Забытая любовь

Ты захлёбываешься слезами и уходишь. Делаешь так, как хочет он! Понимаешь, что не в силах вызвать такси, пишешь Паше и садишься где-то на скамейке во дворе. Представляешь как больно сделала Дану, но и сама задыхаешься от боли. Плачешь не контролируя громкость всхлипов. Не обращаешь внимание на прохожих и даже на тех, кто тебя быстро узнал. Дожидаешься Пашу и просто обнимаешь друга. — Тише, тише. Он гладит тебя по волосам и всё понимает без слов. — Пошли, тут очень холодно. Вы садитесь в машину, тебе становится теплее, но не на душе. — Спасибо, что приехал… Тебе все ещё очень сложно что-то говорить, но Паша всё успешно разбирает. — Я везу тебя домой, по дороге в аптеку заедем. Ты безумно благодарна другу за то, что он ни слова не спросил о разговоре с Даном. Стараешься не думать о том, что произошло, ибо истерика всё никак не отпускает тебя. Паша покупает тебе успокоительное и бутылочку воды. — Выпей и успокаивайся. Ты делаешь всё, что сказал Орлов и откидываешься на спинку сидения. Всматриваешься в темноту и мелькающие картинки за окном, а твои мысли заполняет пустота. Как вы доехали до Зазимья ты помнишь слабо. Затуманенные мысли держались в твоей голове всю дорогу. Паша доводит тебя до самих дверей и крепко обнимает. — Может остаться на ночь? — Останься, если можешь. Ты раздеваешься и сразу же ложишься спать, опять плачешь уже в кровати от мысли, что сейчас делает Дан. Через неделю у вас первый прямой эфир, а ты понятия не имеешь как себя вести рядом с ним. Ты просыпаешься рано утром. Сон не идёт. Паша, несмотря на твой ранний подъём, на ногах уже больше получаса. Ты видишь его на кухне, когда спускаешься на первый этаж. — Доброе утро. Ты здравствуешься с другом и сильнее закутываешься в халат. — Привет, а ты чего так рано? — Не хочу спать. Твоё лицо опухшее, а глаза красные от слез. Ты садишься за стойку и обессилено кладёшь голову на руки. — Паш, что мне теперь делать? Друг садится напротив и ставит возле тебя завтрак. — Он простит тебя, простит потому что любит, Тин. Ты поднимаешь голову, закрываешься глаза и слёзы сами решают стекти по твоим щекам. Ты отрицательно машешь головой и вытираешься мокрые капли с лица. — Не простит… Это оказалась для него слишком горькая правда. — Для каждого она была бы горькая, но дай ему время, не звони, пусть он привыкнет к этой мысли, поверь, он не уйдёт, потому что любит тебя не меньше, чем ты его. — Паш, ты знаешь, что он мне сказал? Ты говоришь сквозь слёзы и тебе уже плевать на то, как это выглядит. — Что? — Что его мечта — это ребёнок от меня, а я его убила. И он прав, Паша, он чертовски прав! Первая стадия истерики опять накрывает тебя. — Как такое вообще можно простить?! — Можно и он сможет!

