Сделка с Дьяволом

Вернувшись в гостиную Гриффиндора, ребята рассказали Рону и Гермионе о том, что им удалось узнать из разговора Северуса и профессора Квирелла. Лили была против этой идеи, но не стала препятствовать Гарри, чтобы не вызвать подозрения. Всё, что ей хотелось сделать — поскорее оказаться наедине с собой и хорошенько подумать над тем, что же ей делать дальше. Ведь больше не было времени бегать от проблемы. Лили понимала, к каким плачевным последствиям может привести ее бездействие, поэтому сразу откинула в сторону неуверенность и страх, стараясь сосредоточиться на том, как бы ей удачно провернуть своё дело. Но ребята, как назло, до самой ночи не отпускали её в комнату, тщательно размусоливая больную тему. В итоге в спальню Лили попала только ближе к часу ночи, когда глаза слипались от усталости, а мозг едва переваривал информацию. Девушка решила, что с самого утра займётся детальным планом своих действий, и почти со спокойной душой легла спать, чувствуя приятную усталость после долгого и эмоционального дня. По воскресеньям Лили обычно просыпалась ближе к обеду, позволяя себе отоспаться за всю неделю ранних пробуждений, но в этот раз она встала к завтраку. Все девочки, с которыми она делила комнату, ещё спали, поэтому она по-тихому собралась и спустилась в гостиную. Как оказалось, привычка отсыпаться по воскресеньям была не только у нее, поэтому ей предоставилась шикарная возможность для того, чтобы побыть в одиночестве. На душе у нее было назойливое беспокойство, которое подгоняло её мысли, из-за чего они часто путались. Но всё же ей удалось составить примерный план того, как она поступит. Во-первых, Лили решила одолжить у Гарри мантию невидимости, чтобы беспрепятственно дойти до третьего этажа. Это очень упростило бы ей задачу, даже если кто-то караулил бы запретный коридор. К тому же девушка боялась вновь нарваться на Северуса, и в этот раз ей не удалось бы сбежать от него с минимальными потерями. Во-вторых, она приняла решение, что сделает всё сегодняшней ночью. Лили боялась не успеть, а провал с её заданием был чреват слишком ужасными последствиями. На кону стояла не только её сделка с Дьяволом, но и спокойная жизнь всей магической Британии, которая окажется в опасности сразу же, как Тёмный Лорд завладеет Философским камнем. К тому же Лили была убеждена, что до того момента, когда Северус вновь попытает удачу с Пушком, осталось слишком мало времени. Она чувствовала ноющее напряжение всей своей душой, а ведь интуиция её редко когда подводила. Невольно вспомнился Хэллоуин восемьдесят первого года, когда у неё с самого утра было дурное предчувствие, которое ничто не могло заглушить. В этот раз было похожее состояние, только в нём было куда меньше тревоги. А это уже обнадёживало. Лили даже не старалась отвлечься на что-нибудь другое, понимая, что все её мысли были сосредоточены лишь на деталях ее неидеального плана. Она даже не заметила, чем завтракала в Большом Зале и кто её окружал, не заметила, как вместо гостиной Гриффиндора пришла в Башню Ветров, в которой она не была уже долгое время. Ее тело будто существовало отдельно от её сознания, которое пыталось свыкнуться с мыслью, что не давала ей покоя. Лили впервые будет действовать в одиночку. В своей прошлой жизни она старалась никуда не влипать, и её школьные годы были довольно-таки заурядными, ведь всё, что ее интересовало — это уроки, подруги и мальчики. Она ничем не отличалась от остальных девчонок её возраста и была этим довольна. После окончания Хогвартса Лили вышла замуж за Джеймса, и вот тогда её жизнь стала в разы ярче и острее. Они оба вступили в Орден Феникса, трижды ушли живыми от Волдеморта, вместе переживали все невзгоды. А теперь Лили была совершенно одна. Вся ответственность ложилась исключительно на её плечи, и она с трудом могла поверить в то сумасшествие, что её ждало сегодняшней ночью. Ближе к обеду Лили вернулась в гостиную Гриффиндора, и к тому времени уже