нас умрет — он только выдохнет спокойнее. А потом ушел с Кикё-саном и грудастой дамочкой из Шимон пить на кухню. Бьякуран рассмеялся, и подначивал рядом сидящего Франа превратить Кавалонне в говорящую лошадь. — Отцепись ты от Дино, — цокнул Мукуро, глядя на подвыпившего любовника. — А ты, — зыркнув на Франа, — не ищи приключений в моем доме, а то я лично тебя убью, если они разнесут этаж, гоняясь за тобой. — Бьякуран-са-ан, — занудно протянув, Фран повис на плече Джессо, — Как вас угораздило встречаться с учителем? Вы мало от Вонголы страдали? Ойкнув, когда трезубец пронзил шляпу-лягушку, Фран обиженно зыркнул на учителя и вдвое сильнее, да противнее, ныл Бьякурану, который улыбаясь, прижимал к себе мальчишку, спасая от Рокудо. Мукуро решил покинуть этих двоих, пока не убил, и минуя всех встреченных на пути «коллег», отправился к Занзасу и Тсунаеши. Савада был уже немного выпивший, а рядом сидел довольный Занзас, который разводил Десятого на увеличение финансирования отряда убийц. — Развлекаетесь? Ку-фу-фу. — Может в покер, мусор? — неожиданно предложил Занзас. Тсуна поморщился, в прошлый раз, когда он проиграл, Занзас на неделю сбагрил ему Бельфегора, забрав Хаято. Было не то, чтобы плохо, но Бел успел довести до ручки даже Ямамото, особенно когда задалбывал Такеши готовкой суши. — Только если командами, — повел плечом Тсуна, с надеждой смотря на своего хранителя Тумана. — Я с Занзасом, ку-фу-фу. — Ну всё, я пас, — подняв обе ладони, заявил Савада. — Оя, Тсуна-кун, а может я тогда с тобой в команду? — Бьякуран присел на подлокотник дивана, рядом с Мукуро. — Можем пригласить Дино к нам. — А ты не упускаешь шанса посоревноваться, милый, — слащаво ответил Мукуро, окидывая взглядом довольного Джессо. Тсуна и Занзас замерли, удивленно наблюдая как мило общаются эти двое. До сих пор не верилось, что они пара, и вот сидят и держаться за руки прямо у них под носом. — Вы ещё поцелуйтесь, мусор, — усмехнулся Занзас, подливая виски себе и Саваде. — Да пожалуйста, — с вызовом бросил Бьякуран и наклонился к Мукуро, схватив того за ворот рубашки. Мукуро опешил и сначала даже хотел оттолкнуть охреневшего любовника, но стоило Бьякурану коснуться его губ, настойчиво сминая, как Мукуро тут же сдался впуская горячий язык в свой рот и лаская в ответ так жадно, что со стороны каждый мог видеть, как переплетаются в страстных ласках языки парней, как сминают, чуть покусывая, губы друг друга. Тсуна чуть не подавился выпивкой, смотря во все глаза за Мукуро и Бьякураном. В доме притихли все разговоры разом, кто-то даже удивленно выдохнул «охренеть», а Шиттопи радостно визжала вместе с Хару и Луссурией. — Доволен? — высокомерно улыбнувшись боссу Варии, бросил Бьякуран, прижимая к себе довольного иллюзиониста. — Сойдёт, мусор. — Может всё же в покер? — неловко кашлянув, предложил Савада, отвлекая внимание парней на себя. — Играть собрались? — к парням подошел Кавалонне, с бокалом бренди в руках. — Оя, Дино-кун. Не сыграешь с нами в покер? — довольно предложил Джессо. — А почему нет? — хмыкнув, Дино оглянулся на Хибари, — Кея со мной. Хибари недовольно цокнул, но согласился. Как ни странно, а покер он любил, и играть умел. — Надеюсь не здесь, травоядные. — Обижаешь, Кея-кун, — слащаво улыбнулся Бьякуран. — У нас есть комната для этого. Мукуро усмехнулся. Комната и правда есть, азартные игры одна из страстей Бьякурана и ветвей его бизнеса. — Я попрошу кого-нибудь с кухни, чтобы принесли выпивку сразу туда, — проинформировал Мукуро и покинул компанию. На кухне, как оказалось, была своя тусовка. Кикё, Скуало, Адельхейд и Ямамото оживленно болтали о чём-то, весьма неплохо выпивая, но оставляя трезвость ума. Пожалуй самая адекватная часть вечера собралась. — Ку-фу-фу, смотрю вам весело, — проходя мимо, подмечает. Ямамото весело машет рукой и зовет Рокудо присоединиться, освобождая место рядом с собой. — А мы тут об истории