Сделка с Дьяволом

Лили казалось, что у неё в запасе много времени, но три недели пронеслись слишком быстро. Каждый день был наполнен множеством дел, начиная от посещения уроков, заканчивая тайными встречами с Северусом или посиделками с ребятами в гостиной Гриффиндора. Конфликт между Роном и Гермионой постепенно начал сглаживаться, однако парень кривил лицо каждый раз, когда мимо них проходил Виктор Крам. Лили знала, что девушка позволяла болгарину лишь сопровождать её в библиотеку да недолго гулять после ужина, но Рон, кажется, считал иначе. Гарри в последнее время стал очень тихим, и Лили заметила это еще тогда, когда вернулась с каникул. Он пытался вести себя обычным образом, однако Лили без их связи поняла, что с сыном происходило что-то неладное. Это проскальзывало в его взгляде, когда мальчик думал, что за ним никто не наблюдает, в растерянности его мыслей, от которых веяло тоской и холодом. Самым невыносимым для неё было то, что Гарри не спешил делиться своими душевными переживаниями, отшучиваясь и продолжая хранить всё в себе. Видимо, это их семейная черта характера. Лили каждую ночь засыпала с тяжёлым сердцем, зная, что близилось очередное испытание, и даже усердная подготовка к нему не давала стопроцентной уверенности. Подсказка в золотом яйце содержала намёк о месте проведения испытания, вот только это было лишь верхушкой айсберга. Девушка не знала, какие трудности могли возникнуть под водой и что именно у неё украдут, поэтому чувствовала себя совершенно неподготовленной. — Этой порции жаборослей хватит на полтора часа, но я надеюсь, что ты справишься гораздо быстрее, — сказал Северус накануне испытания, вложив в её ладонь смутного вида водоросли. — Ты уверен, что это сработает? — хмуро ответила Лили, пусть у неё и был наготове запасной план. — Уверен. Она ещё раз с недоверием посмотрела на жабросли и сунула их в карман, надеясь, что действие будет таким, как описывалось в книге. Лили на всякий случай разучила заклинание головного пузыря, о котором ей поведал Седрик, однако надеялась, что оно так и не пригодится. Эффект жаборослей был намного лучше, ведь включал в себя не только способность дышать под водой, но и возможность проплывать большие расстояния благодаря ластам и перепонкам между пальцев рук. Утром двадцать четвёртого февраля Лили не спустилась в Большой зал, понимая, что с полным желудком ей будет сложнее находиться под водой. Поэтому она несколько раз прокрутила в своей голове примерный сценарий своих действий, заплела волосы в тугую косу, чтобы они не мешались, переоделась и в очередной раз прочитала заученную информацию о жаборослях. В половину девятого утра она покинула спальню девочек, чтобы заранее явиться к Чёрному озеру, и с волнением оглядела трибуны, которые возвышались вдоль берега. Как будто кто-то мог увидеть, что будет происходить в глубинах озера! — Страшно? Лили вздрогнула и обернулась, натыкаясь взглядом на бледное лицо Седрика. Кажется, парень тоже переживал о том, как пройдёт второе испытание, пусть его участие в Турнире и было добровольным, в отличие от её — принудительного. — Меня не исключат из Гриффиндора, если я скажу, что готова сдаться заранее? — с усмешкой спросила девушка, а Седрик улыбнулся и качнул головой. — Ты — самая смелая девчонка из всех, кого я знаю! — признался он, опустив взгляд в сырой и грязный снег под ногами. Лили всегда чувствовала себя неуютно, когда Седрик вёл себя подобным образом, поэтому перевела взгляд вдаль, чтобы отвлечь его внимание на что-нибудь нейтральное. — Смотри! — воскликнула она, указывая кивком головы в сторону замка. — Народ подтягивается! Скоро объявят старт! — Уже? — растерянно отозвался Седрик, теряя нить разговора. — Мы будем плыть вместе? — Лучше не стоит, — уклончиво ответила