Проклятие героя (Remastered)

      Когда стоишь на поле боя перед лицом смертоносного врага, не остаётся ничего, кроме как сосредоточиться на победе. Каждая битва — это борьба за выживание, и неважно, с кем имеешь дело: с роботами или с живыми существами. Нужно цепляться за жизнь, хватаясь за землю голыми руками…       И пытаться не упасть в бездну, чтобы не оказаться на месте бездыханного трупа. Но что происходит в реальности? Лучший друг Тейлза, его старший брат, теперь оказался на врагом, жаждающего разрушений. Это не Соник, нет, но его тело, управляемое Флитвеем, противостоит Тейлзу.       Флитвей хочет драки, хочет, чтобы пролилась кровь, и неважно, чья это будет — его собственная, Тейлза или Крим. Этот безумец жаждет сражения, понимая, что Тейлз не сможет нанести ему полноценный удар, а Крим, хоть и служит самой короне, не обладает опытом своей матери Ваниллы.       Она может стать добычей, игрушкой, которую можно сломать, а затем найти другую в надежде на новые ощущения. Сражаться против друга — невыносимо. Сражаться против того, кто всю жизнь был рядом, — горечь, которая пожирает изнутри. Но нужно сражаться.       Ради будущего. Ради выживания. Ради того, чтобы увидеть завтрашний день, а не сгинуть сегодня. Тейлз осознавал, что отчасти это его вина. Он не уследил за Соником. Он был медленным. Он был обузой, которая не смогла вовремя сделать лекарство, чтобы такого не произошло.       Но возможно ли вообще создать лекарство от личностей в голове? Это кажется невозможным. А вирус только усугубляет ситуацию… Лис сглотнул, понимая, что нужно действовать быстро, чтобы не умереть. Если он умрёт, Соник навсегда окажется в плену собственного сознания, угнетённого Флитвеем.       А если выживет, то сможет разорвать этот порочный круг. Крим, стоя позади Тейлза, готовится к уклонению. Она видит, как Флитвей смотрит на неё с жадностью, будто в любую секунду готов наброситься, лишь бы не отдавать крольчиху никому другому. Она его главная жертва.       Она та, кто должна убегать, но нет. Она здесь. И она стоит на месте, сосредоточившись, чтобы не попасть под готовящийся удар противника. Она, конечно, привязана к Сонику тоже, но не так, как лис. Ей легче атаковать неприятеля в теле их защитника.       Мгновение, как ёж ринулся в их сторону в надежде на веселье. На нескончаемую резню, удовлетворяющую все его пороки внутри. Его скорость — её не уловить. Он кружился вокруг них, заставляя терять бдительность, заставляя сделать ошибку, которая может стоить жизни.       Лис приготовился. Он стоял в защите, ему нужно отыгрывать от защиты, ведь он не восстановлен полностью, а лезть в атаку с тем, что его тело не полностью подчинялось, и есть шанс, что вовсе стоять на месте — не самое лучшее решение. Генераторы в механических конечностях заработали с новой мощностью.       Крим пыталась уловить движения Флитвея. Она насторожилась, доверяя лису защищать ее спереди, а она его сзади. Секунда, как это кружение прекратилось, а еж двинулся в сторону крольчихи, дабы схватить ее вновь, даже ощутить, как ее когти царапают ее шею.       Но тут же в его сторону полетели метательные ножи, заставляя уворачиваться. Первый нож почти прошелся по лицу, но он резко двинулся влево, из-за чего теперь второй нож почти впился в печень, но и тут не сработало, ведь он подпрыгнул. К счастью, и тут крольчиха была готова.       