Сны, что сводят с ума

Гарри не спал всю ночь, упорно продолжая листать древние фолианты, не оставляя попыток найти что-то стоящее. Глаза уже слипались, да и он сам не особо соображал, но не мог позволить себе спокойно (беспокойно) спать, когда счёт шёл на часы. Сегодня был учебный день, и, по идее, он должен присутствовать прямо сейчас на уроках, однако жизнь и здоровье Тома были намного важнее. Даже завтрак он пропустил, решив потратить это драгоценное время на поиски. Близился обед, но по-прежнему всё было бесполезно. Даже намёка на похожий артефакт не было, словно его и вовсе не существовало. Но не могло же ему это всё привидеться? — Факультет в бешенстве, Гарри, — сказала ему Гермиона, найдя его в библиотеке, Рон встал прямо за ней, — тебя не было ни на одном из двух занятий Зелий, и профессор Снейп не побрезговал снять с Гриффиндора сто очков за твоё отсутствие. Поттер в ответ лишь промычал, перелистывая уже, наверно, десятитысячную страницу и не обращая внимания на своих друзей. — Они хотят поговорить с тобой, — сообщила она, беспокойно глядя на своего отстраненного от внешнего мира друга. — Ага, — Гарри кивнул, но ни одного произнесенного Грейнджер слова он не услышал. — Ты не должен пропускать уроки, из-за тебя факультет может потерять половину заработанных за весь этот год баллов. А ты же знаешь, как наши хотят получить кубок школы в этом году. — Прекрасно, — Поттер захлопнул книгу, беря со стопки следующую. — Ты ведь даже не слушаешь меня, — подметила Гермиона, понимая, что её друг абсолютно всё пропускает мимо ушей. — Несомненно, — снова поддакнул он, не замечая раздражённого выражения лица подруги. Девушка хотела сказать что-то ещё, но Рон, что до этого просто молча стоял, наблюдая за происходящей картиной, её перебил: — Оставь его, ты же видишь, что он занят и не станет нас сейчас слушать. Гермиона фыркнула, но таки отстала от парня, уходя вместе с Роном в Большой Зал. — Я просто волнуюсь за него, — сказала она Уизли, когда они вышли из библиотеки. — Я знаю, Герм, я тоже за него беспокоюсь, но ты ведь знаешь, что он на взводе в последнее время. Всё пытается найти способ спасти Риддла. Ему точно до каких-то уроков и очков дела нет. — Главное, чтобы всё получилось, — выдохнула девушка, — даже боюсь представить, что с ним может случиться, если Риддл всё-таки умрёт. *** — Профессор Дамблдор! — позвал Гарри, завидев директора у входа в его кабинет. Практически идентичная ситуация была и вчера? Позавчера? Всё происходит настолько быстро, что он уже начинает теряться во времени. — Мистер Поттер, чем могу помочь? — поздоровался Альбус, дожидаясь, пока гриффиндорец максимально приблизится к нему. — Вы нашли что-нибудь? — с надеждой поинтересовался он, потирая покрасневшие глаза и подавляя в себе желание сладко зевнуть. — Разумеется, нашли, — Дамблдор спокойно улыбнулся, больше не говоря ни слова. — И? — Гарри вопросительно приподнял бровь, пытаясь держаться серьёзным, но удержать внутри распираемое облегчение было довольно трудновато, преждевременное счастье так и намеревалось вырваться наружу. — Это очень тёмный артефакт, Гарри, всего в мире известно о существовании пяти таких экземпляров. Двести лет назад они подверглись массовому уничтожению, так как ранее произошло слишком много убийств с его помощью. — Это всё сейчас неважно, профессор, — юноша нетерпеливо мялся на месте, не понимая, зачем директор всё это рассказывает. Он хочет знать, как помочь Тому, а не выслушивать историю, — что нужно сделать, чтобы... — Гарри не договорил, будучи перебитым Альбусом. — Уничтожить. Счастье тут же отступило, едва он услышал этот ответ. «Уничтожить», — звучит просто, но всё ли на самом деле так? Да и к тому же есть одна серьёзная проблема: — Но ведь у нас его нет... — Значит, его нужно найти. Искать нужно там, где