Проклятие героя (Remastered)

      Изменения в личности не всегда легко найти на первый взгляд. Сущность меняется день ото дня в зависимости от настроения, от того, что предшествовала ночь со своими сновидениями, способных ранить или излечить раненую душу. Но кто знает, что произойдет, когда происходит некая внутренняя трансформация, которую никто не смог увидеть?       Первоначально всё шло хорошо. Сновидения, окружающие синего ежа, были столь мимолетны, что мозг не мог улавливать хоть каплю сна, хоть какую-то картинку, из которой сможет сделать вполне себе приличный сюжет. Не чувствовалось ничего плохого, странного.       Но спустя мнимые мгновения, которые в настоящем времени могли казаться вечностью, а на самом деле несколькими часами пресловутого сна, ёж почувствовал нечто тёмное, нечто страшное в своей душе, хоть этого и не полностью осознавал. Пропасть, поселившаяся после битвы с Эггманом, стала разрастаться.       Спокойный антураж сменялся бескрайностью, смятением, не подлежащим объяснению. Было чувство, словно Соник бежал по какой-то невидимой тропе, не заканчивающейся уже несколько минут. Будто он идет по тонкому канату — столь тяжело, что воздух подталкивал того в пропасть.       Но даже во сне он держался изо всех сил, дабы не свалиться в пучину. Никто еще не смог победить героя, даже собственные страхи, которые могли оказаться ловушкой в царстве снов. Сейчас, когда ноги подкашивались, в ход шли руки, держащиеся за светлую нить, казавшуюся спасением для души.       Размеренное дыхание спящего тела не предвещало беды, но в разуме творился хаос, разве могло что-то пойти не так после того вечера? И вновь картина сменилась на бескрайность, вот еж уже видел себя со стороны в тот самый момент, когда сражался с врагом, который хотел ликвидировать Королеву.

— Соник, ты почти выбил признание из него, но не дожал… Позволь показать, как нужно было действовать…

      Это очередной пустяк для Соника, он мог забыть это так легко, как и поймал того киллера, но что-то удерживало разум именно на этом моменте. Душа в смятении, еж не понимает, почему именно сон хочет показать ему отрывок вчерашнего вечера, неужели нечто важное упущено?

— Ему не сказал, но мне скажешь…

      Вновь и вновь кулаки ежа просачивались сквозь защиту врага, тот сопротивлялся, но толку от этого было ноль. Раз за разом удары Соника достигали головы соперника, даже тогда, когда тот падал, герой подхватывал, а затем вновь продолжал избиение, не прекращая ни на секунду.

— Выбить информацию легко и просто, если надавить…

      Противник упал почти что при смерти, ведь в отличие от реальности во сне всё было возведено в абсолют, в то, что именно хотелось душе ежа, но тот искренне отталкивал столь безумный поступок, ведь это неправильно, но именно сейчас двойник делает то, о чём мимолётно задумывался оригинал.       Снайпер лежит на полу высокого здания весь в крови, пытается дышать, но легкие практически не слушаются, а над ним силуэт Рыцаря, который смотрел на поверженного, словно на обычный мусор. Со стороны Соник видел себя, удивлялся, думал, будто это вовсе кто-то иной — не он, ведь так поступить не мог никогда.       Еж хотел остановить безумца, дабы сжалился над врагом, ведь такое избиение в корне отличалось от настоящего, где тот упал побежденным только от выпавших зубов, а не от обильного кровотечения из-за частых побоев с большой скорости. Но ноги не слушались, остановились на полпути, заставляя носителя наблюдать за этим шоу.