Лили, надеясь, что её опасения не подтвердятся и что самым ужасным за всё время испытания будет нахождение в ледяной воде. — Не думаю, что судьи оценят наш тандем. Седрик согласился с ней и не стал протестовать, пусть Лили и видела, что ему хотелось что-то добавить. Однако он оставил возражения при себе, так как к ним почти сразу же подошёл Аластор Грюм. — Надеюсь, вам хватило ума разгадать загадку? — грубо поинтересовался он, пристально оглядев каждого по очереди. — Да, сэр, — отчеканил Седрик, — можете не переживать. Все пройдёт на высшем уровне! Грюм недоверчиво хмыкнул и пошёл дальше, насвистывая себе под нос незамысловатую мелодию. Но стоило ему отойти, как к ним подошли Виктор Крам, Людо Бэгмен, Флёр и Бартемиус Крауч. Лили нахмурилась, вспоминая одну из своих теорий о том, что Крауч-младший мог действовать через своего отца, поэтому настороженно наблюдала за ним, пытаясь уловить во взгляде тень Империуса. Вот только он выглядел нормально, да и на девушку обращал внимания не больше, чем на других чемпионов. — …и вам нужно вынырнуть со своим трофеем раньше, чем это сделает другой чемпион, — говорил Людо Бэгмен, и Лили с сожалением осознала, что пропустила большую часть его речи. — Помните, в вашем распоряжении всего один час. Если кто-то из вас не успеет вовремя вынырнуть, то автоматически займёт последнее место в этом испытании. Бэгмен пожелал всем удачи и направился в сторону трибуны, и Лили была уверена, что услышала его тихое: «Надеюсь, вы справитесь и не утонете». Оптимистично. Мистер Крауч удалился вслед за Бэгменом, оставляя четырёх ребят около пирса, и стоило Лили бросить взгляд на трибуны, как она заметила немалую толпу студентов. Ей вспомнилось первое испытание, когда она перед всей школой должна была сразиться с драконом, поэтому сегодня она была рада иметь возможность спрятаться в глубинах Чёрного озёра. Там её хоть Гарри не увидит. И Северус, который беспокоился об успешном окончании испытания не меньше, чем сама Лили. Людо Бэгмен ещё раз повторил основные моменты, но уже для зрителей, и после этого раздался оглушительный свист. Лили стянула с себя тёплую мантию и обувь, сунула в рот жабросли, с трудом поборов рвотный рефлекс, и прыгнула с пирса в ледяную воду, чувствуя, как кожу будто огнём опалило. На несколько мгновений из неё вышибло дух от резкой смены температур, однако не прошло и пяти секунд, как она почувствовала изменения: под ушами прорезались жабры, между пальцами на руках появились перепонки, а ступни увеличились почти в два раза. Да и вода теперь не казалась такой ледяной, как всего несколько секунд назад. Северус был прав, когда сделал ставку на жаборосли, а не на заклинание головного пузыря. Ведь именно он настоял на том, чтобы отыскать редчайший ингредиент. Лили осмотрелась по сторонам, замечая Виктора Крама, который частично превратил себя в акулу и теперь без лишних проблем лавировал сквозь стайки пугливых рыб. Флёр, как и Седрик, воспользовалась заклинанием головного пузыря, правда, выглядела она не настолько решительно, как юноши, ведь они оба не стали терять время и отправились на поиски украденных ценностей. «И мне бы не помешало этим заняться!» — напомнила себе Лили, ускоряя темп. Чем глубже она заплывала, тем хуже была видимость. Со дна поднималась илистая муть, да и водоросли маячили перед глазами, из-за чего Лили видела лишь на десять футов вокруг. Вода приятно холодила тело, и девушка похвалила себя за то, что решила надеть закрытый купальник, а не штаны и водолазку. Ничто не сковывало ее движений, из-за чего плыть было гораздо легче. Будто она не испытание проходила, а отдыхала в воде жарким июльским днём. Но рано она обрадовалась, ведь всего через несколько минут, когда вокруг неё были лишь водоросли да тишина, давящая на слух, появились