ожидаешь увидеть, — Дамблдор загадочно улыбнулся и начал подниматься по лестнице в свой кабинет. — Но, профессор... — попытался возразить Гарри, однако лишь молчаливо захлопнул рот, когда проход закрылся прямо перед его лицом. «Прекрасно, просто прекрасно. Ну и что мне сейчас делать?» — мучал его вопрос, на который ответ был дан ранее. Найти и уничтожить. И во всё это нужно уложиться в считанные часы? Над ним поиздеваться директор решил или что? Почему, чёрт возьми, просто не дать прямой ответ? К чему все эти бессмысленные намёки и никому не нужные недоподсказки? Гарри ругнулся себе под нос, разворачиваясь обратно и направляясь быстрым шагом в Больничное Крыло. Сегодня он ещё не навещал Тома, будучи слишком увлечённым и занятым поиском и добычей нужной или полезной информации. Он пытался утихомирить собственное учащенное от неимоверного волнения сердцебиение, когда дошёл до нужной двери, внезапно почувствовав нечто неладное. — Том? — нерешительно позвал Гарри, осторожно открывая дверь, словно от любого резкого движения всё может попусту взлететь на воздух. Но осторожничать долго не пришлось, следом за его голосом раздалось хриплое шипение. Поттер, не медля, подскочил с дверного проёма, тут же подбегая к ворочающемуся на постели слизеринцу, глаза которого были плотно закрыты, а рука перебинтована с запястья и до локтя. — Ч-что... Что произошло? — Гарри ошеломленно, со слегка раскрытым ртом, уставился на картинку перед глазами, не находя никаких слов, чтобы описать то, что он чувствовал в данный момент. — Самой бы узнать, мистер Поттер, — из ниоткуда появилась мадам Помфри, подходя к ним быстрой походкой и выглядя чрезмерно обеспокоенной. — Почему у него... Почему он... — Гарри бессловно вздохнул, рукой махая на всего Риддла, который, кажется, совершенно не осознавал происходящую вокруг него ситуацию: он лишь шипел и извивался, изредка открывая глаза, но затем сразу же их закрывая. Ему было...больно? — Обнаружила его утром с глубокой раной; одеяло, простынь, пол были испачканы кровью. Он безостановочно шипит и корчится уже несколько часов. Причину подобного я не смогла найти, вызвала целителей Святого Мунго, должны прибыть с минуту на минуту. Ох, мистер Поттер, что ж это такое происходит... — Помфри обеспокоенно приложила руку к груди, когда двери Крыла внезапно открылись и в помещение вошли трое целителей, но не те, что были в прошлый раз. Пять минут были потрачены на то, чтобы уговорить Тома принять нужное зелье и заснуть. Для лучшего обследования требовалось погрузить пациента в сон, но Риддл не соглашался ни в какую, он даже слышать ничего об этом не хотел, да и просьбы целителей он разобрать не мог, учитывая, в каком состоянии сейчас находился. Уловил лишь слово «сон», которое словно тревожным звоном отдалось у него в ушах. — Мистер Риддл, Вы должны принять зелье, иначе мы не сможем… — Том, это всего на несколько минут, — тоже пытался его уговорить Гарри, с ужасом глядя на бьющегося в агонии Тома. — Покиньте помещение, уважаемый, — обратился к нему один из целителей, только сейчас заметив гриффиндорца. — Что? Нет! — возразил Поттер, оборачиваясь на мужчину средних лет, — я не оставлю его в таком состоянии одного! — Здесь квалифицированные работники, знающие своё дело, мистер, потому, будьте добры, немедленно покинуть помещение, — настаивал целитель. — Я никуда не уйду, — также стоял на своём Гарри, сдерживая в себе нарастающую злость. — Тогда Вас уведут насильно, — мужчина кивнул двум остальным целителям, давая команду. — Нет! — воскликнул Поттер, когда те подошли к нему с явным намерением выполнить указания, — у вас человек умирает, а вы ничего не делаете, заботясь о том, чтобы выгнать «лишнего»! Внезапно Гарри почувствовал сильную хватку на руке и хотел уже отбиться, думая, что это врачи, но с койки раздался