Флитвею пришлось пригнуться во время прыжка, у него получилось, но это замедлило его движение. Лис увидел своего врага и активировал энергетический щит вместе с электричеством. Удар ежа пришелся по защите, из-за чего разряд тока ошпарил его шерсть и…       Откинул от крольчихи. Еж только улыбнулся, наблюдая за тем, как лис старается защищать свою «подружку». Это доставляло то удовольствие, которое выходило из самой его испорченной души. Это подталкивало его атаковать только Крим, заставляя лиса забыть о себе.       — Обычно лисы едят кроликов, а не защищают их, — подметил Флитвей. — Какая все-таки неправильная природа у мобианцев, а вот у животных все проще…       — Завали пасть, — Тейлз не отпускал свою механическую правую руку. — Животное…       — Лучше уж принять себя полностью, чем стараться делать вид, что ты благородный лис, — облизнулся Флитвей. — Думаю, тебе бы понравилось рагу из кролика…       — Он пытается заговорить нас, — подметила Крим. — Осторожно!       Мгновение, как позади Тейлза образовался Флитвей. Момент был не зря, разговор действительно сбил их концентрацию, но тут крольчиха успела кинуть в сторону противника три метательных ножа, из-за чего один из них попал прямо в левую руку Флитвея.       Еж зашипел. Но не от боли, не от того, что ему, по логике, должно быть больно из-за крови, из-за проткнутой ладони, нет. Он зашипел от того удовольствия, когда охотнику дают отпор, но в конце концов он знает, что жертва долго не продержится. Лис обернулся и попытался атаковать.       — Медленно! — усмехнулся безумец.       Флитвей раненной ладонью ударил лиса по правой руке, отключая энергетический щит позади них на несколько мгновений. Еж и не думал останавливаться, он специально развернул свою ладонь, чтобы острие ножа приблизилось к механической руке Тейлза, затем…       Вонзился, разрывая несколько механических связок, которые отвечали за силу протеза. Крим подпрыгнула и уже было хотела ударить ежа по голове своими ногами, но он взял ее за коленку и тут же двинул в сторону Тейлза, из-за чего оба прошлись по земле от силы удара.       Тейлз перевернулся по окровавленному полю вместе с крольчихой, а еж в эти мгновения вытаскивал метательный нож из своей ладони. Кровь резко хлынула, когда он вытащил, но вместо боли — вздох удовольствия, а его язык прошелся по ране, облизывая каждую каплю.       — Как же приятно ощущать боль, — прошептал сам себе Флитвей.       Лис вместе с крольчихой поднялись на ноги. Тейлз ощутил, что его правая рука не двигалась, похоже, что еж задел процессор в самой механической руке. Осталось только левая рука, но это довольно проблематично. У Крим же метательных ножей осталось меньше половины.       — Нам его не победить… — Крим выдала из себя. — Но убегать нельзя…       — Я постараюсь придумать что-то… — Тейлз левой рукой нажимал на свою правую руку. — Черт, он повредил матрицу…       — Я задержу… — Крим смотрела в глаза хищника. — Мы не можем проиграть, тогда же Соник не сможет прийти в себя…       — Тогда… — Лис схватил себя за правый хвост и отсоединил его. — Воспользуемся этим.       Крим взяла механический хвост Тейлза, и он тут же раскрылся, как будто меч, с которым нужно идти в бой. Он активировался в руках, а не по воле своего носителя, который даже крутить им не мог. Сам лис взялся за второй хвост и отсоединил его от своего тела.       