Сделка с Дьяволом

Северус удивительным способом сумел вернуть Лили с небес на землю и показать, что её вспышка озарения была не более чем мимолётной радостью. Она все так же была связана обязательствами с Люцифером и окутана плотным слоем секретов, лишавших её полной свободы. Те эмоции, что она испытала, когда доверилась Римусу, теперь казались дикими, и Лили было стыдно за собственные слёзы, несдержанные объятия и надежду, которая ненадолго позволила ей почувствовать себя обычной девушкой. Люпин тоже уже не выглядел таким счастливым, пусть и сохранил в себе толику радости. — Что ж, думаю, можно продолжить наш разговор, — сказал Римус, склеивая заклинанием разбитую чашку. Чай пришлось заварить по новой, но это дало Лили небольшую фору, чтобы привести в порядок свои мысли. — Что за зелье тебе сварил Северус? — спросила она, наблюдая за его действиями. — Это связано с твоей проблемой по мохнатой части? — Да, сегодня полнолуние, — Римус натянуто улыбнулся, и Лили поняла, что он до сих пор не принял эту часть себя. — Так Снейп не знает о тебе? — Нет. И я надеюсь, что никогда не узнает, — она нахмурилась и представила себе, что будет, если Северус обо всем догадается. — Кстати, что меня выдало? Он два года ни сном ни духом, а ты рассекретил меня всего за месяц! — Снейп всегда отрицал очевидное, — Римус усмехнулся своим мыслям и сел прямо перед ней. — Я уверен, что он уже не раз подозревал тебя, но его холодный разум не дал ему почву для воображения. Признаюсь, я с трудом поверил в то, что это может оказаться правдой, и был не до конца уверен в своей теории, когда пригласил тебя к себе в кабинет. Что уж говорить о нем? — Думаю, ты прав, — согласилась с ним Лили. — Но как ты смог догадаться? Что именно меня рассекретило? Она и в самом деле очень хотела узнать ответ на этот вопрос, потому что ей нужно было знать, каких ошибок избегать в будущем. — Все началось с того, как Рон Уизли назвал тебя по фамилии. — Эванс, — Лили грустно усмехнулась, думая о том, что зря разрешила себя так называть на первом курсе. — Эванс, — подтвердил Римус, мягко улыбнувшись. — А ещё я узнал твои глаза в тот миг, и это создало связь между Лили и Эвой. Я даже не задумываясь начал сравнивать тебя прежнюю и тебя нынешнюю. Сходства были налицо, но всё решил тот случай с боггартом. — Ты увидел все обличия боггарта? — от воспоминаний её бросило в дрожь, но Лили быстро взяла себя в руки. — Я увидел Волдеморта таким, каким его не могла видеть Эванна Грин. Я слышал его голос. — Эти слова я слышала перед своей смертью, — призналась Лили, чувствуя ноющую боль в груди. — Никогда не думала, что растеряюсь перед боггартом, но он ударил меня в самые больные места. — Я думаю, что всё дело в том, сколько ты пережила, — Римус грустно улыбнулся и отпил чай из своей чашки. — Ни один третьекурсник не смог бы похвастаться таким же багажом опыта. Все остальные боялись страшилок из книг, а ты боялась реальных вещей. И это оправдывает твою растерянность. — Значит, боггарт сыграл важную роль в моём разоблачении? — Лили вернулась к прежней теме, чувствуя неловкость из-за своей неудачи на уроке. — Думаю, да, — задумчиво ответил Римус. — Далее я лишь наблюдал за тобой. И воспользовался подсказками Гарри. Лили нахмурилась, вспомнив о Гарри, и решила всё же задать вопрос, который её мучил долгие годы. — Почему ты не забрал Гарри к себе? — в её голосе сквозили отчаяние и обида, а резкая смена темы полностью выбила Римуса из колеи. — Ты единственный из друзей Джеймса, кто остался. Питер мёртв, Сириус вообще в Азкабан загремел. А Гарри всё это время жил с моей чокнутой сестрицей! — Посмотри на меня, Лили. Я — оборотень. Я долгое время жил вдали от волшебного сообщества, вдали от людей. Двенадцать лет назад я потерял свою главную поддержку. Я разом лишился всех своих друзей, — Лили замерла, услышав это признание, ведь ранее даже не задумывалась о том, как тяжело было Римусу справляться со своей волчьей сущностью без помощи друзей-анимагов. — Раз в двадцать девять дней я превращаюсь в безжалостное чудовище. Ты бы доверила мне своего сына? — Но… — Твоя сестра, может, и чокнутая, но Гарри всё