Ты тоже?...

      Объясняться перед МакГонагалл и директором не хотелось. Хотелось спать, а не получать от миссис Уизли благодарность и слёзы. Но когда все ушли, разговора было не избежать.       — Садись, Гарри, — предложил Дамблдор, и Гарри сел.       — Прежде всего, я должен поблагодарить тебя, — глаза его блеснули. — Там, внизу, ты проявил настоящую преданность мне — иначе Фоукс не прилетел бы к тебе.       Он провел рукой по перьям феникса, который спорхнул вниз на его колено. Гарри лишь неловко улыбнулся в ответ. Парень вспомнил, все то, что нужно спросить и всю его не ловкость ветром сдуло.       — Профессор… Реддл сказал, что я похож на него… Волшебная шляпа сказала, что лучше всего мне было бы в Слизерине. И многие думали, что наследник Слизерина — я, ведь я могу говорить на змеином языке.       — Ты говоришь на языке змей, Гарри, — ответил Дамблдор спокойно, — потому что на нем говорит Волан-де-Морт — единственный оставшийся потомок Салазара Слизерина. Если не ошибаюсь, он нечаянно вложил в тебя толику своих сил — в ту ночь, когда наградил этим шрамом. Уверен, сам он этого не хотел…       — Волан-де-Морт в меня вложил… частицу самого себя?       — Судя по всему.       — Значит, мое место в Слизерине. — Гарри посмотрел в лицо Дамблдора. — Волшебная шляпа почуяла во мне эту частицу, и…       — Не знаю, мой мальчик. Возможно, ты и вправду должен был учится на Слизерине. Но ведь шляпа все равно распределила тебя на Гриффиндор?       — Верно, — Гарри кивнул.       — Если тебе нужны еще доказательства, что ты не случайный гость в Гриффиндоре, прочитай-ка, что здесь написано.       — Могу ли я… В начале следующего года перевестись на Слизерин?       Дамблдор был удивлен. На секунду Поттеру показалось, что спрашивать такое — плохая идея.       Директор задумался.       — Знаешь, у нас уже была ученица, которую принимали все четыре факультета. Она свободно переводилась каждый год, если ей что-то не нравилось. Так что я думаю… Мы можем это устроить. Но мальчик мой: тебе это точно нужно?       — Я думаю да. В моей гостиной меня не жалуют, порой даже мои однокурсники ведут себя похуже слизеринцев, — «больше времени с Малфоем: больше новых идей. И не придется искать его по всей школе, если что-то случится»       Дамблдор кивнул и лукаво улыбнулся, словно что-то знал. Будто прочел мысли Гарри и сделал какой-то свой вывод.       — Но знай, Гарри, ты всегда можешь вернуться. Ведь вынуть меч из этой Шляпы может только истинный гриффиндорец.       Минуту оба молчали.       — Что тебе сейчас нужно, Гарри, — Дамблдор перешел на обычный тон, — это еда и отдых. Ступай-ка ты к себе, вымойся.       — Я могу навестить Драко?       — Пока нет. Но сразу после ужина — вперед, — Дамблдор странно улыбнулся. Странно… Понимающе?       Гарри встал, пошел к выходу и уже протянул руку, чтобы открыть дверь, как вдруг та сама распахнулась, да с такой силой, что ударилась об стену и отскочила обратно. Только реакция ловца спасла его от двери.       На пороге стоял Люциус Малфой с перекошенным от бешенства лицом. Чуть позади съежился весь в бинтах Добби.       — Добрый вечер, Люциус, — дружелюбно приветствовал его Дамблдор.       Едва не сбив Гарри с ног, Малфой подскочил к столу.       — Почему меня не пускают к сыну?! Что произошло?!       — Успокойтесь, мистер Малфой. Ваш сын принял противоядие и ему требуется отдых.

☯ ☯ ☯

      Поттер был рад, что Люциус не заметил, как Добби перестал ему подчиняться, волнуясь о сыне. Маг аппарировал, домовик остался. Поблагодарил Гарри и исчез.       Сидя за столом в большом зале, Гарри ждал. Гермиона ждала вместе с ним, даже Панси села рядом, потеснив гриффиндорцев. Они ели неспеша, поглядывая на дверь, готовые в любой момент сорваться с мест.       Когда дверь приоткрылась, все трое немного приподнялись. Но в зал вошел Снейп. Он оглядел детей, задержав взгляд на троице и хмыкнул. А после что-то сказал.       Драко был бледным, но выглядел лучше чем раньше. Панси закричала, подскочила, и кинулась к Малфою. Гермиона от нее не отставала.       Гарри был более сдержан. Он спокойно поднялся, не менее спокойно подошел к Малфою и ждал своей очереди. Девочки отошли, парни переглядывались. А потом Поттер не выдержал.       — Мордред, Поттер, ты меня задушишь, — Драко ворчит, мол, мы же аристократы, ты что творишь.       Гарри мысленно обещает себе, что убьет Малфоя в спальне блять, двусмысленно. Гриффиндорец отходит и вместе с остальными идет уже к столу Слизерина. Все же у них лучше отношения именно с ними.       В половине четвертого внезапно появился Хагрид. Дамблдор объявил, что, к сожалению, профессор Локонс не будет больше преподавать защиту от темных искусств, он потерял память и едет лечиться — ликование школьников разделили и несколько профессоров.       Слишком быстро наступило время отъезда. Гарри, Драко, Гермиона и Панси заняли купе в экспрессе Хогвартс — Лондон. Экспресс замедлил ход и остановился. На платформе родители Панси забрали ее, дав лишь пару минут на прощание. Гермиона прошла через барьер в мир магглов, а Гарри задержался по просьбе Малфоя-старшего.       — Мистер Поттер, — Гарри склонил голову набок в немом вопросе, разглядывая Люциуса холодным взглядом.       Мужчина напротив него на секунду опустил взгляд, но этого хватило, чтобы Поттер убрал правую руку за спину.       — Я заметил, что вы с моим сыном очень сдружились, — он говорил неспешно, со всеми манерами и аристократической красотой. — Поэтому я взял на себя смелость пригласить вас на каникулы к нам в поместье.       — Это честь для меня, Лорд Малфой, — Гарри поклонился.       Люциус кивнул. Драко встал возле него, слегка коснулся мантии, готовясь к аппарации. Поттер не рискнул подходить к лорду слишком близко, поэтому подошел к Драко и незаметно взял его за руку.       Они аппарировали.