Новая жизнь

       Осень прошла незаметно. Золотистая пора, которая принесла с собой дожди и грозы, что были куда чаще, чем летом. Всё это время Куромаку помогал Ромео в зельях и травах. Николь уехала учиться и стало совсем грустно, ещё и осенняя хандра нагоняла тоску. Хотя бы он мог поговорить с Габриэлем и Феликсом, это тоже какое-то общение.       В деревне мальчика не жаловали, его старались обходить стороной, мало говорить, а если разговор завязывался, то его обрывали очень быстро. Куромаку даже подумать не мог, с чего у милых деревенщин такая рекция, к Ромео они теплы и дружелюбны.        В ту пору уже выпал снег. Зима сменила осень. В теплом полушубке и валенках, завязанных на ногах верёвками для прочности, Куромаку вышел на улицу. — Красота, - через стекла очков он смотрел на заснеженную природу.       Всё поле покрыло белое покрывало, под своей толщей пряча маленьких грызунов. Ни лисы, ни птицы не впали в спячку, и вот Куромаку видит, как чёрный наконечник хвоста прыгает вдали по снегу, наверное, ищет мышек. Феликс отправил Куромаку за водой, в местный колодец. Весной, летом и осенью у них имелся свой на территории, но зимой он застывал, если Ромео вовремя не добавит в него зелье, но осенью разгорелась эпидемия и знахарь часто даже не ночевал дома, потому и про колодец забыл.       По протоптанной дорожке мальчик шёл вперёд. Теперь он не боялся мороза, хотя его реакция на снег была удручающей. Увидев снегопад, Куро загрустил, ведь знал, что теперь не выйдет из дома. На время зимы всех детей загоняли в подвал и потому никто из них даже подумать не мог, что можно быть на улице, и Маку тоже. Естественно, его тоску заметил Феликс и поспешил его разуверить в этом. Уже на следующий день Ромео принёс мальчику зимнию одежду, а Феликс вывел его гулять. Впервые Куромаку так обдало морозом, впервые белоснежный свет ослепил его очи. На протяжении минуты он стоял на месте и с восхищением смотрел на чудо, которое не видел раньше. Феликс улыбнулся до ямочек на щеках - Куромаку не удивляют фантастические растения, но при этом его ошеломила обыкновенная зима. Чудный ребёнок.        Дойдя до колодца, Куро закрепил вёдро и совсем скоро набрал воды. Теперь предстояло дойти обратно. Но послышался топот, и в спину его толкнули. Потеряв равновесие, Куро упал в снег. Разъярённый смех со всех сторон, его окружили. — Крыса! Крыса! - загоготали с двух сторон. — Подопытная!!! Подопытная!!! Когда Куромаку хотел подняться, его лишь сильнее опустили носом в снег, надавив ногой на спину. — Хватит! Пустите! - Куро пытался подняться, вырваться из их рук. — Крысы должны лежать! Крысы должны слушаться! - ребят веселило это представление, которое они устроили сами для себя. — Хватит! - Куромаку предпринял ещё одну попытку, но вскрикнул от боли, место на боку закололо и заболело. — Крыса! - мальчишки подняли заранее приготовленные снежки с ледниками и камнями внутри.        Кажется, Куромаку вспомнил прошлое, его крики, которые сейчас он словно проглатывал, хлыст, который всегда колечил его. Внутри забурлило что-то иное, он чувствовал пустоту в голове, хотя мысли явно не покидали его. — Хватит! Я ничего вам не сделал! - мальчик вывернулся из-под чужой ноги и привстал, тело ныло от брошенных в него камней. Взгляд помутнел... Хотелось одного, чтобы его не трогали... - Крыса, Крыса! - крики были громче него. Хотелось одного. Чтобы они замолчали...        В голове словно раздался звон колокольчика. Почему он этого хочет? Крики ребят превратились из смешков в крик ужаса, за один рык, который Куро уже слышал. — Волк!! — Мамочки! В деревне!       Куромаку поднял взгляд и от страха осел в снег, хотя не только от страха, но ещё и от боли, которая разносилась по всему телу. Оскалив белоснежные, острые зубы, волк угрожающе зарычал. От этого по всему телу прошлась дрожь. Ступив вперёд, волк тут же заставил детей попятиться. — Тц... Мы расскажем всё нашим отцам и тебя поймают! - самоуверенный мальчишка взял снежок и кинул его в животное. Кровь брызнула на белоснежный снег, послышался вой, и волк опустил голову к лапам, после этого послышался рык, и он сделал рывок вперёд. Вот тут уже было и не до смеха, спотыкаясь и толкая друг друга, дети убежали, оставляя лишь следы.       