Новая жизнь

      Ветер гнал тучи точно с Юга на Север, отчего потоки были крайне теплыми. Приближалось лето, настоящая жаркая пора. Дети в это время бегут на речку сломя головы, взрослые готовятся зашивать всем мальчишкам майки, ведь те полезут за яблоками, а от туда и свалится немудрено.       И пока в деревне понемногу раскручивалась суета, Куромаку сидел на верхушке горы, медленно выдыхая ртом и вдыхая носом теплый ветер. Его короткие волосы не мешались ему в проведении дыхательных упражнений, в отличие от бороды, которая чесалась. Взмахнув крыльями, Куромаку приоткрыл веки, терплево смотря на палящее солнце. Оно поднялось ровно 730 раз, а это значило, что все готово.       Встав на ноги, парень поправил на себе белоснежную тунику и спрыгнув со скалы, парировал ниже, на утес, где находилась пещера. С кроватью, столом, кострищем и всеми нужными принадлежностями. Мужчина в свою очередь заинтересовался красно-рыжей жидкостью в склянке, стоящей на горелке. В ней было ровно 38 пузырьков, а значит все удалось.       Не скрывая ликования, мужчина махнул крыльями, наконец туша ненавистный ему огонь, оставляя напиток стыть, теперь в нем должно остаться ровно 10 пузырьков. Останется больше или меньше, нужно будет начинать сначала. Пока зелье остывало, мужчина достал из под кровати чемодан, внутри которого был коричневый пиджак с такими же брюками и рубашкой. Николь была как никогда права, когда всучила ему этот чемодан, попросив открыть, только перед вылетом. Если бы Куромаку открыл раньше, он бы не ощутил чужой взгляд, который пронзал его и подгонял к возвращению. Взглянув на блестящее кольцо на пальце, тот решительно кивнул самому себе.       Чтобы убраться за собой, перелить жидкость из одной склянки в четыре, потребовалось не так много времени, как он думал. Потому уже на закате, сложив все свои вещи в тот же чемодан, мужчина прыгнул со скалы, поднимаясь в воздух. Спустя два года, его глаза сияли искрами счастья. Он наконец возвращается домой.       Накрывая тенью кроны елей, что возвышались над землей, и размеренно махая крыльями, выдерживая такт, Куромаку огибал потоки ветра, выискивая щелочку, для того чтобы ускориться. Не всегда все выходит так, как хотелось бы, а в нескольких метрах над землей, стоило быть еще аккуратнее.       Зеленым кронам не было конца, впереди горизонт, который так и манил к себе.       Куромаку погрузился в себя. Слушая волны ветра, играющие на кончиках деревьев, мужчина уже представлял как войдет в дом, где его встретят теплом и уютом. Когда внезапно его вырвали из мантры, сбив с ног... Точнее с темпа.       Перевернувшись в воздухе, мужчина инстинктивно перехватил кожанную сумку, несмотря на то, что в руке и так был чемоданчик. На мгновение их взгляды встретились. После чего девушка не сдержав улыбки, подлетела к мужчине ближе, осматривая черты лица. — Привет Клео. — Куромаку, - восхищеннно прошептала Клео, и пальцем показала вниз. Куромаку послушно спустился следом за ней.       Вокруг тонкие стволы деревьев, ручей, что пробегала мимоходом и вымывала из камней песок. Встав рядом с Куромаку, Клео оказалась меньше его на целую голову, а когда-то они были вровень. — Клео! - Не сдержав улыбки, мужчина обнял девушку за плечи, нежно прижимая к себе. Уткнувшись в чужую шею, Клео лишь похлопала его по плечу и отстранившись, снова вернула взгляд на бороду. — В таком виде тебе нельзя возвращаться, дай пару минут.       Впрочем, Куромаку и не сопротивлялся. Его ужасно раздражала эта щетина, доставшаяся ему похоже от отца.       Разместив на пне мазь и бритву, девушка приказала ему сесть, а сама принялась за дело. Спрашивать откуда у неë в сумке, набор для бритья, он не решился. Опасно.       Но теперь, стала отчётливо слышна лесная жизнь. Как щебечут птицы, как солнце играет в быстром потоке ручья. Лягушки квакают, мухт вьются у грязи. Оказывается, Куромаку соскучился и по таким мелочам. Приподняв веко, парень оглядел и девушку. Клео совсем стала взрослой. Это было видно и по взрослой фигуре, и чуть изменившимся чертам лица. Кончик носа стал острее, а разрез глаз уже. В волосы она теперь вплетала золотые украшения, а свое черное платье, она сменила на удобные тканевые брюки, узкие в талии, да и рубаха с тонкой бабочкой ей шла. Все-таки она лицо бренда Хелен, и пускай и доставщик, должна быть на высоте. — Все! Готов. Тяжесть с подбородка медленно сошла на нет. Утерев лицо полотенцем, Куромаку дошел до ручья, на мгновение вглядываясь в отражение, но почти тут же разразился смехом. — Золотые руки у тебя, Клео! — А то как же. Ладно, мне уже пора. - Убрав все принадлежности обратно в сумку, она перекинула ремешок через свое плечо, и обратился Куромаку. — Отвечая на твой вопрос, Николь должна быть дома. Я вылетела от Хелен пару часов назад, а учитывая, что Ники не изменила своих привычек работать после полудня... Она в мастерской. Сначала не поняв случившегося, Куромаку было открыл рот, но после чего тут же хлопнул себя по лбу. Клео в свою очередь попрощалась, махнула рукой и взмыла в небо. Выросла чертовка, похорошела, и силы еë выросли следом за ней... А Куромаку наоборот ослабил хватку, да и ладно, для Клео не жалко такой мелочи.       