тихий охрипший голос: — Останься, — смог выговорить Том и именно после сказанного слова в комнате стало тихо. Риддл закрыл глаза. Он больше не кричал. Он больше не двигался. Гарри ощутил, как чужая ладонь отпустила его руку и безжизненно повисла над полом подушечками пальцев вниз. — Нет, — выдохнул Гарри, — нет-нет-нет, — он мигом опустился на колени, хватая Тома за голову и пытаясь привести его в сознание, — ты живой, Том. Живой, я это знаю. Я знаю, что ты живой, Том! Прекрати! — кричал Гарри, поглаживая дрожащей рукой лоб и волосы и пытаясь всмотреться в эти закрытые глаза и открывая веки, чтобы увидеть хотя бы намёк на жизнь, чтобы понять, что Том просто так не смешно шутит, что всё это не по-настоящему. — Мистер Поттер, — прошептала мадам Помфри, с ужасом смотря на представшую перед глазами картину, — мистер Поттер, я боюсь, что всё уже поздно… — Поздно… — нервно усмехнулся Гарри, губами припадая к лицу, начиная целовать каждый уголочек, совершенно не осознавая своих действий. Он приложил руку к груди Риддла и зарычал, когда не почувствовал сердцебиения. Неужели конец? Неужели всё закончилось вот так вот? Нет-нет-нет. Должен быть какой-то выход. Он верит, что есть ещё шанс. Скорее всего, Том просто спит. Он просто спит, не так ли? Просто глубоко заснул. Но почему тогда он не дышит? Почему его сердце не бьётся? Ведь обычно, когда человек погружается в сон, его органы не перестают работать… Он же не мог просто взять и умереть? Не мог же? Гарри в отчаянии сжал рубашку Риддла в кулаке, пытаясь выровнять дыхание и взять себя в руки. «То, что ты сейчас ноешь на коленях, ничем не поможет в сложившейся ситуации. Просто соберись ты!» — кричал его внутренний голос. И впервые Гарри решил его послушать, — «вот молодец, а теперь думай, что ты можешь сделать. Думай, как ты можешь ему помочь. Думай, как можно привести его в сознание. Думай!» В то, что слизеринец мёртв, он отказывался верить, убеждая себя в совершенно обратном. Внезапно вспомнились слова Дамблдора: «Искать нужно там, где ожидаешь увидеть». И внутри словно что-то загорелось, — никогда не бывает поздно. Гарри отскочил от Тома, решительно настроено впиваясь жестким взглядом в молчавших всё это время целителей, что, казалось, даже не волновались о вероятной смерти ученика. Конечно же, они не впервые видят подобное, им ли не привыкать. — Он погибнет по вашей вине, если вы его сейчас же не переложите на другую койку, — прошипел Гарри, не контролируя вырывавшуюся наружу магию, что прямо сейчас разбила вдребезги стоявшее в паре метрах большое окно. Впервые он чувствовал себя так. Впервые он чувствовал себя в полнейшей безудержной ярости. Все в комнате вздрогнули от неожиданности, но беспрекословно левитировали тело Риддла на соседнюю койку. Гарри незамедлительно поднял матрас, ожидаемо обнаруживая лежащий под ним артефакт. Он взял его в руку, но не выронил из хватки, как в прошлый раз. Лишь сильнее сжал его в ладони, игнорирую запредельную жгучую боль. Пусть эта штука сожжёт его руку хоть до костей. Плевать. Гарри кинул эту звездочку на пол, резко доставая палочку и начиная выпускать из неё все приходившие на ум заклинания, в попытках уничтожить: — Редукто! Инсендио! Конфринго! — он снова зарычал, попутно разбивая ещё одно окно, — экспульсо! Бомбарда! — на последнем заклинании целители отскочили назад, боясь, что гриффиндорец разнесёт всё помещение к чертям. — Мистер, мы не думаем, что Бомбарда безопас… — мужчина не успел договорить, потому как Гарри, будучи слишком раздражённым, послал в него заклятие немоты. Двое других целителей направили на парня палочки, рядом возмущенно залепетала мадам Помфри: — Не сметь нападать на ученика! Лучше… лучше помогите ему! Поттер намеревался уже произнести следующее взрывающее заклинание, как двери Больничного Крыла внезапно