Сделка с Дьяволом

До Гарри Лили так и не добралась, потому что директор и профессор Макгонагалл никак не желали покидать Больничное крыло и беднягу Коллина Криви, который подвергся неизвестному проклятию. Девушка почти час слушала их приглушённые обсуждения, заметив, что её сын выглядывает из-за ширмы своей больничной койки. Она вернулась в гостиную Гриффиндора ближе к трём ночи, положила на место мантию Гарри и ещё около часа пролежала без сна, уставившись в потолок немигающим взглядом. Беспокойные мысли никак не желали покидать её голову, а каждое новое предположение оказывалось ещё хуже предыдущего. А ещё перед ней стояла дилемма. До рождественских каникул осталось чуть больше месяца, и Лили изначально планировала вернуться к семье, чтобы продолжить свои поиски. Ей хотелось узнать, какому роду прислуживал Добби, ведь за ним скрывался волшебник, сведущий о Тайной комнате. Этот волшебник мог привести девушку к наследнику Салазара Слизерина, который стоял за смутой в Хогвартсе. С другой стороны, Лили боялась уезжать на каникулы, ведь Гарри нуждался в ее защите. Она не могла оставить его одного в Хогвартсе, пока по коридорам школы разгуливал виновник всех последних событий. Девушка не представляла, как сможет защитить Гарри от монстра, но ей было спокойнее лишь от одной мысли, что сын находился под её присмотром. Следующим утром Лили проснулась от чужого прикосновения к своему плечу. Всё ещё пребывая в одном из кошмаров, навеянном мыслями перед сном, девушка резко подскочила, ожидая увидеть перед собой как минимум чудовище из Тайной комнаты, но рядом была лишь Гермиона. — Что… что такое? — прошептала Лили, оглядываясь по сторонам. Лаванда и Парвати ещё спали в своих кроватях, а за окном только-только дребезжал рассвет. Сердце бешено колотилось в груди, словно за ней до сих пор гналось чудовище из её сна, скрываясь за бордовым пологом кровати. — Прости, я не хотела тебя напугать, — Гермиона виновато опустила взгляд в пол. — Я лишь хотела тебе предложить проверить зелье, прежде чем отправиться к Гарри. — Дай мне десять минут. Девочка кивнула и покинула спальню, а Лили, тяжело вздохнув, откинулась на влажную подушку. Её дыхание всё ещё было сбитым, а светлые пряди волос липли к вспотевшему лбу. Чёртовы кошмары! Наскоро собравшись и поборов желание подольше полежать в постели воскресным утром, Лили спустилась в гостиную Гриффиндора, где её уже ждала Гермиона. Остальные ребята ещё спали, и девушка от всей души завидовала им сейчас. Единственная причина, по которой она всё же отправилась в заброшенный туалет на втором этаже, заключалась в липком страхе, навеянном кошмаром. Ей не хотелось вновь засыпать, ведь была велика вероятность того, что дурной сон вновь настигнет её. — Я бы не хотела оставлять зелье здесь, — призналась Лили, когда они закрылись в кабинке туалета. — Я знаю, что сюда практически никто не заходит, но в туалете обитает Миртл. Мы не оберёмся проблем, если она кому-нибудь выдаст то, чем мы тут занимаемся. — И почему мы не подумали об этом раньше? — воскликнула Гермиона. — Я не представляю, как мы сможем перенести котёл в другое место. Они обе покосились на старенький унитаз, на крышке которого находился котёл. Под ним виднелись языки волшебного пламени, и Лили с трудом могла вообразить себе картину, в которой они тащатся с этим богатством через весь замок. — Значит, оставляем его здесь? — Можно сказать Миртл, что мы просто дополнительно практикуемся, — предложила Гермиона. — Набиваем руку. Все дела. К тому же я сомневаюсь, что она догадается о том, какое именно зелье мы варим. Лили пожала плечами, понимая, что у них нет другого выхода, и решила не заострять на этом своё внимание, ведь это была меньшая из всех проблем, которые её беспокоили. Закончив все манипуляции с зельем, девушки вышли в коридор, воровато озираясь по сторонам. Им не хотелось наткнуться на кого-нибудь из студентов или, упаси Мерлин, преподавателей, ведь это вызвало бы ненужные подозрения. Они пошли в Большой Зал, собираясь позавтракать перед тем, как отправиться к Гарри, но он уже ждал их за столом. — Эй, тебя уже выписали! — воскликнула Лили, улыбнувшись мальчику. — Как твоя рука? — В