Проклятие героя (Remastered)

Когда б хоть половину тех усилий, Что отданы ведениям войны, Мы делу просвещенья посвятили, — Нам арсеналы были б не нужны. И «воин» стало б ненавистным словом, И тот народ, что вновь, презрев закон, Разжег войну и пролил кровь другого, Вновь, словно Каин, был бы заклеймен.

      Но, к сожалению, смерть преследует всех существ на каждом шагу. Многие думают, что находятся в некой безопасности, они свободны от оков земли, ибо находятся под защитой всевышних сил, но реальность далека от выдуманных конструкций в голове. Особенно, когда нужно идти в бой.       Многие жертвуют своими жизнями лишь из-за некой абстрактной войны, начавшейся когда-то давно, до их рождения или в минуты детства. Существовать в такое время — будто бы пытка, в любую секунду на дом может упасть или бомба, или ворваться стадо роботов.       Мобианцы не сидят в стороне, надеясь на своего героя, который всегда придет и сделает всю работу. Некоторые, кто задействован в регулярной армии, способны выстоять против изобретений Эггмана. Они знают, на что именно идут, какие последствия такого решения последуют по пятам.       Каждый день — последний, если Королевство потребует ответной атаки на базы Роботника. Счастливчики те, кто выживают, но, возможно, в глубине души именно они завидуют мертвым, ведь тем уже ничего не надо, война для них закончилась на том моменте, когда пуля пробила череп и вылетела наружу.       А другие с ранами по всему телу продолжают существовать: кто-то в инвалидной коляске, кто-то с психическими заболеваниями, кто-то заглушает боль выпивкой и в конечном итоге спивается до смерти, а некоторые пробуют наркотики, отчего голову срывает напрочь.       Никто не хочет, чтобы именно эта реальность продолжала существовать. Все хотят жизни, в которой можно спокойно работать, быть счастливым и без оружия в руках, но, к сожалению, Айво еще не побежден, он препятствует всему, а значит, должен быть уничтожен.       Даже сейчас, когда мобианцы штурмуют базу, они надеются, что это в последний раз. Возможно, именно там будет злодей, от которого погибло столько много жителей, уничтожены столько много надежд. Роботы включили защиту, но она не поможет ярости тех, кто когда-то лишился родных.       Послышались первые выстрелы со стороны атакующих. Мобианцы встали в ряд, дабы прицелиться во врагов, которые в этот момент встали в оборону, бадники пытались двигаться так, дабы в них не попали, а роботизированные мобианцы быстро вошли в крепость, дабы взять оружие.       Несколько пуль влетели в роботов, они отключились, а на их месте, как это обычно бывает, с силой вырывались маленькие зверки, которые, увидев военный театр действий, сразу же убегали со страхом в сердце, ведь не хотят видеть ничего, кроме как дома, из которого их забрали ужасные создания.       Первый отряд двинулся вперед: у мобианцев в руках были автоматы, изготовленные специально конструкторами во главе с несколькими влиятельными персонами, подчиняющихся именно что Акорн, а не другой верхушке аристократов. Оружие било прямо в цель, напоминали что-то по типу реальных прототипов Bushmaster ACR, которые с легкостью расправлялись со слабой броней роботов.       Пока что серьезных потерь не находилось, конечно, из-за того, что роботы включали ускоритель на своей спине и с огромной скоростью приближались к отряду, было очень трудно среагировать и попасть прямо в цель, не навредив при этом тем, кто находился внутри.

— Огонь! — прокричал полководец.

      Но роботы имели такую отличительную черту, как перед нападением на жертву, перед тем как его шип раскроется и сможет ранить мобианца, останавливаться, что давало хоть какую-то возможность для контратаки перед неизбежным.       Услышав приказ, они резко нажали на спусковой крючок, автомат откликнулся на это, а затем выпустил пули в сторону нападающих бадников. Они повалились на землю, но из них стала течь кровь, к сожалению, не все выстрелы могли освобождать животных, некоторые гибли, ибо пули повреждали жизненно важные органы.       Они продвигались вперед, даже несмотря на то, что бадники, похожие на пчел, пытались с воздуха парировать их выстрелы, уклоняться от них, а затем, используя жало, выстрелить в мобианцев. Конечно, некоторых задело, выбивая оружие из рук, ведь держать с прожженной ладонью больно, но не всех, что давало надежду на быструю победу.       Но счастье длилось недолго. Роботизированные мобианцы, которые нашли на складе снайперские винтовки, некоторые из них были модифицированным вариантом Accuracy International AS50, что отличались тем, что в магазине можно было держать без перезарядки целых двадцать патронов.       Теперь выстрелы послышались и со стороны базы Эггмана, ведь роботы заняли позицию, прицелились, дабы видеть головы наступающих мобианцев, а затем, не считая секунды, ведь для них это теперь были не родные, а лишь враги, нажимали на спусковые крючки.

