Сделка с Дьяволом

Всё бесповоротно изменилось, и если Лили уже давно ощущала сковывающий грудь страх неизбежности, то остальные только сейчас смогли оценить степень угрозы, нависшей над магическим сообществом. В министерстве магии начался грандиозный переворот, в ходе которого магглорожденные волшебники не только подверглись сокращению, но и были вынуждены податься в бега. Темные времена подкрались слишком неожиданно, и многие теперь не рисковали покидать свои дома. Паника охватила не только взрослое население магической Британии, но и обычных студентов, которые боялись покидать школу и возвращаться домой. Они знали, что находились в безопасности, пока Дамблдор возглавлял Хогвартс, поэтому мало кто радовался скорому окончанию учебного года. Но были и в темные дни моменты радости, которые скрашивали серые будни яркими красками. Лили с грустной улыбкой наблюдала за теми студентами, которые пытались вести себя непринуждённо, будто за чертой школы не шла ожесточенная война за власть. Будто не было нападений на магглорожденных, не было разрушенных домов, над которыми клубилась темно-зелёная дымка метки Волдеморта. — Сириус предложил переехать к нему, — сообщил Гарри, когда они вдвоём возвращались в гостиную Гриффиндора. — Глупости! — фыркнула Лили, нахмурившись лишь от одного упоминания имени друга. — Я уже предупредила Оливию, что ты будешь жить с нами. Нет, ты, конечно, можешь отправиться к Сириусу, просто я подумала… — Нет-нет! — перебил её Гарри, расплываясь в широкой улыбке. — Я хочу жить с тобой! А Сириуса мы можем навещать вместе, тем более вы в хороших отношениях. «В очень хороших!» — с натянутой улыбкой подумала Лили, но вслух так ничего и не ответила. Гарри не знал об их размолвке, поэтому девушка не представляла, как будет выкручиваться, когда они на лето вернутся в дом семьи Грин. — Всего через две недели будет третье испытание, — сказал мальчик, осматривая полупустую гостиную Гриффиндора. — Не боишься? — Турнир едва ли занимает важное место в моих мыслях, — призналась Лили, ведь были куда более серьезные темы для раздумий. — Жаль, что мы обязаны закончить все испытания. Была бы моя воля, я бы отказалась от участия. — Я даже не сомневаюсь в твоей победе, — поддержал её Гарри, прежде чем отправиться к Рону и Гермионе. — Чем заняты? — Гермиона обновляла список заклинаний для Отряда Дамблдора, а я ей старался помочь, — ответил Рон, получив в ответ суровый взгляд подруги. — Не слушайте его, он меня только отвлекал, — ответила она, но Лили заметила, как дрогнули уголки её губ. После ссоры перед Святочным балом их отношения из натянутых плавно начали перерастать в нечто большее, чем просто дружба. Рон стал намного внимательнее к девушке и активно помогал ей во всех начинаниях, даже если для этого приходилось корпеть над книгами в библиотеке. Гермиона была удивлена сменой его поведения, и незаметно для всех Крам отошёл на задний план. Несмотря на то, что у гриффиндорки с Виктором были подчёркнуто дружеские отношения, она решила отдалиться от него, чтобы не разрушить то тёплое чувство, что зарождалось между ней и Роном. И за этим было очень интересно наблюдать. — Мы же хотели вместе обновить список, — напомнила ей Лили, чувствуя долю вины за то, что пользовалась готовым планом Гермионы на занятиях со студентами. — Я не хотела тебя нагружать, ведь ты без того очень занята, — с невеселой улыбкой ответила она, закрывая чернильницу. — Гарри сказал, что в субботу состоится собрание Ордена, поэтому я перенесла занятие на вечер воскресенья. Или у тебя другие планы? — Нет, я свободна. — Отлично, потому что в воскресенье ожидается много новых лиц, — сказала Гермиона, нахмурившись, и ребята без пояснения поняли, в чем крылась причина прибавления в рядах Отряда Дамблдора. Страх. Всеми двигал страх, который зудел под коркой мозга, стоило лишь представить, что будет дальше. Лили было невыносимо противно от одной мысли, что дети хотели научиться боевой магии, чтобы принять участие в грядущей войне. Это было настолько неправильно и дико, что хотелось выть от бессилия и защитить остатки детства, которые рушились под натиском беспощадных времён. Знал ли Темный лорд, скольких студентов он обрёк на раннее взросление, пока безжалостно пробирался к господству над магической Британией? Но Лили не могла их осуждать, ведь ей самой приходилось проходить через подобные испытания. Да, она была взрослее тех второкурсников, которые приходили к ней на дополнительные занятия, но это не умаляло значимости былых сражений, когда ей было всего восемнадцать лет. Война не жалела ни детей, ни стариков, и единственное, что оставалось делать — сражаться. В субботу на собрании Ордена присутствовали далеко не все, потому что многие были заняты не стратегией, а прямым участием в битвах. Лили с беспокойством