Красный мак

Не прошло и получаса, как Гермиона вышла на крыльцо, одетая в джинсы и красную кофту с капюшоном. Она настолько закоченела, сидя с Малфоем в библиотеке, что едва смогла унять озноб с помощью горячего душа и тёплой одежды. Девушка старалась всеми силами отогнать от себя мысль о том, что состояние её может быть последствием манипуляции с сознанием. Гермиона вспомнила Пэнси, заварившую ей полынь для ванны после ритуальной ночи, и вновь подумала, как много слизеринка может знать на самом деле о природе Драко. Малфой уже ждал её. Он со скучающим видом бродил под портиком и с неприязнью поглядывал на колючие струи весеннего ливня. — Мне казалось, что тебя должно радовать всё в этом мире, — риторически заметила Гермиона, застёгивая молнию под горло. Он втянул носом сырой воздух и иронично посмотрел на неё. — А мне казалось, что у тебя грудь больше. Она с недоумением уставилась на Драко. Сказанное им было настолько нелепо, что даже вызвало у неё истеричный смешок. — Что?! Что ты несёшь, Малфой? — Как? Разве это не был обмен тупыми шутками? — губы его скривила ухмылка. — Я думал, что у гриффиндорцев любая озвученная чушь проходит вместо приветствия. — А при чём тут гриффиндорцы? — Ну а как же твоя кофта? Она посмотрела на алый оттенок своей одежды и поняла, что он до сих пор мыслил прошлыми категориями. Его жизнь замерла в Азкабане, в то время, как её собственная далеко отошла от школьных лет. — Мне просто к лицу красный, — коротко пояснила девушка. Драко недовольно цокнул языком. — Тебе к лицу красное платье, в котором ты недавно была, но не эта кофта. Она ужасна! Он рассматривал Гермиону с интересом портного, явно прикидывая в уме варианты более подходящего ей наряда. — В гардеробе моей матери может быть что-то твоего размера. Я так думаю. Это было странно. Совсем недавно Гарри упрекнул её за платье, взятое у Нарциссы, и в целом девушка была с другом согласна. Но вот случилось обратное. В противовес всем ожиданиям, чистокровный Малфой сам предложил ей одежду на выбор из их гардероба. Может он просто не любил свою мать? Это вряд ли, за привязанность к мамочке его даже дразнили. — Забавно, — подытожила она, а затем добавила громче: — Остановимся в городке по соседству. — В Солсбери? Зачем? — удивился Драко. — Купим тебе такую же ужасную кофту. Пэнси находится в маггловской части Лондона, но даже там нам лучше остаться незаметными для окружающих. Тебе нужна одежда, которая не будет привлекать внимание и шокировать магглов своей экстравагантностью. — Вот как? А я думал, что у меня неплохо получилось одеться в духе магглов. Гермиона с интересом окинула взглядом его одежду. Это была отличная рубашка и не менее превосходно скроенные и сшитые брюки. Но даже такой лаконичный образ делал Малфоя слишком ярким и примечательным. — Ты очень элегантно выглядишь. Но если мы хотим, чтобы нас не заметили и не запомнили, надо сливаться с толпой, а не походить на звезду, сбежавшую с ковровой дорожки. — Я понял, — кивнул он с прищуром. — Нужно выглядеть, как Уизли. Прости, таких лохмотьев у меня нет даже на чердаке. Улыбка внезапно спала с лица Гермионы. — Смешно, — сухо заметила она и, накинув капюшон, пошла к высокой ограде, возле которой стоял автомобиль. Спустя пару секунд за её спиной хрустнул мокрый гравий, Драко молча проследовал за ней. Форд был припаркован меж двух высоких тисовых кустов, которые скрывали его со стороны дома. Едва голубой корпус показался их взору, Малфой громко присвистнул: — Ничего поизящнее для портала ты не нашла, Грейнджер? Гермиона обернулась к нему с хищной улыбкой. — Портала? Оу! А у кого-то сейчас будет его «первый раз»? — В каком смысле? — смутился он. — Ты впервые полетишь на зачарованном автомобиле? С гримасой отвращения парень обошёл транспортное средство и попытался выговорить его название: — Авто… би… С чего ты взяла, что я на нём полечу? — У тебя нет выбора, Драко. Для нас сейчас это самый надёжный