— Мы сможем победить! — прокричал один из солдат. — Мы почти при-

      Не успел он договорить, как из его головы вылетела пуля, которая задела еще одного, рядом стоящего. Они в сию же секунду свалились на землю, а кровь окрашивала зеленую траву. В рядах посеялся страх, но он ничего не значил по сравнению с ненавистью, окутавшей всех в этот момент.       Эггман должен поплатиться за многочисленные смерти родных, никто не смеет отпустить этого злого гения. Солдаты не обратились в бегство, дабы спасти свою жизнь. Нет. Они продолжали бежать в сторону базы, несмотря на выстрелы со стороны башен. Конечно, ответный огонь велся, дабы рассеять ряды роботов.       Некоторые неудачливые снайперы, которые не успели сменить позицию, встретились с градом пуль в их сторону. Один роботизированный поплатился головой, из которой хлестнула синяя жидкость, а другой лишился дееспособной руки, что сродни отключению от битвы.       К сожалению, поврежденные роботы, которые уже не могли держать снайперскую винтовку, переключились на пистолеты, которые спроектировал Айво по типу бельгийского FN Five-Seven, а значит, можно было забыть о легком вторжении в базу.       Хотя тому, что мобианцы не смогут проникнуть в крепость, служило и то, что уже были расставлены баррикады, на которых находились бадники и особый вид роботизированных жителей, держащих модифицированный SA80, который имел разрывные патроны, они ждали своего часа, когда смогут вполне отразить нападающих, обратив их в бегство.       Войска всё ближе подбирались к базе злого гения, из главного входа стали выбегать роботы с пистолетами с одной целью, а значит, для них смерть ничего не значит. Они сразу же открыли огонь, как только приблизились достаточно для пуль. Мобианцы ответили тем же, дабы продолжать жить, а не пасть от врагов.       Вот и автоматчики смогли прицелиться и начать подавлять выступающих, но, к счастью, кто-то из мобианцев кинул гранату, чем смог обезвредить несколько роботов. От врагов практически ничего не осталось, кроме разбросанных частей туловища и какой-то корки головы.       Пока «Борцы за Свободу» старались проникнуть с главного входа, то Соник с Салли, которые предпочли черный вход, почти добежали до некой лазейки, дабы наконец-то войти в базу, чтобы высвободить мобианцев из плена роботизации.       Королева не была безоружной. На самом деле она хорошо подготовилась, ведь в ее руках, если она тому пожелает, может оказаться энергетический щит и меч, способные отразить пули и разрезать нападающих. Соник же и без этого мог разобраться с бадниками, ведь обладал достаточной силой.       — Ну что, Салли, готова к вечеринке? — спросил еж.       Он держал Акорн за руку, дабы она не отставала от его скорости. Салли ощущала только счастье в эти минуты, хоть и осознавала важность своего появления на базе Эггмана, ведь является главой целого государства, и ее плен или смерть навредят, благо, здесь была ее любовь, способная защитить в любой момент.       — К такой, как позавчера, мой рыцарь? — усмехнулась Салли, отчего Соник только покраснел. — Не откажусь, но не здесь же!       — Эй! Горячая штучка, остынь! — произнес Соник с улыбкой на лице.       — Да-да, остыну после битвы! — вновь усмешка. — Мы уничтожим этих роботов!       Эти слова будто услада для ежа, ведь он подумал, что это настоящее желание, ибо бадников надо уничтожить, чтобы освободить животных, а Салли поможет в таком важном деле.       Если говорить правду, то Соник рад тому, что Салли находится здесь, а не где-то в тылу, ведь когда-то они вместе уничтожали базы Эггмана, находились бок о бок в засаде, а еще были способны координироваться для ответной атаки.       — Вот это я понимаю настрой! — улыбнулся ёж. — Как в старые добрые!       — Как же мне не хватало этого! — Салли действительно была очень рада находиться на передовой, а не отсиживаться в замке.       К сожалению, обходной путь имел множество изъянов, ловушек, которые могли поймать нарушителей. Королева избрала для них самый тернистый путь, хоть сейчас казалось, что это у армии проблемы, а не у этих двоих, но всему свое время.

— Внимание! Нарушитель! — прогремела сигнализация базы.