смотрела на те места, где должны были сидеть Сириус и Римус, и едва могла сосредоточиться на наставлениях Альбуса Дамблдора. Поэтому когда пришло время возвращаться в Хогвартс, Лили не смогла покинуть дом. Она знала, что сможет избавиться от ноющего беспокойства лишь тогда, когда увидит обоих живыми и невредимыми. Это было гораздо важнее любых ссор и обид, ведь девушка не знала, как сможет жить, если пострадает хоть один из её друзей. Особенно Сириус, с которым она так и не успела помириться. Дом, в котором она провела столько времени после амнистии Сириуса, выглядел зловеще без своего хозяина. Лили разожгла огонь в камине гостиной и села прямо на пол, чувствуя непреодолимое желание сделать хоть что-нибудь, чтобы ускорить бег времени. Она бестолково пялилась на потрескивающие в огне поленья и пыталась угомонить в голове хаотичный хор мыслей. Ещё ей было тревожно за Северуса, который ещё ранним утром отправился к Волдеморту и так же, как и ее друзья, отсутствовал на собрании Ордена. Лили боялась, что они все могли встретиться на одном поле боя, а учитывая последний конфликт, что произошёл между ней, Сириусом и Северусом… «Не станут же они выяснять отношения прямо во время схватки?» — успокаивала себя девушка, прислушиваясь к завыванию ветра за окном. Середина июня не радовала солнечной погодой, обрушив на Британию череду гроз, дождей и ураганов. Будто сама природа страдала вместе с Лили. Вдруг за окном раздался характерный хлопок трансгрессии, и девушка подорвалась со своего места, чтобы выглянуть на улицу. Она сбивчиво отодвинула в сторону тяжёлую штору и едва не разрыдалась от облегчения, когда увидела через пелену дождя знакомые фигуры, которые подходили к главному входу. Лили стремглав пересекла гостиную, с громким топотом пронеслась по коридору и остановилась лишь тогда, когда перед ее носом распахнулась входная дверь. Но ей не понравилось то, что она увидела. — Лили, срочно тащи все запасы зелий! — воскликнул Римус, затаскивая Сириуса в дом. С другой стороны его поддерживала Нимфадора Тонкс, на щеке которой зиял широкий порез. А Сириус… Лили едва не упала в обморок, когда увидела его окровавленный бок. Но она быстро взяла себя в руки и призвала коробку с различными зельями, которые были сварены специально для Ордена и подобных ситуаций. Лили быстрым шагом вернулась в гостиную, зная, что Римус и Тонкс следуют за ней, и чтобы не терять времени, начала на ходу доставать те зелья, которые могли помочь Сириусу. — Положите его на диван и дайте мне хороший обзор раны! — сказала Лили, устраиваясь на коленях перед диваном. Она пыталась сохранять остатки спокойствия, понимая, что если не поможет Сириусу прямо сейчас, то навсегда потеряет его. — Каким заклинанием его поразило? Сколько прошло времени? — Оно было невербальным, но я подозреваю, что это один из подвидов режущих, — отчеканил Римус, укладывая друга на диван, обивка которого сразу же пропиталась бурой кровью. — Прошло не более пяти минут, но трансгрессия плохо повлияла на его состояние! Я не рискнул затягивать рану без первичной обработки, поэтому… — Поняла, — перебила его Лили, выплескивая на бок Сириуса экстракт бадьяна, который немного остановил кровь и подготовил рану к дальнейшему затягиванию. — Вулнера санентур! Но рана плохо поддавалась затягиванию, поэтому девушке пришлось повторить свои действия несколько раз. Достигнув нужного результата, Лили откупорила пузырёк с заживляющей мазью и жирным слоем намазала её поверх рубца. — Сириус, не закрывай глаза, умоляю! — воскликнула она, замечая, что Блэк был на грани потери сознания. Его глаза закатывались, а губы судорожно ловили воздух, пока девушка занималась его раной. — Ты слышишь меня? Не смей отключаться! Римус и Тонкс нервно топтались за ее спиной, не зная, чем помочь, и это лишь нервировало Лили. — Принесите тёплое одеяло и сменную одежду! — приказала она, чтобы хоть как-то вовлечь их в процесс. Лили взглядом выискивала пузырёк с укрепляющим раствором, но никак не могла найти его. Девушка переворошила все флаконы в коробке, зная, что зелье точно должно было находиться здесь, однако с каждой секундой ее уверенность сходила на нет. А на создание нового укрепляющего раствора требовалось минимум два дня. — Гадство! — прошипела Лили, пытаясь придумать другой способ, чтобы помочь Сириусу прийти в чувство. Римус и Тонкс, как назло, долго копошились со своим заданием, поэтому она не могла обратиться к ним за помощью. «Думай, Эванс!» — приказала себе Лили, потирая виски указательными пальцами. Она не могла смотреть на то, как Сириус медленно терял сознание, поэтому воспользовалась первой же идеей, которая пришла ей в голову. Хлопок пощечины звонким эхом отдался от стен, и девушка с шипением потрясла рукой, ладонь которой жгло от хлесткого удара. Сириус широко