ОтКЛОНение

      Рекс попросил меня подождать снаружи, сказав, что совещание вот-вот закончится, но прошло уже около часа, а заседанию не было конца и края. Из-за двери доносились громкие возгласы, говорившие перебивали друг друга, нередко голоса переходили на крик. Каждому хотелось высказаться, быть услышанным, однако никто не хотел слушать другого.       Вдруг раздался гулкий удар, и гомон мгновенно стих. Грохот был настолько сильным, что я зажмурилась и понадеялась, что кто-то сильно разгневался и ударил кулаком по столу или стене, а не активировал боевую гранату.       Наконец дверь отворилась, и из зала вышел Вон. По его лбу текли крупные капли пота, а волосы были взъерошены. Можно было подумать, что его тщательно встряхнул кто-то из вышестоящих, но одежда не была измята, а выражение лица было спокойным, даже умиротворённым. Следом, слегка толкнув Вона, вышло трое незнакомых мне клонов, по-видимому, новичков. Один из них рассказывал товарищам какую-то историю, остальные же внимательно его слушали, сдерживая смех. Затем двери снова закрылась, но уже через несколько минут в коридор вылетел Энакин. Он развернулся, помахал Рексу и скорым шагом направился к выходу, совершенно не заметив моего присутствия. Скайуокер всегда спешил. Ничего необычного.       Капитан перешагнул через порог и кивнул мне. Я вошла в комнатушку с низким потолком, которую с большой натяжкой можно было назвать залом. Эта тёмная каморка предназначалась скорее для хранения уборочного инвентаря, чем для серьёзных совещаний. Здесь не было окон, вентиляция была закрыта массивной решёткой, а по стенам толстыми змейками вились длинные провода. Для большого, полноценного голостола места не нашлось, и его крошечный аналог, больше напоминавший ящик, изгоем стоял в дальнем углу. Я бы даже не заметила его, не издавай он странный писк, пока перезапускалась система.       Мой взгляд сразу зацепился за широкий рабочий стол, вернее, на то, что на нём было. Кругом беспорядочно лежали обёртки, контейнеры из столовой и несколько разноцветных и красиво оформленных коробок с едой из ресторана. Крошки были буквально везде: на самой поверхности стола, на тарелках и даже в пустых чашках вперемешку с тёмно-бурыми каплями кафа. Совещание действительно было долгим, а клоны и джедай — до смерти голодными.       — Извини за беспорядок, — смутившись, сказал капитан и стряхнул со стола несколько крошек. — И за то, что я заставил тебя ждать.       — Ничего. Думаю, ради нашего разговора стоило постоять в коридоре.       Рекс указал ладонью на стулья, а сам сел напротив. В комнату, гремя колёсами, въехал дроид-уборщик и, по-своему поворчав на нас, стал кружить около стола. Клон хотел выпроводить дроида, но я улыбнулась и махнула рукой. Но когда уборщик собрался проехать вглубь комнаты и пискнул Рексу, чтобы тот пропустил его, капитан похлопал дроида по голове и тихо сказал:       — Давай, приятель, топай отсюда.       Дроид обиженно пискнул и медленно, будто издеваясь, поехал к выходу. Когда дверь закрылась, я начала разговор:       — Чувствую, Фокс тебе не зря жесты показывал.       Рекс усмехнулся.       — Из тебя бы получился хороший разведчик, — сказал он. — Ты права. За поимку лазутчиков в рядах гвардейцев он обещал мне скопировать одно видео.       Клон подошёл к голостолу и включил мне запись. Это была скрытая съёмка около одного из дорогих ресторанов верхнего уровня. Роскошно одетые богачи собирались около парадного входа, ожидая других приглашённых. Они о чём-то разговаривали, смеялись и просили принести напитки прямо ко входу.       — Присмотрись, — вдруг сказал Рекс и остановил запись. Он приблизил задний план и остановил моё внимание на мужчине, одетом в капюшон и разговаривавшему по передатчику. Голограмма была нечёткой, но, присмотревшись, можно было заметить странную фигуру, облачённую в широкую мантию. Капитан вновь включил запись, и спустя мгновение в камеру посмотрели два огромных ярко-жёлтых глаза. — Узнаёшь?       — Даже через экран дрожь пробирает, — испуганно ответила я. — С кем он разговаривает?       Лицо Рекса стало мрачным. Он выключил запись и повернулся ко мне.       — Личность его собеседника пытается вычислить Совет Джедаев. Говорят, что он тайный агент сепаратистов, но слишком влиятельный и скрытный, чтобы его поймать. Он всегда остаётся и тени и знает абсолютно всё. Помнишь, я говорил вчера об осведомлённости врагов и про целую операцию, чтобы убрать Асоку? Так вот, это всё его рук дело.       — А ещё ты сказал, что он хочет подобраться к твоему генералу.       — Да. Генерал Скайуокер стал часто пропадать без предупреждения. Его нельзя назвать пунктуальным, но раньше с ним можно было хотя бы связаться. Асока стала интересоваться, что с ним происходит, и генерал ответил, что у него появилась небольшая работа в Сенате, поэтому он часто бывает занят. Асока почувствовала что-то неладное и как-то вскользь сказала, что меня с ней могут надолго разлучить. Я подумал, что она говорит про какую-то миссию или отработки в Храме. Такое раньше случалось. Но я не думал, что на неё объявят охоту. Выходит, устранение Асоки входило в чьи-то планы. А если учитывать, что одновременно объявили охоту на тебя, то…       — …Асока знала слишком много, чтобы оставаться на свободе, — заключила я. — Кстати, где она?       Капитан угрюмо посмотрел на стол.       — Она ушла.       — Куда? — выпучив глаза, вскрикнула я.       — Я не знаю. Мы даже не попрощались. Она покинула Храм вчера вечером, и сегодня на совещании генерал сказал мне об этом. Почему он сразу не сказал мне? Я разозлился и накричал на него прямо при подчинённых, и теперь не знаю, как извиниться.       — Неужели…       — Да, Асока больше не джедай. И теперь нам всем придётся очень несладко.       Мне захотелось поддержать Рекса, но я не могла подобрать слов. Поэтому просто сидела и неотрывно смотрела на него. Только сейчас я заметила, каким уставшим и вымотанным выглядел клон. Под его глазами залегли большие синяки, на щеках и лбу ещё остались следы от побоев, на разбитой губе ещё осталась кровавая корочка, а на шее, неприкрытой водолазкой, виднелась тёмно-красная полоска — след от снаряда, пролетевшего слишком близко и обжёгшего кожу. Капитан сделал слишком много сделал для меня, даже не зная про связь. И мне стало невыносимо стыдно.       — Если наши догадки верны, — заключил Рекс, — то мы столкнулись с куда более страшным противником, чем мы думали. И «добрый человек» — лишь пешка в его руках.

***

      В просторном тёмном зале было на удивление тихо. Обычно здесь суетились дроиды, таскавшие ящики и переговаривавшиеся сдавленными голосами. Теперь же стояла тревожная тишина, свет был приглушен, а резервные лампы, не получавшие энергию с поломанных генераторов, постоянно мерцали. Из стен торчала вырванная проводка, и от неё с треском вырывались потоки искр.       «Добрый человек» стоял посреди пустого зала с устройством связи в руках. Ладони похолодели, на лбу появилась испарина, дыхание сбилось, а колени дрожали, как у провинившегося ребёнка, ожидавшего суровое родительское наказание. Он впервые за долгие годы почувствовал непреодолимый животный страх и знал, что причиной тому послужила его собственная горячность и невнимательность.       Уже долгое время «добрый человек» действовал без всякого плана и жил буквально одним днём. В его памяти ещё мелькали тени триумфа, когда ему удалось после долгих и бессонных ночей связаться с верхами сепаратистов, построить с ними доверительные отношения и убедить их в стратегической необходимости напасть на крошечную планету в стороне от боевых действий. «Добрый человек» настоятельно просил захватить захудалый космодром и как можно больше заложников из неразвитых поселений, однако новоиспечённые союзники не собирались оставлять живых и, разрушив все городки и деревни до основания, оставили «для приличия» пару-тройку аборигенов, показали клетки с заключёнными по голосвязи и стали медленно избавляться от лишнего груза. А когда «добрый человек» поинтересовался, куда же пропали бесценные сосуды для восстановления способностей, то сепаратисты лишь пожали плечами и свалили ответственность на бессердечную Республику, взорвавшую корабль с пленными. Но здесь они слукавили: крейсер действительно был уничтожен, а выживших вскоре развезли по родным планетам или лагерям для беженцев, и об этой недомолвке «добрый человек» догадался почти сразу. И ему предстояло выяснить: куда же определили его сверхспособных земляков.       