      Соник и Салли только усмехнулись, услышав эти тщетные попытки разобраться с ними. Бадники появились из ниоткуда, готовые сразу же нанести смертельный удар в самое сердце, но ёж, среагировав в мгновение ока, только подбросил Акорн ввысь, а сам, скрутивших в свою кругообразную форму, нацелился на врагов.       Королева, находясь в воздухе, только и смогла, что сразу же прицелиться в сторону бадников. Из ее энергетического меча, направлявшегося в сторону врага, выскочила некая энергия, молния, из-за которой одного робота закоротило так, что тот мгновение ока взорвался, благо животное не пострадало и улетело.       Еж, используя свои способности, быстро ударился об пять бадников, тем самым вытащив бедных зверушек из их корпуса, отключая питание врагам. Роботы перестали двигаться, а братья меньшие побежали домой. Соник, не теряя ни секунды, двинулся в сторону Салли, подхватывая налету.       — Заготовленная ловушка, гениально, не так ли? — съязвил Соник.       Салли быстро сменила свое положение, дабы еж вновь держал ее за руку, а не носил на себе, как беспомощную принцессу. Конечно, хотелось не двигаться, а просто наблюдать то, как рыцарь справляется со всем, но она не та, кто оставляет все на подданных, тем более на возлюбленного.       — Он никогда не смыслил в ловушках! — произнесла Салли. — Что еще? Проваливающийся пол под ногами?       Слова Салли сработали как предсказание, оказавшееся правдой. Под их ногами стали проваливаться плиты, на которых они стояли. Благо реакция обоих не заставила долго ждать. Еж, подхватив королеву, на что она была уже не против, сей же час поспешил прыгнуть на не проваливающийся участок земли.       Он приземлился на него, но долго не задерживался, ведь и эта плитка стала проваливаться, а вниз падать не очень-то и хотелось, ведь их ждали окровавленные шипы, на которых, к сожалению, находились несколько маленьких животных и один мобианец, возможно, не знавший, что сюда лучше не являться.       Еще один прыжок вперед, затем второй и до тех пор, пока Пол перестал сваливаться на преграду. Они вздохнули, ведь обошли такую ужасную судьбу, а затем сразу же принялись бежать в сторону запасного входа в базу Эггмана.       Эти попытки, если бы здесь находились солдаты, оказались тщетными, ведь множество просто-напросто погибли на плитках или в неожиданной засаде бадников, но не эти двое. Соник не желал, чтобы напарница пострадала, а Акорн, хоть и не обладала такими сверхспособностями, но также приглядывала за возлюбленным, ведь имела при себе энергетическое оружие и щит.       Приближаясь ближе к заветной цели, герой заметил роботизированных мобианцев, нацелившихся прямо на них. К счастью, выстрелы всё время не достигали ежа и его спутницы из-за большой скорости, из-за которой роботы не могли разобрать, в какую именно сторону направятся нарушители.       Пули пробивали только землю, пролетая мимо них. Соник вновь приблизился к врагам, а затем в мгновение ока поменялся местами с Салли, на этот раз она разбиралась с теми, кто на земле, а он, подскочив вверх, решил покончить с снайперами.       Акорн, не теряя ни секунды, перенаправила энергетический меч прямо в сердце робота, навсегда ликвидируя его. Напарник убитого выстрелил прямо в Акорн, но она укрылась щитом, который, к счастью, отрикошетил прямо в робота, отчего тот упал на землю с пулей в голове.       Соник, приблизившись к снайперам, застыл на месте, как бы дразня роботов в своей характерной манере. Послышался выстрел, но Соник уже был в другой стороне, затем второй, но и тут еж уже находился рядом с окном.       С каждой новой попыткой подстрелить героя именно он игрался с противниками, но это столь скучно, что он встал посередине этих двоих. В сию же секунду роботы, не понимая, что стрелять в таком положении в ежа — большая ошибка, постарались ликвидировать цель, но, к счастью, только подстрелили самих себя.       Справившись с врагами, ёж приблизился к Салли, которая разбиралась с роботизированными мобианцами. Они открыли огонь из пистолетов, но пули не могли пролететь сквозь её щит, а Салли спокойно использовала свой меч, от которого так и вылетали молнии, отключавшие врагов.       Путь оказался чист, поэтому они решились пойти дальше. Теперь вся база находилась в их распоряжении, осталось только найти тех несчастных, которые были здесь в качестве подопытных, а также отключить всю систему защиты, чтобы она служила не Эггману, а «Борцам за Свободу».       На улице до сих пор было слышно звуки криков, отражающие агонию тех, кто попал под пули, а также и сами выстрелы, от которых гибли или роботы, попавшие под огонь, или мобианцы, не сумевшие увернуться. Соник пытался как можно скорее вывести базу из строя.       Салли осматривала местность, благо до того, как сюда явятся бадники, было время. Королева взяла в руки какой-то прибор, по которому отчётливо видно, что и где находится в этой крепости Айво. Она подозвала Соника, а он покорно приблизился к напарнице.       — Думаю, нам нужно разделиться… — она указала на расхождение путей. — Роботизация происходит в левой части здания, но темница для мобианцев — в правой.       Соник не хотел оставлять Акорн одну на этой базе, тем более здесь находилось множество роботов, готовых в любую секунду напасть на нарушителей. Королева не может так безрассудно жертвовать своей свободой или жизнью, но ведь у нее есть защита.       — С моей скоростью мы сможем справиться сначала с одним, затем с другим, — уверенно произнес еж. — Не стоит подвергать себя опасности.       — Но, Соник, ты ведь помнишь, что я могу постоять за себя сама, как в старые времена, помнишь ведь? — спросила Салли, надеясь, что еж поймет.       — Конечно, но… — он хотел в это поверить, но что-то не давало. — Я беспокоюсь о тебе… Ты ведь теперь коро-       Столь нежные слова с его уст не могли не повлиять на Акорн. За нее беспокоится тот, рядом с которым она чувствует себя в полной безопасности, ее любовь так сильно не хочет отпускать, что на это нельзя не реагировать.       Салли подошла к нему, чем немного заткнула, но не прошло и секунды, как вдруг они сомкнулись в нежном поцелуе, который был реализован со стороны королевы, неравнодушной к своему верному рыцарю. В этот момент позади них появился бадник, но не успел ничего сделать, ведь напарница ежа сразу же закоротила его своим мечом.       Её язык прикоснулся к его, а затем они в мгновении ока разошлись, благо королева оставила свою руку на лице возлюбленного. Она улыбнулась, будто бы всё, что говорил ёж, неимоверно радовало девушку. Соник был удивлён, но ничего не мог с этим поделать.       — Не беспокойся, глупенький, не забывай, что однажды это я спасла тебя от опасности, — с покрасневшим лицом произнесла Акорн. — Поэтому не стоит отговаривать, мы встретимся в ту же секунду, как освободим несчастных, хорошо?       — К-конечно… — неуверенно произнес еж.       После чего Салли, не теряя ни секунды, побежала в левую сторону, где и были основные враги, ведь роботизация мобианцев — очень осторожный процесс, который надо защищать всеми силами. Королева знала, что именно там ждет основная опасность, но кто она такая, если не освободит свой народ от такой ужасной судьбы?       «Какой он все же милый, когда волнуется, — подумала про себя Акорн. — Благо, он скоро будет только моим… Упертость Эми ничего не значит… Чувствую, удача на моей стороне!»       Соник не успел выбрать, куда именно идти, поэтому оставался только правый путь, в котором находились пленники. Конечно, там будет меньше охраны, ведь несчастные изморены голодом, поэтому сил на сопротивление не осталось. Благо, еж в сию же секунду направился на спасение.       «Салли слишком многое о себе возомнила, я ведь… тогда не… — подумал про себя еж. — Угх… Или понравилось… Я уже ни в чем не уверен…»       Но не успело нормальное сознание верно изъяснить свои мысли, как в этот же момент тёмная сторона, будто бы поджидая удобного случая, переключила внимание на нечто неправильное, на то, отчего Соник хотел отстраниться, но не мог в силу сложившихся обстоятельств.