распахнул глаза, и Лили видела, как в них вспыхнула злость. — Прекрасно, а теперь постарайся не отключаться! — сказала она, бросив на Сириуса извиняющийся взгляд. — Я затянула рану, но тебе всё ещё необходимо выпить укрепляющий раствор. — Что ты здесь делаешь? — хриплым голосом спросил Сириус, поморщившись от резкого движения. — Я была на собрании Ордена, — ответила Лили, покосившись в сторону часов. Время уже перевалило за десять вечера, поэтому ее отмазка едва ли оправдывала столь позднее нахождение в доме Сириуса. И судя по его взгляду, который тоже прошёлся по часам, он не поверил ей. — Мы принесли, что ты просила, — послышался голос Римуса, и девушка с облегчением повернула голову в его сторону. — Помоги ему переодеться, а я ненадолго отлучусь в Хогвартс, чтобы принести укрепляющий раствор, — сказала она, намереваясь избежать неловкого разговора, но не успела Лили встать на ноги, как Сириус схватил ее за руку. — Пусть Римус и Тонкс сходят за раствором, — предложил он, не сводя с Лили тяжелого взгляда. — А ты… ты останься. — Мы быстро, — отчеканил Люпин, подталкивая Нимфадору к камину. Лили проводила их обреченным взглядом, чувствуя себя уязвлённой. Она боялась грядущего разговора, ведь если Сириус вновь начнёт упрекать её за «неудачный» выбор, то они лишь ещё больше поругаются. — Что ты… — Прости меня, Эванс, — перебил ее Сириус, заставив Лили замереть на полуслове с открытым ртом. — Я повёл себя как идиот. Разумеется, ты имеешь право быть счастливой, и если Снейп… если ты его действительно любишь, то я приму твой выбор. Не жди, что мы с ним станем друзьями, но… — Ты примешь мой выбор? — удивлённо переспросила она, округлив глаза. — Я не стану лгать, что он мне нравится, но ты была права в одном. Это твоя жизнь, и только ты вправе решать, какой она должна быть. Джеймса уже не вернуть, и ты не должна хранить ему верность, лишая себя права быть счастливой. А я не хочу терять нашу дружбу лишь из-за того, что мое мнение о Снейпе отличается от твоего. — Сириус… — прошептала Лили, чувствуя щемящую нежность, от которой на глаза навернулись слёзы. — Мне жаль, что ты узнал обо всем подобным образом. Наша ссора совершенно выбила меня из колеи. А твои слова о том, что лучше бы я выбрала тебя… — Забей, я не должен был это говорить, — с грустной усмешкой ответил Сириус, и от его слов повеяло необъятной тоской. — Я просто так сильно дорожу тобой, что готов пойти на всё, чтобы удержать. Ты знаешь, что после моего возвращения к обычной жизни рядом были лишь ты, Гарри и Римус. Я долго думал о том, почему сказал тебе о своих чувствах, и могу оправдать свои слова лишь тем, что привязался к тебе гораздо сильнее, чем надо. Каждое твоё появление в моем доме было подобно лучу солнца на рассвете. — Но это не любовь, Сириус, — покачав головой ответила Лили, чувствуя ком в горле от подступающих слёз. — Это результат смешения нескольких факторов. Если бы ты разбавил свой круг общения другими девушками, то никогда бы не позволил даже думать обо мне в подобном ключе. Но вместо этого ты распределил каждому из нас определенную роль: Римус — друг, Гарри — сын, а я… — А ты чертовски умная и проницательная ведьма, — закончил за неё Сириус, растянув губы в грустной усмешке. — К тому же ты чувствуешь груз ответсвенности перед Джеймсом, поэтому невольно пытаешься компенсировать его отсутствие. Как для Гарри, так и для меня, — она опустила взгляд в пол, чувствуя себя неловко из-за того, что излагала Сириусу свои доводы. — Тебе действительно стоит впустить в свою жизнь новых людей, чтобы двигаться дальше. — А если я не хочу двигаться дальше? — спросил он, и Лили подняла на него удивлённый взгляд. — Что ты имеешь в виду? Но Сириус так и не успел ответить, потому что гостиную озарил зелёный свет, и из камина по очереди вышли Римус и Тонкс. — Макгонагалл явно ждала не нас, а тебя, — с нервной усмешкой сказал Римус, переводя напряжённый взгляд с Лили на Сириуса. — Как… дела? — Сириусу уже лучше, но ему стоит выпить укрепляющий раствор, — она встала с дивана и попятилась в сторону камина. — А мне стоит вернуться в Хогвартс, пока профессор Макгонагалл не отключила камин от сети. Не хочется её задерживать. — Но ты же придёшь на днях? — с надеждой в голосе спросил Сириус, и ей вспомнились его слова о луче солнца на рассвете. — Обязательно. Но она так и не пришла, потому что следующее собрание отменили из-за отсутствия Дамблдора. Директор вновь исчез со всех радаров, и Лили оставалось лишь гадать о причинах его частых отлучек, которые влекли за собой полную изоляцию всех, кто находился в Хогвартсе. Не зайти, не выйти. Единственный человек, на которого не распространялось данное правило — Северус. Лили видела, с какой неохотой он покидал замок, чтобы присутствовать на собраниях Пожирателей смерти, и она была