это время был в безопасности, — пояснил Римус. — Поверь, я бы очень хотел забрать Гарри к себе, но… — Я понимаю, — перебила его Лили, чувствуя себя идиоткой. — Прости, что подняла эту тему. — Если честно, то я откликнулся на вакансию Дамблдора лишь из-за Гарри, — Римус грустно улыбнулся и выглянул в окно. Даже при дневном свете виделась бледно-желтая луна, которая сегодняшней ночью будет диктовать Люпину свои правила. — Мне было интересно на него посмотреть, познакомиться с ним ещё раз. Дамблдор обещал, что мой недуг можно будет скрыть специальным зельем, что лучший зельевар магической Британии сможет обеспечить меня им. — Дамблдор настолько хорошего мнения о Северусе? — удивилась Лили, и в её голове невольно замелькали картинки прошлого, в которых её бывший друг поклонялся Волдеморту. — Дамблдор как-то сумел переманить его на свою сторону ещё до того, как исчез Волдеморт. — Серьёзно? — Лили недоумённо уставилась на Римуса, не понимая, как так вышло, что она только сейчас узнала об этом. — Никто не знает об их договоре, но Дамблдор сумел добиться того, чтобы Снейпа полностью оправдали, — сказал он. — И он действительно хорош в своей области. Помню, что вы с ним были лучшими студентами Слизнорта. — Да, только он не был заключён долгие годы в детском теле, а совершенствовал свои навыки, — с грустью подметила Лили. — Теперь мне далеко до его уровня. — Но достаточно для того, чтобы быть лучшей на своём курсе? — он лукаво подмигнул ей, и девушка не смогла не улыбнуться на его замечание. — Кстати, было забавно наблюдать за тем, как ты старательно пропускаешь заклинания на моих уроках. — Я надеялась, что смогу отвести подозрения. — Это лишь ещё больше привлекло моё внимание, — Римус рассмеялся, вспоминая особо смешные моменты её стараний, а Лили поняла, что её тактика была ужасной. — Знаешь, я бы очень хотела с тобой поговорить о Сириусе, — её серьёзный тон заставил Римуса приосаниться, словно он только сейчас вспомнил о важных вещах, которые им предстояло обсудить. — Я только этим летом узнала о том, что он все эти двенадцать лет отбывал срок в Азкабане. — Сириус… признаться честно, я был очень ошеломлён, когда поползли слухи о его поступке, — Римус опустил взгляд в свою чашку с остывшим чаем и тяжело вздохнул. — Ты же знаешь, что он сделал? — Он убил Питера и ещё двенадцать магглов. Разнёс половину улицы одним заклинанием, — ей было нелегко говорить об этом с Люпином, ведь не нужно было владеть эмпатией, чтобы увидеть боль в потухшем взгляде. — Но я не понимаю, зачем он это сделал. Мы с ним виделись незадолго до того, как Волдеморт заявился в Годрикову впадину. И он был… Сириусом. Взбалмошным, саркастичным придурком. Он… он не был похож на безжалостного убийцу. — А ты знаешь, что предшествовало этому? — Римус поднял на неё взгляд, в котором сквозило ничем не прикрытое отчаяние. — Я слышала о том, что Питер обвинил Сириуса в нашей смерти. Но это же нелепо… — Сириус был хранителем заклинания Доверия, — перебил её Люпин. — Ты никогда не задавалась вопросом о том, какую защиту вам предоставил Дамблдор? — Я… я не думала об этом, — призналась Лили, чувствуя, как по спине побежали мурашки от ошеломляющего озарения. — Джеймс решал все вопросы безопасности, а я просто доверилась ему. Я знала, что у них с Дамблдором всё схвачено, что Волдеморт не сможет найти нас. Значит… Господи! Неужели Сириус раскрыл тайну нашего местоположения Темному Лорду? — Да, — Римус горько усмехнулся и покачал головой, словно до сих пор не мог в это поверить. — Джеймс доверил Сириусу ваши жизни, а он всех предал. Питер первым догадался об этом и загнал его в ловушку, но Сириус убил его. Его и всех, кто был рядом. Он смеялся, когда его вели в Азкабан, представляешь? — Не представляю, — честно ответила Лили, чувствуя, как похолодели кончики пальцев. Она заклинанием подогрела остывший чай и сделала несколько глотков, пытаясь согреться. Но холод шёл от самой души, и его нельзя было устранить чем-то банальным. — Так как ты сумела выжить? — спросил Римус, пытаясь отвлечь девушку от плохих мыслей. Она несколько раз моргнула, понимая, что совершенно не представляла, как