Возвращение аватара

      Бабочка на ладони встрепенулась, от ее легкого движения по руке пробежали мурашки. Ее крылья издалека казались тускло-прозрачными, но вблизи было видно, как морозные линии, играясь с бликами света, составляли тонкий узор чешуек. Се Лянь видел много техник магии воды, но от изящного ледяного создания у него перехватывало дыхание, как у ребенка, впервые увидавшего на празднике созданного артистом огненного дракона. Он позабыл, что они заблудились в шахтах, что его ждет неприятное путешествие в столицу и разговор с Ло Бинхэ, что сам владеет всеми стихиями и может использовать столько различных техник, сколько не способен никто другой в мире. Аватара полностью поглотило восхищение от крохотной ледяной фигурки в его руке.       Только когда рядом в движении замельтешил Инь Юй, он поднял голову и увидал еще несколько бабочек, летящих в их сторону. Вскоре ледяные создания облепили рукав Се Ляня, а он не мог унять восторг: маг воды способен сотворить не одну такую бабочку, а много! Аватар очаровано заулыбался, любуясь воплощениями чужого мастерства.       Скоро в глубине туннеля заплясали тени от приближающегося света, и Се Лянь оторвал свой взгляд от чудесных ледяных бабочек. Горящий факел светил ярче, чем их кристаллы, потому немного слепил, но он сумел рассмотреть шагающего к ним человека. Незнакомец был весьма высок, его походка казалась развязной и одновременно скованной. Красная рубаха ярким пятном выделялась на фоне темных земляных стен туннеля. Чуть ближе Се Лянь увидел, что правый глаз незнакомца скрыт за черной повязкой, а привлекательное лицо кого-то смутно напоминало.       — Хуа Чэн, — поприветствовал и представил парня довольный Инь Юй. — До вас дошло мое сообщение?       Тот на мгновение отвел пристальный взгляд от Се Ляня и посмотрел на монаха с удивленно выгнутой бровью. Улыбка Инь Юя померкла, он все понял:       — Видимо, не дошло.       — Я посещал множество мест в последнее время. Возможно, бабочка с посланием потерялась, летая за мной, — пожал плечами Хуа Чэн.       Его голос оказался очень приятным. Маг воды вновь посмотрел аватару в глаза и выдал с почтением, кланяясь:       — Ваше Высочество.       — Я давно уже не принц, — тут же возразил Се Лянь, нервно замахав руками, отчего бабочки упорхнули с его рукава.       Он расстроено проследил за их полетом, но внезапно все они мягко приблизились к аватару, и когда он обратно подставил руку, осторожно приземлились на нее. Должно быть, лицо Се Ляня слишком явно отражало внутреннее ликование, поскольку смотрящий на него Хуа Чэн весело улыбался. Это немного смущало, и он объяснил:       — Ваши бабочки такие потрясающие! Никогда подобного не видел.       Тот гордо развернул плечи, но глубокий голос звучал ровно:       — Я самостоятельно создал эту технику.       — Ого, — пораженно выдохнул Се Лянь.       Внезапно Хуа Чэн изменился в лице, оглядываясь куда-то в бок, и Инь Юй с опасением выдохнул:       — Опять обвал.       Шуршание камней едва слышалось. Новый знакомый кивнул, подтверждая, и предложил:       — Думаю, нам стоит уйти, если вы закончили свои дела здесь.       — Да, уже давно закончили, — тут же согласился Се Лянь и стыдливо осекся, опасаясь, что у того возникнут вопросы почему же они до сих пор в таком случае не покинули шахту.       Но Хуа Чэн лишь еще раз окинул его непонятным восторженным взглядом и повел их туда, откуда появился.       Некоторое время они шагали молча, аватар шел позади, чтобы наблюдать за потолком над спутниками и вовремя сдержать его, если придется. На каждом повороте их ожидали ледяные бабочки, указывая нужное направление, а затем улетали к своим подружкам, примостившимся на его потрепанном рукаве. Се Лянь воодушевленно улыбался каждой новой и немного смущался от своего детского восторга, который явно заметил Хуа Чэн — тот время от времени поглядывал в его сторону с легкой ухмылкой.       После нескольких поворотов Инь Юй решился спросить его:       — Как вы нас нашли? Вы прибыли в одиночку или в компании того мага воздуха?       — Я приплыл с другими людьми на корабле, — объяснил Хуа Чэн задумчиво. — Нам повезло заметить Цаньюэ, и она показала, на каком острове вы остановились.       Се Лянь удивился, что летающий бизон добровольно показал кому-то дорогу: зверь показался весьма тихим и застенчивым, даже аватара после долгого совместного путешествия немного избегал. Он и имя услышал совершенно случайно.       — Должно быть, она была рада вас повстречать, — счастливо отозвался Инь Юй. — Вас ведь не заметили местные жители?       Хуа Чэн ответил не сразу, только через десяток шагов.       — Ее нет, а наш корабль — да, — недовольно признал он. — Но, насколько я понимаю, благодаря вмешательству Тяньлан-цзюня и Чжучжи-лана проблем с этим не возникнет.       Инь Юй с беспокойством обернулся к Се Ляню, который тоже посчитал, что его родственники замнут появление чужого корабля в водах страны Огня. Потому беззаботно поинтересовался:       — Вы с ними знакомы, господин Хуа?       Тот с напрягшейся спиной отрицательно мотнул головой.       — Не совсем, мы только сегодня познакомились, Ваше Высочество, — старый титул заставил пальцы Се Ляня нервно сжаться, — вы можете обращаться ко мне менее формально.       Он с радостью согласился:       — Конечно, но и вы перестаньте называть меня так. Лучше что-нибудь попроще. Все-таки я давно не принц.       Хуа Чэн ничего не ответил, и повисла напряженная тишина.       На следующем повороте, когда туннель наконец стал выглядеть знакомо — где-то тут аватар убирал с помощью магии земли завалы на пути, — Инь Юй не выдержал первым и нарочито легко заметил:       — Сложно обращаться иначе, когда всю жизнь думал об аватаре как о принце из страны Огня.       Но Хуа Чэн искренне беззаботно возразил:       — Вовсе нет. Я просто размышлял, какое обращение будет самым лучшим.       У Се Ляня вырвался смешок, который он не смог скрыть: одну руку занимал светящийся кристалл, а другую облепили прекрасные бабочки. Обыкновенно люди не задумывались и называли его по имени. Хуа Чэн с любопытством обернулся.       — И что же ты решил? — поинтересовался у него Се Лянь.       Темный глаз словно сверкал и искрился весельем, отражая блики колеблющегося света.       — Кажется, гэгэ совсем не любит формальности, — заметил Хуа Чэн, неторопливо растягивая слова. — Я тоже.       Легкий жар прилил к лицу Се Ляня от чужой развязности. «Гэгэ» его называли только незнакомые дети, а их старшие обыкновенно замечали его выправку и величали «молодым господином». Но подобное близкое обращение было во много раз лучше осточертевшего «Ваше Высочество».       Хуа Чэн повернулся вперед, а он шутливо согласился:       — Вот и отлично, сяо Хуа.       Но никакой заметной реакции не последовало: Се Лянь видел только его спину, и та никак не дрогнула. А вот Инь Юй суетливо крутил головой от одного к другому, словно его картина мира с треском ломалась от их легкомысленного разговора.       Спустя несколько шагов монах успокоился, по крайней мере внешне, а затем Хуа Чэн заинтересованно спросил:       — Гэгэ, мне сказали, что ты разбирался с каким-то местным духом. Расскажешь подробности?       Почему-то от его дружелюбного настроя Се Лянь совсем позабыл о стыде от потери карты и многочасовом блуждании, будто беспечно смирился, что такое может произойти с кем угодно — даже с почти всесильным аватаром. Потому спокойно, с долей иронии, рассказал новому знакомому о случившихся неприятностях, а тот насмешливо хмыкал и отпускал забавные комментарии, словно они старые друзья.       За разговором Се Лянь не заметил, как пролетело время, и скоро они вышли из шахты. Снаружи уже смеркалось, солнце опустилось за горизонт, а земля под ногами слабо теплела, отдавая накопленный за день жар. В светлых сумерках аватар внимательнее оглядел нового знакомого, пытаясь вспомнить, не встречал ли его ранее. Хуа Чэн оказался настоящим красавцем — в шахте неровный точечный свет от кристаллов и факела искажал аккуратные черты его лица, выставляя их слишком резкими. В его гордой осанке прослеживалось некоторое высокомерие, а заостренные клыки смотрелись хищно, что очень путало, ведь пока Се Лянь не заметил с его стороны ничего пугающего. Напротив, Хуа Чэн показался ему очень приятным. Также аватар ощущал нечто странное в этом человеке, отличающее от всех других встреченных, но не мог точно понять причин необъяснимого чувства.       Хуа Чэн слегка скованно, будто стесняясь, тоже рассматривал его. По наитию губы Се Ляня изогнулись в улыбке, и тот мило заулыбался в ответ.       Мягкую загадочную атмосферу развеял Инь Юй:       — Кхм, уже поздно, стоит отправиться в дом и отдохнуть, а завтра лететь дальше.       Аватар очнулся, проморгался, переводя мысли на другую тему, и повернулся к монаху:       — Да, ты прав, — а затем искоса посмотрел вновь на Хуа Чэна. — Сяо Хуа, тебе есть где остановиться на ночь?       