Запретный плод сладок?

— Что.. что ты тут делаешь..? Господи, Марк, ты весь мокрый! — переживает. Просто сейчас за долю секунды стало видно, насколько сильно Полина за него переживает. Почему? Да просто потому что увидела пару капель пота, испарину на лбу и сразу в панику. Но вопрос о том, что мужчина тут делал все ещё стоит ребром, так что нужно как-то выкручиваться. Вот только как? После дрочки, как бы, голова не особо соображает. Зато девочка соображает словно за них двоих. — Ты ведь весь горишь, Марь... Что ж такое? У тебя жар? Как ты себя чувствуешь? — Не.. немного жарко, да. Ну что ты так переживаешь, Поль. Ты что то хотела? — Маркул до такой степени послушно сейчас сел на край своей кровати. Стоило едва ощутимо надавить ему на торс и сразу опустился. Иванова впервые видит от своего брата такое послушание и даже.. подчинение (?). Словно подменили. Конечно, а как не стать послушным, после всего, что между ними произошло за пару дней. Видно, настолько Полина сейчас нервничает. Села около него, начиная заламывать себе до хруста пальчики нежные. Ну что такое? И молчит ведь, словно рыбка в аквариуме, у которой полный рот воды. Это ужасно сильно напрягает и шатен первый выводит ее из молчания, задавая свой вопрос повторно. А девочка на краю кровати аж подпрыгнула, сжимая его руку жилистую на запястье от испугала. Задумалась дуреха, как всегда. — Прости, я да.. ты знаешь ведь меня. Я хотела попросить помочь мне с уроками. Сможешь? — Да, конечно, что ты спрашиваешь то. Пойдем. Всегда помогал ей с уроками. С первого класса прям, пока не уехал с Лондона. А потом и мать переехала вместе с ней, толком и на сказав куда. Хочется вспомнить вот этот кусочек детства, хочется вспомнить как всё было раньше. Поэтому Маркул и идёт за девушкой так послушно и даже робко, опускается за письменный стол, смотря сходу внимательно в учебник. Английский язык, 10 класс. На лице мгновенно улыбка растягивается, Полине стоило просто тыкнуть в номера упражнений карандашом и дать брату чистый листик, как за 7 минут он тут же сделал ей от а до я 12 номеров. Понимает ведь, что его по праву можно назвать чистокровным англичанином, вот и не удивляется такой скорости совсем. Маркул в Англии, как рыба в воде, в отличие от Полины. Она всегда чувствовала себя в этой стране чужой. Потому что русская. Поэтому что бледная и румяная шатенка с голубыми глазками, будто из русской сказки. Мужчина темный остался рядом с сестрой сидеть в тишине, просто смотря внимательно, как пишет, как водит своей лёгкой ручкой, немного давя на пастик черный, выводя такие красивые буквы. Словно завис сейчас, наблюдая за Полиной. Очень красивая. Такая статная, сосредоточенная. Настолько внимательно вчитывается в его каракули, словно пытается понять смысл этих слов, хотя совсем не знает английского, по мелочи. Стоило хоть чуть-чуть углубиться в свои мысли, немного зависнуть на профиле сестры, как она тут же вывела из раздумий. За что такое наказание? — Марь, спасибо большое, но... Я на самом деле тебя не для этого позвала. — голос ломается и дрожит, видно насколько этот ангел сейчас перед ним волнуется. — А что ты хотела? Не переживай, я тебе всегда помогу. Они оба сделали утром вид, будто ничего не было плохого и оба в это очень быстро поверили, влились. Забыли и это правда к лучшему, хотя бы в разные углу не забиваются друг от друга, хотя некая неловкость и даже испуг от Ивановой есть. Сам виноват, заново строить с ней доверие. — Марк, я... Я хотела... Научи меня целоваться. Шок, ступор, словами не описать. Это даже не шок, а конкретный ахуй. — Поль... А ты уверена, что хочешь, чтобы этому тебя учил я, а не твой будущий парень? — Уверена, хватит уже трепаться. — пиздец, это что за настрой, что за уверенность то такая? Откуда в ней вообще все это взялось, если с детства тихоня. Это уже конкретный такой какой-то сдвиг. У обоих внутри что-то сдвинулось, пошатнулось и рухнуло после той пьяной ерунды. У обоих. Брату остаётся лишь плечами пожать, соглашаясь. И не отказался бы. Руки опускает грубоватые на щеки пухлые, двигается к ней поближе на стуле своем, головушку кудрявую наверх задирая, перед самыми губами шепнув: — Просто повторяй за мной, — вниз пальцем большим оттянул губку нижнюю, чтобы ротик Полинин приоткрыть, смотря как закрываются голубые глазки, а нежные ладони на плечи к нему ложатся. Умничка. Шатен губу нижнюю, такую пухлую и сочную своими двумя зажимает аккуратно. Старается быть максимально нежным и ласковым с ней. Целует так плавно, не спеша, уже через первые секунд 20 чувствуя, как Иванова начала робко отвечать. Неумело, но так приятно, что пиздец. Сам аж глаза прикрыл от удовольствия, улыбнулся на секунду в ее губки, пальцами длинные запуская в волосы на затылке. С каждым новым касанием губ все быстрее целуются, мокрее, увереннее и слаще. Это прям словами не передать. Вроде и простой поцелуй, но настолько интимный, в нем сейчас столько эмоций, такой огонь... Был, потому что Полина начинает медленно задыхаться, Маркул и отлипает сразу же, лбом в лоб упираясь. Опустил глаза вниз, все так же продолжая крепко держать за щёчку и затылок. — Ты.. ты так классно целуешься.. — Спасибо, да. У тебя тоже хорошо получается. Только зачем тебе все это? — Я ещё хочу, Марк...