уверена, что Северус выбрал бы заключение в школе, чем встречи с Темным Лордом в поместье Малфоев. Однако ей самой он не разрешал покидать замок, чтобы навестить семью или Сириуса с Римусом, так как знал, что Волдеморт открыл охоту на неё. Но Лили знала, что как только закончится учебный год и они с Гарри вернутся в дом семьи Грин, ничто не удержит ее от столкновения с Тёмным Лордом. Тогда она ещё не знала, что их встреча произойдёт совсем не так, как ей рисовало воображение. За день до последнего испытания Турнира в Хогвартсе вновь показался Альбус Дамблдор. Лили с беспокойством подметила, что директор стал выглядеть ещё более болезненно, чем в их последнюю встречу, и мрачный настрой Северуса лишь укрепил её подозрения. — Дамблдор умирает? — спросила она, оказавшись в его личных покоях. Северус поднял на неё удивленный взгляд, не ожидав, что вместо приветствия Лили вывалит на него свою теорию. — Все дело в кольце Марволо Мракса, в котором была часть души Волдеморта? — Тебе лучше спросить об этом у самого Дамблдора, — хмуро ответил он, отложив в сторону книгу. — Я не могу обсуждать с тобой состояние его здоровья. Но Лили видела по его опустошённому взгляду, что попала в самое яблочко. Ей не нужно было идти к Дамблдору, чтобы убедиться в достоверности своей теории, да и была велика вероятность того, что директор бы вновь солгал. — И что же будет со всеми нами, если Дамблдор умрёт? — тихо спросила она, даже не надеясь получить ответ. — Все знают, что пока он стоит у руля, Волдеморт не сунется в Хогвартс. А это пока единственное безопасное место во всей магической Британии! Да и… это же Дамблдор! Не скажу, что я в восторге от него и его манипуляций, но он вселяет уверенность в сердца тех, кто продолжает бороться с Волдемортом! — Не думал, что услышу от тебя подобные речи, — задумчиво ответил Северус, наблюдая за тем, как девушка преодолела половину небольшой гостиной и села рядом с ним на диван. — Знаю, что все это звучит очень эгоистично, но я действительно беспокоюсь о том, что станет с Орденом после его смерти. — Ордену не нужен Дамблдор, чтобы одержать победу над Тёмным Лордом, — ответил он, взяв её ладонь в свою руку. — Нам осталось лишь решить, как уничтожить крестраж внутри Гарри, чтобы навсегда избавиться от Волдеморта. — Как же все легко звучит на словах, — грустно усмехнулась Лили, положив голову ему на плечо. — Иногда мне кажется, что нам не выиграть эту войну. Что вся наша жизнь будет наполнена бесконечной борьбой и опасностью. И чем дальше всё заходит, тем… — Тебе стоит ненадолго отвлечься от всего, — заявил Северус, и Лили бросила на него удивлённый взгляд. — Когда ты в последний раз ни о чём не переживала? Когда позволяла себе расслабиться и не думать о проблемах? — Могу задать тебе те же самые вопросы, — недоумённо отозвалась она, нахмурившись, когда Северус отпустил ее руку и встал с дивана. — Что ты задумал? — Приглашаю тебя на свидание, — с полуулыбкой ответил он, наслаждаясь её шоком. — Ты выбрал не самое удачное время для свидания, Северус, — настороженно сказала Лили, но всё же встала с дивана. — Отнюдь, — возразил он, — сейчас самое удачное время, чтобы разбавить мрак яркими красками. — Не думала, что услышу от тебя подобные речи, — с нервной усмешкой ответила Лили, возвращая Северусу его же слова. — И куда мы пойдём? В нашу башню? Или запрёмся в одном из кабинетов? Или полетаем на пегасах мадам Максим? — Мы сбежим на одну ночь из Хогвартса, — терпеливо пояснил Северус, а Лили открыла рот в удивлённом беззвучном «о-о». — Это же не безопасно, — напомнила она ему, на что Северус лишь закатил глаза. — Ладно, пойдем, раз ты так уверен в своём плане. — Но я советую тебе заглянуть в башню Гриффиндора. Лили замерла, пытаясь понять, что скрывалось за смешинками в глазах Северуса. — Зачем же? — недоуменно переспросила она, вздёрнув бровь. — Там, куда мы отправимся, строгий дресс-код, — уклончиво ответил он, заставляя Лили напрячь остатки воображения. — Кажется, у тебя есть зелёное платье. Думаю, оно прекрасно подойдёт. — Ты меня… удивляешь, — с нервным смешком ответила девушка, пятясь в сторону двери. — Надеюсь, что в хорошем смысле этого слова, — Северус скрестил на груди руки, и Лили только тогда поняла, что он не собирается выйти следом за ней. — Ты идёшь? — Встретимся у главных ворот через пятнадцать минут? — предложил Северус. — Не тебе одной следует переодеться. — Ладно. Лили была в полном замешательстве с того самого момента, как Северус пригласил её на свидание, поэтому даже не стала уточнять, куда именно он собирался ее вести. Девушка больше переживала о том, что ей придётся покинуть замок и оставить Гарри без контроля. «О каком контроле идёт речь, если через пятнадцать минут будет отбой и он пойдёт спать?» — напомнил ей голос разума, и Лили