Новая жизнь

— Нифилим — божественное существо. Полуангел, что имеет безграничную силу. Используя еë во благо людям, эта раса жила и процветала. Однако не все шло так гладко — пришло время страха. Люди начали бояться неизвестных существ, что спустились с неба. Один сказал, второй подхватил и вот белокрылых созданий гонят прочь. Сдались Нифилимы, не желали они причинять зла людям и оттого, взмыли в небо и скрылись вдалеке. Говорят, мол живут в своем золотом городе и по сей день.       Закончив свой рассказ, Ромео отпил горячего чая, что любезно был подан Феликсом. Напротив сидел серовласый, что с понурым видом ковырялся в небольшом пироге. Есть не хотелось, хотя живот напротив урчал и требовал пищи. — Это то, как написано в книгах, что было на самом деле - неизвестно. — А как я оказался здесь? — Подняв голову, серый взгляд впился в молодое лицо, Ромео не выражал особо тревожности, наоборот, сам того не зная был в печали. Он не хотел затрагивать эту тему так рано. — Я не знаю, — честно признался Ромео, что и правда не имел понятия, как мальчик оказался на земле. — А какие у Нифилимов силы? — Их много. Один не похож на другого, сейчас ты растешь и твои силы будут расти вместе с тобой. И я не знаю, какие у тебя будут. — Вдогонку сказал знахарь, видя приоткрый рот мальчика, наперед поняв, что тот хочет спросить. —… — Склонившись над чашкой, парень внимательно вгляделся в гладь, где виднелся размытый силуэт самого себя. — Нужно придумать, как помочь Клео, — неожиданно для Ромео, мальчик умело сменил тему. Не важно кто он, пока слишком рано об этом думать, да и некогда, перед ним стояли две другие не менее важные задачи. Найти способ, как помочь Зонту и Клео.       Молча поднявшись со стула, он оставил недопитый чай на столе. Стараясь не шуметь, он по пути к лестнице, заглянул в гостиную. В свете огня из камина, было видно молодое девичье лицо. На дворе глухая ночь, поэтому Клео спала беспробудным сном. Поодаль сидел Феликс, продолжая вязать, для него было важным остаться эту ночь рядом с ней, сон мог быть беспокойным и лучше, если рядом будет кто-то, кто успокоит, обнимет, прижмет к груди и утрет слезы — Феликс отлично подходил на эту роль. Облегченно выдохнув, Куромаку поднялся по скрипучим ступеням на второй этаж. Вся эта информация про Нифилима не укладывалась в голове, разве такое может быть? Может ли быть, чтобы подобный ребёнок рос в рабстве.       Прикрыв дверь комнаты, мальчик робко прошел к зеркалу, что в полный рост стояло в одном из углов. Рядом на стуле висит ночная рубашка и кофта, что так и не были убраны в шкаф.       В зеркале отразился он сам. Серые волосы, что доходят до плеч, пепельные глаза и уставший взгляд. Медленным движением, он расстегнул пуговицы на рубашке и сняв еë, уронил под ноги. Впервые за год, ему хочется вновь посмотреть на себя. На бледной коже проступили небольшие рубцы и шрамы. Разве великое божество может иметь настолько запятнуную кожу? Разве может жить в постоянном страхе за свою жизнь? Проведя холодными пальцами по плечам, заставив мурашки пробежаться по спине. На сердце тяжесть, что давит вниз, куда-то на дно. Он думал о себе, но не мог представить нечто подобное, нечто настолько сильное. «Как ты себя чувствуешь?» В ушах прозвенел тихий шепот, что заставил сердце сжаться. — Я… Я не знаю, — проговорил мальчик, продолжая смотреть в свои же глаза. «Ты так яро хотел хотел узнать правду, и что же из этого вышло? " Голос был спокойным, тихим и совсем не ядовитым, будто бы говорил со старым другом. — Мне… Мне не нравится эта правда, — сейчас он желал одного, быть ребёнком… Ребенком, что растет без забот. Ему не нужно думать о будущем, а Куро надо, он должен хотя бы представлять, во что может вырасти. Чем управлять. «Я могу помочь тебе. Я вижу тебя насквозь, вижу, что ты хочешь быть человеком.» За спиной отражения, появилась тень. Она расползалась по полу, обвивала каждую вещь, что отражалась в зеркале, заставляла пол покрываться густой смолой. «Я помогу!» Несмотря на то, что пальцы схватили плечи отражения, кровь застыла в жилах у реального Куромаку. — Нет! — Помотав головой, мальчик сделал было шаг назад, как оступился и рухнул на колени. Отражение исчезло. Перед ним возвышалась тень, что была чернее ночи, еë острые, синие глаза, блестели ярче драгоценного камня, а кудрявые волосы развивались в воздухе, будто бы гладь зеркала, это вода. — Давай руку! Мы поможем друг другу! — Небольшая ручка протянулась к мальчику и если бы не зеркальная панель, то наверное бы прошла сквозь стекло и схватила бы того за плечи. Однако его пальцы столкнулись с препятствием, отчего негодование его