распахнулись, и в помещение вошёл директор Дамблдор, неся в своей руке… распределяющую шляпу? — Профессор… — Гарри поубавил пыл, вопросительно поглядывая на руку мужчины, — что Вы… Зачем Вы… — попытался он спросить о предмете, но слова всё никак не хотели складываться воедино. — А это Вам, мистер Поттер, — он передал шляпу Гарри, заставляя того почувствовать себя ещё более озадаченно. Юноша повертел в руках головной убор, не понимая, как должен реагировать и что он должен с ним делать. Вряд ли Дамблдор захотел прямо сейчас провести повторную сортировку… — Что… — Ну, не медлите же, мистер Поттер. Времени осталось совсем немного, — Альбус загадочно глянул на него, снова играя в свои никому не сдавшиеся подсказки. В ответ Гарри промолчал, снова переведя взгляд на шляпу, и уже хотел задать очередной вопрос, как внутри внезапно что-то блеснуло. — Профессор, — прошептал он, увидев рукоять. — Давайте же, мистер Поттер. Сделайте это, — Дамблдор отошёл чуть назад ровно в тот момент, когда Гарри, кивнув самому себе, незамедлительно вытащил меч. — Святой Мерлин, — выдохнули целители, поражённо уставившись на холодное оружие. Мадам Помфри снова схватилась за сердце. Руки словно загорелись ярким пламенем, когда он обхватил рукоять. Внутри будто засверкал огонь, наполняя его органы светом, а в душе начался настоящий пожар. Гарри чувствовал себя так, как никогда раньше. Уверенность в благополучном исходе возросла десятикратно, решительность заполнила его изнутри, а та мощь и невероятная сила, что держал он сейчас у себя в руке, и вовсе дала почувствовать себя непобедимым. Гриффиндорец быстро нашёл взглядом нужный артефакт и за долю секунды оказался рядом с ним, без всякого промедления протыкая острием причину кошмаров Тома. И ровно в тот момент, когда золото соприкоснулось с серебристым металлом, грудная клетка Риддла под судорожный вдох поднялась вверх, и Гарри понял, что всё обошлось, облегчённо выпуская меч из хватки и давая ему упасть на холодный пол, звонко ударившись о поверхность. Том жив. Он дышит и больше не находится ни под каким влиянием. Дамблдор довольно улыбнулся, пока целители и мадам Помфри потрясённо смотрели на тяжело дышащего слизеринца, что по-прежнему не до конца пришёл в полное сознание. Гарри сделал шаг в сторону, светясь от наполнявшего его счастья, и на секунду закрыл глаза, давая себе немного времени, чтобы утихомирить наполнявший его изнутри триумф победы. Поттер подбежал к Тому и вцепился ему в руку, другую положив на грудь и чувствуя под ней слегка быстрое биение сердца. — Я же сказал, что ты не умрёшь, — улыбнулся, получив в ответ что-то на подобии нервного смешка. Правда, не факт, что Риддл вообще его услышал, учитывая, в каком состоянии тот находился. Тут Гарри обернулся на целителей, приказывая твёрдым голосом: — Помогите же ему! Он дышит с трудом! И не дай Мерлин, вы всё испортите! Повторять дважды не пришлось, те сразу же сорвались с места, подбегая к слизеринцу. Но когда Гарри собирался уже отпустить руку Тома, чтобы не мешать целителям, словно из ниоткуда вдруг возникла та самая женщина, обратив на себя всё внимание присутствующих. — Он должен умереть! — выкрикнула она и, прежде чем кто-либо успел что-то сделать или сказать, она безумно улыбнулась, направляя палочку прямо на Риддла, — Авада Кедавра! — было прошептано, а глаза засверкали желанием добиться справедливости. Зелёный луч сорвался с кончика палочки и живо устремился прямо к цели. Время замедлилось, Гарри с открытыми от ужаса глазами, будто в замедленной съёмке, видит, как убивающее постепенно приближается к Тому, и прежде чем он успевает всё тщательно обдумать, он становится живой преградой между заклятием и любимым человеком. Лучше он, чем кто-то другой. Лучше он, чем не заслуживший такой участи Риддл. Пусть лучше Авада ударит по нему.