немного успокоилась. Но ей в любом случае нужно было выспаться перед завтрашним испытанием, которое должно будет состояться сразу после праздничного пира. А ещё нужно сейчас как-то переодеться и проскочить в коктейльном платье мимо гриффиндорцев, которые и не думали расходиться по своим спальням. Поэтому мысль о том, куда Северус собрался вести её, отошла на задний план. Лили зашла в комнату девочек и с облегчением заметила, что в спальне никого не было. Она наскоро уложила волосы, превратив беспорядочные кудри в красивые локоны, подкрасила глаза и положила в сумочку ту самую красную помаду, которой пользовалась перед Святочным балом. Платье пришлось положить туда же, чтобы переодеться в одном из женских туалетов на первом этаже, поэтому её вид не так сильно кричал о грядущем свидании. — Ты куда? — спросил Гарри, с которым она столкнулась на пороге гостиной Гриффиндора. Девушка откинула сумку за спину, надеясь, что атласная ткань не выглядывала из кармана, и отвела взгляд в сторону. — Хочу немного побыть в одиночестве, — ответила она, и оставалось лишь молиться, чтобы Гарри не почувствовал через связь её волнение. — Что-то я беспокоюсь из-за завтрашнего испытания. — Ты же помнишь, что скоро отбой? — предупредил он, на что девушка лишь нервно усмехнулась и сказала: — Ты же помнишь, что я не простая студентка? Гарри хмыкнул себе под нос и отошёл в сторону, пропуская Лили в коридор. Она вздохнула с облегчением и поспешила закончить последние сборы перед свиданием. «Какая глупость! Я по уши в проблемах, но зато иду на свидание!» — подумала Лили, но в следующий же миг одернула себя за такие мысли. Она прекрасно понимала, что Северус действовал из лучших побуждений, однако сомневалась, что сумеет отвлечься от текущих неприятностей. Сегодня на улице было гораздо теплее, поэтому Лили шла без мантии, чувствуя, как ветер щекочет голые плечи. Летние сумерки скрывали её от посторонних взглядов, и девушка надеялась на то, что никого не встретит на своём пути. — Ты прекрасно выглядишь, — подметил Северус, как только Лили подошла к главным воротам. Он был скрыт дезиллюминационными чарами, которыми девушка совсем забыла воспользоваться, поэтому ей приходилось ориентироваться на его голос. — Благодарю. Она оглянулась по сторонам, с облегчением отмечая, что вокруг были лишь редкие деревья Запретного леса, ведь было бы очень плохо, если бы кто-то увидел ее в нарядном платье, покидающую Хогвартс. Северус назвал несколько заклинаний, после чего они смогли пересечь невидимую черту защитного купола и очень даже видимые ворота школы. Девушка вздрогнула, почувствовав прикосновение к своей ладони, и подняла взгляд в ту сторону, где должно было находиться лицо Северуса. — Готова? — спросил он, накладывая обратно защитные чары. Она кивнула вместо ответа и в следующий миг почувствовала привычный рывок трансгрессии, от которого закружило голову. И стоило ей открыть глаза, как её ослепило сотней мерцающих огней, которые освещали многолюдную набережную. — Добро пожаловать в Брайтон, — сказал он, скромным жестом обхватив часть пляжа. Лили с изумлением прошлась взглядом по набережной и в конечном итоге замерла, когда увидела Северуса. Вместо привычного сюртука и мантии на нем была классическая чёрная рубашка, пусть и наглухо застёгнутая на все пуговицы. — Кто ты и что ты сделал с Северусом Снейпом? — с озорной улыбкой поинтересовалась Лили, чем явно сумела смутить его. — Не привыкай, — язвительно отозвался он, и девушка усмехнулась, узнавая своего Северуса. — Значит, мы будем всю ночь гулять по Брайтон-бич? — уточнила Лили, взяв Северуса под руку, а он не спеша повёл её в сторону мощёной набережной, где сновали группы магглов. — Мы можем погулять, если тебе этого хочется, но у меня были другие планы, — с кривой усмешкой ответил Северус, указывая свободной рукой в сторону широкого пирса. — Значит, прогуляемся чуть позже, — сказала она, составляя в голове список тех мест, которые подходили под их дресс-код. Но разве это имело значение? Лили готова была пойти куда угодно, лишь бы продолжать чувствовать волны облегчения и счастья, которые накрывали её с головой. Лишь бы и дальше вдыхать насыщенный солоноватый воздух, в котором так игриво витали ароматы еды из ресторанов. Слышать шипение волн, которые мягко накрывали галечный пляж своими белыми шапками, гомон множества магглов и отдалённые ритмы музыки. Здесь не было войны, которая охватила Лондон. Не было Пожирателей смерти и Волдеморта. Не надо было гнать вперёд, чтобы выжить. Здесь всё было проще. — Я завидую магглам, — с лёгкой улыбкой призналась Лили, наблюдая за тем, как двое подростков с громким смехом убегали от своих друзей. — Они могут гулять по этой набережной каждый вечер, и им не нужно думать о том, что завтра может не наступить. — Магглы в