преподнести правду так, чтобы не раскрыть лишнюю информацию. За разговорами о Сириусе она совершенно позабыла о том, что Римусу нужны ответы, которые Лили была не в состоянии дать. Но в этот момент, словно что-то свыше дало ей дополнительное время, раздался стук в дверь. Лили и Римус растерянно переглянулись между собой, будто безмолвно обсуждая дальнейшие действия. — Иди открывай, а я пока уберу чашки, — прошептала она, тут же приступая к своей части плана. Римус в это время пошёл встречать гостя, который, в отличии от Северуса, не вламывался в кабинет без ответа. — Гарри! — послышался удивлённый голос Люпина, и Лили едва не разбила чашку от волнения. Она обернулась и тут же наткнулась на ошеломлённый взгляд своего сына. — Простите, я не знал, что вы заняты! — начал оправдываться Гарри, и Лили только сейчас обратила внимание на то, что к её собственным эмоциям добавились чужие. Если бы она не была так сконцентрирована на своих переживаниях, то смогла бы предугадать появление Гарри в кабинете Защиты от Темных Искусств, но… — Что ты! — Римус нервно усмехнулся, переводя задумчивый взгляд с одного на другую, словно его только сейчас озарило осознание их родства. — Эванна просто захотела побольше узнать о дементорах и Патронусе, но мы уже закончили. Ты что-то хотел? — Да, я лишь хотел сказать, что у меня не получится прийти в среду на дополнительное занятие из-за тренировки, — Гарри до сих пор был в квиддичной форме, а его лоб чуть блестел от пота. — Что ж, ладно. Перенесём на следующую неделю, — Римус добродушно улыбнулся ему, а Лили поспешила к выходу. — Спасибо, что уделили мне время, — сказала она Люпину, чувствуя облегчение из-за того, что их разговор о её «чудесном» воскрешении переносится на потом. — Если вам захочется научиться заклинанию Патронус, то мы можем назначить дополнительные уроки на вечернее время. Лили кивнула, чувствуя на себе пристальный взгляд Гарри, ещё раз поблагодарила Римуса и поспешила убраться подальше от кабинета Защиты от Темных Искусств. — Дополнительные занятия, значит? — лукаво переспросил Гарри, пытаясь догнать девушку. Лили чувствовала, как горят её щёки от стыда, ведь в его словах очень явно звучал подтекст. «Что ж они меня все с Люпином сводят-то?!» — раздражённо подумала она, ещё больше ускоряя шаг. — Эва, постой же! — Гарри пришлось перейти на бег, чтобы догнать девушку, ведь её шаги были немного шире из-за разницы в росте. — Если ты и дальше будешь подшучивать на эту тему, то я перестану разговаривать с тобой, — пробурчала Лили, надеясь раз и навсегда пресечь подобные разговоры. — Я больше не стану говорить о твоей любви к нему! — донёсся до нее голос Гарри, и она тут же устремила на него сердитый взгляд. — Ладно, я понял. Всё! Честное слово! Это было в последний раз! — Я очень на это надеюсь, — пробурчала Лили, но всё же остановилась. — Так что там с твоими тренировками? Гарри поведал ей о том, как Вуд целый час гонял их по полю, после чего на квиддичное поле пришли пуффендуйцы. В этом году их сборную возглавлял Седрик Диггори, с которым Лили была в хороших отношениях. Их общение началось после случая в Дуэльном клубе, и Седрика даже не смущал тот факт, что девушка была младше его на целых два курса, ведь он находил её очень умной и разносторонней. Да и Лили было приятно поговорить с человеком, который любил рассуждать на серьёзные темы и был вдумчивее многих своих ровесников. Она слышала о том, что Седрик подавал большие надежды в качестве ловца своей сборной, поэтому грядущий матч вызывал неподдельный интерес. Как бы Лили хорошо к нему ни относилась, ей всё же было тревожно за Гарри, чьи эмоции на девяносто процентов состояли из переживаний и страха. Он боялся того, что Седрик первым поймает золотой снитч и Гриффиндор проиграет в первом же матче. И как бы Гарри ни пытались убедить в том, что он лучший ловец во всем Хогвартсе, мальчик постоянно терзал себя сомнениями. В день матча была настолько отвратительная погода, что многие с удовольствием бы остались в гостиных своего факультета, если бы не любопытство. Тёмные тучи заволокли почти всё небо, а накрапывающий дождь грозился превратиться