Такие «мечи» довольно странно выглядят, но как только раскрываются, то можно заметить, что энергетические лезвия, соединенные с настоящим металлом, могли разрезать что угодно. Если он не мог летать, это не значит, что он не придумал другое применение своим хвостам.       — Как… работает?.. — спросила Крим, увидев на основании такого «меча» кнопки.       — Первая слева — щит, вторая — открытие и закрытие… — Тейлз держал левой рукой свой собственный механический хвост. — Покажем этому Флитвею, где раки зимуют!..       Он все еще помнил, что нельзя подходить ближе, но как ослабить ежа, если не так? Щит должен был работать на хвостах, так что попытка не пытка. Они ожидали, когда он двинется, но Флитвей, заметив, что крольчиха и лис держались за металлические хвосты-мечи, только улыбнулся.       — Так значит, они не бесполезны, как ты говорил, — перчатки Флитвея порвались, а вместо обычных когтей — что-то длинное, разрывающее на куски. — Ох, это будет интересно!       Рывок в сторону своих жертв. Флитвей оставлял за собой лишь пелену разорванных под ногами цветов и, к сожалению, гниль, ведь энергии еще больше выделялось из его тела, тем самым ослабляя его изнутри. «Лорд-Протектор» почти достиг своей цели, осталось еще немного.       Первый удар, как Тейлз подставил лезвие под когти ежа. Послышался скрип, отзывающийся в ушах, но это не задержало никого. Лис тут же ногой ударил неприятеля по животу, отодвинув от себя на миллиметр. Флитвей же вновь нацелился, но на этот раз не на меч.       Крим подоспела позади ежа, уже попыталась его проткнуть, как он схватил ее за запястье и двинулся вправо. Хвост-меч прошелся по правой руке Тейлза, отрезая механизм от плоти. Боль пронзила из-за того, что нервы все же были соединены с этой системой.       — БЛЯТЬ! — закричал от боли Тейлз.       — Ох, прости! — вымолвила Крим.       Флитвей тут же развернулся и ударом ноги по затылку крольчихи отправил ее лежать на землю, глотая пыль и проползая прямо к дереву, с которого на нее упал кокос. Послышался крик от боли, даже кровь пошла с ушей, но она стала переворачиваться, а не стонать от агонии.       Тейлз махнул хвостом-мечом, но еж уклонился. Еще одна попытка — неудачно. Еще и еще, пока Флитвей не схватил лиса за руку. И резко перекрутил ее, из-за чего умник упал от боли на колено. Рано он соединил свои нервные окончания с этим, надо было подождать! Почему он не просчитал и это?!       — Какой же ты слабак, что тогда, что сейчас! — Флитвей ухмыльнулся от того, что ему никто не мог навредить.       Лис попытался ногой пнуть его, но тут Флитвей перенаправил меч Тейлза в его же колено, тем самым заставляя остановиться. Левое колено пробито, механизмы тут же перестали слушать своего хозяина. Тейлз не смог пошевельнуться, его прижали к земле ногой.       И тут его же хвост вошел в левую руку, прибивая к земле полностью, ведь он не мог отсоединить рукоятку без правой руки. Тейлз стиснул зубы от боли. Механизмы, которые имитировали настоящее тело, то и дело посылали по всем нервным окончаниям агонию.       И прямо перед его лицом наклонился Флитвей. Он с улыбкой, той самой садистской улыбкой, какая была при убийстве Фионы, смотрел на лучшего друга Соника. Крим все еще не пришла в себя, стояла возле пальмы, держась за голову, а в ее глазах только неразборчивая белиберда.       — Что же у нас тут… — лицо Флитвея находилось возле лица Тейлза. — Ни мамы… Ни папы… Ни сестры даже… Совсем один… — Флитвей шептал на ухо лису. — И подохнешь один… Хорошая судьба, не так ли?       — Хе-хе-хе, да… Один… Но ты-то нет, — Тейлз плюнул в лицо Флитвею. — И, похоже, раз твои удары стали немного слабее, то мы побеждаем…       — Лисий уебок! — зарычал Флитвей.       Такого оскорбления еж уже не вынес и тут же схватил Тейлза за затылок и прижал к земле, протирая его лицо об пыль, пытаясь прижимать еще сильнее, дабы даже частичка воздуха не прошлась сквозь землю. Правой же рукой Флитвей смахнул плевок лиса с щеки.       — Не люблю таких самоуверенных, даже перед лицом смерти пытаетесь в пафос, ненавижу… Всё веселье испортил… — Флитвей обхватил хвост лиса. — Забавно… Собственное творение убьет своего создателя…       — Попытайся… — Тейлз начинал дерзить. — Или, ох, не можешь? Кишка тонка для того, кто любит повеселиться?       — Да кем ты себя возомнил, говна кусок… — у Флитвея дернулся глаз.       — Просто тяну время, как и ты… — Тейлз усмехнулся. — Кстати, зацени вот это…       Флитвей попал в собственную же ловушку с разговорами. Ноги лиса активировались, включая двигатели на них. Из-за такого положения Тейлз смог охватить ежа одной своей рукой и ринуться вперед. Мгновение, как ежа вместе с лисом ударило об дерево, но больше веток впилось в спину героя.       Еще мгновение, вновь проломили дерево, пока летели. Тейлз не отпускал его, стараясь как можно больше ослабить. Он чувствовал пульсирующую энергию вокруг тела друга, этот хаос, который затмевал разум даже самого умника, но вместе с этим Флитвей дернулся в хватке.       — Неплохо, ничтожество! Но не идеально, — с диким экстазом произнес Флитвей. — Вот это уже шоу!       Еще секунда, как Флитвей коленом ударил по подбородку Тейлза, тем самым лис стиснул челюсть от боли, но не отпускал. Двигатели в механических ногах медленно отключались, перебои от того, что он не тестировал это. Как только всё окончилось, то они упали на землю.       Флитвей быстро встал, хватая Тейлза за шею и поднимая перед собой. Хватка крепкая. Почти ледяная. А улыбка у ежа — это момент блаженства, которое он ждал давно. Наконец-то лис в его руках. Одно движение, и его шею сломают, как простой сучок.       — Прощай, сладенький пирожочек, — Флитвей облизнулся. — Обещаю, я сделаю из тебя шкуру, которую буду носить на Хеллоуин…       Лис барахтался в его хватке. Пальцы впивались в его шею, когти пронизывали кожу, из-за чего кровь медленно капала по ладони ежа. Этот момент — это то наслаждение, которое Флитвей надеялся получить еще тогда, когда убил Фиону, а сейчас — это финал. Аккорд, затянувшийся на много лет.       На мгновение хватка усилилась, чтобы сломать шею Тейлзу. Но прежде чем это произошло, в лоб Флитвею вонзился метательный нож, пронзив череп и впившись в мозг. Из сочащейся раны медленно потекла кровь. Ещё мгновение — и второй нож пронзил сердце.

— Отошел от него! — закричала крольчиха.

      Точное попадание, которое пронзило клапаны вместе с самим сердцем, а затем и третий нож, впившийся в одно из легких, прошибая почти насквозь и застревая в теле. Флитвей попытался двинуться, но как только он отошел назад, то увидел, как Крим подпрыгнула вверх.

— Не смей приближаться к Тейлзу! — продолжила Крим.

      Еще три ножа вонзились в тело Флитвея, заставляя того зарычать от боли, от непомерной боли, которую ни с чем не сравнить. Крольчиха попала в желудок, в шею, заставляя кислород вовсе застыть в теле, а затем и в колено, вышибая землю из-под ног ежа.

— Катись к Хаосу! — и последнее, что она сказала.