— Неужели, Соник? Нам всем казалось, что ты был в восторге, несмотря ни на какие отговорки сейчас…

      — Может хотя бы здесь будешь честным и не врать самому себе?.. Тебе ведь понравилось ощущать, что они обе твои…

— И душа поет, но сердце воет… Но это временно… Главное, что сейчас никто не разрывается на части. К тому же у нас есть задание, нужно выполнить любой ценой.

      — Главное сейчас — спасти мобианцев. Геройствуй же, как и всегда!

— Ладно, тогда мне нравилось, она знает, как порадовать в такие моменты, да и ее настрой подходит под задание, хе-хе, чего волнуюсь? Действительно, все же идет идеально… — на мгновение Соник даже улыбнулся. — Хорошо, сестра, я покажу тебе героизм, как ты и желаешь.

***

— Нет! Пожалуйста! — молил мобианец, смотря в глаза роботам.

      Но никто не внимал его просьбам. Все живые, кто здесь находился, уже не могли ни кричать, ни молить о пощаде — ничего из этого, ведь надежды на спасение исчезли в тот день, когда их схватили. Рядом стояли капсулы, в которых, к счастью, еще не находились пленники.       Роботы, окружающие мобианцев, не реагировали на просьбы того, кто еще не полностью сдался в своих стараниях спастись, не был готов смириться с тем, что вскоре обратиться в бездушную машину, способную только на выполнение приказов какого-то ученого.       Возможно, нужно вырваться из этой железной холодной хватки, но, к сожалению, некоторые несчастные пытались это сделать, за что ловили только пулю в лоб, не успевая укрыться за стенами базы, это бесполезно, а попытки приносили только мучительную смерть, ведь роботы стреляли не в голову, а в тело, оставляя их лежать в луже крови.       Благо, на крик хоть кто-то откликнулся. Послышались выстрелы со стороны, а затем звук, будто что-то раздробило железный корпус. Все пленные обернулись, в их душе появилась некая надежда на то, что их наконец-то освободят от таких оков, кто-то смог сбежать и вернуться, дабы помочь несчастным.       Но это не был мобианец, который освободился и вернулся с подкреплением. Нет. Это была королева, самолично пришедшая, дабы освободить своих плененных подданных. Все застыли, не ожидая увидеть монарха на этой базе, конечно, они знали, что она когда-то сражалась в первых рядах, но так жертвовать безопасностью.       Роботы обернулись в сторону нарушительницы, но не успели среагировать вовремя, ведь в ту же секунду один разряд тока, выпущенный из энергетического меча, достиг своей цели. Создания Эггмана не смогли больше пошевелиться, ведь один за другим системы питания отключались от перенапряжения.       Другая сторона защиты смогла нацелиться на Акорн, даже выстрелить, но ее щит отразил пули, отчего она посмотрела в сторону оставшихся врагов. Салли, ни минуты не медля, двинулась на последний оплот роботизированных мобианцев.       Пленники, которые минуту назад никак не старались избежать свою судьбу, резко, словно их подменили, а никто и не заметил, восстали против похитителей. Один из них оттолкнул стрелявшего в королеву, другой смог развязать руки, а затем, подобрав какую-то ржавую трубу, нанес один точный удар по голове робота, пробивая его микросхемы.       Салли была рада такому положению дел, ведь другие почувствовали надежду на светлое будущее, наконец-то смогли справиться со своей беспомощностью, а в самом деле поддержали стремление на спасение. Достигнув цели, Салли в мгновение, одним взмахом меча, разрубила пополам стрелявшего.       — Развяжите оставшихся, я проведу вас к выходу! — приказала Акорн, смотря на пленников.       — Ваше Величество! — выкрикнул один мобианец. — Мы искренне благодарны! Мы очень благодарны! Мы!       Акорн понимала, что пред простыми жителями она идеал монарха, который принимает только правильные решения, даже то, что она находилась именно здесь, мобианцы видели только истинные порывы помощи беззащитным, она заботится о них, а значит, должна быть отдача от общества.       — Тише, мои подданные! — с радостью произнесла Салли. — Я исполняла свой долг как правитель Королевства Акорн, я не заслужила таких лестных слов в свой адрес, ведь в большем счете это вы — опора всего нашего сопротивления!       Пока она пыталась говорить пламенные речи, мобианцы помогали остальным освободиться от наручников, от веревок. Роботы, которые находились здесь, не могли ничего с этим поделать, ведь вышли из строя благодаря внезапному нападению Салли со стороны.       Подданные внимали столь приятным словам со стороны своего правителя, они истинно верили в них, надеялись на светлое будущее, ведь теперь рядом тот, кто может это сотворить. Они знали, что если Акорн здесь, то и ее рыцарь также пребывает на базе, освобождая других заключенных.       — За мной, друзья! — Салли развернулась в сторону входа, откуда пришла. — Я проведу вас к безопасному выходу!       Никто не сопротивлялся ее порывам, все желали только выбраться из этого ада, чтобы никогда больше не вспоминать тех ужасов, испытанных в процессе похищения, не видеть перед глазами то, как происходит роботизация, как внутренности в одной стороне, а бывший владелец в другой.       