норме, — коротко ответил он, жестом приглашая их к столу. — Мне нужно вам кое-что рассказать. Рон ещё спит? — Мы не стали его будить. Что-то случилось? Лили постаралась не выдать ни одной эмоцией, что ей уже было известно о Коллине Криви. Ещё никто не знал о том, что произошло новое нападение, поэтому она позволила Гарри изложить всё с его стороны. И он рассказал. Сначала о том, как Дамблдор и Макгонагалл доставили мальчика в Больничное крыло, а потом и о событиях, которые предшествовали этому. — Ко мне опять заявился Добби, — Гарри понизил голос до еле слышного шёпота, из-за чего трое второкурсников едва не соприкасались лбами. — Это он вчера заколдовал бладжер! Он сделал так, чтобы я не смог попасть на платформу первого сентября. — Что? — ахнула Гермиона. — Но ведь это ужасно! Ты мог пострадать намного сильнее! О чём он только думал? — Он хочет, чтобы я вернулся домой, — Гарри был очень зол на домового эльфа, и это было заметно даже без их связи, через которую Лили чувствовала его эмоции. — Сказал, что пускай я лучше останусь калекой, но уберегу себя от ужаса Тайной комнаты! Лили задержала дыхание, понимая, что её вчерашняя догадка была верной. Добби действительно знал намного больше, чем все остальные, и это не давало ей покоя. Она обязана была докопаться до правды, чтобы понять, как ей действовать дальше и не допустить новых жертв. Только оставалось неясным то, как всё незаметно провернуть. Слухи расползлись по школе так стремительно, что к обеду уже на каждом углу было слышно имя Коллина. Удивительно, что всего несколько дней назад студенты и вовсе не замечали первокурсника из Гриффиндора, чьё лицо частенько было скрыто за фотоаппаратом, а теперь они едва ли не клялись в том, что всегда относились к нему по-доброму. Лили и сама бы не знала, кто такой Коллин, но паренёк уделял слишком много внимания её сыну. Он часто фотографировал его, просил автографы, караулил в общей гостиной и был самым настоящим фанатиком. Безобидным, но всё же фанатиком. Преподаватели выглядели очень встревоженными, но всё же старались обуздать панику среди студентов. Кто-то пустил слух о том, что Хогвартс в скором времени закроют, но учителя всё отрицали. Лили же считала, что было бы вполне разумно распустить детей по домам, чтобы преподаватели смогли найти Тайную комнату и устранить опасность. Пусть ей и не хотелось оставаться в стороне, она понимала, что это было бы единственным разумным выходом из сложившейся ситуации. Вместо этого учителя ввели новые правила, которые должны были предотвратить опасность. — Не ходить по одиночке? Не покидать гостиные после восьми вечера? — Рон фыркнул, когда дошёл до конца списка, прикреплённого на доске объявлений в общей гостиной Гриффиндора. — Разве это спасёт хоть кого-нибудь? Бред какой-то! — Смотри, тут ещё объявление! — Гермиона ткнула указательным пальцем в пёстрый пергамент, который они не заметили ранее. — Со следующей недели открывается «Дуэльный клуб». — Что это? — нахмурился Гарри. — Нас будут обучать искусству ведения магических дуэлей, — пояснил Рон. — Здорово, конечно, но я сомневаюсь, что это поможет нам одолеть чудовище из Тайной комнаты. Лили была согласна с ним, но всё же надеялась, что их научат полезным заклинаниям, которые пригодятся в бою. Она сомневалась, что узнает на подобных уроках хоть что-нибудь новенькое для себя, но всё же решила сходить с ребятами за компанию. Первое занятие было назначено на следующую субботу, и в Большом зале собралась целая толпа студентов с первого по седьмой курс. Специально для удобства сдвинули к стенам три стола, образуя широкое пространство, и оставили в центре лишь один, который служил подиумом. — Интересно, кто будет нас обучать? — вслух размышляла Гермиона, пока все ждали начала представления. — Я слышала, что профессор Флитвик очень хорош в магических дуэлях, что он в молодости… — она замолчала, хмуро уставившись в дальний конец Большого Зала, и, проследив за её взглядом, Лили увидела, как Локонс взбирается на подиум. — Только не он, — в унисон сказали Гарри и Рон. — Предлагаю смыться отсюда, пока он не начал говорить, — шепнула им Лили. Локонс взмахнул рукой, требуя тишины, и четверо товарищей