***

Твой профессионализм куда-то быстро подевался, когда ты впервые увидела его после ссоры. Он не звонил тебе целую неделю. Ты плакала целую неделю. Он игнорирует тебя и ты едва сдерживаешься, чтобы не разрыдаться прямо перед ним. Включаешь актрису и кое-как переживаешь 3 часа эфира. Хочешь уловить его где-то в коридорах закулисья, но не решаешься даже подойти. Изредка ловишь его грустный взгляд на себе и сама чуть не плачешь от этого. Всё же стучишь в дверь его гримерки после эфира и твоё сердце замирает в секунды ожидания ответа. — Войдите. Сердцебиение усиливается на максимум когда ты касаешься ручки двери. — Можно? — Зачем ты пришла? Его тон грубый, безразличный и холодный. По твоему телу пробегают мурашки и ты застываешь у двери. — Поговорить. — А есть о чем? Его слова, словно острые лезвия, слишком больно режут сердце. — Ты так и не остыл…? Не понял насколько важен мне? — Я понял лишь то, что не хочу тебя больше видеть в своей жизни. Ты забываешь как дышать. Как же больно… Ты громко закрываешь дверь с другой стороны и просто скатываешься по ней в истерике. Дан прекрасно слышит тебя, но подойти, означает — дать ложную надежду. А зачем? Он лишь закрывает лицо руками и терроризирует свои волосы, ибо слышать твой плачь, просто невыносимо больно и сложно, зная, что он не может тебя успокоить. К тебе подбегает Паша, опять понимает всё без слов, когда видит возле какой двери ты сидишь. — Тина, я же говорил не приходить к нему. Ты не слышишь, что говорит тебе Паша, просто машинально идёшь к машине. Домой ты приезжаешь очень поздно, без сил и желания жить. Засыпаешь после горячего душа без уверенности в завтрашнем дне. Утром Паша навещает тебя и ты понимаешь, кто действительно за тебя переживает. С порога ты обнимаешь друга и говоришь короткое «спасибо». — Ты ела что-то? — Нет, меня всё утро тошнит на нервной почве. — Но поесть нужно. Паша таки уламывает тебя съесть пару сырников и выпить чашку зелёного чая. Орлов пытается тебя максимально отвлечь и рассказывает последние новости в шоу-бизнесе, тебе интересно и даже улыбка трогает кончики твоих губ. Часов в 10 Паша покидает тебя, потому что работу никто не отменял и ты опять остаёшься сама со своими мыслями. Вдруг помощники уведомляют, что к дому подъехал чёрный мерс и Дан просит тебя выйти. Твоё сердце вмиг падает в пятки и ты выходишь на улицу. Видишь уставшего Дана… — Привет, Тин. — Зачем ты приехал если нам нет о чём говорить? — Я хотел извинится… давай пройдёмся? У тебя тут лес недалеко. — Ну пошли. Вы идёте достаточно близко, как для того, что было между вами. Ты чувствуешь тепло его рук и думаешь, что уже сходишь с ума. Он молчит всю дорогу и только на входе в лес начинает разговор. — В первую очередь, я хотел бы извинится за вчерашнее, за то, что был грубый и холодный, когда ты хотела со мной поговорить. Ты смотришь прямо, ибо поворачивать голову в его сторону слишком страшно. — Я уже далеко не первую ночь не сплю… Думаю о тебе, о нас. Ты вслушиваешься в каждое его слово, пытаешься найти что-то позитивное, какую-то надежду. — За это время точно понял только одно… Твоё сердце замирает на миг и тебе кажется, что это уже реанимация. Ты молишься, чтобы услышать что-то хорошее. — Мы должны расстаться… Теперь уже навсегда. Твой мир рушится в ту же секунду, ты сдерживаешь слёзы, но что-то сказать в ответ просто физически не можешь. — После финала я уеду в Молдову, постараюсь сделать так, чтобы мы больше никогда не встретились… Он говорит это с огромной болью в голосе, будто его заставили это сказать. Ты не выдерживаешь, срываешься с места и уходишь в обратную сторону. — Хватит! Прекрати! Плачешь! Не скрываешь боль! — Тина! Стой! Он догоняет и встаёт перед тобой, придерживая за плечи. — Скажи, почему всё так? Почему ты не сказала это на начале наших отношений? Я бы понял, я бы постарался понять, я бы простил! Я же столько раз просил довериться мне, ты соглашалась, слушала, кивала… но так и не собиралась сказать мне правду? Вы находитесь в максимальной близи, температура подскакивает, когда ты видишь и в его глазах наступившие слёзы. Впервые. Понимаешь насколько больно сейчас ему… Ты не вытираешь слёзы на своих щеках, не видишь смысла. — Я боялась. Когда ты вернулся, когда наши чувства вернулись, я опять начала жить. Жить, а не существовать!!! Я так сильно тебя любила, что просто боялась потерять. Я не вижу смысла жить, без тебя. Твои глаза красные от бесконечного плача, а голос забыл, как это говорить без дрожания. Ты опять в истерике. Пальцы сжимают концы кардигана, а сердце просто сжимается от боли. — Ты должна меня забыть… Я постараюсь сделать тоже самое. Он уходит. Ты рыдаешь слишком громко и опускаешься на корточки. Тебе абсолютно плевать на то, что очень холодно, ты сжимаешь снег в своих руках и бросаешь его куда-подальше. Он разбил тебя. Как фарфоровую вазу

***

Ты не помнишь как дошла домой и заварила чай. Успокоительное тебе не помогает, ком в горле стоит несколько часов, а его слова о том, что ты должна его разлюбить, на повторе в твоей голове. Ты врешь Паше, что у тебя все нормально, но пропускаешь репетицию на следующий день, ибо у вас состыковка, аргументируешь это не очень хорошим состояниями здоровья. Тебе и вправду плохо физически, постоянная тошнота от нервов очень мешает тебе работать. Из-за огромного количества работы, Паша навещает тебя ещё через 3 дня. Видит, что ничего позитивного в твоей жизни не произошло и намерен развеселить тебя. — Я купил тортик для поднятия настроения, он без сахара, так что тебе можно. — Спасибо. Паша делает всё, для того, чтобы ты отвлеклась, но ни тортик, ни смешные истории друга не веселят тебя. — Подруга, что мне с тобой делать…? — Паш, я виделась с ним 4 дня назад. Ты абсолютно безэмоциональная и смотришь в одну точку. — Как? — Он приезжал и единственное, что я дословно запомнила с этого разговора, что мы расстаёмся. Навсегда! Ты срываешься на крик на последнем слове и встаёшь с-за стола. Паша встаёт за тобой и просто обнимает. — Всё будет хорошо, всё наладится. Ты утыкаешься носом в плечо другу и оставляешь слёзы на его рубашке. — Знаешь, что самое ужасное? Ты делаешь небольшую паузу и неуверенно продолжаешь. — Я беременна и опять не знаю, что с этим делать.