проснулись Гарри, Рон и Гермиона. Каждый из них занимался чем-то своим, и сидели они по отдельности, что вызывало подозрения. Лили подошла к Гарри, который сидел на подоконнике и рассматривал модели мётел в журнале. При виде подруги его выражение лица тут же изменилось, и он вскочил на ноги. — Эва, где ты пропадала? — сбивчивым шепотом поинтересовался Гарри, и Лили, оглянувшись, заметила на себе внимательные взгляды Гермионы, которая читала книгу в кресле, и Рона, который играл в шахматы с Невиллом. — В библиотеке, — ответила она, оборачиваясь к нему. — А что происходит? Вы поссорились? — Нет, мы просто стараемся не привлекать к себе внимание, — сказал Гарри, и Лили не сдержала нервную усмешку. — Вы таким образом ещё больше привлекаете внимание к себе, — пояснила она, заметив его недоумённый взгляд. — Что произошло? Вы что-то задумали? Гарри сконфуженно посмотрел на нее из-под опущенных ресниц и неопределенно пожал плечами. — Мне тебе кое-что надо рассказать, но обещай, что не будешь ругаться. Лили в удивлении приподняла брови, думая о том, что за те несколько часов, что её не было, ребята успели во что-то вляпаться. — Почему я должна ругаться, Гарри? — осторожно поинтересовалась она, стараясь, чтобы её голос звучал ровно. Его смятение передавалось ей через их связь, но она не понимала, в чем было дело. — Я знаю, что ты была против того, чтобы мы вмешивались в дело… — он воровато оглянулся по сторонам, проверяя, может ли кто-то услышать их разговор, и продолжил: — связанное с Философским камнем, но я не мог перестать думать об этом. Сегодня с утра я наведался к Хагриду, чтобы узнать от него ещё хоть что-нибудь, — Лили едва не закатила глаза от мысли, что у них с Гарри был один источник информации, но пользовались они им совершенно разными способами, пусть и не совсем честными, — и произошло кое-что странное. Вчера поздним вечером Хагрид наведался в Хогсмид, и в одном баре у него произошла очень интересная встреча. — Какая встреча? — настороженно спросила Лили, пытаясь уловить ход его мыслей. — Хагрид так и не сказал, что это был за волшебник, но он проиграл ему в карты драконье яйцо! — брови девушки стремительно поползли на лоб от такой новости, ведь она прекрасно знала, что это было противозаконно. — У них завязался разговор о том, умеет ли Хагрид ухаживать за животными, и тот ему ответил, что после Пушка ему уже ничего не было страшно! Эва, я думаю, что тем волшебником был Снейп, и он специально разведывал информацию о Пушке, чтобы узнать, как пройти мимо него! — А что ему сказал Хагрид? — спросила Лили, чувствуя, как стремительно бледнеет её лицо. — Он ему рассказал о том, как утихомирить Пушка! — взволнованно ответил Гарри. — Я понимаю, что Хагрид хотел всего лишь понтануться тем, что может найти подход к каждому животному, но… — Но он раскрыл этому волшебнику способ, который поможет ему утихомирить Пушка, — продолжила за него Лили, и Гарри энергично закивал. — После этого мы решили найти профессора Дамблдора, чтобы предупредить его о том, что камень попытаются выкрасть, но его вызвали срочной совой в Министерство! — Кое-кто позаботился о том, чтобы ему не помешали, — озвучила свои мысли Лили, и Гарри вновь закивал. — Снейп сделает это сегодня, — сказал он. — Можешь мне не верить, но я это чувствую всем своим сердцем! Лили поджала губы, думая о том, что и сама это прекрасно чувствовала, и, судя по всему, хорошую интуицию сын унаследовал именно от неё. — Гарри, умоляю, скажи, что вы не собираетесь ему препятствовать! — она даже не надеялась услышать нужный ей ответ, но всё же рискнула спросить. — Ты можешь мне не верить, но я уверен, что он охотится за камнем не для себя, а для Волдеморта! — в глазах Гарри плескалось отчаяние, которое не давало ей прямо сейчас перебить его и отговорить от их затеи, в чем бы она ни заключалась. — Мне постоянно снятся сны о нём. О том, как он хочет завладеть камнем, чтобы вернуть свои силы. Мой шрам болит не просто