хмуро переглянулись между собой. — Всем доброго дня, мои юные друзья! Меня всем видно? Всем слышно? Не стесняйтесь, девочки, подходите ближе! — Лили заметила Лаванду и Парвати, которые едва ли не навалились на импровизированный подиум. — Прекрасно! Профессор Дамблдор одобрил моё предложение создать в школе Дуэльный клуб, посещая который, вы научитесь защищать себя, если вдруг потребуют обстоятельства. А мой жизненный опыт подсказывает, что такие обстоятельства не редкость. Читайте об этом в моих книгах. — Напыщенный индюк! И как он только мог тебе нравиться, Гермиона? — фыркнул Рон. — Он мне нравился только тогда, когда я ещё не была с ним знакома! — оправдалась девочка. — Ассистировать мне будет профессор Снейп, — вещал Локонс, широко улыбаясь. — Он немного разбирается в дуэлях, как он сам говорит, и любезно согласился помочь мне. Сейчас мы вам продемонстрируем, как дуэлянты дерутся на волшебных палочках, — по залу прошёлся встревоженный гомон, но Локонс воспринял это совершенно иначе. — О, не беспокойтесь, мои юные друзья, я верну вам профессора зельеварения в целости и сохранности. — Снейп размажет Локонса по столу, а нам за ним принимать пищу ещё пять с половиной лет! — сказал Рон, нахмурив брови. — Тебе лишь бы свой желудок набить, Рональд Уизли! — фыркнула Гермиона. — Вот бы они покалечили друг друга! — шепнул им Гарри, на что Лили усмехнулась, представив себе эту картину. Было бы забавно на это посмотреть, но она была уверена, что Северус на раз-два справится с Локонсом. А на импровизированном подиуме тем временем представление набирало обороты. Профессор Зельеварения хмуро прошёл мимо сияющего превосходством Локонса, занял своё место напротив него и достал волшебную палочку. — Обратите внимание, как держат палочки в такой позиции, — объяснял Локонс притихшим ученикам. — На счет «три» произносятся заклинания. Вы готовы, профессор? Северус одарил его тяжелым взглядом и выжидающе вздёрнул бровь. — Раз, два, три… Палочки взметнулись, и послышался низкий голос профессора Снейпа: — Экспеллиармус! Локонс, не успев среагировать на выпад, отлетел назад, проехавшись спиной по столу. Его палочка скрылась в толпе учеников, и Лили с усмешкой подумала о том, что было бы неплохо, если бы она сломалась при падении на несколько частей. — Браво, профессор Снейп, — сказал Локонс, вымученно улыбнувшись. — Я предугадал такой исход и специально не стал отражать ваш ход, чтобы ученики смогли наглядно лицезреть действие разоружающего заклинания. — Разумеется, — скептично отозвался Северус, растянув тонкие губы в презрительной усмешке. Видимо, Локонс все же не был круглым идиотом, раз понял скрытую угрозу во взгляде профессора Зельеварения, поэтому поспешил свернуть демонстрацию своего позора. — На этом показательная часть окончена. Перейдём непосредственно к учебной тренировке, — он забрал у Лаванды Браун свою волшебную палочку, обаятельно улыбнувшись ей, чем едва не довёл бедную девочку до обморока, и продолжил. — Я сейчас разобью вас на пары, и вы продемонстрируете нам свои навыки. Профессор Снейп, будьте любезны, помогите мне. Лили с надеждой подумала о том, что их не разделят, но профессор Снейп, высокомерно взглянув на них, разогнал ребят по разным сторонам. Рону в напарники достался Блейз Забини, Гарри поставили с Малфоем, Гермиону — с Миллисент Булстроуд, а Лили оказалась единственной без пары. — Мне очень жаль, Грин, но все ваши ровесники уже разбиты по парам, — в чёрных глазах профессора не было ни капли сожаления, и Лили нахмурилась. — Кажется, у профессора Локонса остался один четверокурсник. — Четверокурсник? — девушка округлила глаза, понимая, что это было совсем не честно. Пусть она и могла справиться даже с семикурсником, Северус не имел права ставить второкурсницу против четверокурсника. — Уже не так смелы, мисс Грин? — с кривой усмешкой спросил он, ожидая ее поражения. Но Лили лишь фыркнула и сказала: — Свою грядущую победу я посвящаю вам, сэр! Северус не ожидал такой наглости, поэтому даже замер на несколько мгновений. Скептично усмехнувшись, он провёл её к миловидному пуффендуйцу, который одиноко стоял в центре Большого Зала. — Это какая-то ошибка! — растерянно сказал