      Но эта боль. Какое же удовольствие она приносила ему. Ему больно. Он хотел выть от боли, но вместе с этим этот кайф ни с чем не спутать, это блаженство должно было продолжаться еще немного, он даже посмотрел в лицо разгневанной крольчихе и вместо страха…       Только улыбка, самодовольная и такая дразнящая, из-за чего последний метательный нож, что и был у Крим, попал прямо в рот ежу, выходя из пасти, пробивая и горло, и вместе с ним повреждая небо с языком. Еж свалился на землю, и ни одного шороха не раздалось после.       Крим подбежала к своему возлюбленному, переворачивая его на спину. Она смотрела на лиса, видела, что левая рука еле как функционирует, а ноги, хоть и были на месте, но никакой помощи от них лучше не ждать. Она вытерла лицо умника от пули, а затем попыталась хоть что-то сказать.       — Т-Тейлз, что делать?! Ты встать сможешь? — спросила обеспокоенно крольчиха, глядя на него.       — Просто запусти… Угх… левая рука… там есть кнопка на локте… — произнес Тейлз. — Ох, ну и отделал он же меня…       — Тише, не говори, я с ним разобралась уже… — Крим нажала на кнопку, увидев, что механическая рука лиса стала выворачиваться, а из нее что-то вывалилось, похожее на жидкость.       — В… в смысле?.. — Тейлз произнес с удивлением.       — В… В смысле у меня кончились ножи… — Крим сглотнула. — Не думай ни о чем!.. Сейчас не время…       — Т… ты убила его?.. — с дрожью в голосе произнес Тейлз.       — ДА! Иначе он бы убил тебя! — заявила Крим. — Только не начинай читать нотации!..       «ДА!» — это отразилось в сознании Тейлза. Сначала он не понял, что она сказала, будто что-то заглушило в его сознании эти слова. Последующее, что она говорила, и вовсе пропустил мимо ушей, но как только до него стал доноситься смысл сказанной фразы…       — Н-но… Подождать… — сердце Тейлза забилось еще быстрее, он посмотрел в сторону ежа, он не шевелился. Его лучший дуг не шевелился. — Ч-что ты наделала…       — Спасла тебя, глупенький! — произнесла Крим. — Он бы тебя убил!..       — Это… Это был мой друг… — еле как сошло с уст Тейлза. — Это был…       Ему плохо. От осознание того, что тело ежа лежало неподалеку без признаков жизни — затуманило разум настолько, что Тейлз чуть ли не вырубился на месте от переизбытка чувств. Он резко дернулся, как только ощутил, что ноги восстановились вместе с левой рукой.       — Соник!!! — закричал Тейлз.       — Не иди к нему! — Крим схватила Тейлза за плечи.       — ИДИ НА ХУЙ!!! — закричал Тейлз. — ТЫ УБИЛА МОЕГО ДРУГА!!!       — ОН УБИЛ БЫ НАС!!! — закричала Крим.       — ТЫ УБИЛА ЕГО!!! — Тейлз почти вырвался из ее хватки.       Его дыхание участилось. Осознание того, что рядом лежит тело его лучшего друга, так ударило по сознанию, что хотелось кричать. Кричать и дергаться в конвульсиях. Он ранен. Он почти не может двигаться, но даже это не останавливало от того, чтобы попытаться подползти к другу.       Крим не выдержала, развернула в свою сторону Тейлза и дала пощечину, чтобы тот пришел в себя. Резкий удар. Боль, как адреналин, с новой силой заставила Тейлза прийти в себя. Хотя бы попытаться мыслить, а не делать поспешных решений, которые могут отразиться на будущем.       — Тейлз! — Крим сжала своими руками его щеки. — Посмотри на меня!..       Слёзы катились по лицу Тейлза. Он пытался успокоиться, но нервы, ох, они выходили из-под контроля, каждая клетка его дрожала от осознания, что его друг мёртв. Каждая частичка его нутра выворачивалась изнутри, пытаясь принять реальность.       — Он… он бы убил нас… Он убил бы тебя!.. — продолжала Крим. — Ну же… Это было… Н-необходимо…       — У-уби… — он хотел уже произнести, но тут.       В его голове тут же щелкнуло. Что он хотел ей сказать? То самое слово, которое обычно говорят врагам? Он не мыслил адекватно, но мозг благодаря пощечине сообразил, что это лишнее. Но Соник. Тот самый друг, приходящий всегда на помощь, лежал рядом.       — Я… Я лишился друга… — еле как произнес лис. — К-как мне… жить…       — Тише, Тейлз… Это… Это было необходимо… Я… я делала это ради тебя… — Крим стала прижимать его к себе. — Все ради тебя… Он бы тебя убил… Я тебя спасла… Только я тебя спасла… Он бы… Он бы не пришел в себя, то, что было в его голове, они там не справились, а так… Мы упокоили его душу… Он больше не страдает…       Ее руки обхватывали его лицо, притягивали к себе, чтобы он хоть как-то успокоился. Тейлз дрожал, его левая рука еле как дотронулась до ее спины, а его лицо прижалось к ее. Он не мог винить ее, он мог винить только себя, ведь будь он быстрее в разработке лекарства…       — П-пойдем отсюда… Скажем остальным… — Крим шептала ему. — Салли нас прибьет…       — И Эми тоже… — вырвалось из уст Тейлза.       — Вся Империя… — Крим нервно произнесла.       Тейлз с трудом поднялся на ноги. Даже после небольшого восстановления они не держали его совсем. Он взял свой хвост, а Крим в свою очередь — второй, механический. Им нужно было снова соединить их, но они не спешили, опасаясь непредвиденных обстоятельств.       — Т-так… что ты… хотела сказать?.. — спросил Тейлз, пытаясь думать о другом.       — Я… — Крим стиснула зубы. — Ты дорог мне… И я сделаю всё возможное, чтобы никто к тебе не прикасался… Даже твой обезумевший лучший друг… Я всегда буду рядом… — её голос медленно смягчался. — Позволь мне быть с тобой… Всегда…       — К-Крим… — Тейлз не знал, что сказать. — Я…       Он услышал шорох позади. Молниеносная реакция на предполагаемую опасность сработала, как тут же лис подставил хвост-меч позади Крим и перед собой. Энергетический щит активировался, как тут же в него влетели сразу несколько метательных ножей.       — Сопливые признания в любви, как это мерзко, — Флитвей медленно поднимался, с его головы и других мест текла кровь на траву, но это для него будто капля в море, ничего больше. — А куда же делся весь драйв ситуации? Так не пойдет…       Лис увидел, что Флитвей встал на ноги, смотрел на них так, будто ничего не произошло. А его раны. Они медленно затягивались. Метательные ножи упали к его ногам, а он их подбирал, продолжая кидать их в сторону энергетического щита, будто пытался обратить на себя внимание.       С одной стороны, дикое облегчение на душе Тейлза — еж жив. С другой стороны, это всё еще не Соник, поэтому нужно вновь сражаться, дабы выбить этого сумасшедшего из тела. Крим стиснула зубы, она думала, что всё позади, но нет. Враг жив. Он все еще желает их убить.       — Заканчиваем этот фарс, я хочу повеселиться! — Флитвей потер свои руки. — А свои сопливые оперы оставьте где-нибудь на том свете!..       — И как же победить его… — Тейлз скрывал счастье в собственных словах.       — Раз он бессмертный, то можно не сдерживаться, — Крим хотела уже взять свои метательные ножи, но поняла, что их у нее больше нет. — Черт… Тогда… — она вновь активировала хвост лиса в своей руке.       — Держимся вместе… Не дать ему нас разделить… — Тейлз развернулся. — Одной рукой сражаться сложно…       — Прости… — Крим еще чувствовала вину, что так получилось.       — Покончим с этим… — лис заметил, что под ногами Флитвея еще больше гнилых растений. — Кажется, почти получилось… еще чуть-чуть…       Флитвей уже хотел ринуться к ним, но ноги не пошевелились. Энергия, столь нужная для него, стала покидать тело, заставляя ощутить слабость в собственном сознании. Он слабеет? Невозможно. Неужели выплеск энергии изнутри разума кому-то показался хорошей идеей?!       Это же может уничтожить тело, трансформировать в нечто невообразимое. Кто хочет быть уродом до конца дней?! И все же он сейчас здесь, ощущает, что силы покидают его, а картинка перед глазами плыла, будто бы его возвращали в сознание, он не главный в теле.       — Ну уж нет, это моя вечеринка! — зарычал Флитвей. — Меня не остановят от веселья!!!       