Вино с банановым молоком

      Это было… странно.       Как только они чуть успокоились и разорвали поцелуй, который никого не смог удовлетворить полностью, они решили, что стоит совершить это сегодня. Вечером. В шесть. В квартире Тони.       У Питера возникло навязчивое ощущение, что они двое подростков, которые договариваются о том, что сегодня случится их первый раз. Но он особо не концентрировался на этом, потому что, как только они разошлись, он не смог перестать думать об их разговоре и о том, что должно сегодня случится. Питеру казалось, что его внезапно выкинули в космос, и он там парит, ничего не слыша и почти не видя. Ему оставалось только думать.       В таком состоянии он отсидел ещё две пары. Наверно, Нед и ЭмДжей нашли его. Кажется, они о чём-то спрашивали его, но Питер совсем не помнил, чтобы он что-то ответил им. И, наверно, друзья приняли решения отложить расспросы, когда Питер вернётся на Землю.       Домой Питер добрался на автопилоте, но когда он вошёл в свою комнату и заметил, что осталось всего два часа, он впервые за это время начал нервничать. Он не смог даже на секунду присесть, потому что тут же пошёл в душ, где долгие полчаса оттирал каждый сантиметр своего тела. В конечном итоге он вышел из ванной вместе с паром весь красный от трения.       — Ёлки, — присвистнул Уэйд, который только вернулся с учёбы. — Ты так после вечеринок не отмывался, что случилось?       Питер не ответил. Он молча уставился на своего соседа.       Уэйд был альфой. Он недолюбливал Тони и к тому же у него была девушка. Тони тоже ненавидит его. Но Уэйд всё ещё был альфой.       Питер не знал, что с ним творилось, но ему в этот момент с трудом пришлось подавить желание начать «соперничать» с Уилсоном. Поэтому он сквозь зубы процедил «ничего» и быстро скрылся в своей комнате, где мог ощутить себя более спокойно. И там ему пришлось задаться главным вопросом — что ему надеть?

***

      Тони пришёл домой весь на нервах. Наверно, у него ещё были пары в универе, но он успешно забил на них. Ну не может он сидеть и слушать грёбанную философию, когда у него очко горит от желания ебаться!       Блять.       Зря он тогда поцеловал Паркера. Ему пришлось применить титанические усилия, чтобы не начать тереться об него в тот момент пахом, чего ему стоило отлипнуть от него — вообще не известно. Тони до сих пор не смог унять возбуждения и домой так и ехал с полувставшим членом.       Войдя в свою квартиру, Тони зло бросил ключи. Он злился, потому что был слишком возбуждён, и омега внутри него начала хныкать, что альфа их совсем не любит, раз до сих пор не засадил. Тони решил попробовать решить эту проблему долгим душем, потом ещё одним, а потом залез в ванную, что стало очередной ошибкой, потому что отмокая в тёплой водичке, он вдруг подумал, каково бы было здесь заняться с Паркером сексом.       Блять.       Тони не удержался и подрочил, после чего сделал это ещё два раза, и снова стал под душ.       Блять.       Надо было выебать этого Паркера прямо в том чёртовом кабинете.       Тони только высушил волосы, когда раздался звонок домофона.       Это был Питер.       Сердце невольно подскочило в груди, и Тони остатками силы воли заставил его вернуться на место и начать биться чуть менее хаотично. Он быстро, ощущая непривычный трепет, подошёл к входной двери и, даже не спрашивая, кто там, нажал кнопку, чтобы Питер смог войти в дом.       Пройдёт всего около трёх минут, и он будет здесь. Тони целую минуту стоял на месте, кусая губы. В голове вдруг мелькнула мысль встретить Паркера голым. Интересно, как он отреагирует? Покраснеет? Точно удивиться и сразу начнёт запинаться. Хотя, наверно, он даже сказать ничего не сможет.       Тони всё же вернулся в свою спальню, чтобы натянуть домашние штаны и футболку. Он не хотел, чтобы стеснительного Паркера вдруг схватил инфаркт, когда они вот-вот, наконец, смогут потрахаться.       Когда раздался звонок, Тони уже стоял там, но он дал себе несколько секунд прежде, чем открыл дверь.       — Привет, — с улыбкой сказал Питер, словно они не виделись сегодня днём.       — Привет, — как-то неловко ответил Тони, отступая, чтобы пропустить Паркера внутрь, но тот вдруг замер, уставившись куда-то в районе груди Старка.       «Он что сканировать пытается?», — спросил себя Тони, опуская взгляд вниз, чтобы посмотреть, что привлекло внимание Питера, и… чёрт, он даже не заметил, как надел его футболку.       Тони снова поднял глаза на Питера. Что ж, кажется, обычная футболка произвела почти такой же эффект, как если бы он стоял голым. И он бы соврал если бы сказал, что ему это не нравится.       — Мы так и будем тут стоять? — ну губах Тони была не злая усмешка. — Я иногда увлекался скрытой публичностью, но от этого тяжело получить полное наслаждение.       Питер мотнул головой, словно большая собака.       — Прости, я задумался, — пробормотал он и поспешил войти внутрь.       От Тони не скрылось то, как порозовели его щёки, и он с победной улыбкой закрыл входную дверь. Питер уже успел сбросить кроссовки, которые очень аккуратно поставил рядом с полками для обуви, и снял куртку, которую так же аккуратно повесил на крючок. Тони немного успел понаблюдать за этим процессом, ловя какое-то странное, но приятное ощущение от того, что Питер был у него в квартире. Он не часто сюда кого-то приводил, потому что не любил потом всё вымывать, пока не исчезнет чужой запах. Но он бы очень хотел, чтобы запах Питера оставался здесь как можно дольше.       — Здесь… мило, — сказал Питер, выходя из прихожей в гостиную, совмещённую с кухней.       Тони фыркнул на этот комплемент. Здесь было совсем не мило, а просто пусто. Он так и не обжил квартиру своими вещами. Только в спальне можно было ещё понять, кто её владелец.       — Будешь что-нибудь? Хочешь есть или пить? — спросил он, указывая рукой в сторону кухони.       Тони поражался, как он смог так спокойно это сказать, как будто не хотел в эту же секунду оседлать Паркера и трахнуть прямо здесь на кухонной стойке. И его немного задевало то, что Паркер выглядел смущённым и неловким, но совершенно не… возбуждённым, как Тони.       Неужели он передумал?       — Эм… Да, пожалуйста, — ответил Питер, начиная нервно мять ладони, а потом тут же, спохватившись, добавил: — Воды, если можно.       Чёрт, это пиздецки неловко. Они ведут себя как школьники перед первым разом.       Тони был немного возмущён этим, но всё же пошёл и налил Питеру стакан воды. Сам бы он сейчас не отказался от холодного пива, но если у них всё же будет секс, то он хотел бы быть максимально трезвым.       — Спасибо.       Питер принял стакан из рук Тони, и тому вновь пришлось проявить немыслимую для себя выдержку, когда их пальцы на мгновение прикоснулись, отчего по телу пробежал электрический ток.       Сука, ещё несколько минут, и он действительно выебет Паркера, даже если это будет изнасилованием.       Не подозревающей ни о чем Питер, не отрываясь от стакана, пил воду и делал вид, что ему очень интересен интерьер гостиной. Тони, который сверлил его лицо взглядом, совсем не удивился бы, если бы Паркер вдруг решил заговорить о погоде.       Ну что ж, пускай попробует.       Тони как ни в чём не бывало подошёл к своему огромному мягкому дивану и плюхнулся на него, согнув одну ногу в колене и совершенно не специально отведя другую в сторону так, что даже его широкие штаны натянули в нужных местах. Кажется, Паркер опять выпал на некоторое время из реальности, уставившись на это маленькое представление.       — Так что, может ещё что-нибудь хочешь? — спросил его Тони будничным тоном, словно совершенно не имел ввиду ничего другого.       Питер определённо смотрелся очень глупо с приоткрытым ртом и полупустым стаканом в руке. Через несколько секунд он вспомнил, что его нужно закрыть, но в ответ он издал лишь какой-то неопределённый звук.       