парень, с жалостью посмотрев на Лили. — Я старше её, к тому же это… это девочка! Я не стану сражаться с ней! — Станете, Диггори, — нетерпеливо ответил профессор Снейп. — Грин любит прыгать выше своей головы, пусть это станет ей уроком! Лили со всей своей яростью посмотрела на Северуса, надеясь, что он поймёт без слов всё то, что она сейчас думала о нём. Едко усмехнувшись напоследок, он развернулся и скрылся в толпе студентов. — Я действительно не хочу с тобой сражаться, — начал оправдываться парень. — Я не понимаю, почему Снейп поставил нас в пару… — Как тебя зовут? — перебила его Лили, стараясь унять раздражение. — Седрик. — Не вини себя, Седрик, — она улыбнулась ему, выстраивая в своей голове план маленькой мести. — Ты хорош в бою? — Думаю, да, — парень нахмурился, не понимая, к чему она клонит. — И я. Предлагаю тебе показать всем отличное шоу, как ты на это смотришь? Седрик был удивлён ее предложением, но всё же согласился, надеясь на то, что второкурсница не соврала ему о том, что могла за себя постоять. Они поклонились друг другу, следуя правилам, выставили перед собой палочки и начали дуэль. — Экспеллиармус! — первым напал Седрик, удивив девушку, но она тут же отбила заклинание. — Протего! Ступефай! Парень отлетел назад, случайно задев ещё нескольких студентов на своём пути, и с удивлением посмотрел на Лили. Она подбадривающе улыбнулась ему, пусть и чувствовала вину за то, что смогла первой нанести урон. Но это сыграло свою роль, ведь Седрик понял одну очень важную вещь: если он не хочет проиграть, ему надо действовать агрессивнее. И с этого момента всё завертелось так стремительно, что Лили едва успевала следить за своими действиями, но ограничивая себя списком заклинаний, которые изучаются не позже, чем на третьем курсе. Из её палочки то и дело вылетали разноцветные лучи, стремясь лишь к одной цели. Седрик был хорош. Его реакции ничуть не уступали её собственным, поэтому разразилась захватывающая битва. Лили, бывало, в самый последний момент успевала поставить перед собой щит или увернуться в сторону, на ходу извиняясь перед тем человеком, которого настигло заклинание. Она чувствовала, как горели её щеки, а сердце едва не выпрыгивало из груди от полыхающего в ней адреналина. Здесь была лишь она и её противник. И всё. Поэтому Лили не видела, что вокруг них выстроились ученики, а обычно шумный Большой Зал был наполнен голосами лишь двоих студентов с разных курсов и разных факультетов. Не замечала, что прошло уже почти десять минут с тех пор, как Седрик произнёс первое заклинание. Будто они только-только начали свою схватку, разогреваясь перед настоящей битвой. И вдруг заклинание в третий раз настигло Седрика, из-за чего он отлетел на добрых пятнадцать футов, проехавшись по гладкому полу, пока в кого-то не врезался. Лили, пытаясь отдышаться, проследила взглядом весь этот путь и едва не ахнула, когда вспомнила истинную причину своей недоброй энергии, которую она выплескивала на пуффендуйца. Седрику повезло свалиться в ноги самому профессору Снейпу, чьё лицо было перекошено от злости и удивления одновременно. Встретившись с ним взглядом, Лили не сдержала победной ухмылки, будто выкрикивая: «Смотрите, профессор, я справилась с этим парнем и швырнула вам его обратно. Подавитесь!» И, судя по всему, он прекрасно понял этот взгляд, поэтому поднял Седрика за шиворот мантии, что-то пробурчав себе под нос, и подтолкнул парня вперёд. Лили думала, что своим последним заклинанием сумела поставить жирную точку в их дуэли, но, как оказалось, всё самое интересное началось после. Седрик громко выкрикнул неизвестное ей заклинание, и из кончика его волшебной палочки вылетела толстая чёрная змея. Она не знала, каким чудом сумела удержать свой крик в горле, как только увидела извивающееся тельце, стремительно приближающееся к ней. Лили будто не могла даже пошевельнуться, скованная ужасом, ведь она всегда боялась змей. Маленьких, больших, ядовитых, ручных. Ей было без разницы, к какому виду относился её чешуйчатый противник, она чувствовала липкий страх лишь от их вида. А змея тем временем стремительно приближалась к ней. Лили понимала, что нужно что-нибудь сделать и обезопасить