с сильнейший ливень. Лили выцепила момент, чтобы заколдовать очки Гарри специальными влагоотталкивающими чарами. Когда-то давно она выучила это заклинание ради Джеймса и даже не подозревала, что оно пригодится её собственному сыну. Ливень всё же обрушился на территорию Хогвартса, и ребятам пришлось прилагать немалые усилия, чтобы следить за ходом игры сквозь беспросветную пелену дождя. Лили даже не представляла, как тяжело было игрокам, которым нужно было не только удержаться на метле, но и лавировать с квоффлом и укрываться от бладжера. А Гарри и вовсе предстояло разглядеть маленький золотой снитч до того момента, как его заметит Седрик. И ровно в этот момент Диггори направил свою метлу под самые небеса, что означало только одно: он увидел снитч. Гарри тут же рванул за ним, и в этой ситуации его телосложение, которое обычно идеально подходило для ловца, сыграло против него. Порывы сильного ветра чуть тормозили его, но он упрямо нёсся сквозь пелену дождя за удаляющейся фигурой Седрика. — Я ничего не вижу из-за этого ливня! — пожаловался Рон, сделав из своих ладоней подобие навеса, чтобы улучшить видимость. — И чего там Джордан молчит? Может, Гарри уже поймал снитч? — Это же Диггори! — послышался чей-то голос позади них, и через пару секунд Лили и в самом деле увидела Седрика, который нёсся вслед за снитчем. — Но где же Гарри?! — воскликнул Рон, озвучив переживания Лили. Она никак не могла разглядеть своего сына из-за туч, которые сегодня находились необычайно низко. И тогда-то Лили увидела чёрные тени дементоров. — Нет… — прошептала она, тут же вытащив из кармана мантии свою волшебную палочку. Лили помнила о предыдущей встрече Гарри и дементора в купе Хогвартс-экспресса, поэтому была готова к его падению. Но одно дело предполагать, как всё может произойти, а другое — видеть собственными глазами. Лили с замиранием сердца наблюдала за тем, как стремительно падает её сын, а её крик затерялся в дружном возгласе с трибун. Все повскакивали со своих мест и едва не переваливались за перила, чтобы не пропустить самое интересное. — Он без сознания! — Он разобьётся! Со всех сторон слышались крики и восклицания учеников, но никто из них не предпринял ни одной попытки, чтобы помочь товарищу. Лили ждала нужного момента, чтобы создать воздушную подушку и не дать Гарри разбиться о землю, совершенно позабыв о том, что за игрой наблюдали профессора Хогвартса. Они точно так же выпустили в его направлении по несколько заклинаний, чем обеспечили мальчику полную безопасность. А дальше началась полная неразбериха. Лили рвалась к мальчику, но преподаватели никого не подпускали к нему. Кто-то кричал о победе Пуффендуя, ведь Диггори поймал снитч перед падением Гарри, а сам Седрик предлагал переиграть матч, так как не считал свою победу честной. Всё будто слилось в бешеный калейдоскоп из картинок и громких звуков, поэтому Лили быстро затерялась в взволнованной толпе студентов и преподавателей. К счастью, с Гарри всё было в полном порядке, и ребятам разрешили навестить его сразу после осмотра мадам Помфри. Он был очень расстроен тем, что не сумел поймать снитч, но это было таким пустяком по сравнению с тем, какой угрозе он подверг себя. Дамблдор был в бешенстве, ведь дементоры не имели права подлетать ближе положенного. Никто не знал, что сподвигло их нарушить дистанцию, но Лили подозревала, что всё дело было в присутствии Сириуса. — Ты думаешь, что он рядом? — спросил ее Римус, когда она поделилась с ним своими соображениями. — Дементоры не стали бы заходить на территорию Хогвартса без острой необходимости, — пояснила Лили, озираясь по сторонам. Разговаривать в коридоре было очень ненадёжно, но ей нужно было поговорить с Римусом до отбоя. — Могу поспорить, что они почувствовали его присутствие и поэтому усилили контроль. — Логично, — согласился с ней Люпин. — Присматривай за Гарри, а я буду следить за тем, чтобы Сириус не появился в замке. Лили поспешно кивнула ему и побежала в гостиную Гриффиндора. Октябрь подходил к концу, но в Хогвартсе не было ни единого намёка на присутствие Сириуса. Лили всюду сопровождала Гарри и не ослабляла свой контроль, ведь