гриндилоу. Лили среагировала настолько быстро, насколько позволяла резкость движений в воде, выхватила из специального крепления, похожего на ножны, волшебную палочку и невербальным Релассио отбилась от надоедливых водных тварей. Однако гриндилоу оказалось гораздо больше, чем она могла себе представить, поэтому Лили не стала тратить время на борьбу в одном месте и поплыла дальше, попутно отбиваясь от водяных существ. «Куда мне вообще нужно плыть?» — думала она, оглядываясь по сторонам. Никто не предупредил их о том, какой именно путь нужно было совершить, чтобы добраться до украденных драгоценностей, поэтому девушка пыталась выцепить взглядом хоть какую-нибудь подсказку. Гриндилоу следовали за ней по пятам, не давая расслабиться хоть на десятую долю секунды, и вкупе с плохой видимостью и оглушающей тишиной это имело очень пугающий эффект. Но вдруг Лили услышала знакомую песнь, слова которой разносились под водой мистической а капелла. — На поиски даем тебе один лишь час… Лили поплыла ещё быстрее. Впереди в мутной воде показался громадный камень с рисунком, на котором были изображены тритоны, держащие в руках копья и гонящиеся за гигантским кальмаром. Лили миновала стороной камень и поплыла дальше на русалочью песню, которая с каждым пройденным футом становилась всё громче и яснее:  — Минуло полчаса, спеши! Скорей пропажу забери… «Сколько?!» — мысленно поразилась Лили, мышцы которой уже ныли от физических нагрузок. Она преодолела ещё десяток футов, после чего замерла на месте, увидев главную цель испытания. То, зачем она проделала такой долгий путь под водой, сражаясь с гриндилоу, что затерялись пару минут назад. Четыре столба стояли прямо у входа в подводный город, каменные изваяния которого виднелись чуть далее. К каждому из столбов были привязаны четверо людей: Амос Диггори, незнакомая белокурая девочка лет девяти и двое до боли знакомых гриффиндорцев. Гарри и Гермиона. Лили выругалась, но так и не услышала ни единого звука. Пузырьки воздуха затерялись в мутной воде, но девушка не обратила на них внимание, ведь со всей скорости рванула в сторону сына и Гермионы. Сердце колотилось как сумасшедшее, а воздуха не хватало даже при наличии жабр. Она не могла поверить, что кто-то мог поступить так с ни в чем не повинными людьми и приковать их к столбам посреди Чёрного озера. «Есть только час, потом пропажи не вернуть», — вспомнились Лили слова песни, от которых кровь застыла в жилах, а разум отказывался верить в то, что все это происходит с ней на самом деле. Стоило ей добраться до Гарри, как холодок вновь прошёлся по ее венам, заставляя замереть на месте. Его кожа была зеленоватого оттенка, опущенные веки скрывали весь тот ужас, что происходил вокруг, а волосы, которые успели отрасти на несколько дюймов за последние недели, мерно покачивались из стороны в сторону. Лили с трудом могла видеть своего сына в таком состоянии, ведь он был до ужаса похож на мертвеца. «Забирай его и уходи!» — кричал разум, но Лили оглянулась на Гермиону, почувствовав очередной укол ужаса. Вокруг них были лишь русалки, что злобно поглядывали на девушку, да величавые тритоны. Трое других чемпионов ещё добирались до площади перед подводным городом, что заставило Лили переживать. «А что, если кто-то не сможет преодолеть путь и так и не доберётся до цели? Что, если это будет Виктор Крам, который, судя по всему, должен был забрать Гермиону? Что, если он так и не заберёт её?» — думала Лили, пытаясь составить план действий. Она сомневалась в том, что судьи позволили бы пленникам остаться под водой, но её все же коробило от мысли, что Гермиона находилась в опасности. Но стоило Лили только приблизиться к двум узникам ещё на один фут, как четыре русалки, охраняющие свою территорию, пришли в движение и