Оглядев выросший за столько лет лес, Куромаку лишь гордо поднял голову вверх, прихватывая чемодан и взмывая снова к верхушкам деревьев. Расправив крылья и поймав потоки ветра, Куромаку уже как совершенно новый человек, порхал к своему родному городу, который совсем скоро был виден из-за макушек зеленых крон.       И он изменился, и это радовало, потому что никто не стоял на месте. Сменялись поколения, а вместе с этим в город приходило нечто новое. Конечно, возможно этому так же поспособствовал Вару... Кстати говоря о нем. Стоило Куромаку коснуться каменных квадратиков на центральной улице, как тут же получил колкий щипок в бок. — Ага, думал проскользнуть от меня незамеченным?       Он тоже вырос, а его голос пускай и погрубел, Куромаку до сих пор узнавал в нем его маленького шального бесенка. Казалось бы, еще недавно он бегал и мешал всем жить, а теперь уважаемый маг в городе. — Вару, - насмешливо улыбнувшись, Куро обернулся, встречаясь взглядом со стеклами зеленых очков. — Со зрением все те же проблемы? — К сожалению, но я не жалуюсь.       Даже сейчас, спустя столько лет, Джокер давал о себе знать, но благо лишь, как воспоминания. Волосы Вару стали лишь не послушнее и каждый локон вился в свою сторону, а на щеках будто стало больше веснушек, зато вымахал будь здоров, почти догнал самого Куромаку, благо на пару сантиметров мужчина все равно его опережал. — Вару, на водопроводной башне беда, камень встал поперек пути! — Бегу! А тебе удачи.       Махнув ладонью, парень сбежал от Куромаку, на что тот лишь посмеялся. Старый добрый Вару, повзрослел, но не вырос.       Зато то, что осталось неизменным, находилось совсем рядом. Все та же ведущая вниз спиральная лестница, запах драгоценных камней, металлической стружки, и дерева. Даже бардак, точно такой же как при Данте.       Ласково улыбнувшись, мужчина сложил крылья к спине, аккуратно протискиваясь сквозь груды коробок к столу, за которым сидела рыжеволосая женщина. Еë волосы собраны в высокий пучок, а руки ловко меняли стекла на лупе, то приближая, то отдалаяя камень. И Куромаку знал, что лучше не тревожить еë в такой момент, но... Не сдержался. — Тук-тук.       Глухо произнёс он, ожидая реакции. На мгновение у женщины перехватило дыхание, она отложила инструмент в сторону, и поднявшись из-за стола, оглянулась на Куромаку. — Маку!       Сверкнув карием взглядом, женщина накинулась на заблудшего мужа. Перехватив женщину в свои объятия, Куромаку бережно прижал еë к себе, зарываясь носом в волосы, и целуя еë в ухо. — Я соскучился, - прошептал он, отдаляясь и осматривая все еще молодое, но не лишенное морщин лицо. — Я тоже, все получилось? — Да, одно для тебя, - открыв сумку на поясе, Куромаку достал пузырек с зельем, вкладывая его в грубые ладони. — Это все еще будто не стояло этого... -             Глухо произнесла Николь, переводя взгляд на мужа, тот лишь покачал головой. — Мне жаль, что я оставил вас. Мне нет прощения, но теперь я буду рядом, где кстати Курон? — С Данте у Ромео, думаю самое время прогуляться к ним?       Ответа не последовало. Да он и не нужен был, ведь все было очевидно. Через какие-то десятки минут, идя рука под руку, супруги вышли к совершенно новому, иному дому. Он не был похож на старый, оставшийся от родителей Ромео и Феликса. К востановлению приложили руку все, благодаря чему на колоннах были вырезаны узоры из лиан, тёмное дерево сочеталось со светлым, а комнат стало больше. Теперь помимо Ромео и Феликса, здесь проживало куда больше людей.       