Боже, и именно этого человека Тони хочет до скрежета зубов. Сказал бы он это себе хотя бы полгода назад…       — Так, — Питер, отведя взгляд от Старка, залпом осушил стакан и слегка нахмурился, явно пытаясь сосредоточиться. Но дальше мысль, кажется, у него не родилась.       Тони всё ещё не удивился бы, если следующее, что он скажет, будут рассуждения о погоде. Это было бы даже забавно наблюдать, если бы у него всё ещё не горел зад от желание быть выебаным. Омега внутри него тоже возмущённо не понимал, почему альфа до сих пор не начал исполнять обещанное. Почему он стоит перед ними полностью одетый в чистую и пахнущую свежестью одежду, пряча тем самым своё тело, которое не раз всплывало из воспоминаний Тони некоторыми ночами? Почему он вообще так спокойно ведёт себя, когда он так открыто предлагает себя?!       Питер молчал, Тони тоже. Один пытался собраться с мыслями, а другой — просто ожидал.       — Так, — внезапно повторил Питер, всё ещё не смотря на Тони. — Я… я просто хотел сказать две вещи.       Бровь Тони вопросительно изогнулась. Паркер издевается? Он не трахался уже несколько грёбанных месяцев, а единственный, кого он хочет, продолжает тянуть его за яйца, которые, кстати очень — очень! — тяжёлые от возбуждение, не смотря на то, что он успел кончить три раза.       Он рехнётся, если это продлиться больше пяти минут.       — Во-первых, — продолжил Питер, быстро поставив пустой стакан на журнальный столик, от чего ему нечем было занять свои руки, и он снова начал их мять. — Во-первых, я выпил подавители.       — Ты — что?!       Тони сам не ожидал, что это прозвучит так грубо и агрессивно, но болезненное возбуждение в нём мгновенно стало яростью, когда он услышал это. Паркер принял подавители?! Для него это звучало, как отказ спать с ним! — Ты издеваешься надо мной?! — Тони уже не знал, сколько раз за день Паркер вынудил его задаться этим вопросом.       Питер тут же, запаниковав, поднял руки в защитном жесте.       — Нет, я… — начал он и тут же умолк, поджав губы, как он всегда делает, когда пытается подобрать слова.       — Тебе лучше сейчас же придумать хорошую, а главное весомую причину для этого, иначе я тебя изобъю, — угроза Тони совсем не звучало пустой.       Питер шумно вдохнул и выдохнул через нос, а потом сел на край кресла, что стояло рядом с журнальным столиком, чтобы оказать на одном уровне с Тони, либо у него просто истратились все силы на нервы и подкосились колени.       — Тони, — снова начал он, нервно поддёргивая ногой. — Я выпил их не потому, что не хочу спать с тобой, просто… — он снова шумно вдохнул воздух. — Просто я хочу мыслить трезво в этот момент, а твой запах, он… слишком опьяняет меня.       В конце фразы Паркер залился краской, словно восьмиклассница, которая только что призналась подружкам, что засматривалась на мальчишек из футбольной команды школы.       Ладно. Причина Паркера была одновременно приемлемой и в тоже время нет. Но она не могла где-то в глубине развратной души Тони не порадовать его.       — Понимаешь, я не хочу, чтобы мне полностью снесло крышу, и я вдруг навредил тебе.       Тони усмехнулся. Паркер явно не понимал, что пока в зоне «опасности» находился только он сам. Но он ничего не сказал. Питера, кажется, действительно волновал этот вопрос.       Понятно теперь, почему его запах так слабо ощущался.       — Так, с этим разобрались, а что во-вторых? — не скрывая нетерпение, спросил Тони.       — Ну, — Паркер снова смутился, почесав свой затылок, — просто, у меня не так много опыта, и я…       О нет, этот бред Тони даже дослушивать не стал. Он резко встал с дивана и в мгновение ока оказался на коленях Паркера.       — Будем считать, что я всё терпеливо выслушал, — произнёс он, уже привычным жестом запуская пальцы в волосы Питера, — так что теперь, я думаю, мы можем наконец потрахаться.       Питер невольно задержал дыхание, когда ощутил вес Тони на своих коленях, и почти задахнулся, когда тот на мгновение прижался своим возбуждённым пахом к его животу.       