Куромаку сглотнул подступивший ком в горле. В снежке был камень, вот почему пошла кровь с жёлтой головы. Теперь он мог рассмотреть своего спасителя, он отличался от других волков. Шерсть грязно-желтого цвета, вперемешку с рыжими оттенками, и выразительные глаза, которые тут же уставились на Куро. Тот отполз к колодцу, не смея даже глубоко дышать. А спаситель ли он? Может, он защищал свою добычу. Может, в его планах отвоевать и съесть его. Но волк лишь спокойно пригнулся и положил голову на лапы. — Ты не тронешь меня? - робко спросил Куромаку, ожидая, что ему не ответят, но волк лишь медленно качнул головой. — Ты... Понимаешь меня? - и снова кивок.       Поднявшись со снега, мальчик поднял вёдра, нужно снова набрать воды. Обернувшись, для того чтобы поблагодарить волка за спасение, но его уже и след простыл, осталась лишь алая кровь на продавленном снеге, а отпечатки лап вели за дома. Куромаку выдохнул и потер ушибленный бок, нужно возвращаться домой.        Как только вступил в дом, почувствовал жар по телу, как душно. Похоже, Феликс растопил камин в гостинной. Быстро сняв шубку, шапку и валенки, прошёл с вёдрами воды на кухню, где парень готовил еду. — А вот и наш водонос, - улыбнулся блондин и перехватил у него вёдра. — А что случилось? Ты долго их нёс. - поставил рядом со столом и посмотрел на мальчика. — Около колодца... Мне ребята не давали пройти, - слегка соврал, дабы старший не волновался, Куромаку посмотрел в его лицо и слегка поднял бровь, оно не выглядит тревожным. С какой стати Феликс так спокойно реагирует на то, что до Куромаку докапывались эти...а ещё у уха...бинт? — Ну, раз ты дома, то всё хорошо, - кивнул и подал ему печенье. - Иди в комнату, Ромео будет к вечеру. Куромаку поджал тонкие губы, но ушёл.        За окном воет метель, а в голове такая же вьюга. Читать совсем не хочется, ведь мысли забиты иным. Почему его назвали крысой? Почему смеются над ним? Почему Феликс выглядел так спокойно, хотя знал, что мальчишки могут сделать ту ещё гадость? Куромаку потер синяки на теле и перевернулся на бок, прикрыв глаза и вспоминая утреннюю сцену. Ребята, смех, камни, волк... Волк. Образ был настолько чётким, что Куромаку удивился своей памяти. Жёлтая грива, острые ушки и белоснежные клыки... Клык... Куромаку распахнул веки, вспомнив то, что у волка был только один клык. Приподнявшись, посмотрел на метель, которая заволакивала небо. Встав, аккуратно прошёл к столу и положил туда книгу, взгляд сам зацепился за эльфенка, который свалил одеяло на пол. Пришлось поднять его с поверхности стола и снова укутать в него спящего Габриэля. Тот ловко зацепился за край одеяла и уткнулся в уголок.       Куромаку помнил, что Ромео рассказывал ему о спячке, многие существа уходят в неё, вот и Габриэль спит, как и большинство жителей их леса, хотя многие в это же время проснулись. Зимний лес куда опаснее летнего.        Куромаку робко прошёл в гостиную, где вязал Феликс и где сушил травы Ромео. Оба парня о чём-то говорили, Куромаку слышал лишь отрывки. Скрип пола привлек внимание Феликса, и парень поднял взгляд на мальчика. _ Ох, Куро, что-то случилось? Или посидеть с нами хочешь? — Ну...случилось... - Куро робко потер кусочек своей рубашки и посмотрел на Ромео. - Почему меня называют крысой? Розоволосый знахарь повернул на него голову и поднял бровки. _ Кто так говорит? —Ребята из деревни... Они смеются и бьют меня. - эти слова заставили Ромео подойти к нему и присесть на корточки, дабы погладить его плечи. — Хэй...ты чего раскис? Я поговорю с ними, и все будет хорошо. - Феликс привстал и тоже подошел к брату сзади, его тоже волновало эта проблема. — Но Ромео...почему крыса? Почему подопытная? Ромео фальшиво улыбнулся и попытался сделать вид, что это ничего страшного, но Куромаку видел его на сквозь. Он врал. —Ты врешь. - холодно проговорил мальчик, смотря невидящим взглядом в это фальшивое лицо. —Куромаку, Ромео не стал бы так делать. - голос Феликса на удивление спокойный, но при этом в нём слышатся нотки грусти. — И ты, Феликс, тоже мне врешь... - перевёл взгляд на блондина. - я знаю... И я вижу это, - спокойно произнес Куро, и, отведя взгляд, потер краешек рубашки. - Я пойду. Если ему здесь ничего не говорят, то и он будет не особо разговорчивым. Они даже не понимают, какого ему, он же доверился им, а теперь от него что-то скрывают. И ладно был бы только Ромео, но и Феликс тоже, хотя они и братья, они две противоположности.       