ОтКЛОНение

      — Скорее! Сюда!       Люк шаттла захлопнулся, едва не оборвав канат. Джесси крепко обхватил меня руками, чтобы я не выпала: корабль стал резко набирать высоту. Мы успели убежать в последний момент: в тюремный зал ворвалась охрана. Зазвучали выстрелы, но бронированный корпус отразил их один за другим.       — Кикс прирождённый гонщик, — усмехнуся Джесси и повернулся к Асоке. — Как капитан?       Шаттл выровнялся и перестал трястись. Тогрута осторожно опустила Рекса на пол и наклонилась, чтобы монтралы доставали до его носа.       — Дыхание ровное, — ответила она. — Нам надо где-нибудь укрыться.       — На базе?       — О да, вручим в распростёртые объятия военного преступника? Или вы собираетесь спрятать его в моём медицинском шкафчике? — раздался голос Кикса.       — Так, не до шуток сейчас, — прикрикнула Асока.       — Улетим на другую планету, — предложил Джесси.       — Засекут. Надо залечь на дно.       — Может, в «Убежище»? — после недолгой паузы спросила я.       — В этот притон? Последний раз я подрался там с громилой за стойкой. Ноги моей там не будет, — снова подал голос Кикс.       Асока задумалась на несколько секунд, а потом вздрогнула.       — Это лучше, чем убегать от преследователей, пока не закончится топливо. Кикс, летим туда!       Медик пробормотал что-то себе под нос, но спорить не стал. Джесси удивлённо посмотрел на меня.       — От кого ты узнала про эту гадость?       Я вздохнула.       — Меня слишком часто оставляли с Файвсом.

***

      Это был тот самый колодец, рядом с которым Добрый Человек держал меня взаперти. Болезненные воспоминания остались, поэтому возвращаться туда было тяжело. Легче стало только передвигаться: его немного расчистили, однако восстанавливать не стали. Поэтому до нужного уровня мы спустились довольно быстро. Но недовольство внутри шаттла усиливалось: Кикс ворчал, Джесси продолжал задумчиво смотреть на меня, а Асока неотрывно смотрела на Рекса в надежде, что он наконец откроет глаза.       Мы протиснулись через поломанные ворота и оказались в мрачном месте. Если нижние уровни, на которые я попадала раньше, походили на островки цивилизации, то здесь была одна большая свалка. Кругом не было ничего, кроме гор мусора, обломков дроидов и толп бродяг, рывшихся в ржавых отходах. Любой грязнуля, живущий повыше, сильно выделялся бы на фоне местного отребья. Среди разрухи вырисовывались очертания старых домов, в некоторых из них горел свет, но от этого район уютнее не становился.       — Какой кошмар, — фыркнула Асока, чувствуя, как вонь снаружи начала заполнять шаттл. — Неужели на Корусанте ещё остались такие трущобы?       — Я видел много разрушенных войной городов, но здесь и без Сепов постарались, — протянул Джесси.       — Не знаю почему, но Файвс находил это место забавным, — сказал Кикс. — Приготовьтесь, мы почти на месте.       Шаттл приземлился на небольшой площадке прямо перед входом в мотель. Заржавевшая вывеска уже не светилась, и на ней едва можно было прочитать название: «Убежище». Кикс встал с кресла пилота, подошёл к Рексу, наклонился, взвалил его на плечи и пошёл к выходу. Асока поспешила следом. Джесси как следует пнул Доброго Человека, который замычал с заклеенным ртом, и потащил за собой. Я остановилась у трапа. Выходить совершенно не хотелось. От одной мысли, что придётся ступить на помойку, вызывала тошноту. Асока случайно наступила но что-то жёлтое и липкое и потрясла ногой.       — Крифф, что это? — сморщилась она.       — Это разложившиеся внутренности грызуна, — спокойно ответил Кикс.       Я начала громко давиться, завидуя крепкой психике медика. Идти с открытыми глазами было невыносимо противно. Единственным способом не вывернуть желудок было зажмуриться и бежать, молясь не споткнуться и не упасть. К счастью, Асока вернулась ко мне и за руку проводила до двери мотеля.       Внутри обстановка была немного получше. Тусклый свет падал на узкий холл. На стенах были расклеены изображения, а в углу стояла небольшая декоративная фигура полуобнажённой тви’лечки с отвалившейся рукой. За высокой оранжевой стойкой стоял мужчина водной расы и пересчитывал кредиты в кассе. Увидев нас, он сразу задвинул ящик и неприветливо спросил:       — Зачем пожаловали?       Его выпученные жёлтые глаза стали внимательно осматривать нас. Перед ним остановилась занятная компания: нервничавший солдат, нёсший на спине товарища в рваной тюремной робе, тогрута, настороженно стоявшая поодаль и державшая меня под локоть, и связанный человек, который был привязан к поясу клона, как собака на поводке.       — Третья комната. Как обычно.       Джесси толкнул Кикса, и тот положил на стойку десять золотых кредитов. Я выпучила глаза.       — До следующей получки я нищий, — вздохнул он.       В лицо медику прилетела засаленная карта. Джесси поймал её налету, и мы пошли по длинному коридору. Остановившись у двери с яркой цифрой «3», Кикс провёл картой по датчику, и мы вошли в маленькое помещение, больше напоминавшее крошечный ангар. Интерьер был максимально вырвиглазный. Прямо напротив входа стояло ядовито-зелёное кресло, чуть правее была широкая кушетка с полинялым и измазанным сине-серым покрывалом. Пол был прямо под цвет коричневой лампы, на которой проглядывали стёршиеся от времени узоры. Хотя вентиляция была заколочена металлическим листом, от неё исходил неприятный кислый запах.       Джесси крепко привязал Доброго Человека к креслу и подошёл к стене, в которую был встроен огромный шкаф. На панели было место для ввода кода, и он крепко задумался. Зато длинная палка с шипами, приставленная к стене, вызвала у него улыбку.       — Его нужно обработать, — вздохнул Кикс, пытаясь отыскать взглядом более-менее стерильное место.       — Положи его на кровать, — сказала Асока.       Медик приподнял покрывало и пошатнулся, когда увидел под ним гнездо с насекомыми.       — Крифф! Да тут живности, как в канализации! Он умрёт от инфекции.       — У меня есть идея, — начала я. — Только… вырубите его, пожалуйста.       — Как пожелает любимая, — широко улыбнулся Джесси и ударил Доброго Человека кулаком по голове. Тот перестал таращиться по сторонам и затих.       Ткань у платья была плотная, но швы слабыми. Стоило потянуть за бок юбки, как легко отрывался большой кусок. Конечно, хотелось отрезать длинный подол, но он слишком испачкался после недолгой прогулки от шаттла в мотель. Прикрывая ладонью полупрозрачное кружевное бельё, я протянула ткань Асоке и принялась завязывать в узлы оборванные края юбки.       Кикс рывком сбросил покрывало, стряхнул насекомых, постелил ткань и положил Рекса на кровать. Тогрута достала из аптечки санитайзер и вместе с медиком обработала руки и разорвала робу. Перед глазами предстало ужасное зрелище. Вся кожа капитана была покрыта тёмно-красными пятнами с запёкшейся кровью. Свежие раны рассекали старые шрамы, кубики пресса напоминали минное поле. Шею обвивало алое кольцо, словно на неё натягивали проволоку с шипами. А большой шрам на груди казался блеклым на фоне ожогов, окольцовывавших его.       — Крифф, — нахмурился Кикс, доставая бакту. — Я латал его много раз, но сейчас он превзошёл самого себя.       Медик принялся за дело. Асока стояла, склонившись над ними, и внимательно наблюдала за каждым движением. Она скрестила пальцы и стала нервно кусать губу.       — Отойдите, коммандер, — сказал он, когда та загородила лампу.       Она смутилась и сделала несколько шагов назад, продолжая неотрывно смотреть на Рекса. Синие полосы на монтралах и лекку заметно потускнели.       Закончив с перевязками, Кикс достал сканер и направил его на голову капитана. Синие лучи заскользили по расслабленному лбу.       Позади раздался тихий стон: Добрый Человек встрепенулся и вновь затаращился на нас безумными глазами. Джесси напряг ладонь, чтобы отправить его в нокаут, но я опустила руку и прошептала:       — Не стоит.       — Серьёзных повреждений нет. Но потребуется много времени, прежде чем он восстановится, — заключил медик, убирая сканер.       Асока вернулась в реальность и поспешила к нам.       — Раз мы оказались здесь в такой компании, — начала она, — нашего гостя надо разговорить.       Тогрута рывком сдёрнула ленту. Добрый Человек поморщился. С таким выражением лица он выглядел таким жалким и запуганным, что захотелось вырубить его снова.       — Это ведь ты всё подстроил? — спросила Асока. — Зачем устроил представление в зале для казни?       Ответом было молчание.       — Бесполезно. Он ничего не скажет. Нужно связаться с Энакином.       — Нет! Только не с ним! — завопил Добрый Человек.       — О, так ты умеешь разговаривать, — усмехнулся Джесси, схватив его за плечо. — Наш генерал напугал тебя настолько, что ты оглушить нас решил?       Я внимательно посмотрела на Доброго Человека. Он дрожал, а на прищуренных глазах проступили слёзы. Такое случалось раньше, во время встреч в тюрьме. Тогда гримаса безумия сменялась тревогой. Если Скайуокер и не был главной причиной паники, он знал слабости Доброго Человека и уверенно давил на них.       — Я… я не могу сказать! Просто не связывайтесь с ним! Прошу!       — Что ты там бормочешь про нашего генерала? — за спиной раздался рёв.       Мы обернулись. Рекс сидел на кровати и пытался приподняться. Кикс метнул датпад на столик и схватил капитана за плечи. Ещё не застывшая бакта измазала пальцы, и ладони заскользили по коже.       — Вам нужно лечь, сэр. Вам нельзя вставать. Бакта ещё не застыла.       Однако он едва не повис на шее Рекса, когда тот резко встал и хромающей походкой направился к Доброму Человеку. Подойдя вплотную к стулу, он взглядом заставил Джесси отойти, а медик, стоявший за спиной, беспомощно размахивал руками в надежде вернуть командира обратно в постель. Рекс казался воскресшим свирепым монстром, способным убить человека по щелчку пальца.       — Ты принёс нам слишком много проблем. Поэтому я вытряхну из тебя всё, что мне нужно.       Грудь капитана поднималась и опускалась, дыхание сбилось, пальцы впились в скрипучую спинку, а между бровями образовались две глубокие впадины. Широко открытые глаза, уже не затуманенные болью, впились в пленённого врага. Таким я видела его лишь однажды — в тайном логове Доброго Человека, на территории того, кого он хотел прикончить самым жестоким способом. Это была ярость, которую боялись как союзники, так и враги.       — Капитан, умоляю, лягте, — испуганно прошептал Кикс. Он положил руку Рексу на плечо, но тот схватил её и крепко сжал. Медик едва не запищал от боли.       — Я буду в полном порядке, только когда сотру в порошок этого ублюдка!       Рекс оттолкнул Кикса. Джесси практически на цыпочках подошёл ко мне и прошептал на ухо:       — Надо оставить их наедине.       — Ты прав, — кивнула я.       Подхватив разозлённого медика, пытавшего оттереть застрявшую между пальцами бакту, мы потащили его к выходу.       — Постойте. Мне надо обработать раны!       — С ним всё будет хорошо. Ему просто надо выпустить пар.       Я посмотрела на растерянную Асоку. Она была напугана и прижалась к стене. Рекс повернул голову и посмотрел на неё. На губах сразу появилась тёплая улыбка.       — Асока, милая, подожди меня снаружи, — нежно прошептал он.       Тогрута покраснела и выбежала в коридор, едва не сбив Кикса с ног. Она помчалась в сторону ресепшена.       Металлическая дверь в комнату захлопнулась, и спустя пару минут коридор наполнил истошный крик. По телу пробежала мелкая дрожь, а ладони закололо от холода. Запястья покрылись красными пятнами: я не чувствовала боль Рекса, но его энергия была насквозь пропитана гневом. На мгновение в памяти всплыли истории про ситхов, в агонии потерявших рассудок, но я сразу отогнала дурные ассоциации.       — Страшно представить подобное во время боя, — сказала я, облокачиваясь на Джесси, стоявшего рядом.       — Я видел такое на Умбаре. Он выплеснет весь гнев и потом будет сильно об этом жалеть.       Ночь. Холодный дождь. Рекс много говорил и затем долго плакал в комнате. Я ни с кем не разговаривала о том дне. Капитан глубоко прятал чувства, боясь показаться слабым. Он должен был сохранять хладнокровие при любых обстоятельствах, чтобы братья не паниковали, и всегда оставался наедине с изъедающими душу мыслями. Я до сих пор не была уверена, открывался ли Рекс Асоке. Так и сейчас: он оградился от нас, чтобы дать нам время на передышку.       — На войне за ним идут солдаты, а с самим собой он всегда сражается один, — ненароком прошептала я.       — Что? — переспросил Джесси, наклоняясь ко мне. Стало неловко.       — Ничего.       — Я сейчас свяжусь с генералом.       Джесси достал передатчик и хотел было нажать на кнопку вызова, как я выхватила его и сжала в руке.       — Не надо.       — Почему? Он накажет этого негодяя и вытянет всю информацию джедайскими трюками.       — Тогда в зале Добрый Человек назвал Энакина своей заменой.       — О чём это ты?       — После разгрома логова он лишился информаторов, но при этом ему удалось бежать. Вероятнее всего, он скрывался на другой планете. Поэтому я долгое время не чувствовала его энергию.       — Ему помогла гвардия. Фокс был его марионеткой.       — Я боюсь, всё куда серьёзнее, чем предательство гвардии. Добрый Человек наверняка выполняет поручения того, у кого есть большой авторитет в Республике. И, как видишь, у него была череда провалов. Его энергия на исходе, он стал никому не нужен. В попытках снова завоевать доверие он готов пойти на любой риск. Только вот этот кто-то решил переключиться на Энакина.       — Да ну, это бред, Аки, — отмахнулся Джесси. — Кому придёт в голову делать из джедая преступника? Тем более генерал Скайуокер на такое не способен.       — И всё-таки я не доверяю ему. У меня плохое предчувствие.