К счастью, на пути практически никого не наблюдалось, ведь основная часть была вызвана на оборону базы, где подступали «Борцы за Свободу», также и роботы, которые были в другой стороне, заняты совсем не поисками Салли, а выживанием против того, кто может с легкостью раздробить защиту, используя только свое тело.       А речь идет о Сонике, который в данный момент с легкостью расправлялся с теми, кому не повезло стать творением Эггмана. Он, конечно, чувствовал некую вину, что его усилий было недостаточно, чтобы этих роботизированных мобианцев не было, но прошлое не вернешь, да и поздно об этом думать.       Еще одна шарообразная форма смогла полностью распилить надвое робота, который только-только подошел, дабы помочь своим собратьям. Системы не уловили ежа, поэтому он и не заметил, как его туловище отсоединилось от ног. К счастью, еж не остановился, ведь в этот же момент подпрыгнул, дабы приземлиться на голову другого.       Еще одно изобретение Роботника не устояло от столь внушающей силы, поэтому его голова отлетела в другую сторону, обливая всё в округе синей жидкостью. Соника она не задела, еж с легкостью перестроился в другую сторону, чтобы наконец-то освободить заключенных.       Мобианцы сидели в клетках, как животные, которые не заслуживают пощады, это зрелище всё больше подталкивало ежа к мысли об избавлении мира от Эггмана. Дети замучены, они столь худощавы, что легкий ветерок оторвет их от земли, старики, которые уже должны были отдать душу дьяволу, тряслись в истерике, смотря на всех сумасшедшими глазами.       Подростки оборваны, одежды почти на них не наблюдалось, а взрослые, которые все еще сохраняли остаток разума, заметив ежа, только улыбнулись, понимая, что все страдания вскоре закончатся, что они вернутся домой, дабы больше никогда не вспоминать клетку.       Соник не мог спокойно смотреть на этот ужас, хотелось как можно скорее разорвать прутья и повести всех к выходу, но рядом находился рычаг, который с легкостью открыл заветные двери. Соник знал, что это очередная засада, но это единственный способ наконец-то дать заключенным надежду на спасение.       Роботы, как по команде, вырвались из заслонов стен, дабы атаковать героя, посмевшего прервать эксперименты хозяина. Один из них накинулся с мечом, дабы разрубить ежа пополам, но, не успев достигнуть земли, робот увидел ошибку в системе, в районе живота.       Соник, не мешкая ни секунды, только одним правым кулаком пробил грудь роботизированного мобианца, отчего перчатка стала синей от вытекающей жидкости. Еж отстранился, как вдруг поверженный враг свалился на землю, не в силах больше пошевелиться.       — Вы слишком слабы, ребята! — съязвил ёж, смотря на оставшихся роботов. — Даю шанс, уходите.       Но враги не слушались предупреждений, ведь в программе не была заложена такая функция, как побег с поля боя, что в каком-то смысле ошибка Айво, ведь из-за этого его изобретения жертвовали собой в кровавых схватках. Они сразу же двинулись в сторону героя, чтобы положить конец проникновению на базу.       — Вот никогда не слушают! — еж оскалился.       Двое против одного не очень-то и честно, но ёж не возражал такому повороту событий. К счастью, какие-то тёмные мотивы в душе надеялись на продолжение драки, чтобы доказать силу, дабы все бежали от него в ужасе, не надеясь на лёгкую победу. Он только двинулся вперёд.       В сию же секунду враги упали на землю, один без головы, а другой с огромной дырой в двигателе. Герой лишь обтер свои руки, чтобы на них не находилась эта мерзкая синяя жидкость, чтобы отчистить от такой «крови». Повернувшись назад, он заметил, как мобианцы медленно выбирались из клеток.       — Ребята! — он обратился к тем, кто наконец-то выбирался из своей тюрьмы. — Идите по тому пути, по которому шел я, там как раз лежат поверженные роботы, они ничего не сделают!       — А… к-как же вы?.. — спросил один из заключенных.       — Мне нужно добраться до главного пункта и уничтожить это чудовище изнутри! Не бойтесь, сектор чист, все уничтожены! — Соник уже развернулся, чтобы поспешить далее.       — С-спасибо вам, герой… — хором произносили те, кто еще был способен говорить.       — Оставьте эти слова, — Соник не хотел такого внимания, он точно не герой, которого все ждут. — Я просто выполняю свой долг…       Не желая слушать противоположное мнение по поводу своего предназначения, Соник, приготовившись к бегу, быстро удалился из помещения, оставляя выживших совершенно одних, хоть и они имели доступ к выходу, где потом встретятся с группой Акорн.       Соник надеялся на это, ведь в его мыслях находились сомнения, возможно, Салли не справилась? Нет. Это недопустимо, нужно оставить столь отрицательные предположения где-то на задворках разума, ведь в данный момент нужно надеяться на лучшее.       — Ах, вот он… Герой во всей красе! Мне всегда нравилось смотреть, как он отнекивается, что не герой, но на самом же деле, м-м-м-м, просто высшее качество!