— Смотри и учись…

      Соник, который стоял подле киллера, обратил внимание на собрата, даже помахал, хотя сознание такую команду не давало. Внезапно схватив мобианца, двойник вместе с ним подошел к обрыву. Мобианец кряхтел, пытаясь вырваться, но не смог ничего сделать из-за железной хватки.       — Кто? — сошло с уст двойника. — Кто тебя нанял?       — П-пошел т-ты!.. — вырвалось из уст мобианца.       Мгновение, как он полностью отпустил мобианца. Раздался вопль, когда тело неудачливого киллера падало с огромной высоты, но как только, казалось бы, была точка невозврата, так еж схватил того за волосы, потянув на себя. Соник попытался двинуться, но вновь бесполезно.       — Хватит! Он расскажет, хватит этого!!! — прокричал герой.       — Нет, не расскажет, он тогда не рассказал, хотя кичился, что сделает это, — почти что прошептал двойник. — И какой итог? Ты видел, что из него не могут выбить ничего уже несколько дней подряд…       — Отпусти… Отпусти его! Он… Я не в себе… почему я говорю сам с собой?! — вырвалось из уст Соника.       — Просто подожди, здесь нужно надавить на правильные точки… — улыбнулся двойник.       Еж стал закрывать глаза. Смотреть на издевательства, смотреть на то, как двойник расправляется с мобианцем, — это выше всяких сил. Он герой, он тот, кто никогда не тронет мобианцев, даже если они хотели убить Салли. Он та звезда, которая не угаснет в пустоте…       Это всё простой сон, такой реальный, такой осязаемый, но сон. Сон. Нужно проснуться, чтобы избавиться от этого кошмара, от того, что делает оторванное тело от сознания. Двойник ненастоящий, просто порождение того адреналина, какой он испытал в те мгновения.       Но глаза не сомкнулись. Соник ощутил, будто кто-то стал держать его позади, а затем насильно провел своими пальцами по глазному оку, держа веки, чтобы они никогда не закрыли взору предстоящую картину. Кто-то держал, но даже повернуться еж не мог.       — Покажи ему, брат, — раздался позади женский голос. — Соник, смотри, что нужно было делать, чтобы уже позавчера всех виновников нашли…       У двойника порвалась перчатка, а вместо обычных ноготков появились почти что маленькие лезвия, настолько острыми когти казались. Двойник медленно подвел к горлу мобианца свой коготь, а затем резко вдавил в левую сторону, пронизывая насквозь, из-за чего полилась кровь.       — А теперь?.. — улыбнулся двойник.       — Р… Р… Р-Райли… — еле как прошептал мобианец. — Не… Не у-убивай!..       — Ох, все слышали это? — улыбнулся двойник. — Подсознание Соника уже знает ответ, все знают ответ, кто его нанял, но доказать не могут… Жаль, не так ли?.. Салли все еще в клетке собственной власти, а ты не можешь ее спасти… И какой из тебя рыцарь?..       Но вместо того, чтобы остановиться, двойник резко двинул коготь в правую сторону, чтобы полностью разрезать горло. Соник смотрел на это с ужасом, видел, как собственное отражение лишает жизни мобианца — это грех, это то, чего ёж никогда бы не сделал в своей жизни.       Но двойник сделал. Кровь вышла изо рта мобианца, а вместе с этим тело, дергающееся от хватки ежа, медленно прекращало подавать хоть какие-то признаки жизни. Медленно, еще медленнее, как «Соник» резко дернул голову, отрывая от разрезанной шеи.       А затем отрезанная часть упала. Звук, будто что-то легкое с огромной скоростью ударилось об землю, при этом характерного скрежета вовсе не слышно. Хоть это и был сон, но чувство того, что еж не спас мобианца от смерти, четко вбилось в душу, не отпуская ни на секунду.       И тот двойник улыбался, это приносило неистовое наслаждение, как же прекрасен тот миг, когда вся надежда на спасение исчезла, и за ней последовала только смерть. Ужасная судьба настигла того, кто посмел бросить вызов друзьям ежа, но что до самого героя?       — Чувствуешь себя ужасно? — спросил двойник. — Не спас того, кто хотел убить нашу подругу, королеву, надежду на светлое будущее любого простого мобианца?..       — Ты пожалеешь об этом! — зарычал Соник. — Никто не смеет отнимать жизнь, тем более используя мой образ!!!       — Ты должен понять, что он уже мертв, — улыбнулся двойник. — Он попал в тюрьму, а приговор за попытку убийства монарха — это смерть… — он выбросил голову с крыши. — И я просто показал, что его обезглавят… Считаешь это жестоким?       — Он… он… — Соник не знал, что ответить. — Он бы встретил справедливый приговор, а не самосуд! Герои — не убивают, ты просто жалкая копия.       — Может, отпустить его? Пусть попытается доказать на деле свои же слова, — позади вновь послышался женский голос. — Он прав, герои не убивают, даже законченных мразей.       — Хорошо, отпусти его, сестра, я хочу посмотреть на то, как он… — улыбнулся двойник. — Защищает несостоявшегося убийцу королевы…       В мгновение ока руки, держащие ежа на месте, исчезли, будто их никогда и не существовало в этом сне. Он освободился от оков, сдерживающих героя. Он хотел ударить двойника за столь дерзкий, неправильный по законам морали поступок, но тот обладал такой же скоростью, как и оригинал, поэтому с легкостью уклонился от удара.       Битва во снах всегда переносилась на носителя, переворачивая его в реальности, поэтому тело ежа двинулось на своей кровати, чуть ли не упав на пол, но всё же удержавшись на левом краю. Плохо было то, что еж не проснулся от такого толчка, а продолжал видеть нелицеприятный сон, в котором был бессилен.       Удар пришелся по лицу героя, тот отскочил, но не прошло и секунды, как двойник повалил на пол, при этом сломав одну из ног своим подкатом. Коленка развернулась в обратную сторону, но боли не чувствовалось, только внушительный разум кричал о ране, пытаясь разбудить ежа.       — Ну и? Это все? — двойник говорил так отчетливо, что даже странно, ведь во снах обычно невозможно разобрать слов. — Это вся твоя ярость за то, что я нарушил наш кодекс чести?       — К-Какого ч-черта… — Соник проговорился, даже ощутил, будто рот двигается и наяву.       Двойник подскочил к нашему герою, а затем поднял на ноги, будто и вовсе не дрался с ним. К удивлению, ран и вовсе не наблюдалось, всё зажило в мгновении ока, но даже так двигаться Соник не мог, даже пошевелить кончиком пальца. Нечто похожее на него самого усмехнулось, а затем и вовсе засмеялось, издеваясь над оригиналом.       — Приятно познакомиться, Соник, — он даже не подал руку, а с неким пренебрежением произнес эти слова. — У нас еще будет время узнать друг друга получше…       После чего всё как в тумане, невозможно было разобрать, что говорилось дальше, но в душу запали именно эти слова, а сон поменял свое направление на спокойное, дабы снять напряжение, засевшее в сердце. Разум вернулся в тело по команде щелчка. Соник в холодном поту, будто бы увидел настоящий кошмар, который никогда не хотел замечать в своей жизни, хотел встать с кровати, но из-за положения его тела вместо обычного и мирного передвижения свалился с характерным звуком.       — Ай! — закричал еж, когда его нос соприкоснулся с помытым полом.       