возросло. Куромаку видел, как он менялся, как выходил из своего «доброго» состояния. — Поможем друг другу! Ты должен! Помоги мне! — На стекло обрушились тысячи ударов, тягучая жижа стекала и разлеталась в стороны. На глазах Куромаку, по зеркалу прошла огромная трещина, что паутинкой расползлась по всей поверхности. Побледнев, хотя казалось больше некуда, мальчик рывком поднялся и схватив одеяло, накрыл им зеркало. Удары стихли, как и крики парня. Отшатнувшись к кровати, Куромаку рухнул и отполз к стенке. В голове шум, будто бы его взяли и потрясли, отчего все в голове смешалось и перемешалось. Переведя взгляд на трясущиеся руки, мальчик лишь крепче обнял себя, не отводя взгляда от угла. Его пробивала мелкая дрожь, все тело сковало льдом, а сердце трепетало и если бы не оковы грудной клетки, то давно бы вырвалось.       Кто он? Почему просит помощи? И Куромаку вовсе не горит желанием помогать ему. Это существо пугает. Пронзает одним лишь взглядом, заставляя сжаться в комочек и казаться песчинкой в этом мире. Но если он просит помощи, не значит ли, что ему самому так же страшно? Может он обитает там, где одна лишь тьма, там где нет света…       Помотав головой, Куромаку тут же постарался избавиться от этих мыслей. Время заполночь, стоит ложиться спать, да и на свежую голову будет легче думать. Однако спрашивать про это существо в зеркале, мальчик не станет у взрослых. Почему-то внутри полыхает ощущение, что ему не поверят, что от него снова скроют какую-то важную часть его жизни. Прикрыв веки, Маку клюнул носом, тут же проваливаясь в дремоту. Мыслить о чём-то подобном — утомляет, да и день был не столько насыщенным, сколько изматывающим и пугающим. Хотелось забыться, хотелось вновь окунуться в пучину грез. Где горят звезды, где вокруг вечный и бесконечный космос — в округе летают яркие бирюзовые, голубые и фиолетовые огни. Под ногами не чувствуется земли, ощущается лишь полет и свобода. — Маку, ты уже спишь? — Просунув голову в приоткрытую щель дверь, блондин внимательно изучил комнату и гробовую тишину, что прерывалась лишь небольшим сопением. На губы легла тонкая улыбка, Феликс хорошо понимал, что сегодня пережили дети, отчего даже бы ругать не стал, увидев Куромаку за прочтением книг, однако на его радость, мальчик спал. Пройдя в комнату, от золотых глаз не ускольнуло завешанное зеркало, тут же привлекая внимание. Потребовалась всего секунда и пара шагов, чтобы стоять перед отражающим предметом, и с детским интересом осматривать одеяло. С чего вдруг Куромаку решил его завесить? Была ли на то причина, или же легкая паранойя? Единственное, что сейчас понял волчонок, что Куромаку холодно и неуютно без него. Потянув за краешек, Феликс взял одеяло в свои руки, когда от растерянности, чуть не обронил на пол, к лежащей там кофейной рубашке. Перед его взором предстало его собственное отражение, только оно было не целое, а расколотое на несколько кусочков. Подобное произошло от того, что по какой-то причине, гладь отражения покрылась трещинами. Поджав пухлые губы, мальчик легким движением, однако с применением силы, отвернул большое зеркало к стене. Не собирался блондин оставлять его просто так, но и занавешивать обратно, тоже не хотел.       Со скрипом отвернув зеркало в стену, он облегченно выдохнул, тут же успокаивая разшатавшиеся нервны. Повернувшись к беспокойному мальчику, Феликс тут же прошел накрыть его, но помедлил. За его взгляд уцепились тысячи шрамов, вся спина ребенка была в зарубках, что явно остались после тонкой плетки. В горле резко пересохло, а живот скрутило. Насколько же нужно быть бесчеловечным, чтобы творить подобное с детьми? Сдержав разрывающееся сердце, тот молча укутал Куромаку в одеяло и проведя ладонью по волосам, успокаивая, вышел вон. Всё-таки ему нужен отдых, как и маленькой ведьмочке в гостиной. — Фель, иди спать... - на полпути вниз, его перехватил Ромео, что встал у начала ступенек и не давал спуститься. — Все хорошо, Куромаку тоже спит, ничего не угрожает. - Если бы Феликс сейчас слышал свой голос, то наверное испугался бы в первую очередь, а уже потом начал бы причитать и упрекать Ромео. Однако, подросток тоже был вымотан, что говорили и синяки под глазами, и не совсем свежий вид. — Тебе угрожает недосып и головная боль на утро, иди спать, я справлюсь. - Который раз Ромео забывает про Феликса? Забывает про то, что он тоже ребенок, что у него тоже есть свой распорядок дня и что его нужно придерживаться. — Хорошо, - не став спорить, ведь понимал, что все равно проиграет, медленными шагами направился наверх, где благополучно скрылся, оставив в ночном доме лишь одного не спящего.

