Сердце Дьявола

      Кэролайн тяжело вздыхает, посматривая на концерт, который устроил Клаус и Стефан, стоящий рядом с ней, также понимающе вздыхает. За три месяца бесконечных поисков, чёртов гибрид успел уже поднадоесть со своим извечным драматизмом и бесконечным притворством. В такие моменты, обычно, ей до безумия хотелось сгонять за Майклом до кладбища в Шарлотте, но силой приходилось удерживать себя на месте — древнего папочку вернут и без её помощи, а быть сожранной этим вампирюгой у неё желания не было. Оставалось только надеяться, что Кэтрин всё также хочет избавиться от Клауса и похитит вместе с Деймоном Джереми, а пока её главной задачей было сидеть как мышка и не отсвечивать, мало ли что. Она, конечно, персона интересная и полезная, однако Клаусу даже это не помешает оторвать ей голову. А Кэролайн нравилась её голова…       Регулярно, раз в неделю, ей звонила Фрэнсис и предлагала помощь с побегом — Ровена, если что, спрячет её заклинанием, а через пару тысяч лет Клаус уже и забудет о существовании такого персонажа как Кэролайн Форбс. Девушка посмеивалась каждый раз, прекрасно зная что вышеупомянутый гибридёныш подслушивает и из раза в раз отвечала отрицательно. Она ещё успеет свалить из этого дурдома, а вот портить отношения с Майклсоном, который в случае чего мог и помочь по старой памяти, не хотелось, да и было это откровенно опасно. А она ещё не настолько сошла с ума, чтобы заводить себе во враги первородного — она не Кэтрин, бегать от него столетиями не сможет, да и гордость не позволит стирать чудесные туфельки от Луи Виттон.       То что они ещё вернутся в Мистик-Фоллс, Кэролайн знала, и даже не благодаря памяти своей прошлой жизни, которая к слову начала покрываться лёгкой дымкой, а это просто было бы закономерно — новообращённые гибриды будут умирать без крови двойника. Поддерживать легенду Стефана о «мёртвой» Ленке она не сочла нужным, да и если Клаус начнёт на неё гнать бочку, у неё есть шикарное алиби — её мать умирала в это время и она никак не могла знать того, что Гилберт удалось выжить. Но на всякий пожарный, всё же расспросила Ровену об возможности переселения вампирской души в другое тело. Ведьма конечно удивилась, однако пообещала похлопотать, но Кэролайн от чего-то не верилось в то что она хоть что-то найдёт — первой в сериале подобным способом пользовалась бывшая подружка-ведьма Элайджи, а ритуал благодаря которому Ребекка… переселилась из своего тела в Еву Синклер был усовершенствован Эстер, а до воскрешения сучки ещё ждать и ждать, но встречаться с ней крайне не хотелось. На редкость мерзкая старушка.       Кэролайн в очередной раз закатывает глаза, когда Клаус тихо зовет их со Стефаном и с гримасой величайших страданий и мук, буквально плетется за Сальваторе-младшим, который сию же секундно сменил свою веселость на хмурость и серьезность. Она знала как ему не нравится то, что Клаус заставляет его делать, но изменить она ничего не могла. И не столько из нежелания или же опасения за свою шкуру, а просто потому, что пока ничего не могла сделать. Она конечно могла подбить Стефана на побег или просто сломать ему шею, да вывезти за три девять земель, однако что-то подсказывает ей, и это даже не дар предвидения, её тогда закапают под ближайшим кустом. Конечно, ведь злой малыш Ники разозлится и поедет в Мистик-Фоллс, чтобы убить Лиз и Деймона, а там преспокойненько себе живёт-страдает Елена Прекрасная, о которой Клаус уж точно знать не должен. Поэтому, Кэр сочувствующе смотрит на Стефана и отводит глаза каждый раз, когда Потрошитель принимается за дело.       Появление на пороге заднего выхода оказалось довольно эффектным и если бы не громкий крик девушки, ей, Кэролайн, может быть даже понравилось представление. Но отчего-то сегодня она была до невозможного раздражена, и убить готова была даже Клауса. К счастью, гибрид видит, что она сегодня не настроена на кровавые спектакли и обхватив её талию рукой, отдаёт приказ Потрошителю начинать, прижимая Кэролайн к себе. Неспешно идёт к машине, всё ещё не убирая руки с её талии и галантно открывает ей дверь на заднее сидение. Девушка фыркает, но послушно садится в машину и складывает руки на груди.        — Брат Стефана, в последнее время, приносит много проблем. — начинает Клаус, как только усаживается поудобнее на водительском кресле. Кэролайн более заинтересованно поглядывает на гибрида и заметив его ответный игривый взгляд, со вздохом отворачивается, не желая признавать, что сердце на мгновение попустило удар. — И твоя мать, кстати, тоже. Они подбираются к нам всё ближе.        — Кому как не тебе знать, Клаус, о крепкости семейных уз, — ехидно выдаёт она и поворачивается обратно. — Моя мать хочет вернуть меня домой, потому что любит меня и не хочет, чтобы я мучилась. Отношения Стефана с Деймоном только начали более или менее налаживаться, как тут появляешься ты. Деймон хочет спасти его из рабства, чтобы хоть как-то отплатить за твою кровь. Это нормально, когда семья заботится о тебе.        — Моя сестра веками предавала меня; была готова променять на каждого первого попавшегося мужчину. Элайджа презирал мой образ жизни и довольно часто уходил из моей жизни. Последний раз, когда моя семья заботилась обо мне, был тысячу лет назад, когда мы только стали вампирами. Когда ещё не осознали, что прокляты провести вместе всю нашу вечность.       Внезапное откровение заставляет Кэролайн даже задержать дыхание.        — Может быть, тебе стоило давать своей сестре хоть немного личного пространства? Хоть раз отпустить от себя дальше, чем на шаг? — неуверенно начинает она и стоит только Клаусу кинуть на неё раздраженный взгляд, Кэролайн пододвигается вперед и кладет свою ладонь ему на плечо, не обращая внимание на покалывающие кончики пальцев. — Если бы она правда любила тебя и дорожила бы тобой, она бы всё равно вернулась. Через год, десятилетие, век. Неважно. А так, лишая её права выбора, ты лишь отталкиваешь её от себя. Заставляешь ненавидеть. — последние слова Кэролайн практически шепчет, смотря в глубокие глаза напротив, и господи, она не должна влюбляться в эту яркую, зелено-голубую радужку. Не должна влюбляться в черные, словно ночь зрачки, в которых пляшут черти.