вид транспорта, особенно по маггловской части Лондона, — сказав это, девушка приложила руку ко лбу и вгляделась в горизонт. Вдали тянулась сплошная завеса туч и тумана. — Необходимо активировать навигацию, чтобы не лететь вслепую. Гермиона отперла дверь и юркнула в салон машины, отворив дверку слизеринцу. На лице Малфоя читалась тревога, но дождь усилился, став пронизывающим и хлёстким, отчего он неохотно забрался внутрь, с трудом уместив ноги. — Скажи, в какой момент начинать молиться Мерлину, — угрюмо заключил он, рассматривая пространство вокруг. Прежде чем вдавить педаль в пол, она хотела послать ему коварную и торжествующую улыбку, но, столкнувшись со взглядом серых глаз, почувствовала уже знакомый щекочущий укол под рёбрами. Тут же отвернулась, уставившись на дорожку, и сосредоточилась на управлении машиной. Пусть только попробует вновь проникнуть к ней в мозг! Пусть только попробует! По дороге до городка Гермиона рассказывала Малфою про подготовку к ритуалу и её жизнь в мэноре. Она упомянула о погоне за павлином и фигуре в склепе, о стуках в дверь, надписи на крыльце, погроме на кухне и даже об исчезнувшей картине, которую наверняка стоит искать в подземном логове монстра. Единственное, о чём Гермиона не сказала, так это о том, насколько Кингсли осведомлён и заинтересован в его родовой магии. — Значит, кто-то сжёг все картины? — переспросил Драко. — Да. Я думаю, это дело рук того же существа. Малфой не смог сдержать улыбку. — Приди в себя, Грейнджер, — с насмешкой произнёс он. — Какие ещё монстры в подземельях? В мэноре даже привидений никогда не было. — А разве ты не слышал ночью? Шаги, звук открывающихся дверей, голоса… — Ты ведь не часто жила в старинных особняках магов, верно? А одна, наверное, и вовсе не ночевала? — Хочешь сказать, что мне померещилось? Ну уж нет! Я жила в Хогвартсе, если ты помнишь. А там всякого хватало. — Почему же померещилось, — он без интереса протёр запотевшее окно костяшками пальцев. За стеклом всё было окутано белёсой пеленой. — Магия порой скапливается в том или ином участке дома, вызывая кратковременные странные явления: свечение, шумы, стуки… — … оставляя послания, сжигая еду… — продолжила Гермиона. — Хорошо, пусть это будет некий злой дух, — Драко поднял руки, изображая поражение. — Блуждающий призрак, поселившийся в пустом доме. Зачем ему всё громить? — Ну уж этого я не знаю. Может, он просто не любит живых, особенно таких, как я. От этих слов на языке у Гермионы остался горький привкус. — Я с ним сам разберусь. Годится? — как-то неопределённо ответил Малфой. — Конечно, сам разберешься. Это же твой дом. Он откинул голову назад и, глядя в потолок, глубокомысленно добавил: — Мой… Был когда-то. Каждое слово насквозь пронзило ей сердце, заставляя вспомнить о собственном покинутом доме. Но, сделав вид, что ничего не замечает, Гермиона начала снижение. Туман рассеялся, и внизу показались маленькие кирпичные домики Солсбери. Они заглянули в ближайший магазин одежды, где Гермиона на свой вкус выбрала тёмно-синюю толстовку. Парень вышел из примерочной с совершенно кислым выражением лица. — Унылая и уродливая одежда… Девушка подошла и накинула капюшон на голову Драко, стараясь скрыть под ним колдовские глаза и приметные волосы. Но упрямые губы и чётко очерченный контур подбородка, казалось, всё равно кричали о том, кому принадлежат. — Ты слишком много внимания уделяешь внешности, Малфой. На самом деле важно только то, что внутри человека, — сказала Гермиона, поправляя шнурок в капюшоне. От прикосновения её пальцев к щеке его губы дрогнули, но потом раскрылись и прошептали с коварной улыбкой: — Фраза достойная сторонника Волан-де-Морта, если говорить о внутреннем содержании буквально, — он запрокинул голову назад, чтобы видеть её из-под края капюшона. Гермиона уничтожающе взглянула на парня и натянула капюшон почти до самого подбородка. — Ты меня за руку водить будешь, Грейнджер? Я ног почти не