Наверно, стоит поменять подавители, потому что ему всё же начинает сносить крышу, и Тони явно всячески старается её подтолкнуть, потому что он полностью окутал Питера своим запахом, в котором ярко читалось возбуждение и нетерпение.       Питер не успел особо много подумать об этом, потому что его губы накрыли чужие, утянув в сладки и требовательный поцелуя. Это словно бензин подействовало на огонь, что Питер ощущал внизу живот и который он старательно подавлял с того самого момента, как узнал свою футболку на Тони и почувствовал исходящий от него запах секса, что свидетельствовало о том, что тот совсем недавно пытался удовлетворить себя.       Что ж, теперь ему не придётся этого делать, потому что Питер собирается душу вложить в то, чтобы насытить омегу.       С этими мыслями Питер, не разрывая поцелуя, мягко оттолкнул от себя Тони, чтобы тот встал на ноги. Как только Питер следом за ним поднялся с кресла, Тони ловко запрыгнул на него, продолжая изучать его плечи и шею руками, пока их губы снова и снова сталкивались в поцелуе.       — Нам… нам надо… на кровать, — с трудом выговорил Питер — чужой язык никак не хотел покидать его рот.       Тони мысленно отверг собственное предложение трахнуться на стеклянном журнальном столике или на диване. Всё таки комфорт в их первый раз не помешает.       Он с неохотой разорвал поцелуй — им всё же нужно было дышать — и посмотрел на Паркера сверху вниз. Его губы покраснели и опухли, карамельные глаза слегка расфокусировались, от чего стали казать на несколько тонов темнее, а волосы, которые до этого явно были старательно уложены, теперь торчали во все стороны. Тони понимал, что сам сейчас выглядит не лучше, и мысль, что вскорем времени они устроят «беспорядок» везде, делала его счастливым, а его член — твёрдым.       — Нам туда, — Тони махнул рукой и не узнал свой собственный дрожащий от нетерпения голос.       Он думал, что Питер сейчас его опустит на ноги, но тот неожиданно с лёгкостью слегка подбросил его и крепче ухватился за бёдра, после чего уверенным шагом направился к указанной двери, которая, к счастью, была открыта.       Честно говоря до этого момента Тони никому не позволял носить себя. Для него это было словно очередное напоминание о том, что любой альфа сильнее его. Но сейчас, когда Паркер так легко его нёс на руках, он, прижавшись к нему, мог только думать о том, как это сильно заводит его. И не желай он поскорее кончить от члена в заднице, он бы, возможно, заставил Паркера носить его по всей квартире, вцепившись в него словно коала.       Как только Питер дошёл до кровати, он бережно, словно младенца, уложил на неё Старка, после чего тому с неохотой пришлось его отпустить, чтобы он смог выпрямиться. Освободившись, Паркер тут же начал расстёгивать пуговицы своей рубашки, но его пальцы так дрожали, что он быстро на это плюнул и стянул её через голову.       Боже, это было сексуально. Кажется, Паркер умел делать всё или только сексуально, или глупо, что каким-то образом в глазах Тони тоже было сексуально.       Поняв, что он немного засмотрелся, Тони решил немного отползти от Паркера и ловко приподнял таз, чтобы стянуть с себя ненужные штаны, но Питер, который успел уже сбросить с себя майку и теперь наконец обнажил свой крепкий торс с нежного цвета кожей, вдруг схватился обеими руками за резинку штанов Старка и одним движением стянул их с него.       — О, — Тони усмехнулся. — Это очень даже по собственнически.       — Ага, — Питер, кажется, совсем не понял смысл сказанных ему слов, он был полностью сфокусирован на том, что видят его глаза — лежащего под ним Тони Старка, без какого-либо стеснения раздвинувшего ноги в вальяжной позе.       Питер ощущал его желание. Он буквально чувствовал его на кончике языка. Ему хотелось, чтобы оно заполнило весь его рот. Но он дал себе несколько секунд, чтобы запечатлеть этот образ в памяти: острые коленки Тони, расставлены в стороны; его красивый вставший член, который слегка подрагивает; небольшое мокрое пятно, которое успело образоваться под ним на одеяле; слегка задравшаяся футболка — его футболка — которая невинно обнажала низ подтянутого живота; его опухшие губы, наполненные желанием глаза, с вызовом и интересом смотрящие на Питера.       