— Сестра, ты слишком сильно обращаешь внимание на эту его сторону. Любой бы из нас не говорил напрямую, что он герой. Он просто выполнял долг, здесь я с ним согласен.

      — Брат, ты у нас бука злая, я это уже поняла с детства. А я бы купалась в лучах славы, если бы геройствовала…

— Мне кажется, что из тебя герой даже на словах вышел бы не очень…

      — На себя бы посмотрел!..       Прорываясь вперед, Соник не мог рационально думать: побитые мобианцы, худые, как смерть, прерывали мысли о благородстве, о том, что он хоть когда-нибудь вновь отпустит Эггмана, если вдруг увидит и вновь победит в неравной схватке. Нет. Он должен гнить в тюрьме за все свои злодеяния.       Еж с легкостью мог одолеть его еще давно, еще в тот раз, когда впервые встретил, но не стал этого делать из-за каких-то своих принципов, но сейчас они полностью разрушались, не оставляя ничего за собой, это была огромная ошибка, из-за которой страдало мирное население.       Как же он раньше не замечал, что своими решениями только вредит? Айво уходит от ответственности, расширяя свою империю и порабощая мобианцев, а вместо того, чтобы уничтожить злого гения, еж только уничтожал опорные пункты, надеясь, что когда-то ресурсы у врага закончатся.       Но этого не происходило, даже в тот момент, когда Роботник навредил Эми, приказывая Металл Сонику, герой был готов отпустить его, готов был смириться со своей душой. К сожалению или к счастью, в данный момент сознание не хотело больше идти на сделку с совестью.

— Но выбор… Он должен быть сделан, ты же понимаешь, Соник?

      — Не слушай его… Наслаждайся тем, что ты творишь добро, я волнуюсь за тебя, братик… Лучше не думать об этом, просто захватить его или отпустить… Хе-хе. А потом вернуться, как ни в чем не бывало, и дальше наслаждаться жизнью.

— Я бы на твоем месте ее бы не слушал вообще… Ты и так наслаждался жизнью, не предпринимая никаких попыток уничтожить Эггмана. Послушай меня… Бл… Брат. Да. Как только Эггман падет, то тогда будет настоящая свобода, а не иллюзия наслаждения. Послушай меня…

      Пробираясь дальше, ёж замечал бадников, которые, как вдруг увидели спасителя мобианцев, погнались за желанной добычей. Благо не успели они добежать до славного героя, как в сию же секунду животные, находившиеся в них, освободились от оков, в сей же час убегая куда-то в неизвестное направление.       Но эти голоса. Одна — ласковая, нежная, зазывающая отказаться от хоть каких-то важных решений, которые могут унести жизнь. Он всегда ее слушал в прошлом, когда не знал о существовании. Всегда вел себя, как герой, который никогда не убивает. И он бы ее сейчас послушал…       Но другая сторона. Почему же призыв к действию, к тому, чтобы покончить со всем этим, так пугает? Он не хочет убивать, но ведь иного выбора и нет. Эггман сбежит, гений с айкью триста всегда может сбежать из тюрьмы, дай ему только время… Но как же не хочется…       Не хочется делать выбор. Сознание вздрогнуло от осознания того, что нужно делать что-то серьезное в своей жизни, то, что может отнять жизнь ради блага остальных. Он герой, который не убивает… Но что эти слова значат для тех, кто погиб, когда он ничего не делал?..       «Не могу решить… Не хочу решать… Нет! — твердил себе Соник. — Как и с Эми и с Салли… Не хочу решать!»

— Давай так. На чистоту. Пора взрослеть, Соник. И чем раньше, тем легче для нас всех и твоему сознанию в первую очередь. Ты же хочешь дожить до того момента, как Тейлз создаст противоядие, да?!

      — Ох, Соник, не слушай его. Он вечно торопит события. Когда-нибудь потом поймаешь Эггмана, не нужно из кожи вон лезть, чтобы это сделать…

— Заткнись, сестра, ты делаешь хуже. Ты оставляешь его в этом ребячестве!

      — Это ты захлопни свою пасть, ты делаешь только хуже, стараясь повести его по тому пути, по которому он не хочет!

— Скольких мы потеряли, чтобы он чувствовал себя непринужденно, свободно, не принимая реальность и того, что мы давно могли закончить эту войну?! А скольких мы в будущем потеряем из-за того, что он и дальше будет «геройствовать», но не «действовать»?!