вижу. Проще было бы одеть мне мешок на голову. — Не спорь, — возразила она. — И меньше болтай о подобной ерунде. Тебя вообще-то легко узнать, хотя так определённо лучше. — Можешь сколько угодно отрицать силу внешности, Грейнджер, — он стянул с себя капюшон и поправил одним движением волосы. — Но если бы передо мной в коротких шортах и мокрой майке ходила Милисента Булстроуд, я бы предпочёл остаться в кромлехе, завалив проход валуном. Тебе дано сильное оружие. Пользуйся им. Совершенствуй его. В сочетании с популярностью и славой оно может принести тебе немало побед. Над чем захочешь. И над кем… То, что он говорил, было подобно тёмному мороку. Гермиона смотрела на его губы в каком-то гипнотическом трансе и слепом восторге, испытывая нестерпимое желание прикоснуться, поцеловать. И ничто в целом мире не доставило бы ей сейчас большего удовольствия. Сердце отбивало ритм, чеканя каждый удар. Малфой замер и замолчал, хотя грудь его вздымалась от частого глубокого дыхания, выдавая волнение. Дикая мысль о том, что он ждёт её поцелуя, проникла в мозг как иголка. А что, если наклониться вперед, нарушить запретный предел… — Вам подошёл размер? Внезапное появление продавца разрушило их немую сцену, и Гермиона сделала шаг назад. — Подошёл, — коротко ответил Малфой. — Жду тебя на улице. Он направился к выходу, и магнитная пломба на одежде спровоцировала неприятный писк защитных рамок. — Простите, сэр! — крикнул вдогонку продавец. — Пусть идёт, я за всё заплачу, — вмешалась Гермиона. — Но он же будет звенеть у вас в каждом магазине. — Я это решу. Мужчина вздохнул, провожая фигуру Драко измождённым взглядом, и добавил десять фунтов к чеку. — Моя жена болела долгое время, так что я знаю, каково вам. Какая стадия у вашего парня? — Стадия чего? — спокойно, даже с улыбочкой, переспросила Гермиона. — Извините, я просто подумал, что у него неизлечимая болезнь. Знаете, такой бледный вид. И лекарства иногда вызывают странности в поведении. От нервной улыбки девушки не осталось и следа. Она была уверена, что Малфой выглядит прекрасно, и уверенность её казалась несокрушимой, как гранит. Но выяснилось, что далеко не все в этом мире очарованы Драко. — Он не болен, — резко ответила Гермиона. — Просто давно не был… в Англии. Продавец учтиво кивнул. — Как скажете. Простите. Остаток пути они провели в полной тишине. Но девушка на всякий случай всё-таки проверила, отражается ли Малфой в зеркальце заднего вида. Драко сидел, покусывая и потирая губы. Только на секунду у неё сложилось впечатление, что, не получив желаемого, он пытался дать своему рту хоть какое-то тактильное утешение. Единственное из доступных сейчас. Она быстро прогнала эту мысль, списав всё на тревогу. Едва ли за жизнь слизеринца набралось хоть с десяток прогулок по маггловским районам. Чем не повод для волнения? — Машину оставим на парковке возле вокзала, — сообщила Гермиона, делая крин над Кенсингтонскими садами и ныряя в тень деревьев вдоль маленькой улицы. Она опустилась на проезжую часть, осторожно вклинилась в поток едущих автомобилей и только после этого сняла чары невидимости. Водители тут же отреагировали на невесть откуда выскочившую машину бурным шквалом сигналов. — Да, да. Знаю, — виновато улыбнувшись одному из автолюбителей, сказала девушка. — Кошмарный транспорт! — заключил Драко.

***

Медсестра уже ждала их у бокового входа, нетерпеливо чавкая жевательной резинкой и поглядывая на хмурое небо, грозившее вот-вот разразиться ливнем. — Это кто? — спросила она сходу, кивнув в сторону Малфоя. — Мой фотограф, — без запинки ответила Гермиона, игнорируя тот факт, что ни фотоаппарата, ни даже сумки для него у Драко не было. — Нет уж! Никаких фото в мою смену! — возразила медработница. Гермиона согласно кивнула. — Странный какой-то…- добавила женщина, смерив Малфоя подозрительным взглядом. — Ты же не за морфием сюда пришёл? — О нет! Он не наркоман! — Да? А похож… С тебя ещё десятка. Девушка