спорили, Джоэл тоже с нами, скоро вернется, — Такеши как всегда с позитивом. — Да, выпей с нами, — Адель и Кикё в один голос просят Рокудо остаться. Сузуки обычно сдержанна и холодна, прямо таки Хибари Кея в юбке, но сейчас она очень даже открыта и даже, наверное, пьяна. — Ладно, но не долго, меня парни ждут. Мы собрались в покер играть. Кикё фыркнул, ему этого и в особняке Мельфиоре выше крыши хватает, Закуро обожает карты. — Кто-нибудь хочет присоединиться? — Мукуро окидывает компанию взглядом. — Хм, кто будет? — Я, Занзас... — Сразу нет, врой. Заебала рожа Занзаса. Адель и Ямамото вообще не играют в подобное, потому открестились сразу: — Прости, нам и тут неплохо. Вздохнув, Мукуро подозвал одну из девушек, работающих в доме, и попросил отнести шесть бокалов и пару бутылок виски и бренди в игровую на втором этаже. — И передай Бьякурану, что я скоро приду. — Да, сэр, — кивнула девушка. — Не обращайся ко мне так, — Мукуро дернулся, подобное обращение для него некомфортно, — Просто Рокудо. Девушка кивнула ещё раз и поспешила выполнять порученное. — Кикё, умоляю, можешь посмотреть, чтобы никто не умер и не взорвал дом? — Присмотрим, врой. Не бойся. Мукуро благодарно кивнул, налив себе вина.

***

Бьякуран проводил гостей в игровую, которую оборудовали ещё с того дня, как только Джессо решил купить этот дом. — Здесь отличная система вентиляции, так что можно курить прямо за игральным столом, — оповестил Бьякуран. — Неплохо, тут и бильярд есть, — подметил Дино, тут же подходя к столу. Хибари сразу же сел за стол, окидывая помещение холодным взглядом, а Занзас и Тсуна увлеченно спорили о том, что Варии непременно нужно собственное казино. — Сыграем? — обводя рукой борты стола, предлагает Кавалонне. — Оя-оя. Почему бы нет. Расположив шары по центру поля, Бьякуран берет в руки кий и первым разбивает шары, сходу попадая в лузы. — Неплохая партия, — хмыкает Дино, готовясь забить шар. — Мы только начали, — Бьякуран провожает взглядом катящийся по зеленому полотну шар. — Я о Мукуро, — улыбнулся Дино, — неожиданно и метко. Один из верхушки Вонголы. Вау. — И я о нём. Мы только начали, — готовясь сделать свой ход, произносит с лукавой улыбкой. — Но не думай, что мы сошлись из-за выгоды. Кавалонне взглянул на Джессо, по-доброму, как на старого друга: — После вашего недавнего поцелуя сомнений не осталось. В дверь тихо постучались. Тсуна впустил девушку в комнату, которая тут же поставила бокалы с подноса на стол и тут же вернулась с тремя бутылками спиртного. — Господин Рокудо просил передать, что скоро придёт, — лаконично произнесла девушка. — Прости, ты не могла бы принести льда? — неловко попросил Тсуна. — Конечно. Сейчас принесу. Девушка вышла, и Занзас тут же принялся наливать выпивку хмурному хранителю Облака. — Отвали, Занзас, — хмыкнул Хибари, наблюдая за игрой в бильярд. — Выпей, мусор, — настойчиво предложил босс Варии. А Тсуна уже и сам себе налил, чтоб хоть к нему не лезли с этим. Кея опасно сверкнул глазами цвета стали, но бокал всё же принял, одним глотком осушив до дна и не сводя глаз с Занзаса. — Доволен? — Есть такое, — Занзас хмыкнул, играя в гляделки с хранителем Вонголы. Мукуро явился почти час спустя, застав всех у бильярдного стола. Кея играет с Занзасом, а Бьякуран, Дино и Тсуна спорят, кто выиграет. — Оя, у вас уже всё полным ходом, ку-фу-фу. Хибари чертыхнулся, когда Занзас попадает последним шаром в лузу. — Погнали, ананас, — бросил Кея, отойдя от стола. Мукуро едва не кинулся на Кею, но его вовремя обнял Бьякуран, утихомиривая любовника. Бьякуран раздает карты, попутно обсуждая вид игры. — Тот, чья комбинация сильнее — загадывает желание тому, у кого самая слабая, — сообщает Джессо, кидая на стол фишки из казино. — Ваши ставки, господа, — ухмыльнулся босс Мельфиоре. — Может на деньги? — предложил Савада, надеясь на голос разума хотя бы Хибари. На Кея хищно блеснув глазами, заявил, что деньги