себя. Контрзаклятие зудело на кончике языка, но её мысли были спутаны настолько, что девушка едва соображала, кто её сейчас окружал. Она чувствовала, как лицо, которое горело пламенем всего пять секунд назад, заледенело, сковывая мышцы. Будто из него мигом выкачали всю кровь, разгоняя её вместе со страхом по мелко дрожащему телу. А потом произошло то, что вывело её из ступора. Напугало гораздо сильнее, чем змея, которая вмиг остановилась, когда между ними осталось не больше двух футов. Заставило отвести взгляд от главной угрозы и с ещё большим ужасом посмотреть на своего сына. Про парселтанг она знала ещё со времён своей прежней жизни. Однажды ей пришлось услышать этот незнакомый и жуткий язык от Волдеморта, который что-то говорил своей змее. Свистящий шепот, который она тогда услышала, пугал её не меньше, чем сама змея, и лишь от одного воспоминания об этом у Лили волосы вставали дыбом. Меньше всего на свете она ожидала, что Гарри, её маленький родной Гарри, сможет говорить на парселтанге. Лили не знала, что именно он ей сказал, но змея послушалась его и поменяла траекторию. Замерла в пяти футах от Гарри, вглядываясь в его лицо умным взглядом. — Что ты творишь? — воскликнул второкурсник из Пуффендуя, разрезая оглушающую тишину в Большом Зале. Мальчик попятился назад, едва не споткнувшись о свою же ногу, а в его глазах горел ужас. Как и во взгляде Лили. — Фините Инкантатем! Змея вмиг исчезла, и девушка бросила взгляд на того, кто произнёс контрзаклинание, которое она никак не могла вспомнить. В чёрных глазах того человека всего на миг промелькнули страх и удивление, прежде чем его взгляд снова стал холодным и угрюмым. Метнулся от Гарри к Лили, которая до сих пор находилась в оцепенении. И тогда она поняла. Это он подсказал Седрику нужное заклинание, ведь парень выглядел не менее удивленным в тот миг, как только змея вылетела из его палочки. Пуффендуец хотел лишь победить в дуэли, поэтому, не задумываясь, воспользовался подсказкой. Ему не хотелось проигрывать второкурснице, из-за чего он позволил себе воспользоваться опасным приемом. Лили чувствовала, как на её глаза навернулись слёзы. Стоит только моргнуть, как они тут же покатятся вниз по бледным щекам, опаляя кожу. Но она не моргала. Она будто не дышала вовсе, пытаясь осознать всё то, что произошло за последнюю минуту. Подсказка Северуса. Змея. Гарри, отгоняющий змею на парселтанге. И толика вины во взгляде профессора Снейпа, которую ей удалось увидеть в тот миг, когда он посмотрел на неё. Лили заметила на периферии движение около Гарри, поэтому вновь обернулась к нему. Рон подталкивал его к выходу, а Гермиона топталась рядом с ними. Понимая, что больше и сама не может здесь находиться, девушка последовала за ребятами, чувствуя на себе взгляды всех присутствующих. Лишь тогда, когда все они остались за её спиной, Лили позволила себе сморгнуть слёзы, но тут же вытерла их рукавом мантии. — Что это сейчас было? — воскликнул Рон, как только они оказались достаточно далеко от Большого Зала. — Гарри, когда ты нам хотел сообщить, что умеешь говорить со змеями? — Просто они меня понимают, разве это не нормально? — ответил он, оглядев троих друзей. — Ненормально? — переспросил Рон и истерично усмехнулся. — Ты говорил на змеином языке, а это очень дурной знак! — На каком языке? — Гарри нахмурился, так как ранее ничего не слышал о подобных вещах. — Парселтанг, — пояснила Лили. — Или же змеиный язык. Я немного читала о нём в одной из книг, и его носителей можно сосчитать на пальцах! — Но как я мог говорить на чужом языке, если не хотел этого? — пытался оправдаться Гарри. — Разве это возможно? Это осталось для всех загадкой, но Лили подозревала, что всё дело было в связи с Тёмным Лордом. У Джеймса в роду не было предков, которые могли говорить на Парселтанге, а у неё — тем более. Возможно, Волдеморт, сам того не ведая, наделил её сына не только осколком своей души, но и знанием змеиного языка. Лили невольно задумалась о том, каких ещё сюрпризов ей стоит ожидать от нежеланной связи Гарри и Тёмного Лорда. После происшествия со змеёй в Большом Зале многие начали ошибочно предполагать, что Гарри и был тем самым наследником Салазара