так! Если камень попадёт в руки Волдеморта, то он вновь вернётся, и мы все окажемся в смертельной опасности! — Гарри… — Эва! — тут же перебил он её, умоляюще посмотрев на подругу. — Ты не знаешь, насколько опасен этот волшебник! Он забрал у меня всё! Всё! Я не знаю, как я остался жив после встречи с ним, но вряд ли мне так повезёт во второй раз! Нужно помешать Снейпу забрать камень… — Гарри… — вновь окликнула его Лили, чувствуя острую вспышку душевной боли, которую причинили его слова. Она даже подумала о том, чтобы запереть ребят в этой самой гостиной, дабы они даже не смели думать о том, как бы осуществить задуманное. Ей очень хотелось сказать о том, что она уже все продумала и сможет забрать Философский камень раньше Снейпа, но это бы вызвало слишком много вопросов. Поэтому она сделала единственное, что могла в этой ситуации. — Я помогу вам, но вы расскажете мне обо всём, что задумали, — сказала Лили, и глаза Гарри просияли в ответ. Они вчетвером отправились на обед, и ребята посвятили её в свои планы. Лили внимательно слушала их, но в тот же момент в ее голове происходил тяжёлый мыслительный процесс, ведь она меняла свои планы, подстраивая их под непредвиденные обстоятельства. Они планировали сразу же после отбоя отправиться под мантией невидимости на третий этаж, чтобы остановить Северуса. О дальнейших событиях ребята даже не подумали, и Лили с горькой усмешкой подумала о том, что они бы провалили свой план, даже не достигнув люка. Поэтому ей пришлось сместить сроки своих действий и осуществить задумку немного раньше, чтобы успеть всё провернуть до отбоя. Лили не представляла, как сможет это сделать, и лишь от мысли, что что-то может пойти не так, у нее начинала болеть голова не меньше, чем пылающий огнём шрам Гарри. Также пришлось отказаться от мантии невидимости, ведь это вызвало бы ненужные подозрения у ребят, и это ставило очередной крест на её без того неидеальном плане. Лили была настолько напряжена, что огрызалась на любого, кто смел нарушить её хрупкий мыслительный процесс. Она ушла в спальню для девочек, сославшись на неважное самочувствие, и, задёрнув полог, горько разрыдалась из-за безвыходности ситуации, в которой оказалась. Ей без того хватало хлопот с Философским камнем, а теперь ещё нужно было каким-то образом всё успеть до отбоя и после отговорить ребят от их безумного плана. Все шло под откос. Чем ближе было время ужина, тем больше она переживала, нервно измеряя комнату суетливыми шагами. Лили даже прогнала Лаванду Браун, которая зашла в спальню, чтобы взять свою расчёску, и девочка в слезах вернулась в гостиную Гриффиндора. За пять минут до назначенного времени Лили едва не тряслась от нервного перенапряжения, чувствуя себя слабой девчонкой лишь из-за того, что не могла держать под контролем свои же эмоции. В её правой руке была крепко сжата волшебная палочка, а в левой — гриф гитары. Если бы кто-то сейчас зашёл в комнату, то точно бы подумал, что она сошла с ума, даже не заглянув в ее глаза, в которых плескалось неприкрытое отчаяние. Ровно в семь вечера Лили покинула спальню. За ее спиной болталась гитара, которую, к сожалению, нельзя было спрятать в карман мантии, как волшебную палочку, но она решила воспользоваться этим, чтобы оправдать свою отлучку. — Я что-то не голодна, идите на ужин без меня, — сказала она ребятам, которые посмотрели на неё с долей здорового скептицизма, после чего переглянулись между собой. — Я хочу немного прогуляться и поиграть на гитаре, но обещаю, что вернусь к отбою и пойду с вами… — Лили быстро оглянулась назад, заметив, что за ними внимательно наблюдает Невилл, — … пойду, в общем. — Все нормально? — с опаской спросил Гарри, удивленно вздёрнув одну бровь. — Ты какая-то бледная. — Да, — Лили выдавила из себя улыбку и энергично кивнула. — Все хорошо. «Лучше не бывает», — мысленно продолжила она, направляясь к выходу из гостиной. В коридорах и на лестнице было многолюдно, ведь прямо сейчас все