его не интересуют, а у остальных их валом. — Не бойся, Тсунаеши-кун, пост Десятого никто не попросит, — рассмеялся Джессо. А Тсуна решил ещё выпить, для энтузиазма что ли. Может гиперинтуиция сработает и не придется вестись на желания ебанутых психопатов. Мукуро то и дело переглядывается с Занзасом, окидывая взглядом присутствующих. Дино и Хибари себя никак не выдавали, так же как и Джессо, Тсуна нервничал, и кусал губу, хотя он всегда нервный, тяжело подгадать. — Рокудо, будешь жульничать — забью до смерти. — Ку-фу-фу, попробуй, — дерзко заявил Мукуро, — Помниться ты ещё ни разу не смог победить. Кея угрожающе рыкнул, а Тсуна выдохнул «ну началось», и уже готовился просить Занзаса пристрелить обоих, в случае чего. Бьякуран, наверное, порвёт потом за иллюзиониста... — Может в игре такими же резвыми будете? — предложил Дино, тут же повышая ставку. — Хитрый конь, — ухмыльнулся Занзас. Занзас закурил, протягивая пачку рядом сидящему Рокудо и подливая выпивку в бокал. Запах табака наполнил комнату, смешиваясь с ароматом бренди и виски. Игра пошла более напряженная, и Бьякуран в ней явно вёл. — Вскрываемся? — предложил Кея. — Каре, — ухмыльнулся Дино. — У меня тоже, но карты старше, ку-фу-фу. У Хибари фулл-хауз, а Тсуна спасовал. — Занзас? — мурчащим тоном интересуется Джессо. — Флеш. — М, чудненько, — кинув последним комбинацию «королевская масть», Бьякуран мило улыбается Занзасу. — Карточные долги это святое, правда, Скайрини? — Давай уже желание, мусор, — выпив виски, босс Варии уверенно смотрит в хитрые лиловые глаза. — Давай так, я озвучу свое желание тебе, после следующей партии? А если ты выиграешь — отменю. Занзас дураком не был и понимал, что если согласится на сделку с Дьяволом из Мельфиоре, возможно, встрянет сильнее, но азарт и алкоголь решили за него: — По рукам, — кивнул вариец и Джессо довольно просиял улыбкой. Но сегодня явно не день Скайрини, масть никак не шла, хотя он и был вторым, на сей раз после Дино. — Оя, как жаль, как жаль, — весело пропел Бьякуран смотря то на Занзаса, то на проигравшего Тсунаеши. Мукуро сочувствующе взглянул на варийца, фантазией Бьякуран не уступал даже Рокудо, хотя тот был, казалось, самым ненормальным во всём альянсе. Бьякуран склонился к рядом сидящему Кавалонне и предложил загадать Тсуне то, что ему выгодно. Никто не слышал, но Мустанг ухмыльнулся так, что даже спокойный Хибари вздрогнул. — Целуй Саваду, — довольно щурясь, выдал Бьякуран Занзасу. Скайрини чуть не подавился сигаретой на очередной затяжке, а после выдал только: «ахуел, мусор?». Но с доводами о карточных долгах и: «сам, дурак, согласился», — не поспоришь. Тсуна охренел ещё больше. Смотря то на Джессо, то на Дино-предателя, то на Занзаса, который уже смирился с участью и решил, что если проигрывать, так хоть гордо, и уже шел к месту Савады. — Только по взрослому, — почти одновременно выдали Джессо и Кавалонне. А Хибари с Мукуро только с замиранием сердца ждали, кто первый взорвется, и надеялись их не зацепит. — Только, блядь, попробуй, я ж тебя Х-баннером застрелю, — нервно затараторил Савада, когда над ним уже решительно навис Занзас. — Не застрелишь. Это моё тебе желание, Тсу-кун, — улыбнулся Дино. Тсуна встал, глянул на всех как на дегенератов конченных, выпил, чуть ли не залпом, бренди из бокала Кавалонне и сам притянул к себе Скайрини. Хибари аж присвистнул. Тсунаеши оказался не таким уж и робким в этих делах. Занзаса целовал остервенело, доминируя в этом вопросе, и в целом это было похоже на схватку двух хищников. Укусы, грубые хитросплетения языков и почти жадные касания губами. Занзас аж приобнял Саваду. — Отлично, — Джессо прервал парней, ехидно окидывая их взглядом. — Ещё бы, мусор, — ухмыльнувшись, ответил Занзас. Дальше игра только набирала обороты, и подвыпивший Савада явно хотел отыграться и на Кавалонне, и на Джессо. Без внимания не остался никто. Градус веселья рос, даже в