Питер был бы рад иметь возможность сделать фото глазами и хранить его в тайне ото всех.       Он рефлекторно сглотнул. Во рту пересохло, хотя недавно он выпил полный стакан воды. Но он знал, как утолить жажду на этот раз.       Прежде, чем Тони успел что-либо сказать, Питер упал на колени, одновременно с этим схватив Старка за бёдра и одним властным движением, притянув его к себе, чтобы не раздумывая взять его аккуратный член в рот, заглотив его до основания.       — Блять, — выругался Тони, то ли от неожиданного рывка, то ли от внезапного глубокого минета, то ли от всего вместе взятого.       Это правда было «блять». Конечно, это был не первый минет в жизни Тони, и откровенно говоря он даже не тянул на звание «лучшего» в плане техники, Паркер уже умудрился несколько раз задеть его чувствительный орган зубами, отчего по телу Старка пробежала дрожь, а изо рта вырвалось шипение. Но — блять — это был «лучший» минет в его жизни, если брать в расчёт эмоции.       Тони никогда не нравилось, если альфы начинали пытаться властвовать над ним, но то, как Питер без труда удерживал его бёдра на месте, не позволяя им начать вдалбливаться в его глотку, — было просто ахуительно. Тони понимал, что ему сейчас не нужно много времени, чтобы кончить, но он как никогда хотел затянуть этот момент и, кусая губы, сдерживал себя ради этого. Он хотел как можно дольше чувствовать весь этот спектр эмоций и ощущений, что испытывал сейчас. Он даже не заметил, как болезненно вцепился в волосы Паркера, надеясь заставить его то ли двигаться быстрее, то ли замедлиться — он не знал. Но он остро ощутил стон, который издал Питер, всё ещё удерживая его член во рту, отчего по разгорячённому органу прошла вибрация, и Тони шумно вдохнул в себя воздух.       — Ох, бля, — он не мог перестать ругаться, потому что его уже мелко потряхивало от напряжение.       — Питер.       Он не хотел думать, как жалостливо сейчас прозвучал его голос, — нет, только не сейчас. Сейчас он больше не может сдерживать себя, не может игнорировать то, с каким рвением Питер пытается доставить ему удовольствие. Не может игнорировать его руки на своих бёдрах, железной хваткой удерживающей его, и его губы, что сжимаются на его члене. Не может больше контролировать свою руку, пальцы которой впились в волосы Паркера, и не может заставить её перестать прижимать его лицо к своему паху, когда он наконец достигает пика и кончает, наполняя рот Паркера. Питер позволяет ему это. Он всё позволяет ему.       Тони всё ещё мелко и редко подрагивает, когда все его мышцы, наконец, расслабляются. Он не замечает, как его пальцы отпускают волосы Питера, но он чувствует, когда тот выпускает его обмякший член изо рта с характерным звуком, и он снова вздрагивает всем телом, ощутив неприятную прохладу на своём паху. Тони лениво моргает слипшимися от слёз (он даже не знал, что плакал) ресницами и смотрит на Питера, всё ещё находившегося между его ног. Паркер улыбается ему, когда замечает этот взгляд. Он улыбается так, словно только что совершенно никому не отсасывал и не…       — Бля, ты проглотил, — голос Тони немного охрип, и он вяло прикрывает глаза рукой, словно ему стыдно осознавать это. На самом деле он просто пытался собраться с силами, чтобы сесть и поцеловать Паркера, но тот вместе со спермой, словно все силы высосал из него.       — Ага.       Улыбка Паркера стала такой сияющей, словно его похвалили, и Тони слабо усмехнулся этому, наблюдая, как Питер склоняется и начинает выстраивать дорожку из поцелуев на его коже внутренней части бедра. Это было приятно. Также как и то, что одна рука придерживала его колено, а друга нежно поглаживало второе. Это совершенно не казалось чем-то сексуальным и горячим, это просто было мягко, интимно и очень… по тёплому.       — Ты знаешь, что высосал из меня буквально всё? — вяло ворочая языком, произнёс Тони.       Он хотел дотронуться до Паркера также, как это делал он, но он мог дотянуться только до плеч, головы и лица, поэтому он задумчиво начал водить ладонью по его плечу, иногда приподнимая её, чтобы нарисовать пальцами какой-нибудь узор.       — Я на это и рассчитывал, — с всё той же улыбкой ответил Питер, оставив ещё один поцелуй внизу живота Старка.       Тони фыркнул и откинул голову назад, устав держать её в приподнятом состоянии.       — Боже, меня ещё никогда так не изматывал минет, — выдохнул он. — Хотя, возможно, я устал от постоянной угрозы, что мне могут откусить член.       Ему даже смотреть не надо было, чтобы понять, что Паркер сейчас обижено надул губы, а потом мстительно прикусил его кожу рядом с коленом.       — Ауч, — усмехнувшись, произнёс Тони, — я понял, ты хочешь меня съесть. Умотаешь минетом, а потом съешь.       — Я же предупреждал, что у меня мало опыта, — Питер всё ещё обижался, он даже спрятал лицо, прижавшись головой к ноге Старка.       — А я говорил тебе заткнуться, — Тони наконец смог собрать в себе силы и сесть на месте, отчего ему пришлось расставить ноги шире, сняв их с плеч Паркера. — Моего опыта точно хватит на нас двоих. Давай я сделаю тебе ответную «услугу», — он вдруг склонился к самому уху Питера. — Покажу тебе свою технику и буду повторять снова и снова, пока ты не научишься.       С такого расстояния Тони мог почувствовать, как феромон Питера, который тот старательно всё время сдерживал, наполнился сладким желанием. Идея «обучения» ему явно понравилась.       Тони не удержал порыв удовольствия и не сильно укусил Питера за ухо, и тут же, словно извиняясь, провёл по укусу языком. От этого Паркер сразу вспыхнул. У него даже шея покраснела, от чего у Тони тут же возникло желание прикоснуться к ней губами, что он и сделал.       Какое-то время они просто обнимались, иногда еле ощутимо поглаживая чужую спину, плечи, волосы — всё, до чего можно было дотянуться и хотелось коснуться. Они словно пытались запомнить, как ощущаются их тела, какой у них вкус, запах, какой температуры кожа. Это было немного странно для Тони. Он просто привык к сумасшедшему сексу, и совсем не привык вот так фактически навалиться на человека и обнимать его. Но ему это нравилось. Было так спокойно и хорошо.       Он лениво подумал о том, почему они не сделали этого раньше?       — У тебя такая бархатная кожа, — пробормотал Тони, задумчиво поглаживая лопатки Питера. — Как у младенца.       Питер издал какой-то непонятный звук, конечно же снова смутившись.       — Это совсем не по-альфовски, - ответил он, с долей вины и сожаления в голосе.       — К чёрту это, — лениво ругнулся Тони, наблюдая за своей рукой, — мне нравится.       Старк буквально кожей ощутил, как Питер улыбнулся от этих слов.       — А у тебя довольно большой член, — вдруг прокомментировал Паркер, залившись краской.       — О боже, — наигранно воскликнул Тони, — это совсем не по-омежье.       — Да, — согласился с ним Питер. — Но мне нравится.       Тони ничего на это не ответил. Он лишь усмехнулся и потёрся щекой о шею Питера. В этот момент его взгляд упал за спину Паркера. Ухмылка Тони стала больше.       — Это ж сколько раз ты меня собираешься сегодня трахнуть? — спросил он, ловким движением вытащив длинную связку презервативов из заднего кармана Паркера. На первый взгляд там было не меньше десяти.       Лицо Питера снова загорелось красным.       — Я просто взял всё, что было, — пробормотал он и попытался перехватить презервативы, которыми Тони махал прямо перед его лицом, — Старк позволил ему это сделать.       — М-м-м, — с какой-то хитрой улыбкой протянул Тони, наблюдал, как Питер поспешно пытается запихнуть презервативы обратно в карман. — И куда ты их прячешь? Давай надевай. Или ты думал, что сегодня сможешь отделаться одним минетом?       