протянула купюру, которая быстро исчезла в кармане униформы. Медсестра провела их через синие двери внутрь больничного крыла. Гермиона заметила, что Драко надел и так сильно натянул капюшон на лицо, что ориентировался при ходьбе, должно быть, только на кончики носков собственной обуви. — Вот ещё что, — обернулась женщина на лестнице. — Она ни с кем не говорит. Но это уже не мои проблемы. Применяйте свои журналистские «штучки» если хотите её разболтать. Деньги я вам не верну. — Хорошо, но вы должны оставить нас одних, — выдвинула Гермиона встречное требование. На что медсестра согласилась и отвела на интервью пятнадцать минут. Пэнси лежала в стандартной палате с голубыми стенами и рядами пустующих кроватей. Ей выделили место у окна, закрыв полосатой ширмой. — Ввиду странности обстоятельств, — коротко пояснила медсестра уединённую обстановку. — Многие стараются заглянуть в дверное окошко. Сами понимаете, как на людей влияет появление загадочной красотки из оккультной секты. А ещё к ней ходит полиция. Учтите. — Спасибо. Дальше мы сами, — поблагодарила Гермиона, стараясь выпроводить медсестру поскорее. Та кивнула и коротко добавила: — Идите к ней вы. На женщин она реагирует спокойнее. Напарник пусть посидит здесь, — она ткнула пальцем в одну из кроватей и покинула палату, напомнив об отведенном времени. Паркинсон безмятежно спала. Но стоило гриффиндорке подойти к ней, как глаза девушки открылись, выражая воинственность. Однако, разглядев свою визитёршу, она облегчённо выдохнула и, кажется, даже обрадовалась. — Твою же мать, Грейнджер! Ну, наконец-то! — голос её был отчаянным. — Как ты себя чувствуешь, Пэнси? — спросила Гермиона. — Кошмарно! Такое ощущение, что раны в маггловских больницах не заживают вовсе. Они не дали мне ни единого зелья, зато кормят какими-то горькими конфетами и тыкают иголками. Как можно выздоравливать, если тебя постоянно пытают?! — Держись! Сейчас тебе надо встать на ноги, а после я тебя вытащу. Глаза Пэнси округлились. — Что?! Ты опять оставишь меня здесь? Грейнджер, прошу тебя! Я уже встаю на ноги. Я смогу дойти до твоей железной колымаги. Умоляю, отвези меня в Мунго! Паркинсон завалилась на бок и попыталась подняться. На лице её появилось выражение муки и боли. — Перестань! — остановила её Гермиона. — Тебе сейчас совсем нельзя в Мунго. И у меня очень мало времени, чтобы поговорить с тобой. Вспомни, пожалуйста, почему на тебя напал Флинт? Он не показался тебе странным? Слизеринка откинулась назад, с облегчением выдохнув. — Странным? Да он с катушек как будто сорвался! Всё было отлично, если ты понимаешь, о чём я. Маркус явился с шампанским, сказал, что его оправдали и отпустили. Не то, чтобы я этому поверила, но сейчас же в Министерство набрали гуманистов. Так ведь, Грейнджер? Гермиона только вздохнула. — Вот я и подумала, что вопрос решился. Почему бы это не отметить? Но когда он спустился за второй бутылкой шампанского, то вернулся уже совсем другим. И с ножом… — Значит, Империус на него был наложен уже в доме, — совсем тихо, скорее для себя самой, произнесла гриффиндорка. — Ты не знаешь, где моя палочка, Грейнджер? Без неё я точно не задержусь в этой дыре. — Нет. Думаю, что она осталась в твоей спальне. Я забрала только палочку Флинта. — Кизляк его дери! — выругалась Пэнси. — Из-за этого мудака одни неприятности. Надо что-то придумать, чтобы я смогла нормально передвигаться. — Почему бы не использовать «Вулнера Санентур»*? Ровный, глубокий голос Драко из-за ширмы заставил их замолчать. Было слышно, как он встал с кровати и медленными шагами пошёл к ним. Паркинсон с неописуемым ужасом на лице посмотрела в сторону ширмы, а потом на Гермиону. — Разве прошло десять ночей? — шёпотом спросила она. Гриффиндорка отрицательно помотала головой. — Тогда почему он… В этот момент Драко вышел из-за ширмы. Увидев его, Пэнси привстала на руках и издала сдавленный стон. Гермиона непроизвольно шагнула к Малфою, став