стальных серых глазах вонгольского Облака заиграл небывалый азарт, он определенно имел планы, только насчет мести кому — не ясно. Под прицел мог попасть и надоедливый варийский босс, и вечно спорящий с ним Конь и заклятый враг — Рокудо Мукуро. Одни только Джессо и Савада не испытывали на себе волны раздражения Хибари. — Вскрываемся? — весело произнес Занзас. Однако победил как раз таки Кёя, который злорадно улыбнулся поглядывая на внезапно проигравшего Мукуро, который в шоке смотрел на свои карты. — Вао, ананас, — злорадно ухмыльнулся Кея. — Колдуй себе шапку ананаса на весь вечер. Рокудо скрипнул зубами, под тихие смешки присутствующих и откровенный ржач Скайрини. — Или можешь передать все свои алкогольные запасы Сасагаве, и не пьешь до конца года. — Оя, а это уже интересно, Мукуро-тян. Что выберешь? — Бьякуран подпирает щеку рукой и заинтересованно смотрит на любовника. — Я алкаш что ли по вашему? — вспылил иллюзионист, и его поддержал только Занзас, сказав: «ну конечно же, Рокудо, ты не зависим, мы ж одинаково пьём, а я-то не алкаш». Комната наполнилась смехом. Мукуро хмыкнул и откинулся на спинку кресла. — Ну хорошо, тогда второе, ку-фу-фу, — уверенно заявил хранитель Тумана и скрестил руки на груди. Хибари победно улыбнулся и договорился с Бьякураном, чтобы тот следил за исполнением сделки. — А для верности Тетсу, Сасагава или лично я будем проверять тебя на алкотестере, — самодовольно завершил условия желания Кея. Савада же вообще был вне себя от счастья. Наконец-то этот туманный упырь прекратит пьяным ходить на собрания и задания. Дальше очередь выигрывать уже подошла к самому Тсунаеши. И не просто, а целых две партии к ряду. Често говоря Тсуна не планировал в проигравшие Каваллоне, но так тоже неплохо. А теперь время отыгрыша. — Прости, Мукуро, но, — Тсуна перевел взгляд на Бьякурана, — целуй Дино. — Совсем ты без фантазии, Тсунаеши-кун, — усмехнулся Джессо. А сам Дино перевел вопросительный взгляд, мол: «а не убьёшь ли?» на Рокудо. — Оя, интересненько, ку-фу-фу, — Мукуро усмехнулся и с интересом ждал, пока Бьякуран поцелует Дино. Не хотели явно оба, хоть и не сопротивлялись судьбе так же яро, как до этого Занзас и Тсуна. — Может хоть девушек позовём? А то у нас какой-то гейский сбор, ей богу, — отозвался Хибари, смотря на присутствующих. — А тебе внимания не хватает? Ку-фу-фу. Хочешь я тебя поцелую? — рассмеялся Мукуро. А Бьякуран напрягся, если Кея хоть пальцем тронет Рокудо, то Джессо тут весь дом разнесет вместе с хранителем Облака Вонголы. — Чего замерли? — поинтересовался Занзас с Савадой. — Да, — утвердительно кивнул иллюзионист, — Покажи ему как целоваться. Бьякуран взглянул на любовника, затем на Дино, а коню уже вообще плевать, кажется он пьян. Джессо вздохнул и, раз Мукуро настаивает, то уж проявит свои навыки как следует. Бьякуран придвигается к Кавалонне и притягивает мужчину к себе за шею. — И на свидание даже не сводишь? — усмехнулся Мустанг прямо в губы мельфиоровца. Джессо касается губ Дино неспешно и настойчиво, вплетая пальцы в пшеничные волосы, притягивая ближе и стараясь открыть лучший обзор. Проводит языком по губам, чуть прикусывая нижнюю и целует глубоко и жадно, как целовал бы на его месте своего Мукуро. Дино отвечает с не меньшей пылкостью, лаская язык Бьякурана своим, проводя кончиком вдоль ровных зубов и щекоча нёбо. Они целуются уже дольше, чем следовало бы, а Бьякуран всё входит во вкус, прижимаясь к Кавалонне ближе. Мукуро не выдерживает первым и пинает босса Мельфиоре под столом прямо в голень. Ойкнув, Бьякуран отрывается от чужих губ и с улыбкой смотрит на Рокудо, который так же безумно улыбается, но в глазах бешенство. Все молча наблюдают за парочкой. — А дальше желания на отсос будут? — Хибари усмехнулся уже спокойно принимаю рокс с выпивкой от Скайрини. — Ну если ты так хочешь, — мило улыбнулся Бьякуран поглядывая на Кею и явно планируя не доброе. Хибари