      но она, черт возьми, влюбляется. и ничего не может с собой поделать.

      На секунду, ей кажется что он подается немного вперед, в попытке коснуться её губ своими. И в эту же самую секунду осознает, что была бы далеко не против, если Клаус поцеловал её. Ей хотелось ощутить вкус его губ, почувствовать под подушечками пальцев колючую щеку…       а в следующую секунду, будто кипятком ошпаренная, она отскакивает от гибрида и чувствует, как быстро колотится её сердце.       Стефан, утирающий кровь с уголков губ кухонным полотенцем, с громким вздохом садится в машину и совершенно не замечает той гнетущей обстановки, что медленно начала исчезать с его появлением. Клаус с расслабленной улыбкой, закидывает ладони на руль и что-то спрашивает у Стефана. Но Кэролайн не слышит. У неё в голове шум бегущей по венам крови, её собственной крови, а в голове невероятной глубины глаза одного наглого гибрида.       Девушка откидывается на сидение и прикрывает глаза. Она чуть не поцеловалась с ним, с Клаусом, мать его, Майклсоном. Учитывая, что около полугода назад давала себе клятву, не связываться ни с кем из канонных мужиков. Ну, только если с Энзо, у этого милашки тараканов в голове не много и парень он хороший.       Клаус задумчиво посматривает на спящую позади него девушку. Он видел по её глазам, как сильно она хотела прикоснуться к его губам своими и не мог поверить. Нет, точнее он знал, что очень красив и активно пользовался этим знанием. Но никто и никогда не хотел целовать его добровольно после того, как он показывал свою темную сторону. А если и хотел, то уж точно не после того, как он буквально купался в крови на глазах этого человека. Не тогда, когда наглядно пытал людей и получал от этого невообразимое удовольствие. А Кэролайн хотела. Хотела и её глаза не скрывали этого.       Как ему быть с этим знанием?