девушка знала, что как только она позволит себе немного отвлечься, случится непоправимое. С Римусом она встречалась всего несколько раз, но и эти встречи были короткими. Лили поведала ему искажённую версию того, как сумела выжить, не вдаваясь в подробности своей миссии. Римус знал лишь о том, что ей предстоит помочь Гарри с исполнением пророчества, но, судя по его взгляду, он подозревал о недосказанности. Не могла же она ему сказать, что заключила сделку с дьяволом? Двадцатого октября Эве исполнилось четырнадцать лет, поэтому Лили весь день принимала поздравления, хоть ей и было тоскливо из-за обмана. Никто не понимал, почему девушка не радовалась в такой знаменательный день, и лишь один Римус бросал на нее сочувственные взгляды. Конец октября всегда для неё был тяжелым в эмоциональном плане, а в этот раз на привычную меланхолию накладывалось беспокойство из-за Сириуса. Лили всё гадала, когда он даст о себе знать, поэтому была готова к дурным новостям. И всё снова приключилось в Хэллоуин. После пира все отправились по своим гостиным, и Лили с ребятами плелись позади всей колонны гриффиндорцев, лениво обсуждая расписание на следующую неделю. Поэтому они не сразу заметили столпотворение, покорно ожидая своей очереди. — Почему так долго? — громко возмутилась Алисия Спиннет, которая стояла недалеко от их четвёрки. — Кажется, Полная дама куда-то пропала! — ответил ей Джордж Уизли. — В каком смысле «пропала»? — поинтересовался Перси, который заключал колонну гриффиндорцев. — Пропустите! Я разберусь! Я — староста школы! Ребята прыснули со смеху, а близнецы в очередной раз стащили значок старосты, пока он протискивался мимо них. Но шутливое настроение тут же испарилось, как только послышался обеспокоенный возглас Перси: — Срочно позовите директора и профессора Макгонагалл! Ребята встревоженно переглянулись и протиснулись сквозь толпу, чтобы увидеть причину заминки. Лили последняя из их четверки подобралась к портрету Полной дамы и невольно вскрикнула от ужаса, когда увидела то, что с ним стало. Холст был так сильно искромсан, что она с трудом узнала картину, через которую ежедневно проходила по несколько раз. Лоскуты полотна валялись на полу, а самой Полной дамы нигде не было видно. Дамблдор пришел не один; за ним змейкой увивались Макгонагалл, Римус и Северус. Люпин бросил на Лили обеспокоенный взгляд, ведь они оба понимали, в чём было дело, ещё до тех пор, пока Полная дама, что пряталась в соседней картине, не заявила: — Это он, директор! — голос женщины дрожал от страха, и она боялась полностью выглянуть из-за стога сена. — Тот, о ком все говорят. Сириус Блэк в замке! На мгновение повисла идеальная тишина, словно все, кто слышал признание Полной дамы, одновременно задержали дыхание. А потом начался такой балаган, что Дамблдору пришлось воспользоваться заклинанием Сонорус. — Тихо! — Лили даже зажала уши ладонями от той громкости, с которой прозвучал голос Дамблдора. — Не создавайте панику! Мы сейчас же проверим весь замок и найдём Сириуса Блэка! — Но как мы оставим учеников без присмотра? — поинтересовалась профессор Макгонагалл, взволнованно осматривая своих студентов. — Пусть все студенты переоденутся ко сну и отправятся в Большой Зал, — твёрдо ответил Дамблдор, и теперь его всем было слышно даже без усиления голоса. — Сегодняшнюю ночь вы проведёте там, а преподаватели поочередно будут следить за вашей безопасностью. Перси, будьте добры собрать всех гриффиндорцев и сопроводить их в Большой Зал. Дамблдор с помощью невербального заклинания открыл проем, чтобы запустить ребят внутрь, и они тут же засуетились, чтобы успеть собраться перед ночёвкой в новом месте. Лили совершенно не хотела киснуть вместе со всеми в Большом Зале, пока по замку шастал тот, кто предал ее семью. Она планировала убедиться в том, что Гарри останется в безопасности, а после этого пойти на поиски Сириуса Блэка. Но всё это казалось маловероятным, ведь первым на часовое дежурство встал Северус Снейп. Уж мимо него ей точно не пройти, поэтому она решила затаиться до следующей пересменки. Лили планировала сделать так, чтобы её присутствие запомнил каждый студент в