Вкус больных пристрастий

      Ад кромешный, совершенный и нет       Окутывает глаза красным муаром.       Играя со мной в развратные прятки,       Коверкает душу ржавым гвоздем.       Он жил в моей тени, водил мою руку,       Смотрел из-за спин в бронзу зеркал.       Он крал детей, вращая их черные иглы,       И говорил правду всем прямо и наискось.       Заколоченные стёклами, засыпанные пеплом,       Мы раним камнями чужие зеницы.       Мы выброшены небом, воспеты в земле,       Навеки влачим свой ад в свое счастье.       Меньшему веришь, больше не знаешь.       Я хочу взвесить справедливости длань.       Великое везенье или крупнейшая неудача       Повстречать пред собой свою дохлую тень?       Неизмеримо полны детского пацифизма       Мы кушаем мандарины из вражеских рук.       Изящные пустышки-цветы из таких же плодов.       Кто смотрит на нас? Разбиты в полёте умы.       Собирая осколки чужой жизни в грязи,       Я нашел звезду вместо сотни алмазов.       Свет её ослепил — померкло всё.       Лишь Ад остался кромешный и нет.