стремительно настигли её. Их злобные желтые глаза сверкнули в полутьме озера, обрушив на Лили всю свою ярость, а цепкие руки схватили за оба предплечья. — Поттер-р! — шипящим голосом сказала одна из них, и Лили почувствовала, как ее потянуло вниз. Туда, где вихрилась илистая муть, скрывая от посторонних глаз дно озера. Туда, где девушка совсем не хотела оказаться. Она видела, что буквально через несколько секунд из толщи воды выплыл Виктор Крам. Он одним рывком острых зубов перекусил веревку, которой была привязана Гермиона, бросил на Лили, которая из всех сил пыталась вырваться из оков чужих рук, беглый взгляд и поплыл дальше. — Ты зашла слишком далеко, девчонка Поттер! — прошипела вторая русалка, и Лили со всей мощи двинула ей локтем в голову. Она отпустила её, после чего девушка сконцентрировала своё внимание на другой русалке, больно ударив ее ногой в живот. Рука с волшебной палочкой оказалась на свободе, и Лили воспользовалась своим положением, чтобы отбиться от двух оставшихся хвостатых девиц. «Барти всё-таки сделал мне подлянку!» — зло подумала она, пытаясь выплыть вверх. Но цепкие ручонки русалок схватили её за обе ноги, утягивая обратно, и Лили даже не могла попасть в них заклинанием, чтобы отбиться. Их острые когти царапали голую кожу, и девушка видела, как вокруг неё появилась мутно-красная дымка. — Вонючие рыбешки! — воскликнула Лили, но вместо своего голоса услышала лишь бурление пузырьков, вырвавшихся изо рта. К счастью, на горизонте показался Седрик, который, в отличие от Крама, не оставил девушку в беде и тут же поспешил к ней. Русалки утягивали её все глубже, не давая возможности вырваться, но и Диггори не терял времени. Ему было куда удобнее стрелять заклинаниями, чего не скажешь о самой Лили, и он сумел отбить сразу двух русалок. — Ты не должна была выжить, девчонка Поттер! — прошипела одна из оставшихся, укрываясь от лучей заклинаний. Лили лягнула её пяткой в лоб, стараясь не думать о том, что Седрик был слишком близко, чтобы услышать слова русалки. — Тебе не стоит совать свой нос в чужие дела, если хочешь остаться с сыном! — воскликнула четвёртая, но Седрик ловко избавился от неё, вытягивая Лили со дна озера. Девушка со всей яростью гребла руками, стараясь достигнуть Гарри, ведь если она отвлечется хоть на одну постороннюю мысль, то не выдержит напряжения и взорвется. Сейчас на первом месте стояло спасение сына, а не то, что Седрик прекрасно слышал последние слова русалок и какие выводы он мог сделать. Все это было сущей ерундой по сравнению с тем, что произошло минутой ранее, поэтому девушка старалась подавить внутренний страх. «Гарри. Важен лишь Гарри», — твердила она себе, на ходу перерезая заклинанием веревку. Лили обхватила сына за талию одной рукой и потащила следом за собой, боковым зрением замечая, что Седрик сделал то же самое со своим отцом. Но вдруг ей на глаза попался почти призрачный образ белокурой девочки, которая единственная осталась привязана к своему столбу. Лили махнула свободной рукой Седрику и указала на «трофей» Флёр, за которым та так и не явилась. Диггори нахмурился и лишь кивком головы показал, что стоит вернуться. Лили покрепче перехватила Гарри и последовала за Седриком, чтобы помочь ему с освобождением девочки. Пока Диггори подтягивал её наверх, Лили заметила рябь на самом дне озера, которое скрывал ил, и, приглядевшись, она увидела мужчину. Мужчину, который периодически мелькал в её кошмарах, то убивая её прямо посреди оживлённого Косого переулка, то закапывая в собственной могиле. Крауч. Лили разрывалась между желанием рвануть вперёд и отомстить за всё то, что он ей сделал, и желанием сбежать, чтобы уберечь не только Гарри, но и Седрика, которые даже не подозревали об опасности. Крауч сверкнул зубами в кривой усмешке, когда