Полностью проснуться от удара, конечно, эффективный способ, но не такой мягкий и сладкий, как хотелось герою. Тот внезапно вскочил на две ноги, держась за свой нос, думая, что нечаянно разбил его. Конечно, такого не было, но только что взбодрившееся тело очень бурно реагировало на любое действие.       — Чертовы кошмары! — Соник уселся на свою мягкую кровать, но продолжал жаловаться. — Ай, ладно, забудь! — успокоившись, он вздохнул. — Который час?       Он обратил внимание на висящие на стене часы, которые показывали только восемь часов утра, — еж никогда не просыпался настолько рано, а ведь это что-то да значило в это время. Кажется, сон не скоро вернется, поэтому было время проветриться, поразмыслить о том, что было.       Возможно, сон — это лишь разыгравшееся воображение, которое хотело подшутить над разумом ежа, над его чувствами и сердцем, но не стоило всё попускать на простые случаи. Ежик глубоко вздохнул, успокоившись от падения, а затем, зевая, стал думать, чтобы такого поделать.       Первое, что хотелось, так это заварить себе чашечку хорошего и горячего кофе, дабы полностью прийти в себя, а затем прогуляться по деревне, в которой жил, дабы посмотреть, есть ли роботы Эггмана в округе или же нет. Разминка нужна, особенно теперь, когда он стал Рыцарем Её Высочества.       Войдя на кухню, можно было заметить плиту и всё ей присущее, столы и так далее — как у всех мобианцев, вообще-то. На одной из полок была кофеварка, которую он незамедлительно включил, дабы полностью проснуться благодаря напитку. Соник посмотрел в окно, из которого видел только начавшийся рассвет, всё же Мобиус не Земля, где в это время солнце давно взошло.       Но такое спокойствие нарушал беспокойный сон, показавший героя со стороны в тот момент, хоть и в слишком приукрашенной стороне, нереалистичной, даже страшной, что-то темное и неестественное внутри не могло так просто вырваться наружу. Лишь осознание того, что это дурные сновидения, успокаивало Соника.       Возможно, стоило обратиться к своему лучшему другу, дабы тот помог разобраться в значении этих странностей? Возможно, ёж просто накручивает себя, ведь впервые в своей жизни избил мобианца, который хотел уничтожить его подругу ради каких-то денег. Всё бывает в первый раз, и это не исключение.       Но всё же разобраться в этом стоит, ведь недаром даже сердце чувствовало нечто столь угнетающее, что невозможно было ни с чем сравнить. Предчувствие беды или опасности — не разобраться. Несколько минут размышлений не привели к желанному результату, ведь сам ёж не знал причину, поэтому и следствие не выработал.       В дверь неожиданно постучались. Кто же мог прийти в такую рань к мобианцу, который никогда не любил подниматься утром, особенно в свой заслуженный выходной, придуманный ради простого отдыха от геройских дел? Но тому, кто захотел проведать ежа, дико повезло, ведь именно в это время Соник бодрствовал.       Хоть и нехотя, хоть и с мыслью, что постучат и отстанут, всё же герой решился на проверку, ведь самому интересно, кто бы это мог быть. Подойдя к двери, он невольно остановился, ещё раз подумав о надобности открытия, ведь сейчас не самое удачное время, особенно после кошмара.       Но стук усиливался, поэтому пришлось заключить сделку со своим настроением, отворить входную дверь, дабы увидеть мобианца. Соник очень сильно удивился, когда на пороге своего дома заметил Эми, стоящую прямо перед ним в своем обыкновенном платье.       — Эми? — Соник сначала подумал, что ему показалось, но нет. — Что ты тут делаешь?       Ежиха только смогла посмотреть в глаза героя, как тут же он заметил печаль на ее лице, будто кто-то обидел, возможно, разочаровал данную особу, или же из-за раннего утра не смогла полностью проснуться и с такой кислой миной постучалась в дверь. Несколько секунд они стояли в ступоре, не решаясь ничего произнести.       Эми из-за того, что так рано пришла к своему возлюбленному, а Соник из-за мыслей, которые отнюдь не были направлены в сторону Роуз, ведь размышления о сне до сих пор тревожили ежа. Она смотрела в его глаза, а затем попыталась вымолвить из себя хоть что-то.       — Можно войти?.. — тихо прошептала девушка, надеясь на то, что он услышит ее мольбу.       Как только она смогла произнести эти слова, то Соник хотел резко отказаться от данной затеи, предчувствуя, что Эми утром делать здесь особо нечего, но что-то заставило согласиться. В глубине души, возможно, хотелось некой поддержки со стороны, ведь прошедший сон казался изматывающим.       — Конечно, — Соник даже сдвинулся с места, дабы пропустить ее. — Мои двери всегда открыты.       И зачем он произнес последнее, зная о навязчивом характере своей подруги, особенно претендующей на место в его сердце. На лице Эми появилась улыбка, ибо неосторожная фраза привела ее в восторг. Она хотела уже войти в помещение, но ее правая нога вновь захромала, из-за чего она споткнулась на пороге.       Благо Соник заметил это и сразу же подхватил свою подругу, обхватив своей рукой ее спину, дабы удержать на месте. От такого прикосновения она даже не почувствовала смятения, наоборот, спокойствие наполняло ее сердце вместе со смущением, а сердце забилось быстрее.       — Осторожней надо быть, — Соник аккуратно выровнял Эми, дабы та смогла спокойно устоять на ногах, а затем и двигаться. — Ты все еще хромаешь, не нужно поспешных движений…       Трудно было приспособиться к такому, но девушка изо всех сил старалась ходить так, будто никакой операции не было, доказать, что всё в полном порядке, но не полностью могла. К счастью, была поддержка в этот момент, поэтому всё обошлось без ушибов.       Соник проводил ее до своей кухни, где в это время кофеварка почти завершила все приготовления к освежающему напитку, способному разбудить даже самый сонный разум в мире. Все время, пока они находились на ногах, еж держал Роуз за руку, дабы чувствовать каждое ее неосторожное движение.       В эти мгновения, когда она ощущала прикосновения Соника к себе, сердце ежихи готово было выпрыгнуть в любой момент, Эми была готова упасть в обморок от того, что сейчас находится во власти заботливого возлюбленного, который хоть как-то обратил на нее внимание.       Девушка забыла про всё в эти мгновения, даже причину, по которой пришла к нему домой. Но счастье не длилось вечно, ведь Соник подставил под неё стул, после чего держание за руки прекратилось. Она медленно села на своё место, при этом держась руками за стол.       Соник в этот момент уже искал две кружки, ведь негоже одному распивать кофе, не предложив его гостю. Эта тишина действовала на обоих по-разному. На Эми с надеждой, ведь она только и делала, что смотрела на своего героя, не отвлекаясь ни на секунду. На Соника с некой неординарностью, он или смущался тому, что находится один с ней в своем доме, или пытался не обращать внимание на девушку, дабы не казаться неуверенным.       — Чего ты ждешь, Соник? Она рядом, никого вокруг нет…