***

      Выпал первый в этом году снег. Время и правда лечило, заставляло забыться, изменить ценности. Клео осталась у братьев на какое-то время, но чувствовала себя не очень хорошо. Она уже сообщила маме все, с чем ей пришлось столкнуться, однако возвращаться домой не хотела. Только вот и оставаться в деревне не желала. Куромаку видел еë состояние: грустная, подавленная, несчастная. Словно огонек внутри погас, хотя нет... Словно его там никогда не было.       Феликс старался помочь, развеселить, даже показал себя в обличие волка. Это помогло, отвлекло, но лишь на первое время, спустя неделю еë подавленное состояние вернулось. Ромео сейчас был занят и ему было не до девочки, в деревнях поднялась эпидемия простуд и гриппов. Вечером заготовка лекарств, а с самого утра бегает из дома в дом. Куромаку пересмотрел почти все выходы из подобной ситуации, совсем позабыв о странном человеке за зеркалом, да и о том, что он Нифилим. Голова кружилась от мыслей, которые роились в голове похлеще пчел в улье.       Таким образом, Куромаку убирал уже прочитанные книги на полку и из одной выпало письмо. Собиравшись положить его на место, мальчик замер, видя адрес и знакомое имя. И взаправду, почему он не подумал о ней с самого начала? Ждать Ромео за помощью, не имело смысла, поэтому Куромаку пришлось делать все самому. Сев перед печатной машинкой, мальчик начал думать над содержанием письма. Оно должно быть не длинным, но передающий суть, и две строчки он написать не может. В комнате воцарился шум из мерных щелчков клавиш и вырыванием бумаги. Сколько он уже извел листов на одно небольшое письмо? Куромаку не считал, зато теперь, у него в руках было то самое, нужное ему письмо, осталось лишь упаковать. За конвертом, Куро спустился к Феликсу. — Тебе нужен конверт, но зачем? - Убрав мешочек со специями на полку, где уже лежали и баночки, и небольшие колбочки. Там, на деревянной поверхности, расположились пучки трав, вместе с небольшими шкатулками. — Я хочу отправить письмо Хелен, - чуть снизив тон, проговорил Маку. Сделал он это специально, чтобы Клео, что сидела в гостинной, случаем не услышала его слова. — Она тоже ведьма, пускай и наполовину. Возможно, она поможет Клео обрести покой. - Отчего вдруг сердце заболело, и голова закружилась, не от сожаления ли. Нет... Тут больше читалось сочувствие. — Я понимаю еë. - Опустив взгляд в пол, он коротко кивнул, больше самому себе, чем Феликсу. — Ей некуда возвращаться, дома будут считать изгоем. Она потеряла единственную опору и сейчас в полной растерянности. Пытается быть самостоятельной, но ей всего одиннадцать... Она еще ребенок. Затаив дыхание, Феликс молча смотрел на мальчика перед собой. Кажется, он никогда не привыкнет к его слишком взрослому мышлению. Она ребенок. Он ребенок. Но почему этим детям пришлось пройти так много? Понимающе мотнув головой, Феликс поправил волосы и пару раз пошлепал себя ладонями по ляжкам, думая. — Конверт... У нас, да, были конверты, минутку... - Делая большие паузы между словами, блондин вышел из кухни, оставив Куромаку следить за супом. Конечно же подобное поведение не осталось не замеченным, но Маку постарался не думать об этом. Феликс отличался своей теплотой и отзывчивостью, а еще у него имелась гиперопека в характере. Однако, он успешно еë подавлял в себе, тая и храня, показывая лишь в изредких случаях. — Держи, - подав бумажный прямоугольник, он робко улыбнулся, возвращаясь к своей готовке. Получив нужную ему вещь, Куромаку отступил к выходу, спросив напоследок. — И еще, Ромео ничего не говорил, когда он придет? — Должен через пару часов, - глянув на мальчика, Феликс взял деревянную ложку, начав помешивать ею ароматный обед, что скоро подаст на стол.       Выписав на конверте тот же адрес, что был на предыдущем, когда Хелен отвечала Ромео. Само содержание писем он не смотрел, не его это дело, да и неприлично. Поэтому сложив в новый конверт свое письмо, Куромаку поспешил убрать чужое на законное ему место. — Клео, я сбегаю в город, побудешь с Феликсом дома? - Надев свой тулупчик, мальчик глянул в гостиную, где училась вязать девочка. Получив на свой вопрос, положительный ответ в виде кивка, Куромаку поспешил выйти на улицу и отправить письмо.       Оставшись наедине со своими мыслями, Клео прикрыла веки и сложила спицы на колени. "Я не хочу быть монстром, не хочу!" Крик Куромаку раздался в еë голове вновь, словно он был рядом и кричал ей на ухо. "Эта сделка явный обман! Обман! Или ему правда нужна помощь?! Если бы нужна помощь, он бы не расколол зеркало, он бы не начал кричать на меня!" Судорожно вдохнув в легкие воздух, девочка обняла себя, чувствуя, как на плечи ложится непомерный груз. Она совсем случайно прочитала мысли Куромаку тем вечером, но теперь еë терзают сомнения, стоит ли ей рассказывать Ромео об этом. По виду Куромаку видно, что он не собирается сам рассказывать это, но нужно ли ей вмешиваться в их отношения?