Как бы ему ни хотелось раз и навсегда разорвать связь с бесчестными сепаратистами, обращаться к ним за помощью приходилось постоянно. Однако «добрый человек» решил не осваиваться в осточертевших за долгие годы скитаний дальних регионах, а закрепиться где-нибудь на Корусанте. И вскоре это решение принесло долгожданные плоды. За обещанные три кредита нищий сброд действительно мог насобирать кучу полезной информации, а за ночлег, лекарства и запрещённые вещества был готов штурмовать Сенат, если того пожелает их покровитель. «Добрый человек» не стесняясь высмеивал бродяг и калек, пока однажды сумасшедшая старуха не рассказала ему слушок, что в одной больнице уже несколько месяцев лежит странная девушка и что к ней частенько наведываются джедаи.       В глазах «доброго человека» джедаи давно перестали быть чистосердечными блюстителями мира, которых невозможно подкупить, поэтому наведаться в больницу стоило. Недолго думая, он подговорил нескольких приспешников отвлечь медперсонал, а сам легко проник через чёрный вход и выкрал девушку. На ней он поставил много экспериментов, как удачных, так и не очень. Однако он совсем не учёл предел её физических возможностей. В результате клетки её тела мутировали, и она превратилась в монстра, за которым потом пришлось гоняться по Корусанту. Благо нашёлся один клон, который за небольшую плату согласился послать отряд для отвлечения монстра к старому небоскрёбу, куда «добрый человек» отнёс тела детей для последнего обряда.       — Почему ты помог мне? — поинтересовался «добрый человек», когда всё закончилось.       — Я знаю слишком много о Республике, — ответил клон. — Поэтому таких, как я, и держат на Корусанте.       В тот день «добрый человек» узнал, что на военной базе находится ещё одна особенная девушка. Только вот добраться до неё не представлялось возможным. Оборванцев не подпустят даже к воротам, а несколько диверсий с участием Баррисс на принесли должного результата. С Вентресс жизнь его пока не свела, да и впоследствии она приносила ему лишь нервные срывы своей своенравностью и нежеланием в точности выполнять поручения.       Возможно, «добрый человек» никогда бы не узнал, как проникнуть за толстые стены военной базы, если бы жизнь случайно не свела его с одним странным типом. Познакомились они случайно, в одном из роскошных ресторанов верхнего уровня. Тогда «добрый человек» совсем отчаялся заполучить девушку, а прежние способности вновь стали ослабевать. Новый знакомый уже долгое время выполнял анонимные и не самые гуманные заказы Сената и, по-видимому, давно следил за «добрым человеком».       — Мне дали задание найти тебя, — сказал он и передал небольшую коробочку, в которой оказался передатчик. — Заказчик дал тебе ещё одну попытку поймать девчонку, а потом он свяжется с тобой лично.       — Что значит даёт попытку? Кто заказчик?       Ответом была лишь жуткая клыкастая улыбка и молчание. А вскоре «добрый человек» вновь оказался один и чувствовал нутром, что вляпался во что-то очень нехорошее.       Устройство было не новым, слегка потрёпанным и активировалось только в определённое время. Игнорировать сигналы было нельзя: привыкший использовать свои способности и Силу для подчинения, «добрый человек» сам оказался под властью таинственного заказчика и стал обязанным всегда находиться на связи. Он постоянно метался по галактике, его часто заносило в глубокий сепаратистский тыл, туда, где никто не мог подслушать и выведать информацию. Речь приходилось шифровать, а действия по поимке девушки давно диктовались ему извне.       Быть может, не свяжись он с сепаратистами и теневой стороной Республики, где предателем мог бы оказаться даже самый верный товарищ, «добрый человек» не стал бы марионеткой в неизвестных руках. Но с другой стороны, у него в рукаве появился новый козырь: теперь он знал, что девушка намертво привязана к солдату и единственным, кто может разорвать эту связь и высвободить способности, был только он. А это значило, что для «доброго человека» было не всё потеряно, и он ещё мог сопротивляться неведомой опасной силе.       Пока перед «добрым человеком» бурным потоком проносились воспоминания, огромные широкие створки посреди потолка разъехались, и над залом, снижаясь, стал кружиться тёмно-серый шаттл. Он мягко приземлился прямо посреди зала и окутал всё вокруг облаком едкого пара. «Добрый человек» зажмурился, прикрывая рукой заслезившиеся глаза. Когда пар рассеялся, трап был уже спущен. Загадочный заказчик ждал внутри, в густой тьме шаттла.