— Нет, Эми и Соник еще не готовы к отношениям. Это будет выглядеть, как всплеск эмоций, ничего более…

      — Успокойся, он любит ее, вот увидишь.

— Не спеши события, сестра, не смей вмешиваться…

      Но вот по кружкам разлит свежий кофе, а сам еж уже находился рядом с Роуз, дабы наконец-то узнать причину, почему та соизволила явиться в такую рань. Слегка отпив содержимое кружки, еж впервые обратил внимание на красоту Роуз, на ее глаза, на смущенную улыбку, казалось, будто смотрит совершенно под другим углом, не присущим до этого момента.       — Итак, чего встали в такую рань? — наконец-то задал вопрос еж, дабы не затягивать паузу. — Что-то случилось?       — Ничего особенного, я… — обратив внимание на Соника, та с неуверенной интонацией произнесла. — Я просто захотела тебя увидеть…       Эми даже не знала, зачем пришла, будто какой-то голос приказал это сделать именно сегодня, именно в это время. Что-то мутное в голове до сих пор нашептывало некоторые неприятные слова, будто сейчас она не нужна ему, что оскверняет своим появлением, но она держалась, дабы не показаться слабой.       — Вот как, — с облегчением произнес Соник.       И еще минута молчания, которая казалась вечностью по сравнению с простым временем. Сонику было не очень приятно находиться рядом, в душе какое-то смятение и отдаленный женский голос, зазывающий действовать, зазывающий отказаться от мнимой свободы.       — Я… — он думал, что сейчас самое время извиниться. — Хотел попросить прощение.       — За что? — спросила Эми, удивленно посмотрев на своего возлюбленного.       Что-то надоумило его. Что-то внутри сжималось и одновременно пыталось склонить его к молчанию. Может, сказать правду? Что его свобода — это страх того, что он подставит под удар остальных, что его сердце разрывается от того, что он боится признаться самому себе…       Эми — напоминание, что нельзя ему подпускать никого к своей душе, даже тех, кто любит его всем своим сердцем. Она ранена, ее хромота — его вина. Черт. Но ее лицо, ее красота, ее настойчивость — она пробила его еще давно, несколько лет назад, но он никогда этого не говорил.       — Просто скажи ей, что чувствуешь. Хватит прятаться. Скажи. Сейчас же.

— Не говори ничего. Не время. Спешка нужна при ловле блох, а не при чувствах!..

      — Брат, ты романтик? Хватит. Он уже пять лет молчит!

— И помолчит еще пять лет! Они не готовы.