Пройдя сквозь деревянную калитку, Супруги было хотели зайти в дом, как услышали возню на заднем двореч и поспешили заглянуть туда. Какого было их удивление, увидев они там золотистого волка, игравшего с маленьким мальчиком лет пяти. Но стояло Куромаку заглянуть за угол, как Волк поднял голову, и облизнувшись, положил свою голову на лапы. — Кто прибыл, - раздался голос с новой беседки, которую Куромаку видел впервые, кажется они тут совершенно не теряли времени. Голос же принадлежал местному демону. — Мама! Обернувшись, мальчик с серебристыми волосами лучезарно улыбнулся. Потом изменился в лице, выражая недоумение, и спустя пару секунд, расплылся в новой улыбке, еще шире предыдущей. — Папа! Мама, папа приехал! За пару шагов добежав до больших ног, щекастый малыш тут же уткнулся тому в колени. Его маленькие белые крылышки трепетали от переполняемых его эмоций. — Я вижу, да, - не сдержав улыбки, Николь приобняла Куромаку крепче, будто он собирался куда-то сбежать. — Как ты вырос! Мой мальчик, ха-ха! Куромаку не сдержал счастливого смеха, тут же поднимая малыша на руки, и обнимая. Как же он соскучился по этому теплу, такому родному! — Что за шум, а драки нет? На улицу вышли Ромео и Данте, явно услышавшие чужие голоса, и возможно подумав о чём-то плохом. Но стоило им увидеть Куромаку, как поняли и без слов, а Ромео поспешил обнять младшего. Куромаку и не знал, что люди могут так поменяться за столько лет. В копне коротких, розовых волос, закрались седые пряди. А на лице появилось больше морщин, которые говорили уже об угасающей молодости и открывали дорогу к старческим вещам, но вот что любили делать старики, Куромаку не знал. Обняв Ромео, Куромаку невольно посмотрел на Феликса, который просто ждал разрешения, как любой приличный волк, и когда он его получил,то поспешил облизать Куромаку все лицо. — О бездны ради, ты же не знаешь! Тут же вскричал Ромео, после чего пройдясь вихрем подле Данте, забежал в дом, Феликс поспешил за ним, чтобы проконтролировать все. — Дядюшка, - выцепив момент, Николь обратилась к наставнику, - прошло не так много с момента смерти родителей, но ты всегда был рядом со мной. — Николь, - Данте знал, как Николь тяжело было говорить об этом.       Это случилось, когда прошло всего полгода с момента рождения малыша, как внезапно между разными странами возникли разногласия, и одним из следствий этого всего, была война. Они успели всего раз увидеть внука, как отправились защищать родину. Война закончилась, а они не вернулись. — Я все понимаю, но прошу тебя, - женщина протянула уже мужчине в возрасте склянку. — Ох милая, - почесав бородку, Данте лишь покачал головой, - позволь мне выслушать мнение моего старого друга, кстати о нем. Куромаку обратил внимание сначала на Хелен, которая выглядела молодо. Щеки всё ещё горели огнем, а личико аккуратное и без единого намека на морщины. Да что они, на еë руках не было перчаток, да и черт с ними! В руках то был сверток! Рядом шел Феликс, пускай он и вырос, в лице все так же не изменился. — Ромео, Хелен... - не сдержал своего восхищения Куромаку покачал головой, пока его собственный сын пытался заглянуть во внутрь свертка и давил отцу на руки. — Да, ты все правильно понял, - добродушно произнесла Хелен, подкачивая сонного малыша, - и это... Мальчик. После этих слов, на душе стало так легко, если бы не сын на руках, Куромаку бы точно обнял их обоих. — Ромео, тут такое дело. - Прервал нарастающее веселье Данте, - ты же помнишь, ради чего уходил Куромаку на несколько лет? Что думаешь? — Элексир бессмертия... — Ну ты сам посчитай, - в разговор наконец вклинился Пик, который не желал учавствовать во всех телячьих нежностях, но вполне был не против пообщаться на интересные темы. — Ты единственный с Данте здесь человек. Я переживу тебя еще на лет так 100 точно, Хелен ведьма, у них в роду прописано долгожительство. Не такое как у меня, но все же. Феликс твой оборотень, тоже долгожители, но их особенность больше в медленном старение. Куромаку Нефилим и живет с половины моего, Николь уже скорее всего приняла зелье. Вот и получается, что ты первым уйдёшь на покой. — Это грустно, но... Разве это не естественный отбор? — Да, но чтобы создать зелье, нужна кровь ангела и демона, скажи, как много людей смогут найти их? Учитывая, что кровь демона тут же испарится, если он отдаст еë не по своему желанию? Ты и твой красноволосый друг ничего не сделают, ни миру, ни экономике. Отмахнулся Пик, облокачиваясь о бортик беседки. После этого, дополнил уже сам Куромаку. — И бессмертие, пускай и называется так, все еще позволяет демону или ангелу убить тебя. Потому... — Мы ничего не теряем? Уже спросил Ромео у Данте, на что тот пожал плечами. — Выглядит ничего так, гарантируете смерть? Уже с насмешкой спросил Данте, на что Пик лишь фыркнул. — Да хоть сейчас.       Посмеявшись, Ромео взял из ладоней девушки флакон и подняв над собой, стукнулся им об флакон Данте, тут же откупыривая и заливая во внутрь себя. Вкус был мерзким, но терпимым, теперь оставалось ждать и наблюдать... Но Ромео был счастлив, что закончилось все так... На хорошей ноте.