***

      Отдышавшись, Куромаку сглотнул подступающую слюну и подал девушке конверт. Та быстро все оформила, поставила печать и приняв несколько серебрянных монет из красных рук мальчика, сложила конверт в небольшую деревянную коробку. Из неë письма попадут в руки почтальонам и они уже их развезут в нужные места. — Вечером почтальон отправится по адресам, завтра в обед письмо достигнет своего получателя. Получив такой ответ,мальчик кивнул и выйдя на улицу, вдохнул морозный воздух в легкие. Он щипал, и "кусал" за щеки. Укутавшись посильнее, он глянул по сторонам, видя, что мало кого было на улице. Конечно же, дети были в школе, а взрослые на работе, лишь Куромаку никуда не спешил и спокойно решил прогуляться по заснеженным улочкам, не особо торопясь домой.

***

      Пройдя на кухню, малышка с интересом посмотрела на задумчивого Феликса. Тихими шагами, она привлекла его внимание и заставила неловко улыбнуться. — Что-то хотела? — Я хочу рассказать кое-что, это связано с Куромаку...

***

— Куромаку, что ты тут делаешь? - Под ногами захрустел снег, проминаясь под весом парня. Ромео не думал, что выйдя из дома, увидит перед застывшим фонтаном знакомую шубку. А Куромаку выдыхал теплый пар, смотря на красивые фигуры. Летом здесь освежающий фонтан, а зимой ледяные скульптуры. Например сейчас, перед ним стояла стройная девушка с мечом и щитом. Эта картина вдохновляла его, казалось, что она совсем одна в этом мире и борется с несправедливостью. Из раздумий его вывел знакомый голос, а через секунду перед ним стоял розоволосый. — Я? На почту ходил... - Спокойно произнёс мальчик и убрал руки в карманы. — Зачем это? - Удивившись, Ромео перевел на него взгляд и с интересом посмотрел в его задумчивое лицо. — Отправлял письмо Хелен, написал, что мы приедем в субботу. — Что? Зачем! - Не сказать, что Ромео разозлился, в голове возник страх, что мальчик написал все не так, как следует и девушка просто не захочет видеть их, обидевшись. — Это нужно не мне, это нужно Клео, - не обращая внимания на нотки тревоги в голосе Ромео, мальчик продолжил, будто бы не слышал этого. — А если я в субботу не смогу поехать, - выдохнув полупрозрачный пар, сложил руки на груди парень, вопрошающе уставившись на ребенка. — Я поеду с ней сам, ничего страшного. — Так, погоди, - держа свой гнев в узде, Ромео опустил голову и помотал подбородком. — Я не знаю отчего ты вдруг стал таким... Непредсказуемым.- Спустя секунду размышления, он продолжил. - Но прекрати это, у меня чувство, что ты полагаешься лишь на себя. Аккуратно погладив того по плечу, заставил мальчика поднять голову, заглянуть в карие глаза и увидеть в них легкую нежность и заботу. — Мы поедем вместе, ты Клео уже рассказал об этом? — Нет, совсем нет... — Тогда идем домой, нам многое нужно обсудить.        С таким же намереньем их встретил Феликс, однако не успел ничего сказать, ведь Куромаку опередил его, тут же проходя к Клео и уведомляя еë о своих планах. Была ли она в шоке? В небольшом. Впрочем, хуже бы от этого не стало, поэтому она согласилась доехать до какой-то Хелен. — Ромео, нам нужно поговорить. - Потянув брата за рубашку, Феликс со всей серьёзностью во взгляде посмотрел на брата. — Ты уверен, что он никак не повлияет на Куромаку? — Уверен, с чего вдруг такой страх в твоих глазах? - Ромео хотел было погладить щеку брата, чтобы успокоить, но тот перехватил его ладонь своими пальцами, не отводя от него своих янтарных глаз. — Куромаку видел его. Он просил его о помощи. Ты уверен, что запечатал его? — Я... - в сердце кольнуло, словно по нему прошлись иголкой. Кажется подобного расклада событий Ромео боялся больше всего, однако он был уверен, что Джо не потревожит их покой. — Я. Уверен. - Отчеканил каждое слово Ромео, после чего тут же направился в свою комнату. Быть того не может, чтобы этот ребенок пробрался сквозь толстую оболочку магии, да ни в жизнь ему не накопить столько сил.