Тот невесело помотал головой.       — Тогда ты можешь пойти с нами.       — С радостью, гэгэ, — без раздумий согласился Хуа Чэн, — если для меня найдется место.       — Не волнуйся, дом большой, — успокоил Се Лянь.       Измученный от долгого дня под землей, он неторопливо повел всех в нужную сторону. Инь Юй, похоже, тоже устал, потому немного отстал от них. Хуа Чэн же непринужденно подстроился под его темп, с интересом осматриваясь и изредка кидая любопытствующий взгляд на аватара, словно пытался по лицу разгадать, стоит ли начинать новый разговор. Но Се Лянь сильно вымотался и молчал.       Возле дома Инь Юй их нагнал и предупредил об отлучке: монах захотел позвать Цаньюэ, чтобы завтра быть готовым к вылету в любой момент. Возможно, он также заволновался из-за встречи бизона с Хуа Чэном.       Последний, зайдя внутрь через главный вход, где до сих пор имелись следы быстрой уборки аватара, полюбопытствовал:       — Что это за дом?       — О, это летняя резиденция королевской семьи, — объяснил Се Лянь беззаботно. — Сюда давно никто не ездит отдыхать, и никто из местных не забредает, потому здесь безопасно и безлюдно. Может, с виду здесь не слишком уютно из-за заброшенности, но место хорошее.       При госте он сразу же заметил редкие осенние листья, залетевшие через случайно выбитые им окна, и как небольшой жук забежал в щель между полом и стеной, отчего стыдливо добавил в качестве оправдания:       — Мы прибрались вчера.       — Здесь весьма приятно, — вежливо отозвался Хуа Чэн.       Се Лянь слегка забеспокоился: судя по внешнему виду, тот привык к намного лучшим условиям. В волосы нового знакомого была вплетена красная жемчужная бусина, а подобные украшения он мог себе позволить лишь будучи принцем. Кажется, из похожих жемчужин были сделаны его серьги, одну из которых аватар когда-то давно подарил спасенному мальчишке.       Сань Лан остался жить возле Южного храма воздуха, а аватар улетел, чтобы продолжить свое обучение управлению стихиями. Следующая их встреча произошла при печальных обстоятельствах, после того, как туда явились захватчики из страны Огня. Мальчишка догадался спрятаться во время нападения, а после его сумел обнаружить Се Лянь. Аватар пытался отыскать и других выживших, но, к сожалению, не преуспел.       Через пару дней его догнали друзья, оставленные в Ба Синг Се. Несмотря на все недовольство от его поступка — от неожиданных новостей принц резко бросил свое обучение магии земли и улетел на Жое, даже не предупредив никого, — Фэн Синь первым делом сообщил, что теперь страна Огня планирует нападение на Западный храм воздуха. Конечно же, Се Лянь не стал медлить и полетел туда, но на этот раз не забыл взять с собой друзей. И только в пути Му Цин возмутился из-за присутствия неизвестного ему мальчишки и заявил, что тот окажется в опасности, если полетит с ними. Сань Лан умолял принца взять его с собой, но Се Лянь высадил его в Торговом порту и подарил на прощание свою серьгу из красного жемчуга — вторая где-то незаметно потерялась. Он решил, что мальчишка продаст украшение и тем самым обеспечит себе безбедную жизнь.       Кто знает, возможно бусина в волосах Хуа Чэна — та самая, которую продал Сань Лан.       — Что-то не так, гэгэ? — спросил тот, поскольку Се Лянь, похоже, слишком долго думал о прошлом, разглядывая его волосы.       Он сразу смущенно отвернулся и перевел тему, предлагая ложиться спать. Возражений не последовало — Хуа Чэн тоже выглядел уставшим. Но возникла проблема со спальными местами: тот оставил свои вещи на корабле, а в доме находилась лишь жесткая мебель без каких-либо матрасов или подстилок. Их убрали, чтобы они не сгнили от влажного островного климата. Но решение нашлось: Хуа Чэн согласился потесниться вместе с Се Лянем на одной циновке.       Через некоторое время тихо вернулся Инь Юй и со странным недоумением посмотрел на них, но ничего не сказал на этот счет, лишь отстраненно заметил, что все вещи Тяньлан-цзюня пропали. Се Лянь предположил, что дядя захотел пожить в комфорте у Чжучжи-лана, в чем не мог его винить. А аватару и магу воздуха лучше оставаться здесь, чтобы не привлечь нежелательного внимания.       Затем Инь Юй тоже лег спать, и повисла ночная тишина. Сквозь дрёму Се Лянь отметил, что дыхание Хуа Чэна рядом никак не выравнивается: возможно, тот не привык делить с кем-то постель. Сам он тоже делал это впервые, но совсем не переживал и быстро провалился в сон.