не меньшей опасности, чем волшебное сообщество, — поправил её Северус, придирчиво осматривая людей вокруг себя. Будто из-за фонарного столба мог выскочить сам Тёмный Лорд, который решил скрасить свой досуг вечерней прогулкой по Брайтон-бич. — Но ты права. Незнание порой очень облегчает жизнь, пусть и подставляет под удар неизвестности. — Обещай, что мы сюда обязательно вернёмся, как только закончится весь этот кошмар, — сказала Лили, крепче прижавшись к его руке. — Если мы выживем, разумеется. — Я готов увезти тебя в любую точку мира, когда война останется позади. Она грустно улыбнулась, чувствуя ноющее беспокойство, которое пустило свои корни лишь от одной мысли о возможной смерти. Лили боялась умереть, но ещё больше она боялась потерять хоть кого-нибудь из близких и друзей. Победа в войне не будет иметь для неё смысла, если погибнет Гарри или Северус, ведь она не представляла, как сможет собрать себя по частям после такой трагедии. — Хватит, Лили, — выдернул её из мыслей голос Северуса, и девушка перевела на него извиняющийся взгляд. — Забудь обо всем на одну ночь. Пожалуйста. — Я постараюсь, — поспешно ответила она, понимая, что испортит даже самое лучшее свидание, если будет накручивать себя. — Так куда мы идём? — Признаюсь, что я никогда ранее не был в подобных местах, но я уверен, что тебе понравится. Северус бросил неуверенный взгляд на двухэтажное здание, из приоткрытой двери которого доносились латиноамериканские мотивы. Он поджал губы и тяжело вздохнул, будто спрашивая у себя, как ему пришла в голову эта идея, после чего повёл Лили внутрь. — Ты шутишь! — смеясь воскликнула девушка, приходя в восторг лишь от одной мысли о танцах с Северусом. — Ты действительно хочешь этого? — Я хочу, чтобы ты хорошо провела эту ночь, поэтому готов на всё. Даже дрыгаться под эту дьявольскую музыку, — с невеселой усмешкой ответил он, и Лили оставила смачный поцелуй на его щеке, запачкав её яркой помадой. — Думаю, что танцы под эту дьявольскую музыку — именно то, что мне нужно, — заверила его девушка, проталкиваясь через толпу магглов. Лили была удивлена тем, что Северус вообще знал о существовании этого клуба, но была рада, что он решил пригласить её именно сюда. Каждый ритм музыки будто просачивался под кожу, заряжая её энергией, от которой ноги сами шли в пляс. Сложно было продолжать накручивать себя, когда вокруг столько беззаботных магглов, которые затягивают в водоворот танцев. Будто с каждым аккордом из её головы улетучивались плохие мысли, оставляя лишь низменные желания. — Я тебя обожаю! — воскликнула Лили, улыбаясь во весь рот. Она потянула его за руку в самый центр танцпола, замечая, что Северус задумчиво ухмыляется своим мыслям. — Почему ты так смотришь на меня? Признавайся, ты что-то задумал? Но он лишь уклончиво повёл плечом и позволил Лили вовлечь себя в один из танцев. С наслаждением наблюдая за тем, как изгибается её тело в такт ритмичной мелодии, будто на танцполе осталась лишь она одна. Ради этого стоило сорваться из Хогвартса, чтобы хоть ненадолго отвлечь Лили от ужасов последних месяцев. Ради этого стоило вырядиться, как маггл, и пересилить себя, чтобы начать двигаться под энергичную музыку, пусть Северус и чувствовал себя не в своей тарелке. Это было лишь ради Лили. Чтобы она могла самозабвенно поддаваться импульсу мелодии, откидывая волосы за спину. Чтобы видеть, как она блаженно закрывает глаза и улыбается, облизывая пересохшие губы. Чтобы чувствовать прикосновение её рук к своему телу, жар которых передавался через тонкую ткань чёрной рубашки. Чтобы хоть на одну ночь она стала счастливой. И Лили была счастлива в этот момент, чувствуя непреодолимое желание танцевать, забываясь в ритмах мелодии. Сплетаясь в единый организм с толпой таких же окрылённых музыкой магглов, у которых была лишь эта ночь. Она была благодарна Северусу за то, что он вытащил её из состояния постоянного напряжения, которое давно искало выход. Поэтому позволила себе маленькую шалость, отлучившись к диджею, который с радостью принял её заказ. — Ты серьёзно? — изумился Северус, когда услышал первые аккорды мелодии, которую ему уже приходилось слышать ранее. Только в прошлый раз он сидел за столом, пока Лили отплясывала танго с чертовым Седриком Диггори. — Я знаю, что ты хотел быть тогда на его месте, — прошептала она, пробегаясь кончиками пальцев по его рукам. В его взгляде зажегся недобрый огонь, который грозил опалить её, но Лили не боялась. Ей нравился этот жар, который трудно было подчинить. Нравилось плавиться от прикосновений, что были на грани прелюдии. Подчиняться взгляду чёрных глаз, которые смотрели с неприкрытым желанием. — Безумно, — прошептал он ей на ухо, вызывая сотни мурашек на её коже. Притягивая к себе за талию, чтобы Лили в полной мере смогла оценить степень его желания. И они танцевали. Танцевали с такой страстью, будто в зале не осталось ни единого маггла. Словно на жизнь отвели несколько минут, наполненных ритмами танго, жаркими прикосновениями и пылающими огнём взглядами. Северус потягивал её к себе, стремительно сокращая расстояние между губами, чтобы в следующий миг оттолкнуть от себя. Сжимал в своих объятиях с такой силой, что она боялась задохнуться, и эта боль остро граничила с наслаждением. Таким опьяняющим, что у неё кружило голову от переполняющих эмоций, а дыхания едва хватало, чтобы продолжать танцевать. И если во время Святочного бала её резкие движения были наполнены ненавистью к Северусу, то теперь они пылали страстью.