***

      Заснеженная деревня Хелен, совсем не выглядела, как деревня. Она жила в достаточно большом городе, пускай и на окраине. Идя по протоптанным дорожкам, троица вышла на улицу по бокам которой стояли фонари и крылечки домов, именно в один из них они и направились. Небольшая лесенка вверх вела к почтовому ящику и нежно розовой двери, рядом с которой находилась кнопка звонка. Недолго думая, Ромео позвонил в него. Тишина за дверью сменилась легким стуком каблучков по деревянной поверхности. Тихий скрип задвижки и дверь приоткрылась, обдавая детей и Ромео теплым воздухом. — Приветствую, - её пастельные губы расплылись в улыбке, бегло скользнув по девочке, она приоткрыла дверь пошире, приглашая гостей во внутрь. В маленькой прихожей было светло и уютно, а пахло чем-то сладким при этом с нотками кислинки. — Прости, что побеспокоили. - Снимая куртку, Ромео поспешил извиниться за поспешность действий Куромаку, пока тот помогал Клео и тоже вешал шубки на крючок для одежды. — Все хорошо, не переживай об этом. Идемте за стол, я приготовила чай. Клео медленно прошла за Куромаку, опасаясь каждого темного угла, хотя таковых в доме и не было. Все чистенько и достаточно светло, создавалось ощущение, что это небольшой островок тепла в море холода и снега. Поправив край платья, она разлила в кружки горячий напиток и подала детям сладости. — И о чем же вы хотели поговорить? - Сев перед ними, она положила бледную щеку на ладонь в перчатке, с интересом смотря за поведением темноволосой. — Хелен, это Клео и ей нужна твоя помощь. - Начал Ромео, отодвинув от себя чай, пить не хотелось от слова совсем. — И чем я должна помочь? — Я хотела быть ведьмой... - сухими губами прошептала Клео, сминая в пальчиках данную её для чая салфетку. - Но случилось так, что я оказалась совсем одна, так еще и в далеке от дома. Потерянная и измученная. А еще я ничего не умею...Зелья варить получается плохо, от чтения заклинаний запутывается язык, даже свою метлу не могу сделать. — Я вижу... - Кивнула Хелен, она не то чтобы видела её насквозь, девушка просто понимает её чувства и её растерянность. Она совсем одна наедине с огромным миром. Когда-то давно она была такой же девочкой, так еще и с проклятьем на руках. — И еще... У меня есть дар, который я считаю больше проклятьем. Умею читать мысли, однако кому понравится подобное. - Салфетка в руках, с бесшумном треском разорвалась пополам. — У тебя есть силы, но ты боишься их. У тебя есть дом, но ты боишься возвращаться. Несчастье маленькое, - подняв взгляд, Клео с удивлением обнаружила теплую улыбку на устах Хелен. — Я скажу тебе так, хочешь зажить более чем нормально, оставайся у меня. — Отчего...