заметил на себе взгляд девушки, и ей оставалось лишь «бежать». Она одной рукой продолжала тянуть за собой Гарри, а другой — белокурую девочку. Седрик не разделял её рвения поскорее выбраться наружу, однако ускорил темп, чтобы не отставать от девушки. Глоток свежего воздуха показался ей слишком морозным и долгожданным, однако не успела Лили вдохнуть его хоть ещё раз, как почувствовала рывок вниз. Она вновь оказалась под водой, только Гарри остался на поверхности. Лицо Крауча мелькнуло около её живота, и девушка со всей злости замахнулась коленом, наплевав на то, какой болью его прострелило из-за дальнейшего соприкосновение с ненавистным лицом Крауча. «Так тебе, зар-раза!» — мысленно усмехнулась Лили, после чего выпустила в дезориентированного мужчину невербальное Инкарцеро. Тугие веревки обвили его по рукам и ногам, но девушка сочла, что этого будет слишком мало, поэтому схватила за одну из верёвок и шмальнула в Крауча Петрификусом Тоталусом. Ей до безумия хотелось отпустить его, чтобы ублюдок почувствовал хоть толику того, что испытала она, находясь под землей, но он нужен был ей живым. Судя по жабрам, перепонкам на руках и ластам, Крауч тоже воспользовался жаброслями, и вряд ли его хватило бы хоть на пару часов, чтобы не умереть. Лили искренне желала ему мучений, однако смерть была слишком легким вариантом. К тому же она хотела выпытать из него все, что только было возможно. Лили загорелась этой идеей, но получила от ворот поворот сразу же, как всплыла на поверхность озера. — Что произошло? — воскликнул Седрик, помогая удерживаться на плаву Гарри, Амосу Диггори и белокурой девочке, которые уже пришли в сознание, но всё ещё были дезориентированы. — Гриндиллоу, — отмахнулась она, удерживая под водой парализованного Крауча. Она не представляла, как сумеет вытащить его на берег, не привлекая внимание окружающих, поэтому плыла вместе с ним, на ходу придумывая новый план. Седрик больше не задавал вопросов, потому что отвлёкся на разговор с отцом, а Лили с трудом улыбалась Гарри, который не переставал восхищаться ей, и тянула за собой тяжелый груз. Уже у самого берега Лили озарила потрясающая идея, и она поспешила трансфигурировать Крауча в небольшой камень. К сожалению, у неё не было даже кармана, чтобы спрятать его от взора окружающих, поэтому ей пришлось сказать Гарри, что это сувенир на память. «Сувенир, который закопает тебя под землю, если вновь вернёт возможность колдовать!» — язвительно подметило подсознание, и девушка нахмурилась, ведь не знала, что будет делать с Краучем. Не могла же она притащить его в гостиную Гриффиндора, чтобы привязать к стулу и пытать газовой горелкой? Да ещё и на глазах у остальных студентов! — Прекрасно, трое чемпионов удачно завершили своё испытание! — послышался громкий голос Людо Бэгмена со стороны трибун, и Лили на автомате спрятала свою руку с камнем за спину. — К сожалению, мисс Делакур так и не смогла добраться до своего трофея, поэтому ей присуждается всего двадцать пять очков за прекрасное владение заклинанием головного пузыря. Мистер Крам первый успешно завершил испытание, поэтому судьи приняли решение наградить его максимальным количеством очков. Далее Бэгмен объявил результаты Лили и Седрика, которые получили по девяносто пять баллов. Растроганная их поступком Флёр пыталась настоять на том, чтобы им присудили ещё по пять очков до максимального количества, но её быстренько угомонила мадам Максим. Как оказалось, та белокурая девочка была младшей сестрой Флёр, которую, как и мистера Диггори, пригласили специально для испытания. Лили старалась выглядеть непринуждённо, но её то и дело потряхивало от нетерпения. Камень в кармане мантии, которую она натянула на себя сразу же, как оказалась на берегу, казался неподъёмным и напоминал о себе