      Вновь в голове суматоха, но ему нужно выговориться. Его голос, его внутренний голос, будто подсказывал, что нужно высказаться, хватит тянуть и то, что давно было бы. Может, вместо того, чтобы рвать сердце Роуз на куски в очередной раз, собрать его воедино?       — За все… — расплывчиво заявил Соник. — За… За твою рану в первую очередь…       Она только усмехнулась, даже это для ежа было очень странно. На самом деле Эми в данный момент испытывала только грусть, но симулировала только удивление, чтобы Соник не думал, что она хоть как-то расстроена из-за этого случая. Еще и этот злостный голос, звучащий в голове Роуз, нагнетал обстановку. То он был во сне, из-за которого она решилась пойти к ежу, то сейчас пытается вывести из себя, дабы та запаниковала, заплакала, а затем утешилась в объятиях героя.

— Он любит Салли… Эми, просто сдайся… Он никогда не будет твоим… Мы проигрываем по всем параметрам… Просто отпусти… И станет легче… Станет свободнее… Разве ты хочешь вечно быть в состоянии ожидания? Если он любил бы… Он бы сделал хотя бы первый шаг… Но не делает… Никогда не делал…

      Но этого не нужно, ведь ее проблемы остаются только у нее, ведь зачем расстраивать остальных, если можно справиться самой. Соник удивлялся ее выдержке, но в глубине души понимал, что она подавляет свои настоящие эмоции, почему-то он чувствовал это в глубине души, доверял своему чутью.       — Все в порядке… — спокойным голосом произнесла Эми. — Ты не виноват… Просто… Опять Эггман…       — И я… я в последнее время больше всего с Салли провожу, но… рыцари так и живут… рядом со своей королевой… — почему он это говорит, почему именно сейчас?.. — Нет времени пригласить тебя куда-то…       Голос в голове Роуз усиливался. Она вздрогнула, как только услышала о Салли. Да. Это правда. За эти несколько дней Соник выполнял свои обязанности рыцаря, вечно был с королевой, ходил по пятам, защищал, следил за обстановкой так, как никогда раньше. И это только для Салли.

— Опять он о Салли…

      Вновь внутренний голос. Вновь она подумала об этом, но плакать? Плакать из-за того, что долг рыцаря — быть с королевой?.. Эми не должна. Эми сильная и без внимания Соника, но… Сердце колит, будто он выбрал Акорн, а не Роуз, будто он теперь никогда не будет ее.       — Салли Акорн — принцесса, а затем и королева всего Королевства, она сама проявляет к тебе интерес, и грех отказаться от такого предложения… — вырвалось из ее уст.       — Эми… — Соник сглотнул. — Ты все неправильно поняла…       — Конечно, возможно, вы проводите время не за составлением планов или защите, или борьбе с Эггманом, куда до меня — простой мобианке, ха-ха, — сейчас ее голос стал дрожать, что было очень сильно заметно, особенно в звучании. — Я даже не смогла за все эти годы хоть как-то приблизиться, вот… Только сейчас решилась войти в дом, и то по глупости.

— Ничтожество… Мы — ничтожества, Эми… Уйдем и не вернемся… Он достоин лучшего…

      Обстановка менялась на глазах, ведь теперь Эми отвернулась от него, смотря внутрь кружки с кофе, увидев свое отражение. И как она могла тягаться с Акорн, пытаясь быть первой в сердце Соника, ведь это было бесполезно, поражение — это вопрос времени, и сейчас она это наглядно наблюдала.       Соник теперь точно знал, что в голове Эми рыцарство ежа — это нечто большее, чем просто долг. Сейчас она будет копаться в себе, найдет несовершенство, а затем и вовсе войдет в депрессию, понимая, что ничего не достигнет в своих чувствах. Это заблуждение, которое еж сейчас же должен исправить.       — Ну же, Соник, сейчас! Признайся! Не упусти ее, она уже отвернулась!

— Пусть отпустит, они должны разобраться в себе, а не… Сестра, стой!!!

      — Я не люблю Салли, — вздохнув, Соник наконец-то смог обратить на себя внимание, ведь эти слова звучали, как новая надежда для ежихи. — Правда, я даже не думал быть вместе с ней.       После этих слов Эми будто застыла на месте на продолжительное время. Нечто столь удивило ее, что невозможно вообразить реальность сказанного. Соник издевается над простодушной девушкой? Она хотела поверить в эти слова, но что-то подсказывало лживость сказанного.       — Врешь, не так ли? — не поверив в сказанное, Эми показала, что именно чувствовала в этот момент. — Это просто чтобы успокоить меня? К-конечно, это легче всего…       Еж не понял, как это вырвалось из его уст. Как он так легко и просто признался в чем-то, хотя сам не осознавал до конца. Что-то заставило его это сказать. Что-то, что было в голове или в сердце, неизвестно. Но хотелось остановиться, резко, будто сам мозг протестовал…       Но… Он захотел продолжить говорить то, что на самом деле у него на душе, да, потому что он долго скрывал — хватит. Время сделать то, что он давно хотел, но, не успев даже заикнуться для следующего предложения, заметил, как с лица Эми стали капать слезы, кажется, зря он начал эту тему, которая так ранила девушку.       — Эми… — видеть пред собой заплаканную Роуз он не желал.       — Я п-понимаю, — она пыталась вытереть свои слезы, но они предательски продолжали капать. — В-все понимаю…       — Это не то… — ком в горле помешал продолжить фразу, даже для героя видеть эту картину было испытанием.       Эми не смогла полностью сдержаться. Слезы не прекращались, а голос вовсе не подчинялся разуму девушки, ведь он продолжал дрожать. Она закрыла свое лицо, при этом была слышна начинающаяся истерика, из которой Роуз пыталась быстро выйти, но не получалось.

— ОТЛИЧНО! СДЕЛАЛА ЛУЧШЕ, МОЛОДЕЦ!!!

      — Хм… Хорошо, раз не сработало… Пусть сам Соник все сделает. Пусть. Вот увидишь, у него получится.

— Аргх… Сомневаюсь, но ладно… Давай надеяться, что он не испортит то, что испортила уже ты! Надеюсь, он не будет спешить… хотя бы успокоит ее…

      Даже осознание того, что Соник находится рядом, никак не помогало, наоборот, только подталкивало к эмоциональному срыву. Ведь он не ее, еж предпочитает Салли, хоть и сказал обратное для того, чтобы успокоить. Разве Эми не заслуживает хоть капельки счастья в своей быстротечной жизни?       — П-прости, я… Я, н-наверное, зря пришла, — она желала уйти из дома своего возлюбленного, ведь здесь ей нет места. — Т-только настроение порчу…       К сожалению, она была права, ведь в душе ежа творился настоящий ураган эмоций. В какой-то момент Сонику было жалко свою подругу, не находящую у него отклика в сердце, но в то же время он знал, что давать мнимую надежду — это убить окончательно, ведь Роуз вновь будет грезить несбыточными мечтами.       — Я… я пойду… — Эми уже неслышно, словно она сама себе говорила удалиться отсюда, чтобы не мешать.