направлялись на ужин в Большой Зал, а она… на ужин к Пушку. Девушка от всей души надеялась, что у неё получится усыпить трехголовое чудище до того момента, как его зубы прокусят ей шею. Лили оставалось лишь верить Хагриду, который был уверен в колыбельной для пёсика. До третьего этажа она спустилась без особых проблем, слившись с толпой студентов, но вот дальше её ждало небольшое препятствие в виде профессора Макгонагалл. Женщина стояла прямо у входа в запретное крыло коридора, а весь её вид кричал о том, что любой, кто осмелится пройти мимо нее, нарвётся на крупные неприятности. «Этого не было в моем плане», — подумала Лили, возвращаясь к лестнице, чтобы не привлечь к себе лишнее внимание. Погрузившись в свои мысли, она едва не сбила с ног профессора Квирелла, который как раз спускался на ужин. Извинившись перед ним, Лили стала подниматься на четвертый этаж, чтобы немного подумать в тишине. Ей нужно было срочно придумать, чем бы отвлечь Макгонагалл, чтобы путь к люку был открыт хотя бы на пять минут. С другой стороны, ее радовало то, что никто другой не мог пройти мимо профессора, а это означало, что камень был в безопасности и… — Мисс Грин, почему вы ещё не на ужине в Большом Зале? — послышался позади неё голос женщины, о которой она думала всего несколько секунд назад. — Я… — Лили резко выпрямила спину, за которой болталась гитара, и тут же продолжила. — Я как раз собиралась пойти на ужин. Только мне осталось занести свой инструмент в гостиную Гриффиндора. И, прежде чем профессор Макгонагалл успела сказать ещё хоть слово, девушка быстрым шагом направилась к лестнице. Она обернулась, с облегчением заметив, что женщина направлялась в сторону библиотеки, а это означало, что у неё было в запасе немного времени. Лили неслась в сторону запретного крыла с такой скоростью, что даже не замечала, как пропускала некоторые ступеньки. Завернув за угол, она таким же быстрым шагом пошла по безлюдному третьему этажу и едва не вскрикнула от неожиданности, когда на её плечо опустилась чья-то ладонь. Лили замерла на месте, бросив тоскливый взгляд на дверь, за которой находился Пушок, и обернулась назад, ожидая увидеть кого-нибудь из профессоров. Но позади неё никого не было. Она уже подумала, что на фоне стресса у неё развились галлюцинации, раз ей показалось, что до неё кто-то дотронулся. Облегчённо вздохнув, Лили развернулась, чтобы пойти дальше, но вместо этого врезалась в кого-то. Её глаза в ужасе распахнулись, а в памяти всплыли знания о том, что существуют дезиллюминационные чары, которые могли на какое-то время сделать невидимым любой предмет или живое существо. Лили представила, как через несколько секунд перед ней появится Северус, который в очередной раз следил за ней, и… — Куда ты идёшь, Эва? — послышался до боли знакомый голос, а в следующий миг в воздухе показалась голова Гарри, которую он высунул из-под мантии невидимости. «Хотя бы не Северус», — подумала она, чувствуя облегчение, но оно тут же пропало, как только Лили заметила взгляд Гарри, в котором были обида и упрёк. — Можешь не трудиться, чтобы придумать что-нибудь правдоподобное, потому что я уже знаю ответ, — он легким кивком указал в сторону двери, за которой находился Пушок, и продолжил. — Я только не понимаю, зачем ты пошла сюда в одиночку, ведь мы должны были… — Гарри! — перебила его Лили, понимая, что попросту теряет драгоценное время. Профессор Макгонагалл могла вернуться в любой момент, поэтому нужно было как можно скорее свершить задуманное. — Гарри, послушай меня и не перебивай, ведь у меня очень мало времени. Я не хотела, чтобы вы рисковали, поэтому пошла одна. Твоя жизнь слишком ценна, чтобы впустую рисковать и… Договорить она не успела, ведь в соседнем коридоре послышался лязг двери и цокот каблуков. Гарри молниеносно среагировал, набросив часть своей мантии на Лили, после чего они оба попятились к двери, до которой оставалось не больше пяти футов. — Пошли вместе, Эва, — шепнул ей