свербящей тяжестью. Ей хотелось поскорее приступить к активным действиям, пусть в голове ещё пока только зрел план пыток заложника. От предстоящего события у неё кружило голову, а ярость перекрывала даже самые сильные инстинкты самосохранения. В руках Лили был не просто очередной пожиратель смерти, а ублюдок, который хотел похоронить её заживо. Но несмотря на весь запал, девушка не до конца растеряла рациональную часть себя, поэтому сперва хотела поговорить с человеком, который беспристрастно смотрел на многие вещи. Конечно, Северус был необъективен, когда дело касалось Лили, но благодаря своему холодному уму он был в состоянии уберечь девушку от безрассудных поступков. А ещё он был достаточно жесток, чтобы с присущим ему изяществом подать холодное блюдо под названием «месть». Но и тут было всё не так просто, ведь толпа гриффиндорцев во главе с Минервой Макгонагалл никак не желала отпускать Лили, пока не расспросят обо всех подробностях второго испытания. Девушка с неохотой поплелась вместе с ними в общую гостиную, надеясь как можно быстрее расправиться с разговорами, но ей всё же удалось улучить момент, чтобы передать камень Северусу и в двух словах описать суть проблемы. И взгляд, которым он проводил Лили, буквально кричал о том, что её саму ждали дополнительные проблемы. Гостиная Гриффиндора ещё никогда ранее не была настолько оживлённой гомоном студентов, как в этот раз. Лили с трудом слышала свои мысли, не говоря уже о том, что ей пытались сказать остальные ребята. Троих четверокурсников, которые сегодня находились под водой, пустили поближе к разожженному камину, чтобы они вдоволь насладились теплом после заплыва в ледяной воде. Однако Лили все ещё чувствовала сковывающий тело холод, который исходил из самой души, и её бросало в дрожь всякий раз, когда она думала о предстоящем разговоре с Краучем. — Знаешь, я очень польщен тем, что именно меня выбрали в качестве важного для тебя человека, — признался Гарри, пододвигаясь ближе к девушке. Лили бросила на него смущённый взгляд, ведь мальчик мог по-своему расценить степень её привязанности, и пожала плечами. — Ты — мой лучший друг, — ответила она, стараясь сделать упор на последнее слово, и Гарри растянул губы в довольной улыбке. — Думаю, что если бы я был на твоём месте, то мне бы пришлось спасать именно тебя, — сказал он, а Лили удивлённо вскинула брови. — Ты не просто моя лучшая подруга. Ты — член семьи. Девушка почувствовала, как горло сдавило от подступающих слёз, и всё, что она могла сделать — это улыбнуться ему. Настолько искренне, насколько способна была только любящая мать, которая с нежностью хранила в своём сердце каждое воспоминание с участием своего ребёнка. Слова Гарри наполнили её светом, что исходил из самого сердца, и всего на пару минут девушка забыла обо всех проблемах, радуясь маленькой победе в большой игре. Ведь он не просто назвал её членом своей семьи. Гарри поставил её выше всех остальных. Наверно, поэтому Лили не особо спешила покидать гостиную Гриффиндора. Она была рада сидеть плечом к плечу с Гарри, пусть им больше и не удалось поговорить. Девушка чувствовала его поддержку даже тогда, когда он молча наблюдал за тем, как она рассказывала ребятам о приключениях под водой. Разумеется, Лили не стала говорить о нападении русалок, которые, скорее всего, были под Империусом Крауча, но зато охотно поделилась впечатлениями о схватке с гриндиллоу. И как бы она ни хотела оттянуть неизбежный момент, ей всё же пришлось воспользоваться первой попавшейся на ум отмазкой, чтобы слинять. За то время, что Лили провела в гостиной Гриффиндора, она успела немного остыть, чтобы трезво рассудить о предстоящем «разговоре» с Краучем. Девушка мысленно накидала список необходимых заклинаний, которыми собиралась воспользоваться, а