между ними. — Даже не думай упрекать её и что-то высказывать, — твёрдо произнесла она, глядя на парня. — Ты видишь, в каком она состоянии? — Разве я выгляжу агрессивно? — уточнил он, улыбнувшись. Улыбка его при этом казалась вполне искренней, но холодной. — Она просила её исцелить. Я знаю как. Странно, что ты не знаешь, Грейнджер. А потом он наклонился и прошептал Гермионе прямо на ухо: — Но если ты хочешь оставить её здесь, чтобы она не мешала нам, я не стану этого делать. Девушка обернулась на слизеринку. Та следила за ними, вжавшись в спинку кровати и боясь пошевелиться. — Хорошо. Исцеляй, — кивнула она. — Ты справишься за пять минут? Малфой выдал наигранный вздох разочарования и в следующую секунду обхватил Гермиону со словами: — Конечно, справлюсь. Я же не ты. От неожиданного действия у граффиндорки перехватило дух. Но только когда он отступил назад, держа в руках её палочку, Гермиона поняла, что это был всего лишь отвлекающий манёвр. — Что ты творишь, Драко?! Верни! Немедленно! Но он и не думал её слушать. Вертел с интересом волшебный инструмент в руках, словно оценивая его пригодность. — Серьёзно? Сердечная жила дракона? — с самодовольной усмешкой произнёс Малфой. — Мне она понадобится для заклинания. А после я верну её тебе взамен на палочку Флинта. И будь добра, проследи, чтобы нам никто не помешал. — Твоя манера вести себя как… — не унималась Гермиона. — Иди уже к двери, Грейнджер, у нас мало времени, — оборвал её он. — Благодарность выразишь потом. Пэнси что-то слабо пискнула в спину удаляющейся гриффиндорке. А через пару секунд послышалось монотонное звучание исцеляющего заклинания. Гермиона облокотилась на дверь, без интереса выглядывая через маленькое окошко в больничный коридор. Удивительные чувства вызывал в ней Драко Малфой: невероятное чередование раздражения и восхищения, ненависти и симпатии… Нет! Она обернулась к ширме. Его тень, нависшая над Пэнси Паркинсон, чётко вырисовывалась благодаря свету из окна. Силуэт слизеринца вызвал очередной неясный трепет в душе. Малфой проникал ей под кожу столь постепенно, входил в её жизнь шагами столь неслышными, что вторжение оказалось незамеченным. Но теперь он пронизывал её разум, и по мере сближения с Драко, Рон и Гарри окончательно теряли всякую привлекательность. С тихим отчаянным вздохом она прислонила лоб к стеклу и вновь принялась наблюдать за людьми в коридоре. Вот прошёл врач в белом халате и с лёгким недоумением посмотрел на неё. Дальше показался пациент, ведомый под руку заботливой дамой. Вероятно, супругой. А за ними медсестра катила пустую инвалидную коляску. Но внезапно в коридоре началось оживление. Голоса стали выше, людей больше, и Гермиона с интересом перевела взгляд на место всеобщего внимания. Мужчина в потёртом кожаном плаще и грубых ботинках стоял к ней спиной и о чём-то разговаривал с персоналом больницы. На голову его был накинут широкий капюшон, являющийся ни чем иным, как частью мантии волшебника. Казалось, что он совсем не беспокоится о том, что вызывает подозрения у магглов. А зря. По взгляду медсестёр и врачей было понятно, что внешность посетителя показалась им очень странной. Гермиона приоткрыла дверь и выглянула в коридор. — Возможно, она поступила к вам… — донёсся до слуха гриффиндорки звук низкого грубого голоса. Сердце Гермионы на миг замерло. Без сомнения, он искал Пэнси. Но история с предполагаемыми сектантами, напавшими на бедную девушку, не прошла даром. И вот уже два охранника, вооружившись дубинками, спешили на помощь сотрудникам отделения. А один из врачей, кажется, вызывал полицию. Гермиона развернулась на сто восемьдесят градусов и влетела обратно в палату. — Драко, там, по-моему, Пэнси ищут. Тебе ещё долго? Он нахмурил брови. Ещё пару раз произнес заклинание, а затем опустил руки и встал. — Кто? — спросил он. — Я не знаю, видела только со спины, но он точно из «наших». Возможно, был с теми, что прибыли в день нападения