на ухо Гарри, после чего взял её за руку, а другой рукой открыл незапертую дверь. У Лили даже не было времени, чтобы запротестовать, как они оказались в одном помещении с Пушком. — Гарри, ты сошёл с ума! — рассерженно ответила ему Лили, запечатав на всякий случай дверь заклинанием. В следующий миг она вытащила гитару из чехла за спиной и начала наигрывать незатейливую мелодию, ведь Пушок хоть и не мог видеть их, все же чувствовал присутствие незнакомцев. Надо было отдать Хагриду должное, ведь как только чудище услышало мелодию, три пары глаз начали сонно закатываться, а головы — плавно опускаться на пол. — Это ты сошла с ума, когда решила пойти сюда в одиночку! — прошипел Гарри, как только последняя голова пса опустилась на пол. — Можешь быть уверена, что дальше я тебя одну не отпущу! Лили зло зыркнула в его сторону, плавно перебирая струны гитары, и думала о том, что же ей теперь делать. Всё сегодня шло не по её плану, а ведь она ещё даже не спустилась под люк… Кстати, о люке. — Гарри, мы опоздали, — от этой догадки Лили едва не перестала двигать пальцами, но вовремя спохватилась, что если музыка перестанет играть, пёсик откроет все три пары глаз и начнёт клацать своими прелестными зубками. Прямо по ним. — Смотри, люк уже открыт, а рядом лежит арфа! — Снейп успел прорваться вперёд нас! — заключил Гарри, подходя ближе к люку и заглядывая вниз. — Никаких «нас», Гарри! Даже не думай, что ты пойдёшь со… Договорить она не успела, ведь он, нахально усмехнувшись, присел на корточки и свесился внутрь открытого люка. — Гарри! — взвизгнула Лили, перестав играть. Его пальцы разжались, и он улетел вниз раньше, чем девушка успела ухватиться за его руку, чтобы вытащить обратно. — Гадство! Девушка вглядывалась в черноту бездны, пытаясь рассмотреть в ней своего сына, а кровь в ушах пульсировала так громко, что она едва не пропустила утробное рычание над собой. Лили резко задрала голову наверх, с ужасом замечая, что Пушок проснулся в тот же миг, как оборвалась мелодия, и на принятие решения у неё не было и десятой доли секунды. Ей пришлось прыгнуть следом за Гарри. Лили казалось, что она падала целую вечность, рассекая своим телом холодный влажный воздух, а дна всё не было. Она предположила, что в этом помещении были наложены специальные чары, которые создают иллюзию длительного полёта, чтобы у того, кто рискнул прыгнуть в люк, случился разрыв сердца от страха. Лили непременно бы потеряла сознание от волнения, если бы все её мысли не были сосредоточены на том, что прямо под ней точно так же падал вниз Гарри, и лишь это помогало держать разум в бодрости. Но не прошло и десяти секунд, как она приземлилась со странным приглушенным звуком, упав на что-то мягкое. Девушка села и огляделась, пытаясь отыскать в темноте очертания своего сына. Она достала из кармана мантии палочку, надеясь на то, что та не сломалась во время приземления, и рассекла ей влажный воздух. — Люмос! Гарри нашёлся сразу. Он сидел в трех футах от неё, пытаясь снять со своей руки какое-то растение. — Эва, оно не хочет отпускать меня, — в его голосе звучала паника, а глаза девушки расширились в ужасе, когда она поняла, что за растение смягчило их приземление. — Это же Дьявольские силки! — воскликнула она, замечая, что её собственные ноги уже опутали тугие стебли-щупальца. — Звучит не очень обнадёживающе, — мрачно подметил Гарри, извиваясь всем телом, чтобы побыстрее выбраться. Вот только с каждым новым движением стебли всё плотнее обвивали его руки и ноги. — Как нам отсюда выбраться? Лили пыталась вспомнить хоть что-нибудь о Дьявольских силках, что помогло бы им выбраться из них. На ум приходило лишь то, что это растение любило влажность и мрак, но не было ни одной мысли о том, как совладать с цепкими щупальцами. В её голову забралась безумная мысль о том, что может помочь им с Гарри, но эта задумка была очень рисковой. Она в очередной раз рассекла палочкой воздух, и из неё вырвалось яркое пламя, согревая