Куро поднялся по деревянной лестнице на вверх, обдумывая все: Ромео выглядит старше и относится к Куромаку по своему, то, что у него есть секреты, неудивительно. С Феликсом иначе, ведь Маку видел в нем ребенка, который много болтает, заботиться о близких. Тогда зачем ему что-то скрывать от Куромаку? Он сам того не заметил, как упал на кровать и свернулся клубочком, поджав ноги к груди.        Обида проникала в сердце черной змеей и отравляла его, от этого становилось больнее, чем от хлыста. За эти месяцы Куромаку настолько усыпил бдительность, что совсем позабыл, что люди алчны и чаще всего преследуют лишь свои корыстные цели. Где уверенность в том, что Ромео с Феликсом не такие же? Скрываются за масками доброты, а у самих лишь одно на уме? От этих мыслей мальчик лишь сжал в зубах кусочек одеяла, до такой степени его зубы сомкнулись от злости. А он верил! Доверился, а в итоге он как был никем, так и остался! "Мне жаль тебя. Ты не заслужил такого."       Маку отпустил уголок одеяла и задумался, и правда, не заслужил. "Они очень жестоко с тобой поступили...Как и со мной."       Куромаку тяжело выдохнул и приоткрыл глазки, но перед ним лишь стена. Сначала он подумал, что в комнату зашел кто-то из братьев, но, сев на кровать, не увидел никого, кто бы мог говорить с ним. — Маку... - наконец дверь скрипнула, и в проеме показалась голова Феликса, взгляд его был поникшим, словно всю радость из него выкачали. — Да? - так же тихо спросил мальчик. — Можно? - Ответом ему стал положительный кивок. Тогда Феликс прошел к его кровати и сел. Было видно по его лицу, ему трудно начинать. — Я...хотел извиниться. - Куро отсел к стене и поджал к себе ноги. Ну хочет, и что? - Я правда...скрывал от тебя кое-что, но пойми, - на этих словах он словно впился во взрослый взгляд Куромаку. - Я сам этого боюсь... — Чего? — Я... Давай начнем с начала, - парень сделал вдох и тоже облокотился на стенку, словно на опору, и устремил взгляд за окно. Куромаку навострил ушки, начав слушать. — Ромео говорил, что мне было около шести, когда я ушел с отцом гулять. Он был с мамой на кухне, и в тот вечер папа вернулся один. - от копошения в воспоминаниях парень поежился. А к двери прильнули, слушая. - Ромео говорил, что мама очень сильно на него кричала и уже сама собиралась пойти меня искать, но этого не потребовалось, ведь был слышен вой стаи. Мы тебе не говорили, но давным-давно волки и прочие животные смело приходили в деревню и не раз передушивали собак. В тот вечер я умер для них. - Куромаку глянул на побледневшего Феликса, похоже, ему самому неприятно об этом говорить. — Если тебе трудно, не надо. - взял его за руку, но тот отмахнулся. — Я уже начал... Да и ты должен знать правду, хотя бы обо мне. Для твоего понимания, у меня очень большой пробел в памяти, я не помню свою жизнь с шести до семи... Целый год меня не было в деревне, и я правда считался погибшим, а потом меня нашли. В том самом лесу. - он снова устремил взгляд в окно, где метель потихоньку утихла. - Ромео не посвящал меня, как именно и где меня нашли. Сказал лишь, что меня принесли домой, мама сразу пошла за водой для ванны, а отец меня осматривал, словно не верил, что я...это я. А дальше я осознал, что могу становиться волком... Куромаку похлопал глазками. Конечно, у него были идеи об этом, но неужели правда? — Первое время это было больно, но потом с возрастом привык. И сейчас могу спокойно превращаться из одной формы в другую. Феликс лишь под конец своего рассказа, смог посмотреть на Куромаку, а тот выдохнул и подполз к нему поближе. — А почему ты скрывал это от меня? — Потому что... Боялся напугать, - аккуратно взял его за руку. — Глупо, я понял, кто ты, ещё сегодня утром. Я просто хотел, чтобы ты сам рассказал об этом. Феликс глупо улыбнулся и обнял малыша, а тот облокотился на него. — Феликс... - Куромаку начал, но был перебит. — Нет, я не посмею рассказать тебе о секрете Ромы. Это его тайна, ему тебе и рассказывать. - он погладил его волосы, а Куро прерывисто вздохнул. Они ещё о чём-то говорили, так тихо, что казалось, они боятся кого-то разбудить.        Половицы скрипнули, ведь тяжесть сошла с них, а сам Ромео направился в комнату. Пройдя к стеклянному шкафчику, посмотрел на тёмную сферу, в которой плыли облачка. — Чуть позже, Куро, я обязательно расскажу, но не сейчас. Хотя бы через год, когда магия проявится. Я не допущу эту ошибку вновь. Тёмное облачко сверкнуло молнией, ему не нравится быть здесь, но он слишком слаб, чтобы вырваться.