Флинта. Его ботинки… Раздался ужасный грохот, сопровождаемый вспышками заклинаний. В коридоре началась беготня и крики. Затем ещё один взрыв, отчего штукатурка со стен посыпалась. — Одень Паркинсон! — скомандовал Малфой и бросился к двери, чтобы наложить запирающее. Гермиона огляделась в поисках хоть чего-то подходящего, но в палате не было ни одной личной вещи Пэнси. Драко быстро вернулся и, заметив её растерянные поиски, стянул с себя купленную несколькими часами ранее кофту. Его рубашка по-прежнему оставалась на нём. — Надевай! — он кинул Паркинсон свою одежду. — Я это не надену! — взвизгнула слизеринка, скинув с себя толстовку, как-будто та была ядовитой змеёй. — Пэнси, сейчас не время… Речь Гермионы была прервана очередным истошным криком из коридора, за которым последовала слепящая алая вспышка. Всё замолкло и образовавшаяся тишина угнетала. — Быстро одевайся! — с жёстким металлом в голосе произнёс Драко, выглядывая в окно на улицу. — Трансгрессируем вниз, так как Пэнси не знает места стоянки твоего авто...биля, и дойдём до него пешком. Но Паркинсон, вцепившись побелевшими пальцами в больничную сорочку, казалось, ничего не соображала и только отрицательно мотала головой. — Хорошо. Возьми мою, — успокаивающе произнесла Гермиона. Она без лишних раздумий сняла с себя кофту и принялась одевать на Пэнси. Слизеринка мгновенно уступила и просунула руки в рукава. Гриффиндорка натянула на себя одежду Драко и, несмотря на напряжённую обстановку и грозящую опасность, девушка на секунду закрыла глаза, ощутив блаженство от соприкосновения его тепла со своей кожей. Проклятье! Открыв глаза, она столкнулась с лицом Малфоя, который подсел к ним на кровать, чтобы трансгрессировать, но теперь с интересом смотрел на неё. — Что? — шёпотом спросила она. — Ничего, — ответил он. Хотя взгляд его твердил обратное. — Готова? Гермиона кивнула. Он обхватил за запястье оцепеневшую руку Паркинсон, а потом сказал тихо и почти неуловимо: — Держись за меня, Грейнджер. Гермиона почувствовала, как кольнуло в кончиках пальцев от его слов и зашумело в голове. Рука сама обхватила плечо Малфоя. Он посмотрел на неё с какой-то особой теплотой, которой она никогда раньше не видела на его лице. Но едва кисть её легла на его рубашку, как всё исчезло. В следующий миг она больно приземлилась коленками на асфальт. Падение могло быть ещё травматичнее, если бы под ней не оказался Драко. Он щурился от боли в затылке и едва ли замечал её присутствие. Гермиона сползла с парня. Пэнси сидела на дороге, растерянно озираясь по сторонам. — Пойдёмте быстрее к машине, — скомандовала гриффиндорка, помогая Паркинсон подняться. Они вышли из переулка и прыгнули в самую гущу пешеходов. Но, едва дойдя до парковки, Гермиона резко остановилась и отскочила за ближайший кустарник. — Спрячьтесь! — быстро произнесла она. Возле форда «Англия», припаркованного у белого колониального здания, с важностью полицейского инспектора расхаживал Перси Уизли. Он изучал авто, заглядывая внутрь, и озирался по сторонам в поисках хозяйки. Гермиона огляделась. — Идите дальше по улице, я сейчас к вам подъеду, — прошептала она Драко. Малфой коротко кивнул. Гриффиндорка поправила волосы, одёрнула одежду и вышла к Перси. — Привет! — непринуждённо поздоровалась она. — Значит, это всё-таки наш форд, — в ответ улыбнулся ей Перси. — Привет. Гуляешь по Лондону? — Провожала знакомую на поезд, — коротко соврала Гермиона. — Правда? — на лице Уизли появилась таинственная ухмылка. — С Паддингтона? И куда шёл поезд? Бат? Бристоль? Или Солсбери? От последнего названия городка у девушки всё внутри перевернулось, и она быстро выпалила: — Бат. А ты что тут делаешь? Перси по-хозяйски опёрся на крышу форда локтем и огляделся по сторонам. — Встречаю свою подружку. А вот и она! Из-за угла здания вышла стройная блондинка в шифоновом платье цвета морской волны. В руках она держала бархатный саквояж яркого кораллового оттенка. Гермиона