***

      Утренний свет успел полностью окутать зал, когда он проснулся. Медленно прогоняя остатки сна, Се Лянь грузно сел и потянулся, а затем с невольной зевотой оглянулся по сторонам и обнаружил, что находится в комнате один. Неторопливой походкой он вышел на внутреннюю террасу, где хорошо просматривался дом. Но никого не встретил и подметил подозрительную вещь: Цаньюэ не отдыхала во внутреннем дворе, видимо, до сих пор не вернулась. Открытие заставило нахмуриться, но затем Се Лянь подумал, что, в любом случае, они опять полетят ночью, чтобы никто не заметил, а значит ничего страшного, если летающий бизон вернется позже.       Вместо ненужных переживаний он решил отыскать своих спутников, для чего применил магию воздуха и прислушался. С еле заметным ветерком до него донеслись знакомые голоса, и Се Лянь немедленно зашагал в их сторону, к дальнему углу дома.       — …Так что будь готов к встрече. Не думаю, что он прекратит твои поиски, — услышал он приятный голос нового знакомого, прежде чем его заметили и замолкли.       Лицо Инь Юя своей бледностью прямо-таки излучало переживание насчет неизвестных вещей; вероятно, в их число попали пропажа Цаньюэ и только что произнесенные слова Хуа Чэна. Тот, напротив, выглядел свежо и Се Ляня встретил яркой радостной улыбкой.       — Наконец проснулся, гэгэ?       — Похоже, я слишком разоспался, — весело ответил он, но затем обеспокоенно посмотрел на угрюмого монаха. — Что-то случилось?       — Цаньюэ не прилетела за ночь, — нахмурился тот. — Это странно.       — Возможно, она оказалась слишком далеко, когда ты ее звал, — попробовал успокоить Се Лянь, но по поджатым губам Хуа Чэна понял, что его заверения беспочвенны.       Тем не менее Инь Юй ему удрученно кивнул, пусть не выглядел убежденным.       — Я попробую осмотреться и поискать ее.       — Конечно. Мы подождем тебя в доме.       Вновь согласно мотнув головой, тот стремительным шагом обогнул Се Ляня, а затем скрылся за поворотом.       — Цаньюэ опасается незнакомых людей и вряд ли бы улетела слишком далеко от хозяина, — объяснил Хуа Чэн тревогу Инь Юя.       Аватар вслух удивился:       — Летающие бизоны обычно довольно дружелюбные и не боятся людей. Цаньюэ, конечно, показалась мне весьма робкой, но чтобы настолько?       — Есть определенные причины… Гэгэ, ты уже завтракал?       Резкая смена темы несколько сбила Се Ляня с толку, но пустой живот заставил быстро перестроить мысли. Должно быть, ему, как «хозяину» дома, следует накормить гостя? Но в прошлый раз его стряпней отравились…       — Кажется, ты не успел, — улыбнулся Хуа Чэн. — Я кое-что приготовил, попробуешь?       — Ты не должен был утруждать себя, — забеспокоился Се Лянь. — Ты же гость.       — Да, и я захотел отплатить гэгэ за гостеприимство.       Отнекиваться смысла не было, потому он поблагодарил его за хлопоты, и вместе они направились завтракать на затененный балкон.       Еда оказалась вкусной и сытной: фруктовый пирог покрывал хорошо взбитый крем — по-видимому, Инь Юй ему помог своей магией воздуха приготовить традиционный десерт воздушных кочевников, — а другие блюда состояли преимущественно из рыбы, чем напоминали кухню Северного полюса. Хуа Чэн, вероятно, был родом именно оттуда.       — Как вы познакомились с Инь Юем? — поинтересовался Се Лянь, памятуя, что в последние годы Северный храм воздуха полностью закрыт для посетителей, а новый знакомый выглядит слишком юно, чтобы побывать там раньше.       Хуа Чэн отвлекся от любования тем, как наслаждаются приготовленной им едой — он выглядел слишком уж радостным, наблюдая, как Се Лянь ест, — и задумался вслух:       — Кажется, это произошло примерно два года назад. Я… много путешествую, поэтому захотел облегчить себе передвижение и стать хозяином летающего бизона.       Се Лянь понимающе улыбнулся. Иметь такого зверя-хранителя действительно удобно для путешественника. И, насколько он знал, иногда летающие бизоны выбирают своими хозяевами не только магов воздуха — так что выбор правильный. К примеру, драконы, в отличие от них, намного более требовательны к своим людям.       — Я как раз бродил в окрестностях Северного храма и решил попробовать найти кого-нибудь, — продолжал Хуа Чэн чуть скованно, словно ему сложно говорить о прошлом. — Я довольно легко отыскал стадо летающих бизонов и пробыл с ними пару дней. Но, хотя они частенько лезли, чтобы я почесал им лоб, никто из них не собирался ко мне привязываться.       Он тяжело вздохнул и стыдливо опустил взгляд.       — На самом деле, их безразличие меня немного рассердило. Я попытался самостоятельно оседлать одного из бизонов, но меня скинули со спины и запросто отбросили сильным ветром, слегка махнув хвостом.       С виду тот до сих пор смущался своих действий, но Се Лянь с трудом сдержал смешок — Хуа Чэн еле заметно дул губы, будто обижался на того летающего бизона.       — И что было дальше? — спросил он вместо смеха.       — Прилетел маг воздуха из храма и попросил, чтобы я не беспокоил зверей. Я подумал, что он просто не хочет, чтобы бизонов забирали чужаки, и проигнорировал его. Мы подрались.       — Это был Инь Юй? — удивился Се Лянь: тот казался слишком мягким, чтобы драться с кем-то без веской причины.       — Да, и я победил, — с долей гордости отозвался Хуа Чэн. — Но его летающий бизон тоже атаковал меня, а к ней присоединилось все стадо.       Аватар не выдержал и рассмеялся: агрессивное стадо летающих бизонов казалось чем-то нелепым и несуществующим. Хуа Чэн жалко улыбнулся в ответ, полностью осознавая, что ему легко получилось сделать почти невозможное: разозлить этих миролюбивых зверей.       — К счастью, Инь Юй их успокоил, а мне пришлось в качестве извинения каждому почесать лоб, — продолжал тот. — Инь Юй объяснил, что летающие бизоны сами выбирают, с кем связать свою судьбу, и никак насильно их не заставишь. Он посоветовал посетить другие пастбища и попытать удачу там, даже предложил помочь с поиском. Но, в конце концов, никому я не приглянулся и потому отказался от этой затеи.       Хуа Чэн постучал пальцами по столу и добавил:       — Инь Юй даже извинился за Цаньюэ, которая единственная продолжала недобро коситься в мою сторону и не далась погладить. Он объяснил, что ее маленькой пытались поймать против воли и повредили рог, отчего тот теперь неправильно растет.       Рог загибался к голове, а не рос вверх, как у других бизонов, — вспомнил Се Лянь. Этим Цаньюэ сильно отличалась от своих сородичей.       — Поэтому она и опасается людей, — понял он. — Но к тебе она, судя по всему, относится хорошо?       — Я сумел с ней поладить. Она много возила меня в компании Инь Юя по северу царства Земли и окрестностям храма, пока мы искали… другие стада.       У истории оказался неплохой конец: пусть Хуа Чэн не заимел зверя-хранителя, но нашел двух друзей — монаха и его летающего бизона. Се Лянь довольно сощурился, а затем заметил:       — Тебе повезло, что проверить стадо пришел именно Инь Юй.       Хуа Чэн пожал плечами.       — Он пришел, поскольку думал, что один его шиди опять задирает бизонов и мешает им мирно пастись.       — О, Инь Юй рассказывал о нем, — вспомнил Се Лянь разговор в Ба Синг Се. — Говорил, что шиди постоянно пытался подраться с летающими бизонами, потому многому у них научился и стал очень сильным.       Напрягшись, Хуа Чэн слегка отвел взгляд.       — Да, это он. Очень беспокойный мальчишка. Даже Цаньюэ иногда хватала его лапой и приносила к Инь Юю, чтобы он не мешал другим бизонам.       Се Лянь представил подобное зрелище и вновь заулыбался, найдя его забавным. Затем он вспомнил, как Жое пытался играть с летающими бизонами из Южного храма, и рассказал об этом. Хуа Чэн слушал с живым интересом и иногда задавал вопросы об обстановке, будто бывал в тех местах и все видел. Впрочем, как тогда, так и сейчас острова Южного храма мог посетить любой желающий. Монахи даже не высказались против, когда поблизости остался жить Сань Лан — маг воды, — да и обыкновенных гостей встречали весьма радушно.       Жаль, нынче острова Южного, да и Западного храмов опустели из-за нападения страны Огня. Даже летающие бизоны покинули те земли.