Продолжая говорить Тони подтянул к себе правую ногу, чтобы в следующее мгновение аккуратно пристроить её на уже давно вставшем члене Паркера, от чего тот тихо охнул и слегка дёрнулся от прикосновения, но не попытался избежать его.       — Нет, я просто… — начав говорить, Питер запнулся, потому что чужая нога начала, словно невзначай, поглаживать его член, сквозь грубую ткань джинс.       — Ты просто что? — с ещё более лукавой улыбкой спросил Тони.       Питер бросил на него немного обиженный взгляд. Все мышцы его тела заметно напряглись, и он прикусил нижнюю губу прежде, чем продолжил.       — Просто хочу сделать всё хорошо.       Тони цыкнул языком.       — Так ты у нас с комплексом отличника, — усмехнулся он, из-под полуприкрытых ресниц наблюдая за тем, как под его ногой чужой член становится всё больше и горячее.       Питер упёрся в кровать по обе стороны от Старка, и начал тяжело и часто дышать, что не сильно помогало бороться с растущим возбуждением, так как запах Тони был буквально везде, а сам он сидел перед ним в расслабленной позе, истекая смазкой.       Боже, как же он хотел ему вставить.       — На самом деле ты просто хочешь показать себя, — продолжал Тони, почти каждую фразу начиная с придыхания. — Думаешь, если меня хорошенько измотаешь, то я влюблюсь в тебя? А сам так спокойно себя ведёшь, словно я тебя совсем не интересую. А может ты хочешь, чтобы я начал умолять тебя трахнуть меня? Со слезами на глазах просил, чтобы ты наконец вставил в меня свой член и заставил кончать, пока будет чем. Как думаешь, сколько раз мне понадобиться, чтобы из меня больше нечему было выходить?       Тони всё продолжал говорить, а дыхание Питера становилось всё более частым и шумным. От напряжение у него чуть ли не в ушах звенело. Какая-то часть него хотела заставить чужую ногу надавить чуть сильнее, чуть более требовательнее пройтись по всей его длине, чтобы он наконец смог кончить. А другая твердила ему, что у них совсем другие планы.       Не выдержав, Питер схватил ногу Тони в районе щиколотки.       — Не надо, — глухо попросил он, подняв потемневший взгляд на Тони. — Я не хочу набрасываться на тебя.       Тони невольно облизал губы, как завороженный смотря прямо в глаза Питера.       — А что ты хочешь?       Питер ответил не сразу, он, продолжая пристально смотреть, медленно приподнялся и поцеловал Тони, словно спрашивая разрешения. Старк не задумываясь дал его ему, углубив поцелуй.       — Я хочу… — почти прошептал Питер и тут же мягко прикусил нижнюю губу Тони, забираясь одной рукой под его футболку, чтобы огладить его грудь и словно невзначай задеть несколько раз набухшие соски, — …хочу сделать это медленно.       По телу Тони прошла мелкая дрожь от этих слов, а живот скрутило от нетерпения, пока Питер, оторвавшись от его губ, перешёл к шее, в тот же момент зажав один его сосок между пальцев.       Шея – одно из самых уязвимых место для омег, но Тони даже на секунду не подумал о том, что Питер может оставить на нём метку без его на то согласия. Хотя казалось, что ещё чуть-чуть, и он будет готов сам попросить об этом. Его омеге было нестерпимо думать о том, что эти лёгкие покусывания, обычное царапание клыками делаются не с целью пометить его.       — Я хочу сделать это медленно, — повторит Питер, аккуратно помогая Тони лечь на спину. — Хочу доставить тебе только удовольствие.       Он вдруг прекратил терзать уже покрасневшую кожу Тони и слегка приподнялся, чтобы заглянуть в его затуманенные желанием глаза.       Питер вдруг снова мягка улыбнулся, хотя глаза его были немного жёсткими от сдерживаемого возбуждения.       — Я хочу показать тебе, как я люблю тебя.       «Ох блять», — подумал Тони, ощутив, как всё его тело мелко задрожало от нетерпения, а живот скрутило до невозможного.       — Тогда, чёрт возьми, сделай это, — прошептал он в самые губы Питера, властно схватив его за волосы.       Их губы вновь переплелись в страстном, но медленном поцелуе.