— И не вернемся…

      Соник почувствовал облегчение, внутренний голос затих. И время действовать самостоятельно. Он не дожидался, когда она встанет со своего места, чтобы в слезах уйти к себе домой. Нет. Он не хотел видеть эту печаль, особенно сейчас, когда Эми так сильно нужна правда.       Еж спокойно встал со стула, понимая, что нужно как можно скорее успокоить свою подругу. Подойдя ближе, он, не найдя нужного решения, заключил в свои объятия ежиху, дабы хоть как-то смягчить ее душевные страдания. Прижимая к себе, будто самого дорогого мобианца на всем Мобиусе, Соник также одной рукой прикасался к ее волосам, почесывая голову Роуз, чтобы та хоть как-то обратила внимание на такой невероятный поступок с его стороны.       — З-зачем… — произнесла Эми, пытаясь хоть как-то держать свой нервный голос.       — Я говорю, что никак не связан с Акорн, и это правда, которую не хочу скрывать, — он никак не выпускал ее из своих объятий. — Просто поверь… Мы с ней — друзья, а теперь я ее рыцарь, ничего больше…       Но как бы она не хотела согласиться с ним, но в глубине души оставался шрам, мешающий видеть истину в его словах. Внутренний голос Роуз твердил о том, что он врет, но даже так сердце чувствовало некое утешение, ведь сейчас Эми находилась полностью в его объятиях.

— Эми, нет, не слушай его… он просто хочет тебя успокоить… Он пытается силой из себя доставать эти слова… Уходим… Не заставляй его говорить это!.. Это будет просто… Сладкая ложь, хотя мы будем думать, что это правда…

      Как-никак, но это невольно успокаивало девушку, которая пыталась изо всех сил сдерживать позывы слёз, заканчивающихся сейчас на её лице. Но ёж осознавал, что Эми никак не может поверить в простые слова, нет, ей нужны хотя бы действия, хотя бы подтверждения.       Внезапно и ее руки прикоснулись к Сонику, заключая теперь его в объятия. Роуз пребывала в смятении, ведь в одном случае она искренне рада, что еж ничего не чувствует к королеве, что ничего не потеряно для нее, а в другом — Эми все равно ничего не добьется, ведь Акорн находится ближе.       — Я… Я хочу поверить, но н-не могу, — но что-то продолжало терзать ее душу. — Я… Сколько раз я пыталась, сколько раз я хотела, чтобы ты смотрел на меня? И… и я все портила… Каждое наше совместное действие — я или перегибаю, или не могу ничего сказать… Я… Вижу… Вижу, что с Салли тебе легче… Что в прошлом, что… что за все эти дни рыцарства…       Эти несколько мучительных дней, все эти мучительные года, которые преследовали ее. Неудача. Неудача — везде неудача. Она одна, а друзья — они опора и поддержка, но сердце желает большего. Сердце желало возлюбленного, а он — нет, он убегал, уходил, были другие дела.       — Эми… — еле как произнес Соник.       Он знал почему так. Знал, что каждый день того, что он не действует, пытается ускользнуть от прямых вопросов, отражается на ее душе. И он в этом виноват сам. Прятаться за свободой, за страхами — вот к чему это привело. К слезам, к тому, что она сдалась. Но он не хотел этого слышать…       Сама мысль, что она сдалась, ужалила его в самое сердце. Он не хотел, чтобы она ускользала от него, не хотел, чтобы искала кого-то другого, не хотел, чтобы у нее на лице была печаль, слезы, а может, и будущая ненависть? Нет. Этого нельзя было допустить!       — Я… Я желаю тебе только счастья, поэтому… Поэтому… Я отступлю… Я…       Не успев договорить, она почувствовала что-то мягкое, нежное на своих губах. Прикосновение столь чувственно, что невозможно было догадаться о том, что в этот момент Соник решился на то, чего боялся всё это время.       Возможно, ежу нравилось тешить свое эго тем, что в него влюблена дурочка, готовая на все, если он вдруг захочет, а терять ее из-за какого-то недоразумения — это поистине глупо. Она должна быть рядом с ним, ведь Сонику, как бы странно ни звучало, нравилась компания в ее лице.       Да. Она иногда надоедает своим появлением, своими попытками достучаться до его души, но в этом еж видел некий стержень ее характера, то, с каким рвением она доставала все эти годы, давало понять, что Соник привык к Эми Роуз, даже отпустить — это невозможное решение с его стороны.       Она не богата, родители мертвы, не отличается особым умом, но все же есть что-то особенное, что все время притягивало со стороны. Возможно, попытки Эми не прошли даром, просто еж не хотел на этом зацикливаться, не хотел давать пустых надежд.       Но сейчас время пришло. Конечно, жалеть герой будет после, а сейчас нужно доказать, что Роуз не так безразлична, как кажется на первый взгляд. Первый шаг был сделан, дабы обеспокоенная девушка смогла найти свое счастье, которое искала так долго.       Губы, что были уже соединены, плавно соприкасались друг с другом, что придавало множество новых эмоций, словно волна, проникающая куда угодно, до самого теплого, что существует в нашем сердце.       Этот момент мог длиться почти вечность. Они не спешили, совсем нет, этот поцелуй выглядел, как будто два совершенно неумелых мобианца решили попробовать что-то новое в эмоциях, в чувствах. Ведь на этом самом месте руки точно сжались, передавая всё тонкое волнение, которое сопровождалось почти незаметным переживанием.       Эми почувствовала то, чего желала почти всю свою жизнь, это тепло, которое не могло быть ни от кого другого, кроме ее возлюбленного, того, кого она выбрала для души до конца своих дней. Он принял ее в такой сложный момент, не отталкивая ни на секунду, что еще нужно было для счастья.       Душа в смятении быстро пришла в ту стадию, на которой обычно можно увидеть счастливые лица, а слезы, закончившиеся на лице, теперь не могли помешать сему действию. Кажется, будто всё то, что она тайно желала всем сердцем, исполнилось в одно мгновение.       Их языки соединились воедино, и никакого отказа со стороны ежа не следовало, наоборот, именно он стал инициатором, чтобы Эми наконец-то могла не только прийти в себя, но и поверить в настоящее чудо, которое произошло вместе с ней, а не ложную надежду. Стул слегка пошатнулся, когда Соник невольно двинулся вперед.       Но они удержались на месте, ведь объятия смогли укрепить их в одном положении. Их поцелуй не разъединялся, будто воздуха сполна хватало, особенно для Эми, ведь та не могла отпустить возлюбленного, который открылся ей со всей душой.       Но эти счастливые мгновения оборвались, когда Соник соизволил отодвинуться от лица Роуз, дабы хоть как-то посмотреть на ту, которую попытался таким образом успокоить, возможно, провальный вариант, но в ту секунду он об этом не задумывался.       Эми со смущением смотрела на своего возлюбленного, в это время вся страсть в душе хотела вырваться наружу, но не сейчас, не здесь, ведь она могла отпугнуть ежа своим дальнейшим поведением. Только розовые щечки выдавали все чувства, испытываемые в блаженстве.       — М-мы… — она не могла осознать того, что только что произошло.       — Эми, я не вру тебе, только не тебе, — в данный момент Соник слушал только себя, подчиняясь чувствам.       — Так… Это значит, ч-что… — она надеялась на это, она хотела выговорить, но из-за вкуса на ее губах не могла сообразить.       Соник отошел от Эми, подходя к своему окну, через которое видел восход солнца, освещающего весь Мобиус. В столь важный момент он только хотел выговорить то, что на уме, но в тот же момент душа до сих пор хотела свободы от любой ответственности, даже такой.       Эми хотела встать следом за ним, что в итоге и сделала, дабы подбодрить своего возлюбленного. Неуклюжих движений не наблюдалось, ведь в этот момент она, словно едина и телом, и душой, желала только приблизиться к Сонику, который ответил некой странной взаимностью.       — Н-не совсем, — со вздохом произнес еж.       Он обернулся в ее сторону, заметив недопонимание со стороны. Хотелось объяснить всё досконально, чтобы Эми смогла сообразить всё сказанное, смогла, таким образом, принять его решение в данном вопросе, а не свое собственное эго.       — Я не могу внятно это объяснить, просто… — он закрыл рукой свои глаза, пытаясь придумать следующие слова. — Я не готов…       — Не… готов? — спросила Эми, только недавно вкусившая запретный плод.       — Хочется… свободы? — сам себя спросил Соник. — Это ответственность, от которой хочется сбежать, возможно, звучит эгоистично с моей стороны, но таково решение, — он смотрел в сторону Эми, наблюдая за каждой реакцией. — Т-ты…       И как сказать такие простые слова девушке, которая желала больше всех слышать заветное предложение? Это не было столь просто для ежа, хотевшего простого спокойствия в жизни, правда, не получая его взамен за свои старания.       Но, собравшись с силами, он, понимая, что теперь назад пути нет, решился произнести то, что девушка думала про себя. Всё же порадовать Эми хотелось, особенно сейчас, когда на лице Роуз прослеживалась улыбка, ее смущенное лицо только грело душу Соника.       — Ты мне нравишься, действительно, я… Ты… Ты всегда излучала только радость, только… Только того, чего мне не хватало все эти годы… Ты готова к трудностям, ты… Ты не обижалась на то, на что бы я вспылил… И мои вечные отказы, ты держалась как могла, а я бы давно сдался… — Соник усмехнулся. — Но дай… время, хорошо? Мне нужно разобраться в себе, а потом…       Но не успел он договорить свои мысли, то сразу же ощутил прикосновения к себе. Эми прижалась к нему, не пытаясь даже отступить ни на секунду. Объятия для Эми на этот раз стали столь прекрасными, столь счастливыми, что на мгновение послышался писк, но сразу же прекратился.       — Соник, д-да если бы ты сразу сказал! — ее лицо, будто святилось от эмоций. — Конечно! К-Конечно, я дам время!       И только сейчас Эми полностью осознавала, что все ее попытки, которые были предприняты для того, чтобы Соник обратил внимание, не прошли даром, благо, они и не нужны были для этого, ведь все оказалось куда легче, хоть и запутанно из-за смешанных чувств ежа.       — Давай считать, что на этом вся недосказанность исчезла? — наконец-то они могли вдвоем почувствовать облегчение, ведь теперь нет твой пропасти. — Эми, просто подожди еще немного и тогда…       — Соник, я всегда буду на твоей стороне, что бы ты ни придумал, — сейчас ее голос казался такой счастливый, что невозможно даже вообразить ее грустной. — Говори все, что на твоей душе, возможно, смогу помочь хоть чем-нибудь, просто… не отвергай меня, х-хорошо?       На последних словах она зажалась, боясь сказать чего лишнего, ведь этот момент казался каким-то нереальным, выдуманным, будто боги играются с ее чувствами, как на расстроенной скрипке. Но нет, всё было реально: и слова Соника, и его место в сердце.