***

       Габриэль приоткрыл глаза и, сев на своей кроватке, протяжно зевнул и потянулся. В животе заурчало, захотелось кушать, отчего мальчик спрыгнул на поверхность стола и снова потянулся, в спинке хрустнуло - вот что значит лежать три месяца. Спячка - это ужасное время. Почему он вообще должен ей следовать? Задавшись этим вопросом, хотел было полететь, но не смог: крылышки были тонкими и помятыми, похоже, это из-за долгого сна. И как ему быть? Но на помощь пришёл Куромаку, зашедший за книгами в комнату. — Куромаку! - тонко прокричал Габриэль, привлекая внимания, мальчик обернулся и радостно улыбнулся. — Габриэль, ты проснулся! - по лицу, эльфенок понял, что что-то не так. — Да, а что? Выглядишь так, словно я не должен был просыпаться. — Ну... По теории да... - робко кивнул Куромаку и под вопросительный взгляд эльфенка поднял его на руку, поднеся к стеклу. Габ прильнул к холодному стеклу, где остались его тёплые отпечатки.       Белая равнина вместо жёлтых колосьев, она устилается далеко за горизонт. На стекле небольшие узоры от мороза, они извиваются змеями, словно хотят полностью заполонить пространство. — Что это? - не понял мальчик, а Куро поглядел на таинственный лес. В метре от начала распространения корней снега не было, там росла зелёная трава, и такому феномену не было причины. Это лишь доказывало то, что лесу не подвластны даже времена года. — Это снег. Ты проснулся в феврале, проспал всего два месяца. Габриэль посмотрел на Куро, а после отвёл смущённый взгляд. — Я... Не спал. — Что?! Куромаку в шоке распахнул глазки и захлопал ресницами, а Габ тихо уселся на его ладонь и почесал щеку пальцем. — Я не мог заснуть, я просто не представляю, как феи спят в это время. — Но ты же лежал неподвижно всё это время. Куро понёс его на первый этаж, нужно было представть его Феликсу и Ромео. — Да, лежал, но это очень скучно! Я вертелся и иногда засыпал, старался не шуметь и иногда прорывался на кухню по ночам. А потом и правда заснул... — Я... Мне нужно спросить Ромео. - парень был в смятении от этого факта, теперь вопросов стало больше. — Значит, он не фея, - сказал Ромео, при этом бережно потряхивая какую-то колбу в руках. Феликс мирно вязал на диване и иногда поглядывал на них, он слишком плох в этих знаниях, проще посидеть издали и послушать. — Не фея, - подтвердил Маку, бережно разглаживая хрупкие узорчатые крылья Габриэля тёплой тряпочкой. — А кто я? - наконец озвучил мальчик вопрос, который засел в головах у всех ещё с самого утра. — Ты крупнее феи и ты не впадаешь в спячку. - Ромео поставил колбу с желтой жидкостью на стол, а сам задумчиво потер подбородок. - Я... Не знаю... — Быть того не может, - тут же возразил Феликс своим звонким голоском, на что получил неодобрительное покачивание головой. — Я тебе не гугл-книга, я не могу знать все. — А может тогда обратимся к этой книге? - уцепился за новое слово Куро, на что получил тихо хихиканье Феликса и поглаживания по голове от Ромы. — Это выдуманный артефакт, по слухам говорят, что эта книга знает всё, но, конечно же, это не так, никто в мире не может знать всё. Куромаку тихо посмеялся со своей глупости, бывает такое иногда, но с этого и смешно. — И всё же... Кто я... - тихо пробубнил себе под нос Габриэль, он явно был расстроен тем, что он не знает ничего о себе.       Поджав ножки к себе, обнял их и грустно хлюпнул носом, как обидно осознавать, что ты не знаешь ничего и даже нет подсказок. Хотя почему... За это время, пока он спал, мальчик кое-что вспомнил.        Белую пелену. Он видел её из раза в раз, каждый сон об этом. Естественно, к утру Габриэль забыл о нём, а ночью снова это белое облако перед его взором. Оно манит, просит и умаляет притронуться к себе, но Габ не доходит, не успевает развеять его и в итоге просыпается. Куромаку аккуратно погладил его волосики пальцем. — Хэй. - Габриэль увидел его грустную улыбку, - я тоже не знаю, кто я, а Ромео не говорит, но это же не проблема. Мы рядом, и мы можем поддерживать друг друга. Главное, мы рядом. Мальчик хлюпнул носом и, встав, подбежал к его руке, обняв столько, сколько смог. — Спасибо!