без труда узнала в ней Орнеллу Шелби, привет-ведьму из Мунго. — Одри, я здесь! — отозвался Перси, отчего-то назвав девушку другим именем. Она помахала ему в ответ рукой и быстро подошла к машине. — Привет! — поздоровалась блондинка, поцеловав парня в губы, а затем и с интересом глянула на Гермиону. — Гермиона, это Одри. Одри, это та самая Гермиона Грейнджер. Теперь уже Уизли, — представил их Перси. — Очень приятно, — с приторной улыбкой произнесла девушка. — Кажется, вы уже знакомы с моей мамой и сестрой близняшкой. Так странно, правда? Вся моя семья вас знает, а я нет. — Угу… — всё, что выдавила из себя ошеломлённая происходящим Гермиона. — Хотя мы с Перси почти год встречаемся и могли бы быть давно представлены. Уизли виновато улыбнулся ей, но за этой улыбкой Гермиона легко распознала простое нежелание организовывать их знакомство. Не из-за того, что девушка была ему не важна, а скорее таковой была Гермиона. — Мы трансгрессируем через камин в этом здании, — он махнул в сторону белого фасада. — Иди, Одри, я догоню. Перси принял саквояж из рук девушки и сопроводил её восхищённым взглядом. Гермиона растерянно моргнула. — Год? Ей же сейчас лет семнадцать? Перси! — с укором произнесла она. — Ты же не будешь давать мне советы по построению личной жизни, Гермиона? — с явным холодком в голосе произнёс он. — Может, сама вернёшься домой для начала? Ты вообще в курсе, что Рон скоро открывает филиалы «Всевозможных Вредилок» в Эдинбурге и Дублине? — Нет, — тихо ответила девушка. Перси горько усмехнулся и произнёс: — Даже не удивительно… Он оттолкнулся от машины и направился вслед за своей подружкой, пожелав Гермионе хорошего дня. Но затем обернулся и добавил: — Ты всё-таки постарайся попасть на открытие новых магазинов. Твоё присутствие будет полезно для удачного старта продаж. Ну и для имиджа нашей семьи тоже. Он ушёл. Гриффиндорка ещё несколько мгновений стояла на месте, не в силах собраться и сесть за руль, как ей казалось, не своего автомобиля. Пэнси и Драко ждали её в тени самого большого платана. Вид у Паркинсон был совершенно подавленный. Она на секунду задержалась, убедившись, что Малфой сядет на переднее сидение к Гермионе, а не с ней, и забилась в противоположный от парня край машины. Гермиона рванула рычаг передач и переключилась на невидимый режим. Автомобиль взмыл вверх, рывком оторвавшись от земли и сломав по пути пару веток дерева. Прямо перед ними вырос высокий шпиль англиканской церкви, который Гермиона ловко обогнула, плавно поднявшись над серыми крышами домов. — А ты бы преуспела в квиддиче, — на выдохе сказал Драко, упираясь растопыренными пальцами в переднюю панель. — Это вряд ли, — вздохнула девушка, отметив про себя, что Малфой от её виражей пришёл в тихий, граничащий с ужасом, восторг. — Я не люблю полёты на метле. — Серьёзно? Ты в каком мире живёшь, Грейнджер? Каждый уважающий себя волшебник должен уметь виртуозно управляться с метлой. — Я умею, — с обидой ответила она. — Я просто не люблю. Мне не нравится, что у метлы почти нет точек опоры. Чувствую себя небезопасно. — Но… — Драко не сразу нашёлся, что ей ответить. — Зато ты полностью управляешь процессом. А в этой штуке ты словно заперт в ящике. — По-твоему, я плохо управляю процессами? — ёрничала она, всё ещё раздражённая разговором с Перси. — Разница в тонкости ощущений. Это как целоваться через кусок пергамента. Гермиона непроизвольно впилась взглядом в Драко. Это был самый неудачный момент, но она всё равно почувствовала, как мурашки пошли по телу от его слов, а ладошки на ободке руля стали влажными. Смутившись, Гермиона отвернулась и по-дурацки хихикнула. — Интересное сравнение. Пэнси с мрачным видом слушала их разговор, стараясь вообще не выдавать своего присутствия. Так продолжалось до тех пор, пока Драко не обернулся к ней. — Во что ты вляпалась, Пэнс? — Ни во что! — огрызнулась она. — Это не моё дело. Прости. Но я вынуждена спросить, — тактично начала