Резкий рывок в сторону лиса с крольчихой. Энергетический щит задержал врага, а Крим замахнулась, чтобы выбить равновесие у ежа, но он отскочил, а затем вновь ударил по щиту. К сожалению, из-за энергии, сочившейся из его тела, контактировала с щитом и…       Расплавляло его. Крим и Тейлз отскочили, заметив, что пульсирующая энергия хаоса и чего-то еще разъедала всё вокруг него, а земля под ногами медленно превращалась в какой-то зыбучий песок. Флитвей вздрогнул. Его засасывает обратно в сознание, а он так и не насытился страданиями в реальном мире!       Энергетический щит на хвостах Тейлза исчез из-за того, что даже воздух возле ежа изменился. Мгновение, как произошел всплеск энергии повсюду, откидывая Тейлза и Крим в разные стороны. Их будто бы обожгло, но не слишком. Будто их ударило той самой силой, о которой никто не знал.       Тейлз ударился об дерево. От боли он прошипел, но нужно было вставать, чтобы избежать еще одного всплеска энергии из тела ежа. Он видел, что его зубы, которые должны были вернуться в нормальное состояние, наоборот, стали острее, а когти даже не вырастали обратно.       Крим же отлетела недалеко от Флитвея. Она смогла удержаться на ногах, когда рукой задела землю, цепляясь за нее, чтобы не перевернуться. Она сжала механический хвост в своей руке и увидела, что еж ринулся именно к ней, дабы успеть прикончить, но удача на ее стороне.       Она сейчас сильнее, следит за каждым шагом, а не бьётся в агонии собственного тела. Мгновение, как она подпрыгнула, уворачиваясь от его цепких когтей. Секунда, она смогла ударить по его спине этим мечом, раскраивая кожу, обнажая его позвоночник одним взмахом.       У Тейлза кружилась голова, он еле как смог обратить внимание на сражение, он увидел, что Крим развернулась и парировала еще один удар когтей Флитвея, а меч, который был в ее руках, стал плавиться от того, что энергия из тела ежа еще сильнее пульсировала вокруг него.       Каждая атака достигала своей цели. Механический хвост уже почти расплавился в её руке, но тут крольчиха смогла отскочить назад, а затем ринуться вперёд, вонзая тот самый острый угол в тело Соника, заставляя того согнуться от боли. Крольчиха же отпустила почти полностью расплавленный хвост.       — Н-наконец-то… — сошло с уст ежа. — В-вырвался…       Соник ощущал дикую боль в своем животе, но эта боль ничто по сравнению с осознанием, что он чуть ли не убил Крим и Тейлза. Он вырвал расплавленный хвост из себя, а рана мгновенно исчезла. Энергия вокруг ежа окутала его, как затем резко исчезла, уходя в небытие.       Крим все еще настороженно смотрела на Соника, но, услышав столь знакомый голос без каких-либо садистских ноток, она успокоилась. Ее внимание полностью переключилось на Тейлза, которого нужно поднять. Она заметила, что из его затылка шла кровь.       — П-получилось!.. — Тейлз с искренней радостью произнес. — К-Крим… Фух… М-мы победили!..       — Да! — Крим стала подходить к своему возлюбленному. — Из нас получилась хорошая команда! Ха-ха, а ты боялся, что со мной что-нибудь случиться!..       — Н-недооценил тебя… — Тейлз с улыбкой произнес. — И тут я понял, что это я плохо сражался…       — Эй, ты еще не восстановился, это нормально!.. — Крим почти к нему подошла, в сердце только радость. Она выжила. Он выжил. И никакая угроза их не разлучит. — Главное, что мистер Соник в порядке… относительно…       Соник смотрел в спину Крим. Она так счастлива, что смогла задержать Флитвея, что смогла спасти своего возлюбленного. Еж улыбнулся, кажется, что не только он герой здесь, но и остальные. Те, про кого не принято было вспоминать в обществе, но он-то знал.

— Наше тело пострадало… — вырвалось из уст «Лорда-Протектора» в сознании ежа. — Будут последствия, но, благо, мы успокоили его…

      — Н-надо… держаться… — Соник прошептал сам себе. — Он ослаб… Мне нельзя волноваться, это я понял… Надо только… только…

— Вы испортили мне весь праздник! Но я так просто не сдаюсь… Вы тоже ослабли… И я… Но это… Это за вмешательство в мою игру… — взвыл в сознании Флитвей. — Моя. Последняя. На сегодня. Атака. СУЧКИ!