я должна у вас оставаться? - Да эта женщина просто смеется над её горем, ей не понять того, что она чувствует! - Вы мне никто, и я вас не знаю. Как я могу верить вам. — Клео... - Куромаку сочувствующе перевел на девочку взгляд и хотел было погладить по руке, но та лишь отдернула свою ладонь, продолжая сверлить Хелен вызывающим взглядом. — Пока ты не попробуешь, ты не узнаешь. Мне можно доверять, Куромаку доверил жизнь своего друга мне. Этот городок доверился мне и моему лечению. Ты права, я никто для тебя, но позволь показать. - Приподняв голову с ладони, она медленным движением сняла с левой руки перчатку, оголяя потемневшую кожу. — Да, я получила лишь малую часть сил ведьм, но проклятью все равно на это, оно идет за очередной жертвой по крови. - На потемневшую руку смотрела не только Клео, взгляды Куромаку и Ромео тоже были прикованы к ней. По темно-фиолетовым капиллярам текла ядовито-розовая жидкость, паутинкой расходившаяся по коже. — Впрочем, что все обо мне, я постараюсь помочь тебе с твоей проблемой.       Подняв охровый взгляд, девочка не увидела в Хелен ничего такого, чего бы стоило бояться. Ей и правда верят Куромаку с Ромео, почему наконец Клео не принять кого-то нового, как делала это Шэри... Глотая подступающие слезы, Клео закивала, принимая помощь. Она не одна, и никогда не будет одна.

***

— Нам пора, спасибо за все, - Ромео вывел Куромаку в прихожую, пока внутри все ликовало от того, что все и правда получилось наилучшим образом. — Куромаку, разве ты не хотел ничего спросить у Хелен? - Сложив руки за спиной, тихо спросила Клео. Маку похлопал ресницами, смотря на неё, а после наконец понял, что та от него хотела. — И правда, Хелен подскажи пожалуйста, у тебя нет знаний о том, как сделать из русала человека? — Какой странный вопрос, - он явно сбил девушку с толка, но ничего не отвечая более, она отошла в гостиную. Вернулась она уже со старинной книгой в руках, корешок еë был истертый и тусклым, а страницы покрылись желтизной. — Возможно, - Хелен начала перелистывать один рецепт за другим, - И правда, у меня есть рецепт зелья... — Правда?! Хелен, я буду очень благодарен, если ты отдашь мне его. - Внутри все затрепетало, казалось сердце сделало двойное сальто с переворотом. Он поможет Зонту! — Прости Куромаку, я тебя разочарую... - Достав небольшой листочек из книги, она подала его мальчику. — Тут только часть рецепта, вторая давно порвалась и потерялась. Перед взором мальчика предстал лишь верхний кусок рецепта, на котором черными чернилами были выведены слова, почерк шел по наклонной, так еще и имел в себе несколько завитков. Разобрать о чем тут говорится, та еще задача. — Я буду благодарен и этому, спасибо! - Взяв из рук девушки бумагу, Куромаку положил его в карман шубки. Попрощавшись, Ромео с мальчиком вышли на улицу, направишись на вокзал.       Теперь Куромаку был спокоен за состояние Клео, ведь Хелен обязательно ей поможет. Сейчас перед ним выросла иная задача, найти способ помочь Зонтику и часть решения у него уже в руках.