воздух и ослепляя глаза. — Ты с ума сошла?! — воскликнул от неожиданности Гарри, и в этот момент она почувствовала, как стебли начали стремительно расползаться в разные стороны, остерегаясь огня. — Сработало! — Лили вскочила на ноги и подтянула за руку Гарри. Из её палочки все ещё извергалось жаркое пламя, и она держала его до тех пор, пока они не отбежали подальше от Дьявольских силков. Лили и Гарри дошли до конца коридора, замерев у входа в ярко освещенный зал с высоким дугообразным потолком. Зал был полон порхающих и кружащихся птиц — маленьких и ярких, как драгоценные камни. На другой стороне зала виднелась тяжелая деревянная дверь. — Думаешь, они нападут на нас, если мы попытаемся пройти через зал? — спросил Гарри, запрокинув голову. — Здесь определенно есть какой-то подвох, — ответила Лили, всё ещё чувствуя злость на него из-за того, что ввязался вместе с ней в опасную авантюру. — Жди здесь, я проверю! — Нет, Эва, нужно действовать вместе, — возразил Гарри, а в его взгляде плескалась решительность, — Пригнись, и бежим на счёт «три». Один, два, три! Они рванули вперёд, прикрывая голову руками на тот случай, если маленькие птички решат их атаковать. Но за ними так никто и не погнался, поэтому Лили выпрямилась у самой двери, дергая её за ручку. — Заперта, — констатировала она, после чего попыталась открыть дверь Алохоморой. — Черт! Нужен ключ! — Кажется, я знаю, где его взять, — сказал ей Гарри, и она проследила за его взглядом. — Смотри, это вовсе не птицы, а заколдованные ключи! Только их здесь не меньше сотни, мы убьём кучу времени, пока найдём подходящий. К тому же они слишком высоко летают. — Гарри, смотри! — Лили указала в сторону, где находилось несколько старых мётел. — Стой здесь, а я поищу нужный ключ! Лили даже не стала с ним спорить, зная, что Гарри летал намного лучше неё. Она проследила внимательным взглядом за тем, как он ловко взобрался на метлу и взлетел под самый потолок, кружа среди множества золотистых ключей. — Мне кажется, что я нашла подходящий ключ! — крикнула ему Лили, указывая пальцем на тот, одно крыло которого было помято, из-за чего ключ летал чуть медленнее остальных. Гарри пригляделся и полетел в сторону нужного ключа, а уже через десять секунд они сумели открыть дверь, попадая в другое помещение. В следующем зале было настолько темно, что вообще ничего не было видно. Однако стоило им сделать несколько шагов, как комнату внезапно залил яркий свет. Они стояли на краю огромной шахматной доски, прямо за чёрными каменными фигурами, которые были выше их роста, а на другой стороне были расположены белые фигуры. — И что нам теперь делать? — прошептал Гарри. — По-моему, ответ вполне очевиден, — тихо ответила ему Лили, будто боясь потревожить покой шахматных фигур. — Мы должны выиграть, чтобы оказаться на другой стороне зала. Там, за белыми фигурами, виднелась еще одна дверь. На всякий случай Лили и Гарри рискнули пройти через всю шахматную доску, но белые фигуры ожили и преградили им путь к двери. — Да, мы должны выиграть, — заключил Гарри, делая несколько шагов назад. — Я играю не особо хорошо. — Я тоже, — призналась Лили, вспоминая Рона, который всегда её обыгрывал. — Но. может, у нас получится сложить наши знания и выиграть? Так как другого выхода у них не было, пришлось действовать по импровизированному плану. Ребята заняли места двух чёрных фигур, чтобы игра началась, но они даже представить себе не могли, что их ждало впереди. — Ненавижу шахматы! — воскликнул Гарри, когда соседнюю от него пешку «съел» белый слон и оттащил в сторону. Белые фигуры были безжалостны. Вскоре у доски уже лежала целая гора неподвижных черных тел, а значит, скоро мог прийти и их черёд. Уже дважды Лили только в самый последний момент успевала заметить, что она или Гарри находились в опасности, и это добавляло огонь в обычную игру, которой она раньше не придавала особого значения. Но им всё же удалось выиграть эту партию, после чего