      Секунда, как тело ежа само по себе резко двинулось в сторону Крим. Секунда, как Тейлз увидел, как когти ежа заострились, а сам Соник не понял, что происходит. Им управляли. Это не он. Это тот самый отголосок хаоса, который использовал свой последний шанс.       — Крим, сзади!!! — закричал Тейлз.       Соник попытался остановиться, но не смог. Тело не слушалось. Тело всё ещё было ведомо под волей Флитвея. Последняя искринка энергии хаоса и такая наглая. Он уже возле Крим. Он уже навис над ней, как тут она обернулась, чтобы отскочить, но…       В этот миг его когти, словно нож, полоснули по шее крольчихи, разрывая кожу и мышцы, соединяющие шею с головой. Когти вонзились в кость и добрались до позвоночника, который скреплял череп с телом. Через мгновение на землю хлынула кровь, смешиваясь с кусками мяса.

— Т… Тейлз… — успела вымолвить из себя крольчиха.

      Голова Крим в сию же секунду отвалилась от надрезанной кости, покатившись прямо в сторону Тейлза. Тело незамедлительно упало на колени, а затем в правую сторону, а с того места, где должна была находиться голова, расплескалась кровь вперемешку с остатками мозговой жидкости неподалеку.       Тейлз застыл на месте. Шок. Первое, что было в его сердце. В горле пересохло сразу же, как только он осознал, что было сделано прямо перед его глазами. Его лучший друг, ведомый Флитвеем, одним движением когтей обезглавил крольчиху прямо перед глазами лиса.       От увиденного, от того, что к нему покатилась голова Крим, от того, что Соник стоял возле бездыханного тела крольчихи, от того, что прямо на траве растекалась ее кровь, окропляя ботинки ежа, от того, что он видел, как его возлюбленная больше не с ним, сознание лиса не выдержало.       Он, не понимая больше ничего, упал на траву, а перед глазами образовалась пустота. Не сумев справиться с тем, что находилось перед ним, мозг ничего лучше не придумал, кроме как отключиться, дабы забыть всё, что только сейчас произошло. Забыть то, что его лучший друг убил его возлюбленную.       Соник не смог ничего сделать. Он застыл на месте, ощущая, что последнее, что сделал Флитвей, он сделал его руками, а не своими. Еж смотрел на отключившегося друга, а затем вниз, на окровавленное тело Крим, а затем и на ее отдельно лежащую голову.       Он до сих пор не верил в содеянное. Эти бедные животные, не заслужившие такой участи, Крим, которая пришла ни в то место, ни в то время. Всё ли в порядке в его голове? Нет. Он это осознавал, понимал, что так продолжаться не может, возможно, вскоре придется решиться на нечто столь ужасное для него, что невозможно поверить.       Он ненормальный. Эта мысль четко отложилась в сознании, как нож в черепе, не отставала ни на секунду, ведь в прошлом именно герой никого не трогал, жил, наслаждаясь и путешествиями, и друзьями, и свободой. А сейчас? А сейчас он не смог спасти Крим от Флитвея, как и тогда Фиону.       Он не смог помешать этому. Он не помог даже «Лорду-Протектору» сражаться за тело, хотя мог. Он отдался слабости. Он отдался тому, что всё вокруг решится само собой, а он лишь пойдет по течению. Но всё не так. Нет. Он должен был брать всё в свои руки, а не надеяться, что всё само рассосется...       Но осознание. Но то, что именно он в сознании, но руками руководил Флитвей, ужасало. Он мог его остановить, но не успел. Он мог попытаться затормозить, но не смог. Он позволил этому случиться. Он... своими руками убил ту, кто была дорога для его лучшего друга.

— Я… убийца… — прошептал еж. — Ничего не помогает, ни разговоры с Эми и ее тепло, ни друзья, а Салли все ухудшает… почему я… делаю это? Почему так… изменился? — он нервно стал смеяться. — Ч-что же… ха-ха-ха… я… — но смех сменился некой истерикой, которая вылилась в дикий крик. — Наделал?!