Большом зале, а потом притвориться спящей и слинять под шумок. И для этого она взяла с собой гитару. До отбоя оставалось ещё больше часа, но Дамблдор заранее убрал все столы из Большого зала и усеял весь пол спальными мешками. Всюду сновали студенты в пижамах: кто-то отвоевывал место, кто-то уже уселся поверх спального мешка и рассказывал хэллоуинские страшилки, а кто-то едва не плевался ядом лишь от одной мысли о совместной ночёвке. — Эва, умоляю, сыграй уже что-нибудь! — взвыл Рон, бросая на Малфоя презрительный взгляд. — Я больше не вынесу этого нытья! — Есть пожелания? — поинтересовалась Лили, усаживаясь на свой спальный мешок около окна. Стоило ей спросить о пожеланиях, как на неё сразу же посыпались просьбы. Она не ожидала, что привлечёт внимание стольких студентов, но, видимо, им больше нечем было заняться, поэтому Лили стала для них чем-то вроде радио. Ей вовсе не хотелось сейчас играть на гитаре, но уже спустя десять минут своего шоу она заметила, что добилась нужного результата. Северус теперь точно знал о том, что девушка была в Большом Зале. Он делал вид, что его нисколько не интересует то, чем занимаются гриффиндорцы, сосредоточившись на какой-то книге. Но Лили видела, что его раздражённый взгляд то и дело проскальзывал по ней. Вот только это, наоборот, подогревало её интерес. — Эва, а ты знаешь эту песню? — спросил ее Седрик, после чего прошептал название ей на ухо. Она с удивлением посмотрела на него и тут же кивнула, не ожидая от волшебника таких познаний в маггловской музыке. — Сыграешь её? Я могу подпеть! — Не знала, что волшебники фанатеют от Фредди! — фыркнула Лили, но всё же прошлась пальцами по струнам, пытаясь вспомнить первые аккорды. Ей хотелось поскорее закончить с этим спектаклем, но, с другой стороны, игра на гитаре всегда успокаивала её нервы.

Tonight I'm gonna have myself a real good time (сегодня я по-настоящему хорошо проведу время) I feel alive (чувствую себя живым) And the world I'll turn it inside out, yeah (а весь мир будто переворачивается на изнанку) I'm floating around in ecstasy (я парю в экстазе) So, don't stop me now (так не останавливайте меня сейчас) Don't stop me (не останавливайте) Cause I'm having a good time, having a good timе… (потому что я так хорошо провожу время…)*

Маггловская группа Queen понравилась даже слизеринским снобам, которые прекратили свои разговоры и обернулись на импровизированный концерт гриффиндорцев. Стоило признать, что Седрик пел весьма недурно, и для первого раза их дуэт звучал очень даже прилично. Заводная песня подняла боевой дух Лили, и ей не терпелось пойти на разведку, чувствуя себя наполненной изнутри. В ее голове разворачивались картинки того, как она будет выбираться из Большого зала, чтобы осуществить задуманное, но всего на одну минутку Лили отвлеклась. Девушка оглянулась по сторонам, рассматривая лица своих товарищей по учёбе, которые дружно подпевали слова припева. Все они выглядели очень сплочённо, находясь поверх спальных мешков в нелепых пижамах. Без масок, косметики и фальши. Под заколдованным звёздным небом Большого Зала, сверкая взглядами, которые искрились ярче звёзд. И все это дарило необъятное чувство тепла и уюта, будто ей снова четырнадцать лет, и Лили ещё не знала ни предательства, ни боли, ни отчаяния. Словно она была обычным подростком, переживая лишь о том, как бы понравиться парню. — Грин, хорош тренькать! — послышался хмурый голос Северуса, и его присутствие в очередной раз отрезвило ее. Напомнило о том, что у неё есть гораздо более серьезные дела, чем обычные подростковые неприятности. — Расходимся по своим местам! Давайте, Поттер, пошевеливайтесь. И вы, Диггори, кажется, пуффендуйцы ночуют в той части зала! Седрик задорно подмигнул Лили, поблагодарил за великолепную игру на гитаре и отправился к своим сокурсникам. Остальные были крайне недовольны тем, что веселье оборвали на самом интересном месте, поэтому с бурчанием расходились по своим спальным мешкам. Лили тоже сделала вид, что недовольна происходящим, но на самом деле знала, что совсем скоро наступит второй этап её плана. Осталось только дождаться подходящего момента.