также составила примерный план действий. «Как я докатилась до такой жизни?» — думала она, понимая, насколько сильно изменилась со времён своей прошлой жизни. Та Лили пусть и была отважной, но никогда бы не думала с таким наслаждением о предстоящих пытках другого человека, хоть и такого паршивого, как Барти Крауч. Та Лили не вела двойную жизнь, с трудом лавируя в омутах своей же лжи. Та Лили была доброй, милой и домашней девушкой, а теперь она бы сошла с ума от перспективы такой скучной, пусть и безопасной, жизни. «Может, я и не хочу быть той Лили?» — оправдывала себя она, ведь нынешняя жизнь хоть и была полна страданий и опасности, всё же дарила неповторимые эмоции. Несмотря на некую скованность действий, Лили чувствовала опьяняющую свободу, поэтому, оглядываясь назад, она больше не хотела быть той безропотной девчонкой, прячущейся за спиной более сильного партнёра. Девушка думала об этом до самого подземелья, чувствуя необходимый подъем сил. Северус ждал её в своём кабинете, и стоило Лили появиться в проёме двери, как он тут же подскочил со стула. — Не хочешь мне объяснить, что всё это значит? — прошипел Северус, наблюдая за тем, как девушка запирает дверь заклинанием и накладывает заглушку. — Этот ублюдок устроил мне засаду под водой! — воскликнула она, впиваясь яростным взглядом в камень на его рабочем столе. — Сначала Крауч действовал через русалок, но они не смогли со мной справиться, — Лили специально умолчала о том, что Седрик помог ей, дабы не провоцировать новый конфликт. — А потом он начал действовать своими руками, когда мы почти выбрались из воды! — Что? — ахнул Северус, переводя взгляд то на злополучный камень, то на Лили, которая едва не искрилась от ярости. — Но в этот раз я оказалась быстрее него, — продолжила она, нервно нарезая круги перед рабочим столом Северуса. — Я не могла выйти с ним на берег, поэтому трансфигурировала его в камень. Лили с мрачной усмешкой подумала о том, что за такую качественную трансфигурацию человека в неживой предмет профессор Макгонагалл могла бы освободить девушку от посещения своих уроков. — И что ты хочешь с ним сделать? — уже спокойнее спросил Северус. — Отомстить? — Для начала я хочу с ним побеседовать. У тебя же есть в запасе сыворотка правды? — Есть, но… — Доставай, — сказала Лили, воодушевившись. — А я пока займусь Краучем. Северус бросил на неё недоверчивый взгляд, но всё же исполнил её просьбу. Он скрылся в каморке с ингредиентами и зельями, а Лили развернула стул к себе, положила на сиденье чертов камень и сделала глубокий вдох, приготовившись действовать молниеносно. Как она и ожидала, Крауч пришёл в движение сразу же, как она расколдовала его. Но Лили ловко выбила из его рук палочку, пожалев, что предыдущие заклинания потеряли свой эффект, пока Крауч находился в своём самом безобидном амплуа. Ей пришлось заново связать его, чтобы он никуда не сбежал, однако ублюдок без умолку сыпал ругательствами, что действовало ей на нервы. — И что ты со мной сделаешь, жалкая девчонка? — вопил он, прожигая Лили яростным взглядом. — У тебя кишка тонка, тупая ты сука! — Конечно, мне ведь далеко до такого садиста как ты, Барти, — девушка говорила почти безэмоционально, сконцентрировав своё внимание на узнике. Северус вышел из кладовой, смерив Крауча ненавидящим взглядом, и передал Лили флакончик с зельем. — Сне-ейп! — Крауч разразился оглушительным смехом, от которого кровь застыла в жилах. — Сколько лет, сколько зим! Тёмный Лорд будет счастлив узнать, что ты помогаешь девчонке Поттер! — Завали, Барти! — зло процедила Лили, понимая, что за четыре года переняла у Рона несколько его словечек. — Как ты сбежал из Азкабана? — спокойным тоном поинтересовался Северус, будто не обращая внимание на перебранку. — Кто тебе помог? — Так я