When marimba rhythms start to play (Когда послышатся ритмы маримбы) Dance with me, make me sway (потанцуй со мной, раскачай меня)

И всё по новой, только музыка осталась позади, как и душный танцпол одного из клубов Брайтон-бич. Был лишь номер отеля, наполненный ночной прохладой, приглушённый свет и двое влюблённых, чьи тени плясали на стене, сплетаясь воедино. Были пылкие признания в любви, которые срывались с губ вместе с рваным дыханием и стонами. И прикосновения, от которых напрочь сносило крышу, оставляя лишь необъятное желание. Но как и всё хорошее, ночь подошла к концу, уступив место робким лучам утреннего солнца. Лили совершенно не хотелось просыпаться, но им необходимо было вернуться в Хогвартс, пока все ещё спали. Она знала, что сегодня случится что-то непоправимое, и это предчувствие омрачало хорошее настроение, которым она зарядилась за прошедшую ночь. — Спасибо, это было лучшее свидание в моей жизни, — призналась Лили, когда они трансгрессировали в Хогвартс. Девушка по привычке дернула на себя тяжёлую дверь главных ворот и замерла от резкого голоса Северуса: — Стой! — сказал он, схватив Лили за руку. — Как ты прошла через защитный купол? Ты сняла чары? Она бросила на него полный ужаса взгляд и медленно покачала головой. — Я ничего не снимала, — тихо ответила она, чувствуя, как по телу пробежался холод, не имеющий ничего общего с прохладой летнего утра. Сердце замерло от догадки, что прошибла голову своим ледяным ужасом, а дыхание потерялось в районе глотки. — М-может, ты забыл вчера установить чары перед уходом? — Я очень на это надеюсь, иначе… Они не сговариваясь пошли в сторону замка, чтобы проверить обстановку внутри школы. Но в коридорах витала сонная тишина, которая смогла успокоить Лили. Ведь если бы что-то произошло за время их отсутствия, об этом стало бы известно сразу, как они оказались бы в замке. — Не понимаю, как я мог забыть наложить чары, — задумчиво сказал Северус, остановившись посреди коридора первого этажа. — Главное, что это не привело к трагедии, — ответила Лили, пытаясь успокоить гулко бьющееся сердце. — Ладно, я пойду к себе, чтобы ещё немного поспать. Сегодня же последнее испытание, мне нужно быть в хорошей форме. — Крауч мёртв, и тебе не о чем беспокоиться. Всё пройдёт хорошо. Лили кивнула ему, пусть и ощущала, что плохое предчувствие всё ещё сидело в груди, отдаваясь ноющей болью. Оно сопровождало её до гостиной Гриффиндора, которая была наполнена светло-серыми оттенками рассвета. Оно не давало спокойно спать, зудя под коркой мозга. Оно не давало сосредоточиться на разговоре с ребятами во время обеда. И лишь перед самым праздничным пиром Лили вспомнила, когда в последний раз была охвачена подобным предчувствием. В тот роковой день закончилась её прежняя жизнь, отобрав всё самое дорогое. Она не понимала, что в этот раз должно пойти не так, раз её не покидало ноющее чувство тревоги. — Ты так сильно волнуешься, что меня самого передёргивает, — прошептал ей Гарри, в очередной раз покосившись в сторону дубовых дверей Большого зала. Дамблдор сказал, что разрешит присутствовать на Турнире друзьям из Ордена, поэтому мальчик с нетерпением ждал скорой встречи с Сириусом. — Сама не понимаю, почему так беспокоюсь, — призналась Лили, отодвинув в сторону тарелку с недоеденным ужином. Ей хотелось рассказать Северусу о своём предчувствии, чтобы он сумел успокоить ее, но всё не подворачивался нужный момент. Она надеялась перехватить его после пира, однако Дамблдор помешал её планам. — Чемпионам следует пройти на поле для квиддича, Эва, — сказал он, привлекая внимание близсидящих студентов. — И я хотел бы вам дать несколько напутствий перед началом испытания. Лили встала со скамьи и, бросив Гарри напоследок встревоженный взгляд, вышла из Большого зала следом за Дамблдором. — В чём дело, профессор? — спросила Лили, как только они оказались в безлюдном коридоре. — Вы, наверное, заметили, что в последнее время я часто отсутствовал в школе, — сказал он, понизив голос до доверительного шепота. Лили поспешно кивнула и нахмурилась, ожидая продолжение. — Я был в странствиях, пытаясь