      — Да кому какая разница скольких потеряли?! Кто вообще это считал? Нам главное, что мы целы и невредимы…

— Я считал. За годы этой непрекращающейся войны Семьсот сорок одна тысяча пятьсот тридцать четыре мобианца отправились на тот свет. Это шесть деревень, которые могли бы процветать, если бы не целый ряд могил и роботизированных, это три небольших поселка городского типа, это два маленьких города! Их нет. Потому что мы, видите ли, не хотим убивать Эггмана.

      Герой почти добрался до пункта, из которого уже отключит защиту базы, разрешая остальным проникнуть внутрь, дабы наконец-то захватить столь ценные материалы в свои руки. Все изобретения Айво изучаются, поэтому самоуничтожение недопустимо.       «Заткнулись оба!!! Мне не до этого сейчас!!!» — покричал в своем сознании Соник.

— Тебе всегда было не до мобианцев, Соник. Всегда на своем уме. Всегда хочешь только для себя. Бедный маленький ежик, который не может принять взрослое решение. И тебя еще называют героем, да?..

      — Он давно принял взрослое решение. Пожертвовать собой ради остальных и каждый день сражаться со злом. Это чего-то да стоит.       Остановившись возле главного компьютера, Соник посмотрел на экран, конечно, было бы легче, если здесь находился Тейлз, но, к сожалению, лис все еще не восстановился, хоть и хотел помочь своему другу, но нет. Его механические конечности все еще не работали исправно.       Взлом компьютера не от лиса? В это было столь трудно поверить, что и сам герой в секунды смятения только сглотнул подступающий ком в горле, принимаясь за обычное дело для его товарища. Система запустилась, выводя на пароль, который не сложно было взломать.       — Эггман никогда не блистал оригинальностью, — усмехнулся еж, хотя в данный момент старался не допустить ошибку.       Справившись с легким паролем, удивительно, почему Эггман не менял его ни на одной из своих баз, возможно, просто не замечал столь легкого подхода к его охранной системе или, наоборот, это был некий план, о котором никто из «Борцов за свободу» не знал.       — Подтверждаю. Но и ты никогда не блистал осторожностью! — послышался металлический голос.       Соник всего за одно мгновение развернулся на источник шума, как вдруг почувствовал сильный удар в районе живота, при этом без шансов удержаться на ходу, ведь в этот же миг Металл Соник влетел с огромной скоростью, отстраняя героя от компьютера.       Герой попытался вырваться из такого положения. Сумел, накопив немного силы, отстраниться в сторону во время длительного полета в стену, даже смог отскочить от поверхности, дабы ровно встать на ноги, чтобы начать поединок, который решит будущее этой базы.       — Вижу обновил свой гардероб, хотя и этот стиль уже использовал, — Соник пожал плечами, смотря на свою металлическую копию. — Ну что, хех, решил взять реванш за тот раз?       Металл Соник развернулся в сторону ежа, но не стал нападать. Вместо этого приземлился на пол, смотря прямо в глаза оригиналу. Невиданные ранее желания поражали голову робота, в один миг он хотел и продолжить начатое, но ведь его появление имело другой исход.       — Как ты говорил: «Если захочешь реванша, то дай знак», — Металл Соник повторил слова, которые сказал Соник в тот день, когда одолел его вместе с друзьями. — Как тебе мое приглашение в виде парочки трупов? — вспоминая резню на одном из постов, робот имитировал усмешку. — Я старался подобрать тот момент, когда ты не сможешь никого спасти.       — Ты вырезал весь аванпост в деревне! — со злостью произнес еж.       После этих слов еж резко двинулся в сторону врага. Металл Соник, конечно, мог увернуться, сбежать, чтобы дать волю своему хозяину, который наблюдал за всем со стороны, ожидая своего часа, чтобы наконец-то предстать перед ежом, но не все фигуры на месте, нужно ждать.       Робот с помощью своих реакторов приблизился к герою. Из-за огромной скорости они столкнулись лбами, но вместо отстранения только продолжали бежать друг на друга, как в старые времена, когда ежики только-только встретились, пытаясь победить друг друга.       От двоих исходил ветер, они смотрели друг на друга с некой злобой, пытаясь предугадать действия, попытки атаки, дабы отразить всё, что предпримет противник. Но в этот момент именно робот замечал некие изменения, которые, к сожалению, не мог сам герой.       — Будто бы тебе не плевать на жителей, которые ничего не делают для своей же защиты! — произнес Металл Соник. — Я знаю все о тебе, мой двойник, не пытайся играть в героя. Тебе было плевать на них, как и с самого начала.       Еще одно столкновение лоб в лоб, которое практически ничего не решало, но после этих слов будто бы какой-то счетчик прогремел в голове ежа, возможно, враг был прав, почему же именно герой должен всех спасать, жертвуя своей свободой ради чужих мобианцев.       — Заткнись, заткнись! — закричал еж.       Отстранившись от врага, еж с легкостью подскочил вверх, закручиваясь в шар, дабы с точностью упасть на голову Металл Соника, но робот, просчитывая этот момент, только отошел в сторону, что дало времени на контратаку. Герой, не добившись своей цели, в одну секунду отскочил вправо, дабы враг не задел.       — Что не так? — Металл Соник не пытался задеть ежа. — Почему не атакуешь, как всегда? Задел за живое? — вновь металлическая усмешка. — Хотя что ожидать от того, кто не может разобраться в самом себе.       Робот знал, в чём именно дело, ведь своими словами задел некий рычаг в сознании ежа, который выводит из строя мысли, превращая их в нечто столь неизвестное, что сложно представить на самом деле. Душа ежа металась в разные стороны, не понимая, почему слова какого-то клона пробудили нечто неестественное.