тебе и сказал! — фыркнул Крауч, и Лили растянула губы в плотоядной усмешке. — Северус, ты не поможешь мне обслужить нашего гостя? — наигранно милым голосом поинтересовалась девушка, однако её взгляд оставался таким же ледяным, как и минутой ранее. Северус бросил на Лили удивленный взгляд, но всё же подошёл к Краучу и с силой разжал его челюсти. Девушка откупорила флакон и вылила зелье до последней капли, с мрачным удовольствием наблюдая за тем, как в глазах пленника появился страх. — Надеюсь, это поможет укротить твою строптивость, — сказала она. — Так как ты, говоришь, сбежал из Азкабана? — Мой папаша решил, что сможет перевоспитать меня, — признался Крауч. — Он держал меня под Империусом, пока я не нашёл в себе силы сопротивляться ему. Именно он помог мне выбраться из Азкабана, поместив вместо меня свою собственную умирающую жену! — Твой отец… что? — Лили даже на пару мгновений забыла о том, с кем разговаривала, ведь поступок старшего Крауча был омерзителен. — Мать умерла через несколько дней после моего освобождения, а отцу было… плевать! Он загорелся идеей перевоспитать меня, однако не учёл, что я могу сбежать. — И потом ты нашёл Темного Лорда, — догадался Северус. — Что было дальше? Как ты узнал о Лили? — Темный Лорд рассказал мне о том, что девчонка сумела обмануть смерть и теперь учится в Хогвартсе со своим сыном. Он приказал мне напасть на Аластора Грюма и занять его должность преподавателя Защиты от Темных Искусств, — Крауч был доволен тем, какой эффект произвёл своими последними словами, и с удовлетворением наблюдал за реакцией Лили и Северуса. — Да, все это время я был прямо здесь. Я наблюдал за всеми, манипулировал тобой, Поттер! Я кинул твоё имя в Кубок, и всё должно было идти по моему плану. Но ты рассердила моего хозяина во время зимних каникул, и он приказал избавиться от тебя. Я надеялся, что расправился с тобой, поэтому не спешил возвращаться в Хогвартс. А потом я увидел статью Скитер в «Ежедневном пророке» и понял, что ты ещё жива. Я вернулся и несколько раз пытался убить тебя, но ты даже не заметила, как вновь избежала смерти. — Ты ещё раз пытался убить меня? — удивлённо переспросила Лили, чувствуя, как по коже побежали мурашки. — Трижды. Его губы были растянуты в довольной усмешке, а Лили едва могла подобрать слова, чтобы выразить всю степень своей ярости. — Ублюдок… — прошипел Северус, сделав несколько шагов в его сторону, но Лили остановила его. — Не стоит пачкать руки, — сказала она. — Так ты, Снейп, во всем потакаешь этой девчонке? — усмехнулся Крауч. — Совсем скоро мы проведём ритуал, и Тёмный Лорд обретёт былую силу. Ты же знаешь, что он с тобой сделает? В первую очередь он разберётся с Поттерами. С этой грязнокровкой и её выблядком. А потом он с радостью убьёт тебя за предательство… Кабинет перед глазами Лили пришёл в движение, и девушка едва держала себя в руках, чтобы не придушить Крауча собственными руками. — Ты знаешь, что Тёмный Лорд делает с предателями, — не унимался он, упиваясь каждым сказанным словом. — Он не просто убьёт тебя… он доведёт тебя до безумия своими пытками… Шум в ушах сплетался с мерзким голосом Крауча, и девушка чувствовала, что готова вот-вот сорваться… — Ты не сможешь спрятаться от него, когда Тёмный Лорд вернёт свои силы. Он найдёт тебя, твою потаскушку и её выблядка, а затем… Лили почти услышала, как в голове что-то щелкнуло, отдавая последний приказ. Вместе с шумом в ушах будто звучал назойливый голос, который умолял её сделать хоть что-нибудь. «Спаси их! Ты знаешь нужное заклинание!» Девушка почувствовала, как бурлящая в ней ненависть прошлась по всему телу, устремляясь к кончикам пальцев на правой руке, а в следующий момент она услышала низкий женский голос, который принадлежал ей. Спаси! Спаси их… — Авада Кедавра!