зло сверкнул глазами на босса Мельфиоре. А Мукуро предвкушал победу возлюбленного и немедленно поджидал как бы Хибари проиграл. На руку иллюзионисту явно опьянение присутствующих и постепенное отрезвление себя любимого. Желание Кёи могло обернуться против самого Облака. Ну и конечно, если Мукуро чего-то очень хочет — получает. Бьякуран выиграл, а Хибари был в проигрыше. Мукуро сидел с самым непричастным видом, Бьякуран тоже, хотя явно ощущал, что проигрыш Кёи был не с проста. Остальные только с замиранием сердца ждали чего же такого попросит Небо Маре. — Оя, Кёя-кун, смотри как хорошо вышло, — самодовольно протянул Джессо. — Но не волнуйся, никакого треша, — отмахнулся Бьякуран. — Давай к сути, Зефир, — выдохнул Хибари уже морально подготавливаясь, да и алкоголь помогал быть капельку терпимее. — Ничего сложного. Найди Рёхея-куна и обними его, но так, чтобы он пережил, и без объяснений, признай, что он твой любимый лучший друг. Савада цокнул. А Дино прокомментировал, что все, включая Сасагавы и так в курсе. А вот Хибари нахмурился. Один Рокудо понимал, что для асоциального Кёи это и правда наказание, тем более нежности с таким бешеным хранителем Солнца как Рёхей. — Но, — Джессо продолжил. — На этом не всё. В течении всего месяца ты должен повторять этот ритуал каждый день, даже брать парные задания. Это ведь не проблема, Тсунаеши-кун? — Конечно нет, к тому же сейчас затишье, — Савада заинтересованно улыбался наблюдая за реакцией своего Облака. Кёя злился. Он ненавидел работу в паре. Он ненавидел нежности. Он ненавидел даже когда Рёхей сам решал, что Хибари его лучший друг и буквально изматывал Кёю своим присутствием и неконтролируемой энергией. — Хорошо, — со скрипом ответил Хибари. — Чудненько. Тогда предлагаю всем переместиться к остальным гостям и заодно посмотреть на исполнение моего желания, — лучезарно объявил Бьякуран. С предложением согласились все. Компания покидает комнату и весело вливается в общую тусовку на первом этаже. Рёхей нашелся быстро. Боксер был в компании Аобы из Шимон, с которым, удивительно спокойно общался. Кёю в ожидании сверлили пять пар глаз, из-за чего глаз самого Хибари задергался в приступе нервной агонии. Опрокинутая залпом стопка текилы немного сгладила ситуацию и мужчина пошел исполнять карточный долг. Рёхей заметил Кёю сразу, радостно махнув другу в толпе, а тот лишь уверенным, хоть и не ровным, шагом приблизился к боксеру и обнял что есть сил. — Хибари? — Сасагава недоумевал. — Ты мой самый любимый лучший друг, — с кривой улыбкой и ненавистью к Бьякурану, но произнес так, чтобы эти придурки слышали. Пока Рёхей радостно смеялся и обнимал брыкающегося хранителя Облака, в другом конце комнаты чуть не прослезились от смеха и удовольствия четыре ахуевших босса сильнейших кланов Альянса и один хитрожопый Ананас. А Аоба Каю, забытый собеседником, не растерялся и в сотый раз пробовал подобраться к сердцу миленькой Миуры Хару. — Я знаю, что ты жульничал, — шепнул на ухо иллюзионисту Бьякуран. — Ты чем-то недоволен? — подмигнул Рокудо, обнимая любовника. Общаясь с другими Бьякуран улыбается невероятно лицемерно, сверкает бездонными пустыми глазами, цвета фиалок. Его движения такие грациозные, сдержанные; интонация приторная, наигранная, как и он сам. И Мукуро это любит. Потому что только он знает, какой он на самом деле, Бьякуран Джессо. А больше никто, это загадка Сфинкса. На мгновение в холодном лиловом взгляде мелькает огонёк — когда их взгляд с Рокудо встречается. Бьякуран улыбается, нежно, по-человечески. — Теперь я могу в любой момент сделать так, — он улыбается хитро, но счастливо, вмиг накрывая губы иллюзиониста. — А я могу ответить, — шепнул Рокудо, углубляя поцелуй. Ему ребячески хотелось показать, что этот мужчина — его. Приватизирован, завоеван, присвоен — как угодно. Но Джессо только для Мукуро и наоборот. Сейчас для них никого не существовало, они в своём мире.