— Он… Он нас любит?.. Он… Он любит… действительно… он… он… наш!..

      — Ха, дуреха, могу ли я отвергать тебя после всего, что мы пережили вдвоем? — Соник вспоминал все приключения, все битвы и разговоры, разве можно было после всего оставить ее одну?       Ответ был очевиден с самого начала, поэтому в подтверждении этого его губы вновь прикоснулись к ее, будто это обыкновенная утренняя практика. От столь неожиданного действия даже Эми не сразу поняла, но не стала сопротивляться, отдаваясь во власть своих чувств и наслаждений.       — Ох, это мило!..

— Это… хм… ну… Давай… давай не будем им мешать, я похоже понял, к чему все идет…

      — К чему?.. Ох, Хаос… Поняла…       Проблемы будто исчезали сами по себе, а нервы медленно успокаивались. Это не было столь вульгарно, поэтому можно было насладиться в полной мере, не обращая внимания на неосторожные движения языком, ведь сейчас этого хотели любящие сердца. Соник ощущал пустоту в голове, покой, какого не было во время сна.       И вновь их поцелуй озарил сердца, из которых так и проскальзывала радость, ведь сейчас они честны между собой, особенно для Эми открытие будоражило разум, а тот внутренний голос, пугающий ее, внезапно стал тихим, не мешающий ничему, кроме покоя.       «Хоть я и сказал, что хочу повременить с отношениями, но сейчас…» — мысли направляли ежа совсем в иную сторону.       От собственного сердца прозвучал призыв продолжать, ведь остановиться в данную секунду — это нечто столь безобразное, что невозможно представить. Эми отнюдь не боялась переступить через ту грань, отделяющую их от обычных пар, поэтому наслаждалась мгновениями, когда их языки прикасались друг к другу, а губы ни за что не разъединялись.       Некий огонь зажегся в сердцах, не дающий отступить хоть на мгновение, даже руки ежа медленно спускались с головы Роуз до ее талии, чем очень сильно взбудоражил ежиху, которая не ожидала такой отдачи от своего возлюбленного.       Невольно поцелуй перестал соединять их губы, ведь обоим нужно было перевести дыхание, дабы возобновить трезвость ума, но всё, что эти двое видели перед собой, так это смущенные лица, желавшие только тепла и нежности, коими были обделены до этой секунды.       — С-Соник… — Эми и не могла мечтать об этом, только произнесла его имя, чем сильно подтолкнула ежа к продолжению.       Его поведение было неуловимо, ведь сейчас он пытался как-то прийти в себя, чтобы не переступить грань, но внутренний голос, сердце и мозг говорили об обратном, даже рациональные рассуждения не помогали, хоть он и пытался изо всех сил убрать свою руку с её бедра.       Его губы, переместившись с ее, стали медленно своими ласковыми прикосновениями притрагиваться к шее, проводя языком до самых мурашек. Эми почувствовала легкое оцепенение, не могла даже понять, что только что произошло, но в то же время ее душа готова была расплавиться в руках возлюбленного.       Но как только она ощутила его ласку, то невольно возбуждение просочилось в сердце, заставляя только сильнее прислониться к телу Соника, при этом Роуз, не выдержав прикосновений к шее, тихо простонала, что только сильнее взбудоражило ежа, особенно его желания.       Не останавливаясь на месте, он сначала прекратил целовать её правую часть шеи, а затем вновь принялся за губы, ведь именно они так манили сознание, которое с каждой новой секундой угасало, пытаясь наконец-то подтолкнуть своего хозяина к решительным действиям.       Соник, не пытаясь сопротивляться своим порывам чувств, приподнял Эми, таким образом дав понять, что хочет понести ее куда-то. Роуз, осознавая это, только смогла сжать свои ноги на его спине, чтобы не упасть при передвижении, даже ничего не сказав, они полностью отдавали управления своим сплетенным воедино желаниям.       Пока Соник нес свою подругу в сторону дверей, не теряя ни секунды, он продолжал идти далее по коридору, а затем и в свою спальню, закрывая за собой двери на замок. Их губы все также продолжали держаться вместе, создавая приятную на ощупь связь, ведь это приносило только сильные позывы к действиям.       Эми не спешила снимать с себя одежду, скорее даже не могла ничего поделать, ведь руки находились на спине возлюбленного, а ноги крепились на его бедрах, дабы не свалиться на пол.       Не прошло и пары минут, как Роуз ощутила мягкое покрывало на своей спине, ведь теперь Соник полностью находился над ней, а та лежала на его кровати, готовая на всё, лишь бы не останавливаться ни на каких препятствиях. Возможно, они слишком спешат, но та страсть не могла успокоиться, их сердца желали воссоединения.       И вот она находилась в его полной власти, не желая скинуть свои цепи. Соник только смотрел на Роуз, которая, как мягкий лепесток, глядела в ответ на него, вдыхая от прервавшегося поцелуя. В ее груди было столько тепла, что от такого счастья не могла ничего произнести.       Эмоции медленно успокаивались, но удержаться на достигнутом не очень хотелось. Соник невольно проводил своими пальцами по её лицу, а затем остановился на плечах, ведь оттуда было легче снять нарукавник, а через него и всю одежду, в которую была одета Эми. Он делает это по собственному желанию, поэтому со смущением на щеках, а также заиканием в голосе попытался произнести.       — Эми, я…       Но его слова остановила сама девушка, прижав к его губам один палец, дабы уже герой послушал то, что хотела высказать Роуз, которая с той самой первой встречи желала оказаться в таком положении, когда нет ни преград, ни недосказанности, ни того, что вновь она не отыскала отклика в сердце Соника.       — Я тоже…       Эми полностью осознавала его дальнейшие слова про любовь. Конечно, хотелось выслушать полностью, но наконец-то она смогла сказать то же самое, что и Соник. Кажется, нет в мире счастливей девицы, чем сейчас, в этот момент откровений.       Спустя каких-то пару мгновений всё, в чём пришла ежиха в дом своего возлюбленного, уже было разбросано по разным сторонам комнаты, покрывая собой чистый пол спальни. Сама же Роуз, прикрывая свою обнажённую грудь, продолжала смотреть в глаза Сонику, который с искренним мимолётным удивлением, а затем и с счастьем, перемешанным со смущением, оглядывал каждую частичку оголённого тела своей ежихи.       — К-как с-стыдно-то… — произнесла Эми, ведь в ее голове это было немного иначе.       — Никогда этого не говорил, но… — Соник попытался смягчить ее смущение, как и свое собственное. — Ты прекрасна, Эми, жаль, раньше не замечал такой красоты.       Столь приятные слова для Роуз были сродни великому счастью, которое невозможно было найти в простом мире. Она не отталкивала своими недостатками Соника, наоборот, ёж никаких недочетов не видел, будто всё это время Эми только накручивала себя.       — Соник, пожалуйста, не останавливайся, не бойся ни о чем, — ее руки тянулись к своему возлюбленному, словно приглашая в свои объятия. — Я никогда не предам, не отступлю и всегда-всегда буду рядом!       — Я знаю, — еж только улыбнулся, глядя на свою девушку.       Конечно, они были готовы на всё в данную секунду. Их сердца так бешено бились в унисон, что невозможно было разобрать хоть что-то, что творилось в их душе, кажется, будто ураган, который скрывался до этой секунды, вырвался наружу, забывая про всё на свете.       Ёж был возбуждён до такой степени, что уже не мог контролировать свои действия, эмоции и только желал одного, как, впрочем, и ежиха, которая ожидала полного принятия от него, той светлой любви, от которой хочется только продолжать жить дальше.       Его плоть практически находилась рядом с ее, но боязнь первых движений не обошла стороной ежа. К сожалению, и Эми боялась, ведь, похоже, они оба делали это впервые в своей жизни, а из-за отсутствия опыта неизвестность настораживала.       Но ждать бесконечно было не в стиле быстрого героя, поэтому, собравшись смелостью, которая еще имелась у него после всех тех красноречивых слов, обращенных к Роуз, к тем смущающим, но правдивым фразам, он все же решился на нечто, действительно, удивительное в его приключениях.       