отыскать ответ на вопрос, который так важен вам. — Какой вопрос? — спросила она, затаив дыхание. — Я продолжил своё исследование о крестражах и нашёл человека, который был в положении Гарри, — пояснил Дамблдор, мягко улыбнувшись. — И моя теория оказалась верна. Волдеморт должен убить Гарри, чтобы уничтожить осколок души, находящийся в его теле. Это единственный способ, при котором Гарри останется невредим. — Вы… вы действительно всё это время искали выход? — на рваном выдохе спросила Лили, чувствуя, как её затопило волной облегчения. Настолько мощной, что девушка даже сумела отвлечься от дурного предчувствия, которое сковывало её разум ещё минуту назад. — Я вовсе не такой ужасный, как вы думали обо мне в последнее время, — добродушно ответил Дамблдор, и Лили в порыве благодарности обняла его. — Спасибо, профессор, — прошептала она, чувствуя, как на глаза навернулись слёзы. — Это очень важно для меня. — Я знаю, знаю, — он отступил на несколько шагов назад и продолжил. — А теперь вам и в самом деле стоит пойти на поле для квиддича. Скоро начнётся третье испытание. Лили послушно кивнула и, улыбнувшись директору, поспешила выйти на улицу. В её голове начал зреть план свержения Тёмного Лорда, и это сумело отвлечь от дурного предчувствия. — Близится начало? — послышался мужской голос, который выдернул ее из собственных мыслей. Лили подняла голову и с удивлением увидела перед собой Михаила Булыгина. — Да. — Чудесно! — усмехнулся директор Дурмстранга, направляясь в сторону замка. — Удачи, Поттер! Лили натянуто улыбнулась ему, параллельно думая о своём плане, и продолжила путь до гигантского лабиринта, который соорудили посреди квиддичного поля специально для третьего испытания. Ей было немного жутко идти одной, ведь остальные чемпионы всё ещё не вышли из замка, но это дало ей время для раздумий. Сгущались сумерки, и Лили была рада, что сегодня небо было ясным, а безветренная погода располагала к удачному завершению испытания. Вскоре подтянулись не только трое остальных чемпионов, но и зрители, которые спешили занять лучшие места на трибунах. Лили увидела Гарри, Рона и Гермиону, которые шли в компании Сириуса и Римуса. Увидела Аластора Грюма, который активно обсуждал с Тонкс что-то очень забавное. И все они выглядели настолько расслаблено, что это ярко контрастировало с её собственными ощущениями тревоги и паники. Людо Бэгмен в третий раз начал приветственную речь, в которой затронул правила прохождения третьего испытания. Так как Лили и Седрик лидировали по количеству очков, им предстояло первыми войти в лабиринт. — Волнуешься? — спросил её Диггори, пока Бэгмен распинался о правилах. — Не очень, — соврала Лили, завязывая волосы в тугой пучок. — Не думаю, что это испытание станет проблемой. «Ложь», — эхом откликнулось подсознание, и в этот момент раздался громкий свист, обозначающий начало последнего испытания. Лили переглянулась с Седриком, и они одновременно вошли в лабиринт, который тут же скрыл их в тени густой изгороди. — Удачи, Лили! — с улыбкой сказал парень, повернув налево. — И тебе, — отозвалась девушка, выбрав правое ответвление лабиринта. Каждый её шаг эхом разносился по коридору, и Лили чудилось, что она слышала десятки других шагов. Будто кто-то ходил за ней по пятам, из-за чего девушка постоянно оборачивалась, крепко сжимая в руке волшебную палочку. Где-то вдали послышался крик, от которого её сердце замерло на короткий миг, чтобы забиться с ещё большей скоростью. И если перед началом испытания ей было всего лишь жутко, сейчас её держал в постоянном напряжении леденящий душу ужас. Будто от живой изгороди исходил тихий шёпот, который так походил на змеиное шипение. — Поттер! Лили судорожно вздохнула, оглянувшись по сторонам, но вокруг неё были лишь высокие стены лабиринта. Она даже не представляла, что третье испытание будет настолько тяжёлым, что ей придётся шарахаться от собственной тени. И это она ещё никого не встретила на своём пути. — Поттер! Шипение раздалось ещё громче, будто источник звука подкрался ближе к ней. Девушка едва могла дышать от ужаса, но продолжала идти вперёд, понимая, что это было лишь частью испытания. Что это было лишь в ее голове. Но стоило Лили завернуть за угол, как её сердце ухнуло в пятки от оглушающего страха. Глаза округлились, когда взгляд споткнулся на фигуре человека, который объявил на неё охоту. — Поттер! И словно по щелчку пальцев из глубокой тени лабиринта стали появляться фигуры в масках пожирателей. Они крадучись приближались к своему хозяину, действуя настолько синхронно, будто были единым организмом. Дюжина волшебных палочек была устремлена исключительно на девушку, и Лили не знала, как сумеет справиться с кровожадной толпой пожирателей смерти во главе с Волдемортом. Она знала лишь одно. Предчувствие не подвело её.