— Даже Металл Соник понимает всё лучше, чем ты… Робот специально задевает тебя, но мы тут чувствуем, что за правильные ниточки-то дёргает… В каком мы Мобиусе живём, раз твой робо-двойник смеётся над тем, что ты не можешь действовать, а просто уходишь от проблем…

      — Заткнитесь, заткнитесь, заткнитесь! — вновь проговорил еж, обращаясь к двоим сразу.       Металл Соник решился на действия. Подлетая к герою, у которого проблемы с сознанием, он в сию же секунду направил свой металлический кулак в сторону ежа, отчего он не успел увернуться, ведь пытался привести мысли в порядок.       Из-за неосознанности еж отошел в сторону, держась за свою щеку, из которой медленно стала течь кровь. Робот же не подступал к своей цели, наоборот, так же отстранился от героя, будто бы играл с ним в догонялки, изнуряя своими словами вместо того, чтобы драться по-настоящему.       — Соник! — позади них послышался голос Салли.       Акорн явилась, чтобы помочь своему герою, ведь уже сделала основные цели, освободила всех мобианцев, проведя их до безопасного выхода. Их должны были встретить медицинские работники, которые должны были подоспеть к запасному входу, ведь все ловушки уже обезврежены, а враги уничтожены.       Салли увидела, что с ее возлюбленным что-то не так, ведь в обычное время он бы не дал спуску Металл Сонику, а сейчас они будто бы и не начинали драку вовсе. Робот до сих пор жив, а герой не способен бороться, ведь находится в странном состоянии.       — А вот и моя главная цель, — Металл Соник обратил внимание на королеву. — Приятно было увидеть, что план создателя работает, — эти слова были предназначены для Соника, отчего еж еще сильнее оскалился.       Металл Соник резко, не теряя ни единой секунды, не обращая больше внимания на ежа, с помощью своих реактивных двигателей стал быстро, словно молния, подлетать к Акорн, чтобы наконец-то вывести ее из долгой и изнуренной игры.       Соник хотел двинуться в его сторону, спасти Акорн, ведь осознавал, что в данный момент робот сильнее, ведь находится в форме, в которой клонирует атаки, мысли и действия других. Он почти ступил ногой вперед, но перед ним вдруг оказалась невидимая стена, из которой невозможно сбежать.       Он увидел, как за Металл Соником закрываются ворота, вход в главный корпус, а вместе с тем больше не видел Салли. Что же ему делать, если не способен побороться с собой, чтобы вновь влиться в круговорот действий, победить своих врагов и спасти друзей.       Стена исчезла, но дверь до сих пор была закрыта, а крики или хоть какие-то звуки, способные доказать, что там, за ней, хоть кто-то находится, не были слышны, что очень раздражало героя. Что же делать? Он стал держаться за голову, в которой творился сущий ад.       Но нет времени впадать в некое странное безумие, сейчас время вновь обратить внимание на главный компьютер, чтобы полностью снять систему защиты, тем самым помогая «Борцам за Свободу» пробраться в базу, помочь самой Акорн, которая сейчас находится с Металл Соником.       — Черт-черт-черт! — Соник приблизился к компьютеру. — Быстрее-быстрее…       Он почти достиг нужных параметров, но в сию же секунду, замечая в углу экрана какой-то яркий свет, резко, будто бы почувствовал опасность, отскочил от системы, в которую в данный момент влетела пуля, которая напрочь отключила все питания, не давая возможность для взлома.       — Не так быстро, еж! — послышался голос главного злодея, того, кто заварил всю эту кашу.       Но еж не откликнулся на зов Эггмана. В этот момент он ничего не мог с собой поделать, даже обернуться, чтобы наконец-то посмотреть на того, кто всё это время сбегал от правосудия из-за каких-то мнимых рамок, которые сдерживали ежа от того, чтобы уничтожить Айво.       Что же он сейчас чувствовал? Мрачные мысли поселились в голове ежа, не мог даже сказать хоть что-то на такое приветствие от злого гения. Цель перед ним, сам открылся в надежде на победу, которую никогда не видел в глаза, ведь всё время проигрывал герою.

— Он здесь… Ты знаешь, что делать…

      Соник не мог сдерживать спектр эмоций, которые могли в любую секунду дать о себе знать. Айво уничтожил шанс посмотреть, справляется ли Акорн с врагом или нет. Но, к сожалению, переживания за королеву перебивались из-за неких темных, вырывающихся из души чувств.       — Брат… Я… Я не чувствую контроля больше… Сознание трескается!!!

— Что?!

      Еж никогда не хотел этого понимать. Нет. Он не такой, как считает его вторая половина сердца, но что поделать, если в данный момент, именно в эту самую секунду, он стал осознавать свои эмоции, чувства и это…

Ненависть.