***

      Волны били о причал, создавая шум, который больше был похож на терпкую музыку. Куромаку любил еë, навевала воспоминания о прошлом. О плохих и хороших.       Сейчас, его состояние могла разделить и Николь, стоящая рядом, и всматриваясь в горизонт и слушая крики чаек.       Курон же не терял времени, ему наскучило наблюдать за родителями еще в первые минуты, потому аккуратно отделившись от них, он прошел с моста вниз, на улочку. Уходить далеко, в планах не было, но вот просто понаблюдать за людьми, никто не запрещал.       Отвернувшись на лавку с цветами, Курон внезапно ощутил легкий пинок в ногу, опустив взгляд, он заметил кожанный мячик, подкотившийся к нему. — Привет, - встретившись с сапфировым взглядом, Курон лишь улыбнулся, тут же пиная мячик к стоящему неподалёку мальчугану. Его зеленые, вьющиеся волосы лезли в разные стороны, и казалось, каждая прядь живет своей жизнью. — Привет - ответил тот, ловя мяч ногой и подкидывая его на колено. - Сыграем? Обернувшись на родителей, Курон предположил, что у него есть еще какое-то время, потому кивнул, в знак согласия. — Меня зовут Курон, - представился мальчик, ловя мяч и не давая тому врезаться в палатку с цветами. — А я Рен, приятно познакомиться. — Хорошо здесь, что же, нам пора... — А где Курон? - Обернулась Николь, которая думала, что они уже прошли этот период, когда он убегал без предупреждения.       Стоило родителям вспомнить о сыне, как он тут же появился внизу моста. В грязной рубашке, которая до этого была белой, без одной штанины, и с раной на локте. Но счастливый. Его глаза горели огнем, когда он вел мячик к противнику, пытаясь ударить так, чтобы мяч выпал за пределы моста. Второй мальчик был в точности, как он, если только штаны целы, если не считать огромной дыры на коленке.       Но тут мяч, пнутый Реном, попал прямо промеж перекладин, и возможно бы упал, если бы Куромаку не остановил его своей ногой. — Молодые люди, кажется вы заигрались.       Строго сказала Николь, наблюдая вид сына, и уже жалела о том, что не привязала его на поводок. — Прости мама! — Прошу прощения, мама Курона. Более тихо сказал Рен, поднимая постыдный взгляд на Куромаку. Встретившись в этим глубоко синим взглядом, Куромаку почувствовал, как его сердце сжалось до боли. Это он... Зачем он тут? А если...       Подумать дальше ему не дали, потому что с другой стороны моста, показалась женщина, полного телосложения. — Рен, ты снова ввязал в свою игру кого-то?! Чьи рубашки мне сегодня отстирывать!? — Оой, - захлопав ресницами, мальчик тут же отпрыгнул в сторону, а женщина лишь покачала головой, обращаясь к Николь. — Прошу прощения, он умный мальчик, но когда дело доходит до мяча... — Понимаю, ничего страшного. Дети. — Ох, как хорошо, что вы меня понимаете...Пусть играют пока есть время, а то растут то они как на дрожжах. Эй, ты куда намылился? Обернувшись на проскользнувшего мимо неë сына, женщина лишь устало посмеялась. — Ничего, проголодается, вернется... До свидания, - Попрощавшись, она удалилась за мальчиком, а Николь аккуратно глянула на Куромаку, который положил ладонь на волосы сына. — Не смотри так на меня, я рад, что у него все хорошо.       Пожал плечами Куромаку. Чей комок сомнений исчез, ведь Джокер был самым обыкновенным ребенком, и кажется, с любящими родителями.

Хорошо все то, что хорошо заканчивается.