путь к двери был свободен. — Если в следующей комнате нас будет ждать тролль, то я даже не удивлюсь, — пробурчал Гарри, открывая очередную дверь. Лили издала истеричный смешок, увидев следующую локацию, и сказала: — По крайней мере, нам не придётся с ним сражаться. Прямо посреди большой комнаты без сознания лежал здоровенный тролль, который был почти в два раза больше того, с которым они имели дело в Хэллоуин. Все помещение было пропитано отвратительной вонью, от которой даже глаза слезились, поэтому ребята поспешили отправиться к следующей двери. — Как думаешь, много нам ещё нужно пройти испытаний? — спросил Гарри, посмотрев на подругу, которая уже успела забыть, что злилась на него. — Понятия не имею. Меня больше интересует, что мы будем делать, когда дойдём до Снейпа и камня. — Об этом я как-то даже не подумал, — озадаченно ответил Гарри, и они вошли в следующее помещение, надеясь, что там не будет никакой живности, с которой нужно будет сразиться. Но в комнате не было ничего страшного. Посреди неё стоял стол, а на нем выстроились в ряд семь разнокалиберных сосудов, наполненных какими-то жидкостями. — По крайней мере мы тут одни, — сказала Лили, проходя в центр комнаты. — Только вот что нам делать с этими сосудами? Он подошел к столу, и вдруг позади них из-под пола вырвалось пламя, отсекая путь назад. Судя по ярко-фиолетовому цвету, это был не простой огонь, а волшебный. Тут же языки огня заплясали перед той дверью, которая находилась впереди. Они оказались в ловушке. — Смотри! — Лили схватила со стола свиток пергамента, а Гарри перегнулся через её плечо и прочитал: — Впереди опасность, то же позади, но две из нас помогут, ты только их найди. Одна вперед отправит, еще одна — назад. В двух — вино всего лишь, а еще в трех — яд. Ты хочешь здесь остаться на долгие века? Тогда ищи — к тому же подсказка тебе дана. Далее шло продолжение логической загадки, в которой таился секрет наполнения всех семи склянок. Лили дважды прочитала условие, растягивая губы в улыбке, и сказала: — Это гениально! — Что, позволь спросить, тут гениального? — едко поинтересовался Гарри, который запутался ещё на середине загадки. — Это не магия — это логика. Логическая задача. Между прочим, многие величайшие волшебники были не в ладах с логикой, и, попади они сюда, остались бы здесь навечно. — Как и мы, — мрачно вставил Гарри. — Разве не так? — Конечно же нет! — воскликнула Лили, внимательно разглядывая жидкости. — Дай мне несколько минут, чтобы подумать. Гарри отошёл чуть назад, чтобы не мешать ей, а девушка вновь начала перечитывать текст на пергаменте. Она была рада, что хоть одно испытание было ей по зубам, ведь она с самого детства любила логические задачки. Тот, кто составил это испытание, был действительно умным волшебником, и Лили предположила, что им был Альбус Дамблдор. — Нужно выпить зелье из самой маленькой колбы, чтобы пройти вперёд, — Лили взяла её в свою ладонь, ухмыльнувшись одним уголком рта. — Но ведь здесь всего на глоток! — воскликнул Гарри, а девушка ухмыльнулась ещё шире. — Все верно, — Лили молниеносно поднесла склянку к губам и выпила все, что в ней было. Глаза Гарри возмущённо округлились, но это не имело никакого значения, ведь она добилась своего. — Тебе нечего там делать, Гарри. Выпей это и убирайся отсюда как можно скорее. Возьми одну из мётел в зале с ключами и жди меня в гостиной Гриффиндора. Если я не появлюсь через час, то пошли сову Дамблдору и расскажи ему обо всём, что произошло. — Эва… — Но я обязательно появлюсь, — Лили ободряюще улыбнулась ему, совершенно не представляя, как сможет сразиться с Северусом за Философский камень. — Слышишь? Я вернусь! Она крепко обняла его, прикрыв на пару секунд глаза и глубоко вдохнув воздух, наполненный запахом Гарри (и смрадом тролля, которым пропиталась его одежда), и отошла на пару шагов назад, чувствуя щемящую боль в районе груди. — Иди, Гарри, — сказала она напоследок, после чего резко развернулась и