Гермиона, поглядывая на слизеринку в зеркало заднего вида. — Ты случайно не знакома с человеком, который носит потёртый плащ и грубые, как будто им самим сшитые, ботинки? Может, ты встречалась с кем-то втайне от Флинта? Пэнси послала ей презрительный взгляд, прежде чем сказать нарочито громко: — Я не встречаюсь с бродягами, Грейнджер! Так же, как и с несколькими парнями одновременно. — Понятно, — фыркнула в ответ Гермиона, совсем не желая развивать тему двойственных отношений. Да и отношений вообще. Но её неожиданно продолжил Малфой, произнеся: — Правда? А как насчёт Блейза и меня? Казалось, что сам звук голоса Драко заставляет Паркинсон деревенеть. Она скрестила руки на груди, закинула ногу на ногу и затравленно посмотрела в глаза Малфою, пока он не расхохотался со словами: — Да шучу я! Между нами ведь ничего серьёзного не было… — а потом низким и зловещим тоном добавил: — Кроме долга вашей семьи. Они какое-то время сверлили взглядами друг друга, и Гермионе показалось, что на глазах Пэнси выступила влага. Это заметил и Драко. Будто добившись желаемого, он вальяжно развернулся и запрокинул руку на спинку водительского кресла Гермионы. — Что от тебя хотел Уизли? — Ничего. Просто поздоровались. Со вздохом глубокого удовлетворения он посмотрел на Паркинсон и произнёс: — А ты говорила, что мы с Грейнджер никогда не будем общаться. Вот полюбуйся! Теперь она летит с нами, а с Уизли просто из вежливости здоровается. Крэбб ради такой возможности восстал бы из пепла без всяких родовых заклинаний. Помнишь, как он тайно сох по знаменитой подружке Поттера? Хоть он и смотрел на Паркинсон, но краем глаза отслеживал реакцию Гермионы на свои слова. Она это заметила. — Разве только Крэбб? — тихо и ядовито сказала Пэнси, словно собрав все силы для ответной фразы. Драко двусмысленно хмыкнул и стиснул зубы. Гермионе стало окончательно не по себе, и она постаралась вернуться к теме преследователей. — Ты хорошо знаешь свою соседку? Пэнси быстро перевела взгляд с Малфоя на Гермиону и, откинувшись назад, ответила: — Шелби? С чего бы мне её знать? Ханжа, которая вечно вызывала на нас мракоборцев. — А её дочери? У неё близняшки? — продолжила интересоваться Гермиона. — Две серые и закомплексованные мыши… — Мне они показались симпатичными, — заметила гриффиндорка. — И одна из них только что ушла с Перси Уизли. А он, между прочим, недавно возглавил отдел международного магического сотрудничества в Министерстве. — Ясно, — коротко кивнула Паркинсон, не меняя хмурого выражения лица. — Я уже поняла, что Уизли шикарно устроились. И Шелби, видимо, тоже. — Но я не об этом, — оборвала Гермиона. — Человек, который пришел за тобой, возможно, был знаком с твоей соседкой. Ботинки у него уж очень примечательные. — Думаешь, она наняла его, чтобы убить меня? Ради чего, Грейнджер? Хотя плевать! Я соберу свои вещи и… Она взглянула на Малфоя и притихла. — Мы не полетим к тебе домой, Пэнси, — сообщила Гермиона. — Я спрячу тебя, пока мы не выясним, что тебе угрожает. — Мы летим в мэнор? — предположила Паркинсон. — Нет, — отрицательно покачала головой Гермиона. — Сейчас увидишь, мы уже почти на месте. Малфой начал с интересом изучать пейзаж внизу. — Очередное маггловское захолустье? — с пренебрежением произнёс он. — Хампстед Гарден. Здесь дом моих родителей. Повисла напряжённая пауза, а потом злобный тихий смех Пэнси заполнил всю машину. — Что с лицом, Драко? Будь уверен, ты им точно не понравишься! — издевательски произнесла она. А потом, словно опомнившись, добавила: — Ты же не оставишь меня с ними, Грейнджер? — Их там нет, — коротко ответила Гермиона, и голос её дрогнул. — Они умерли? — спросил Малфой. — Неважно. — Не хочешь говорить мне? — Просто постарайтесь не привлекать внимание соседей. Машина плавно начала снижаться на тихую улочку лондонского пригорода. *Вулнера Санентур — исцеляющее заклинание, которое применил Снейп для заживления ран Драко после Сектумсемпры.