Гротеск

      Порушенные платформы местами горели и площадка выглядела, как филиал ада на земле. Мин Хо направился куда было указано сразу, а вот Топазу пришлось ненадолго остановиться, так как его придержал за плечо босс. За дальнейшими действиями, затаив дыхание, наблюдали все присутствующие. Небо и его Хранитель не проронили ни слова. Просто спустя пару мгновений, когда они смотрели друг другу в глаза, Топаз плавно опустился на одно колено и склонил голову. Занзас протянул руку вперёд и одним движением откинул глубокий капюшон Облака, касаясь ладонью лица и, несильно направляя, вынуждает того, посмотреть себе в глаза снова. Вино и виски, рубин и топаз. Босс Варии усмехается и протягивает обе руки к шее подчинённого не разрывая зрительного контакта. Тихий щелчок замка ошейника срабатывает как спусковой механизм, вынуждая некоторых присутствующих вспомнить о том, как дышать. Топаз так же молча поднимается и вкладывает свой кпк в руки Франа, перед тем, как развернуться к полю боя. На сей раз, он уже не одевает капюшон, не видит смысла. Противник ждёт внутри, крутя в пальцах свои коробочки. Он довольно высок, а также жилист и гибок. Скорее всего, боец скорости или дальних атак. Тем не менее, в мысленном досье никто и не собирается ставить точку. Слишком уж много на жизненном пути варийца встречалось тех, кто действовал совсем не так, как выглядел. И не прогадывает. Потому что, стоит клетке захлопнуться, а пылающим платформам перейти в движение, как тот активирует коробочки. В первых двух оказываются звери, а в третьей оружие. Значит, достать коробочки с камбио-формой у них не получилось. Печально… Для них, разумеется. Сам Топаз стоит неподвижно и, казалось бы, совсем расслабленно. Но это обманчивое состояние. Стайка колибри Урагана мельтешит поблизости, отвлекая и заслоняя обзор, на средней дистанции замерла анаконда, а сам противник поудобнее перехватывает арбалет. Значит предположение оправдалось. Однако, Топаз все ещё стоит неподвижно, будто чего-то ждёт. И даже не реагирует ни на окрик противника, ни на царапину на щеке, оставленную колибри. И стоит неподвижно ровно до тех пор, пока Занзас не подходит к сетке вплотную, отдавая недвусмысленный приказ.        — Победи.        — Как прикажет босс! — Беззвучно шепчут губы и Облако срывается с места.       Напитанные пламенем Урагана клинки возникают в его руках словно из воздуха, выскальзывая из специальных креплений в рукавах плаща и сразу же нанося первый удар по змее. Даже тогда, в десятилетнем будущем, большой урон заставлял зверей возвращаться в коробочку вне зависимости от воли владельца. А раз так, то сейчас, когда они только появились, провернуть подобное не составит особого труда. Анаконда выдерживает всего две серии стремительных атак и распадается на безобидные сгустки пламени, возвращающиеся в коробочку. Колибри вариец игнорирует напрочь, петляя по движущимся платформам и не давая толком до себя дотянуться. В один момент он швыряет по прежнему объятый пламенем клинок в своего противника, который лихорадочно пытается удержать дистанцию, но не успевает отслеживать и шустрого противника и ситуацию с платформами. Итог закономерен, вот только победа Топаза не такая, как у тех, кто сражался в первом бою. И не сказать, что в этом виноват он. Противник отшатывается и, вместо того, чтобы получить рукоятью в шею, зарабатывает себе огромную кровоточащую рану от правой грудной мышцы к левым рёбрам. И ему точно нужен медик, так как продолжать он явно не в состоянии. Валяется на земле с болевым шоком.        — Победитель Топаз Скайрини! — Вот только, если платформы замирают, то противники никак не реагируют на едва живого товарища. И причина как на ладони: он не часть их семей. Просто приглашенный боец. Значит, та девушка просто недавно стала Хранительницей или конкретно ее босс адекватен. Но, как бы то ни было, распростертый на платформе мужчина никому не нужен. Кроме, как ни странно, бывшего противника. Поэтому, все, что остаётся, так это рывком втащить его на плечи, вынося за пределы клетки. В его взгляде Занзас видит, что Ураган чем-то приглянулся офицеру. И, разумеется, позже они обсудят все причины. А пока он просто кивает, позволяя Леви и Луссурии заняться неожиданным трофеем. Ни вторая сторона, ни судьи не препятствуют. Им и правда все равно.       Тем временем, к клетке направляется последний боец. Его Червелло объявили, как некого Роберта Эванса. У него тоже три коробочки, но, помимо них, есть холодное оружие и огнестрел. Да и сам он куда массивнее своего предшественника и худого поджарого Топаза, которого даже Луссурия с трудом заставил набрать лишние двести граммов. И это за два-то месяца! И на этот раз фаворитизм виден невооружённым глазом. Лидер вражеского альянса довольно ухмыляется, всем своим видом демонстрируя, что доволен своим Хранителем. И тот отвечает взаимностью, красуясь и предлагая нападать первым, однако же, предварительно выпустив на волю существ из коробочек. В его случае это волки. Большие поджарые звери, которые жаждут крови, как и их хозяин.        — Все конечно. — Звучит абсолютно спокойный голос Занзаса и это производит эффект разорвавшейся бомбы, приковывая к боссу Варии всеобщее внимание.        — Босс? — Вопросительно окликает его Скуалло, однако ответ получить не успевает.        — Наконец-то осознали? Он слаб! Даже слабее тебя, цепной пёсик Вонголы. — Враг смеётся, даже не замечая как опасно сузились винные глаза и полыхнули ненавистью варийцы. И не понимает, что Топаз его прекрасно расслышал.        — В прямом столкновении он и правда скорее всего проиграет. Но в том, что касается бесшумного убийства… — Занзас усмехнулся. — Топаз лучший. К тому же он крайне трепетно относится к тому, что считает своим. В частности, ко мне. — Бугай на арене задушенно захрипел и сначала упал на колени, а после и на платформы. Вот только настолько неудачно, что две сходившиеся плиты размозжили ему голову. В его шее тускло поблескивала ампула с паралитиком. Уже пустая. Все, что сделал после этого вариец, так это брезгливо встряхнул кистью и, резко развернувшись, пошел к выходу. Объявление Червелло никто не слушал. Всем присутствующим и без того было предельно ясно, что второй Ураган на арене гарантированно мёртв. Сцена с ошейником повторилась в обратном порядке. Вот только победитель не спешил подниматься на ноги, так и оставаясь на одном колене. Складывалось ощущение, что он провинился и просит прощения, а не с блеском прошел испытание.        — Все в порядке. Я не оговаривал методы. — Улыбается Занзас и союзники подмечают, что едва ли вспомнят с десяток случаев, когда он делал это так. Сейчас его улыбка мягкая. Ничего общего с привычным оскалом и презрительной усмешкой. Да и взгляд далёк от жёсткого. За протянутую руку Хранитель берется осторожно, но уверенно и, наконец, поднимается во весь рост, одевая капюшон. Туман материализуется рядом, отдавая Облаку его технику и тот благодарит кивком. Наверное, именно в тот момент, когда Вария, наконец, заканчивает со своими разборками, остальные присутствующие вспоминают о цели.        — По результатам битв Ураганов, побеждает Альянс Вонголы. Следующий этап состоится завтра, на закате, на этом же месте. Атрибут — Дождь. — Проговаривает с поклоном одна из Червелло. Первыми исчезают Вендиче. Визуально, разумеется. Их присутствие по прежнему довольно ощутимо. Вторыми сборище покидают противники. Третьими с места событий испаряется Вария. Франа после переноса ощутимо штормит, но офицеры прекрасно осведомлены, что это больше показуха, чем реальная слабость. Как ни как, сил у мальчишки хватает на то, чтобы три раза подряд метнуться с двумя рослыми мужчинами через пол страны. Что для него несчастные пол сотни километров? На такое расстояние он и с машинами сигануть может и с половиной состава Варии. А с течением времени и тренировками эта дистанция грозится увеличиться минимум вдвое. Но вот Вонголе об этом знать совсем не обязательно. Как и о том, что Облако умеет говорить и без ошейника. А пока независимый отряд может дружно отправиться в покои Занзаса для лечения и обсуждения грядущих боёв.        — И, всё-таки, зачем, Топаз? — Свыше упомянутый сейчас раздет по пояс и покорно позволяет Солнышку себя латать, пока Фран, разложив на ковре его плащ, пополняет растраченный боезапас. Не то чтобы ушло многое, но своевременное обновление запасов всегда являлось залогом большей продолжительности жизни. — Ты не обязан был взваливать все на себя. Семь боёв почти подряд — серьезная нагрузка. Стоило ли так рисковать?        — Эти придурки слишком слабы.        — А Скуалло и Луссурию почему сбросил со счетов? И Бельфегора? Ему теперь даже пар выпустить некуда. — Ураган ши-ши-шикнул и лёгким движением руки послал в шляпу Тумана десяток стилетов. В ответ на заданный вопрос повисла тишина. Наконец отпущенный Хранитель натягивал рубашку и выглядел смущенным.        — Забыл.        — В следующий раз лучше забудь свой комплекс Героя. — Фыркает Скуалло, падая в кресло. — А что с тем вторым? Случайность?        — Босс отвечает за поступки подчинённого. Но подчинённый продолжение босса. И, согласно правил турнира, его смерть ненаказуема. Но даже если бы и была. Доказать, что это был не несчастный случай было бы крайне проблематично. Зато по его Небу явно ударило откатом от разрыва связи истинных. Жаль до битвы Небес оклемается.        — Браааатик Топаз, ты иногда очень страааашный. — Протянул Фран, в противовес словам, повисая на шее Облака.        — А зачем нужен арбалетчик? — Шипяще рассмеялся Ураган, явно задетый за живое.        — Хороший боец. Много знает. Будет полезен. — Голос опять начинал подводить, но в кругу своих Топаз всегда говорил без помощи устройства и переубедить его не получалось.        — С чего ты взял, что он не соврет? — Подал голос Леви, как всегда, радеющий, в первую очередь, о благополучии своего босса. Но ответил ему Скуалло.        — Он спас ему жизнь. Обычно после проигрыша меченых уничтожают. — Занзас согласно прикрыл глаза, ставя точку в разговоре.        — А ещё им очень редко делают такие предложения.