Их плоть, которая была так близка друг к другу, медленно, дабы не поранить зря Роуз, соединялась. Из-за столь ожидаемого движения эмоции, будто в унисон, раздробились из-за новых, приятных по ощущениям чувств, которые только-только стали проявляться.       Даже не войдя полностью, Соник остановился, не в силах продолжить начатое, сама же Роуз не настаивала, ведь в эту секунду сама прикрывала своей рукой рот, чтобы своим стоном не разбудить никого во округе, хоть это и было сложно, ведь испытывала она только неописуемое счастье, заполняющее ее душу.       Еж также не мог сопротивляться приливу нечто столь теплого в сердце, ведь ощущения были непередаваемы, особенно для них обоих, ведь каждый испытывал только радость, совмещенную с блаженством, которое только-только стало издавать свои краски на полный лад.       — Н-не б-бойся, С-Соник, — Эми с передышкой попыталась воспроизвести слова. — Э-Это н-не б-больно, я рада, что э-это ты…       Хоть она так и говорила, но можно было заметить мелкие капельки крови, исходящей из ее плоти, благо, в самом деле Роуз не чувствовала никаких проблем, ведь только гармония заполняло ее сердце, а вместе с тем и эмоции, которые только и могли, что выдавать не скрытую улыбку на ее лице.       И вновь одно движение вперед, будто та секунда страха прошла, а взамен пришло только подчинение блаженству, которое исходило из обоих душ, связывающихся воедино именно в эту самую секунду, чтобы наконец-то стать поистине открытыми друг другу.       Те дни отчаяния мгновенно сменялись мимолетными наслаждениями, которые проникали в самые глубинки души, отвечая только любовью, смешанной с доверием между влюбленными, ведь только так они раскрывали все свои потаенные желания наяву.       С каждым новым движением внутри бушевал пожар, который никто не мог потушить, да и не пытались в конечном итоге. Эми обхватила плечи Соника, дабы равномерно ощутить все те незабываемые чувства, исходящих от сердец пары, наконец-то открывшись друг другу в самый важный момент.       Тепло грело душу, оно отбрасывало даже действие вируса, которое, к счастью, слегка притягивало носителей, дабы те стали единым. Внутренние голоса успокаивались, а вместо них в головах были только отголоски настоящей любви, не скрывающейся за тенями предрассудка.       Сердце разрывалось от положительных эмоций, особенно когда в сей час тела воссоединялись вновь и вновь, предавая носителям только блаженство от столь приятных ощущений. Весь мир прекращал существовать, только они вдвоем и больше никто.       Душа Соника и Эми теперь едины, они испытывают сладострастные эмоции, которые заглушали реальность, даже то, что их движения становились все быстрее и быстрее, только подбавляло блаженства, а стоны становились громче с каждой секундой. Но, чтобы они прекратились, вновь ежик соединил свои губы с Эми.       Он властелин над ней, знает всё, что только девушке нужно в столь счастливые мгновения порыва ветреной души. Языки переплетались друг с другом, образуя неразрывную связь и здесь, что придавало дополнительных положительных эмоций двум влюблённым. Кажется, будто ничто не могло потревожить в столь чувственный момент.       Кажется, вот-вот и они не смогут сдерживаться, ведь Эми почти достигла своего пика удовольствия, как и сам еж, невольно замедляясь, дабы не сделать необдуманный поступок. Эми это заметила, но ничего не сделала. Нужна была хоть какая-то мимолетная передышка.       В этот миг их губы вновь соединились, а эмоции стали накатываться, как снежный ком, с новой силой. И вновь то прекрасное мгновение, когда весь мир перестает интересовать влюбленные сердца, движения вновь начались, а языки всё так же извивались, пытаясь прикасаться друг к другу, словно играясь со струнками души.       Они не могли скрыть свои радостные эмоции. Не задумываясь об последствиях, не заботясь о том, что будет дальше, еж всё прибавлял темп в своих движениях, дабы наконец-то доставить наслаждение своей девушке, которая только и желала этого мгновения, этого прилива новых эмоций и любви.       С каждым новым толчком внутри они не стеснялись больше своих эмоций, кажется, стоны были слышны даже со стороны кухни, ведь Эми в полной мере отдалась той страсти, что зажглась в ее душе ради Соника, ради того, чтобы он был всегда рядом с ней и не отстранял ни на секунду.       Прижимая к себе ежа, она заставляла его всё ускоряться, ведь от прикосновений к телу души вновь взбудораживались, от каждого движения они приходили в экстаз, который невозможно было ничем объяснить, кроме от появившихся надежд на истинное счастье, которое они могут испытать только вдвоем.       И вновь то ощущение приближающегося конца, Эми не могла долго сдерживаться, терпеть, всё её внутреннее состояние получало только удовольствие, от которого не хотелось отходить, но время шло вперед, поэтому она почти подходила к тому состоянию, из которого их вырвал хвостатый друг.       Плоть всё так же была соединена вместе с движениями, а сам герой не мог обделить Эми таким желанным для нее вниманием. Они вместе, будто единое целое в какой-то оболочке, достигли пика удовольствия, при этом громкие стоны вырвались изо рта, прерывая этим поцелуй любви.       Высшее блаженство, о котором они грезили в те минуты, когда только начали соединять души воедино, достигло их сердец, а вместе с этим ёж, слегка вздыхая от усталости, сумел приземлиться на правую сторону простыни, чтобы не отводить от себя Эми.       Из ее лона не текла липкая белая жидкость, оставаясь внутри. Только смотря друг на друга, они находили покой, полное счастье, которое не хотелось прерывать ни на секунду. Соник не хотел отпускать ее, только сильнее прижал к себе, чтобы Эми могла почувствовать только светлые намерения, только то, чего так долго ждала.       От столь чувственного проявления любви она чуть ли не расплакалась от счастья, но сдержалась, при этом они оба были заключены в объятия, лежа на кровати, будто просто хотели отдохнуть от всего, что с ними произошло.       Некое спокойствие творилось в душе, некое блаженство до сих пор не отпускало сердца, связывая их навечно. Только Соник хотел что-то сказать, то заметил, что Эми уже закрыла свои глаза, а ее голова находилась на плече героя, показывая этим, что она полностью доверяет ему, даже нет той навязчивости, просто девушка, которая хотела уснуть на своем возлюбленном.       Еж усмехнулся, глядя на ее лицо, которое в данный момент показывало улыбку с закрытыми глазами. Он сделал ее счастливой, всего лишь признавшись наконец-то в своих чувствах? Это было столь легко, но почему-то боязнь отношений отталкивала в прошлом, но сейчас, кажется, Сонику было совершенно плевать на свою неуверенность.       Добавилась ответственность? Конечно, это минус, но в то же время, возможно, герой сможет сдержать свое начинающееся безумие, как и Эми, которая, к сожалению, тоже подхватила нечто большее из-за его крови. Они словно дополняли друг друга, равновесие, которое не сможет взорваться, к сожалению, никто не знал, что будет, если теперь навредить Роуз.       Понимая, что Эми предалась сладостному сну, Соник, почувствовав слабость, прикрыл свои глаза, надеясь, что тот кошмар не вернется, ведь теперь он здесь не один, а вместе со своей дамой сердца, которая, как он не знал, так же пришла к нему из-за плохого сна, показывающего Эми то, что ее возлюбленный переступил черту с королевой.       Сознание медленно погасло, отдавая приоритет сну, который на этот раз не хотел навредить этим двоим. Души, связанные вместе, теперь могли вдвоем бороться против кошмара, побеждая его, ведь некое спокойствие до сих пор наполняло сердце мобианцев.       И на этот раз их сновидения не были столь странными, всё прошло достаточно хорошо, ведь их тела как были прижаты друг к другу в объятиях, так и во власти сна остались такими, отдавая тепло душам, нуждающимся в этом в первую очередь. Влюбленные наконец-то смогли спокойно насладиться оторванной ночью, не обращая внимания на приближающуюся тьму в их умах.