Слизерина. По школе гуляли слухи о том, что с Коллином Криви он расправился лишь потому, что мальчик сфотографировал его в неудачном ракурсе. Никто не хотел находиться рядом с ним, а все разговоры тут же смолкали, стоило Гарри зайти в помещение. Джинни, которая обожала великого Гарри Поттера с первого дня их знакомства в Косом переулке, ходила бледнее и тише обычного. Было заметно, что она воспринимала всю клевету в его сторону слишком близко к сердцу, а то, что происходило в Хогвартсе, вызывало в ней неподдельный ужас. Лили даже как-то пыталась с ней заговорить, но Джинни отмалчивалась и неопределённо пожимала худенькими плечами. Спустя несколько дней после первого собрания Дуэльного клуба Лили в одиночестве шла в сторону туалета Плаксы Миртл. Гарри, Рон и Гермиона остались в библиотеке, а девушка планировала добавить в зелье следующий ингредиент. — Мисс Грин! — послышался позади неё знакомый голос, и Лили едва не закатила глаза от раздражения. Меньше всего на свете ей сейчас хотелось разговаривать с этим человеком, который выводил её из себя одним лишь насмешливым взглядом. Но ей всё же пришлось обернуться, ведь игнорировать Северуса было так же бессмысленно, как и пытаться убежать. — Вы что-то хотели? — Почему вы ходите в одиночку по замку? — сказал он, а Лили едва не фыркнула. Конечно, что ещё следовало ожидать от вечно недовольного человека? Не извинений же! — Считаете, что раз вы кое-как смогли отразить удары четверокурсника, то и с чудовищем справитесь? — Мне нужна компания, чтобы сходить в туалет? — она скрестила на груди руки, будто пытаясь этим жестом защитить себя от его взгляда. — Вы только это хотели узнать? — Профессор Дамблдор настоял на том, чтобы я перед вами извинился за инцидент со змеёй. Лили удивленно вскинула брови, не понимая, что её больше всего поразило: то, что Северус в который раз действует по указке Дамблдора, или то, каким сконфуженным сейчас выглядело его лицо. Захотелось истерично усмехнуться, но девушка сдержала свой порыв, чувствуя, как её стремительно накрывает волной ярости. — Профессор Дамблдор? — всё же сказала она, понимая, что пауза неловко затянулась. — И вам настолько не хочется признать свою ошибку, раз вы готовы прятаться за его именем? — В чем же заключалась моя ошибка? Это было самое жалкое извинение за все её две жизни. Даже Джеймс, который частенько мог обидеть её глупым поступком, мог намного искуснее спрятать ложь за красивыми словами. А Северус даже не пытался сделать вид, что он сожалеет о том, что подсказал Седрику опасное заклинание. Даже в его мимолётном взгляде, который она успела тогда поймать после инцидента со змеёй, было больше искренности, чем во всём этом спектакле. — Во-первых, вы нарочно поставили меня в пару со студентом, который на два года старше меня, — начала Лили, загибая пальцы на руке. — Во-вторых, вы подсказали Седрику Диггори заклинание, которое могло навредить не только мне, но и другим студентам! — С чего вы взяли, что это я сказал ему? — он попытался защитить себя, но Лили на сто процентов была уверена в его вине, ведь Седрик в тот же день попросил прощения за то, что послушался профессора Снейпа. — Я знаю, что… Но договорить она не успела, ведь из соседнего коридора послышался оглушительный крик: — Нападение! Опять нападение! Спасайтесь, люди и духи! Спасайтесь кто может! Лили почувствовала, как всё внутри похолодело от ужаса, и она надеялась лишь на то, что это был очередной розыгрыш Пивза. Обменявшись с Северусом встревоженными взглядами, она рванула в ту сторону, откуда доносился голос. Лили видела боковым зрением, что чёрная фигура профессора следовала за ней, но сейчас было не до этого. Завернув за угол, она замерла, чувствуя неописуемый ужас. Сердце будто ухнуло в пятки от страха, ведь то, что ей пришлось увидеть, потрясло девушку до глубины души. В пятнадцати футах от нее лежал окоченевший пуффендуец, который накричал на Гарри в Большом Зале, когда тот начал говорить на змеином языке. Рядом находился такой же обездвиженный Почти Безголовый Ник, но не туманно-прозрачный, как все духи, а словно измазанный сажей. Пивз парил под потолком, призывая всех к осторожности. А перед ними стоял Гарри.