пошла к следующей двери, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. «Соберись, тряпка!» — приказала она себе, понимая, что ей нужно думать сейчас о гораздо более важных делах, чем о временной (или все же нет?) разлуке с сыном. Лили не представляла, что её ждало впереди, не знала, как будет действовать, но ей нужно было любым способом помешать Северусу забрать Философский камень. Даже если ей придётся воспользоваться одним из трёх Непростительных. Этот вариант у неё был на самый крайний случай, ведь Лили всё же рассчитывала решить вопрос мирно. «Мирно! — язвительно усмехнулось подсознание. — Конечно, подойдёшь к нему и спросишь о том, можно ли одолжить на время Философский камень!» Но стоило ей только попасть в следующую комнату, как из её головы тут же вылетели все эти мысли. Лили пораженно замерла, не веря своим глазам, ведь перед ней стоял совсем не тот волшебник, которого она ожидала увидеть. — Мисс Грин, — Квирелл, казалось, тоже не ожидал её здесь увидеть, поэтому замер у зеркала, которое ей было до боли знакомо со времён рождественских каникул. — Как вы здесь оказались? Речь профессора изменилась до неузнаваемости, ведь он больше не заикался. Более того, держался он намного увереннее, чем ранее, и это лишь подтвердило ее догадку. — А вы? — она вызывающе вздёрнула левую бровь, крепко сжимая в руке волшебную палочку. — Значит, это вы пытались украсть камень, а не Снейп? — Северус? — он зычно рассмеялся, совершенно не растерявшись от того обвинения, что поступило в его адрес. — Да, Северус выглядит подозрительно, не правда ли? Похож на огромную летучую мышь, парящую по школе и нагоняющую ужас на невинных учеников. Он оказался мне полезен, ведь никто не мог заподозрить б-б-бедного за-за-заикающегося п-п-профессора Квиррелла! — Но он же пытался столкнуть Гарри с метлы на первом матче против Слизерина! — вспомнила Лили. — Он пил кровь единорога в Лесу ночью, он пытался пролезть через пса в Хэллоуин! — Нет, — Квирелл хмыкнул себе под нос и сделал несколько шагов в её сторону, из-за чего Лили ещё крепче сжала свою волшебную палочку, готовая в любой момент дать ему отпор. — Снейп пытался спасти Поттера. Он не заговаривал метлу, а бормотал под свой длинный нос контрзаклинание! — Снейп пытался спасти Гарри? — переспросила Лили, не веря своим ушам. У неё даже перехватило дыхание от изумления, а рот непроизвольно приоткрылся. Если бы Квиррелл решил в этот самый момент убить её, девушка бы даже не заметила, ведь в ее голове совершенно не укладывалась мысль о том, что Северус всё же не был плохим. Он пытался спасти её сына. Он не был тем самым союзником Темного Лорда. Она ошиблась. Квирелл тем временем продолжал что-то ей говорить, пока Лили переваривала новую информацию. Его признание оглушило не не хуже любого проклятья, попадая точно в цель. -…жаль, что мне придётся убить тебя, — в заключение сказал Квирелл, довольный тем, что хоть кому-то смог высказать всё то, что копилось в нём долгие месяцы. Он даже не предполагал, что девчонка сможет выбраться отсюда живой, поэтому похвастался всем, что успел сделать для Темного Лорда. — Желаешь что-то сказать перед своей смертью? — Передайте пламенный привет Волдеморту, — зло прошипела она, после чего пустила в него невербальный Петрификус Тоталус. Руки Квирелла сомкнулись по бокам, и он ничком повалился на пол. Лили наложила на него веревки с помощью заклинания Инкарцеро для верности и двинулась к зеркалу, ведь это был единственный предмет в данной комнате. А камень всё ещё был где-то спрятан. Но не успела она сделать и пяти шагов, как раздался голос, от которого душа ушла в пятки, а память заботливо подкинула воспоминания десятилетней давности. — Глупая, глупая девчонка, — голос будто исходил от самого Квирелла, но при этом отдавался от каждого угла комнаты. Лили в панике начала оглядываться по сторонам, боясь обнаружить за своей спиной волшебника, который однажды убил её. — Лорд Волдеморт уже здесь.