Проклятие героя (Remastered)

      Тишина. Знойная и раздражающая тишина, которая повисла из-за одного лишь имени с фамилией. Не было больше ничего, кроме ясного произношения, отражающегося по всему внутреннему миру Мастера Изумруда. Запечатанные здесь услышали вихрь этих слов.       Экарадж — имя, наполненное высшим значением, которое только могло быть у древних ехидн. Имя, которое боялись, а после ритуала и вовсе поклонялись. Имя, запомнившееся только тем древним ехиднам, которые видели его вживую. Это та легенда, оказавшаяся правдой.       Но тот ли самый некогда ехидна, а теперь ёж предстал перед Хаосом? Ответ затруднительный, ведь энергия проклятия, сила из ритуала — одинакова, но личности, к счастью или к сожалению, разные, ведь формировались у разных мобианцев двух эпох: прошлого и настоящего.       Он был им, но не был им одновременно. Он знал, что делал первый подопытный, но сам этого не делал. Он знал его эмоции, испытывал их на себе. Экс — фамилия, но как же сейчас подходила под это описание. Бывший ехидна теперь настоящий еж, сформированный в сознании другого.

— Давно я не слышал, как ты меня называешь… — сошло с уст Экса.

      Экарадж — та легенда, которая провалилась из-за Бога, но Экс — та легенда, которая станет в ряд, попытается отмыть тот непрошенный кусок истории, дабы воплотить свою собственную. Хаос ощущал энергию ритуала в нем, видел ежа, как ехидну, хотя они не совсем похожи.       — Правда я не понимаю, почему Экс… — сошло телепатически с уст Хаоса. — Но я вижу это, твоя сила говорит за тебя…       Ткань реальности разрывалась, когда Соня повернулась и увидела нечто. Перед ней стоял тот самый ёж, которого она знала, но для Хаоса — совершенно другая картина. И как же не воспользоваться этим? Медленно, с нарочитой точностью тело ежа стало изменяться.       Появились очертания всех ехидн, которых можно было встретить. Ехидны на то и ехидны, что почти одинаковы в своем образе, но дальше — цвет глаз все также оставался с красной радужкой, а линии на теле, присущие древним племенам, не были белыми, как у всех…       Они отражали, даже сияли в этой темноте, когда показались на голове, на туловище, на ногах — черный цвет с примесью красного, но увидеть которого почти невозможно, если не всматриваться. Руки у ехидны в относительной норме. Вот только на костяшках пальцев…       Нечто темное, из чего исходил приток энергии самого ритуала, а вместе с этим появились и лезвия — в меру длинные, но не закрывающие почти всю руку, как отросток, которым можно разрезать плоть, если попытаться. Хмурый взгляд некогда Экараджа встретился с Хаосом.       — Я был когда-то символом перемен… — сошло с уст Экса.       — И безумства перерождения в Бога, — добавил Хаос.       — Я мог бы освободить ехидн от их досуга, сделать Империю, которая покорила бы весь Мобиус, — со злостью заявил Экарадж.       — Ты бы погубил всех ехидн и себя заодно, как и Мобиус… — добавил Хаос.       — Я был тем, кто соединил множество племён перед тем, как ты вмешался, — Экарадж указал на Хаоса.       — Ты захватил множество племён, разрушая их течение жизни в этом мире… — добавил Хаос. — Здесь нечему гордиться…       — Могущество и сила были в моих руках… Ехидны могли бы править Мобиусом. Ехидны бы больше не скрывались в племенах, стараясь волочить свое жалкое существование, а вышли к сияющим звездам бесконечности, но ты всё разрушил… Ты разрушил надежду на воссоединение в первый раз, а затем добил во второй раз… — махнул рукой Экс.       — Первый раз — только твоя вина, но второй раз — они возжелали большего, они возжелали править с помощью Мастера Изумруда… — добавил Хаос.       — И поэтому ты уничтожил почти всех ехидн, что были… — Экарадж стиснул зубы. — Ты разрушил не только мечту, появившуюся вместе со мной, но и добил ее вместе с Пачакамаком.       — Твой косоглазый последователь не был умным предводителем… — Хаос только завершил сказанное. — Но ты не тот Экарадж, нет…       — Я часть той силы, что была в ритуале, но совершенно другая личность, что продолжила нести этот крест, — заявил Экс. — Экарадж — это я и не я одновременно, а по поводу Экса… Что же… Теперь это я настоящий… Без имени, но с той силой, что была когда-то на пике могущества, но сейчас всё в прошлом…       — Экарадж Экс… «Прошлый Император»… — выдал из себя Хаос с некой долей восхищения.       — Формироваться в Сонике, но помнить провал первого ритуала — мой удел… — Экарадж хотел уже напасть, но выжидал удачного момента. — Сила связывает с прошлым, но что прошлое для меня? Другая личность, другие цели, сейчас всё иначе…       — Нет… Ты вновь возводишь Империю, которая рухнет под своей же тяжестью в будущем, — Хаос помотал головой. — Ты идешь по тем же трупам, что и в прошлом… Где тут различие?       — В том, что у меня все получится на этот раз, — с улыбкой заявил Экарадж.       — Ты вновь проиграешь мне, Экарадж, как и тогда перед алтарем, так и сейчас в самом Мастере Изумруде, — щупальца Хаоса появились позади своего хозяина. — Если ты часть той силы, то где же сама сила? Ты был подопытным… Но где жертва? Неужели ритуал никогда не формировал самого себя после отделения от тела…       В эту секунду Соня отвела взгляд, все больше обращая внимания на Флитвея. Еж заметил столь резкую смену поведения ежихи и улыбнулся. Если Экс — часть силы, что помнит прошлую личность, но ею не является, то где та самая сила, что погружает личность в безумие?       — Ах ты сука… — тихо произнес Флитвей, смотря на Соню.       — Похоже, что ритуал намного умнее… — с лукавством произнесла Соня. — Раз не показывается на передовой…       — Соня, — Экарадж с улыбкой произнес. — Хватит масок…       — Да-да, брат, хватит… — Соня вздохнула. — А как же хорошо начиналось…       Мгновение, как ежиха исчезла. Экарадж только хлопнул, как внезапно вся местность окутала сила, которую невозможно было перебить самим Хаосом. Их окружил вихрь энергии, разливающийся огнем по кругу, дабы никто не смог выйти за чертоги этого мира Мастера Изумруда.

— Но мне так нравилось быть простой сестренкой… — по всей пустоте раздался ее голос.

— Тогда покончим с ними, чтобы и дальше продолжать жить настоящим, а не вспоминать прошлое, — энергия на костяшках Экса покрылась алым цветом. — Хаос, на этот раз я сильней.

— Покажи, на что способен, — Хаос будто бы приказывал. — Экарадж Экс, превзойди свою прошлую жизнь!

— Вот это рок-н-ролл начинается! — Флитвей усмехнулся. — Устроим настоящую движуху!!! Ха-ха-ха-ха!!!

      Времени тянуть больше нет смысла. Хаос, пропитанный энергией самого Мастера Изумруда изнутри, склонился. Щупальца завертелись, а под его ногами появилось всё больше и больше жидкости, когда тело принимало форму, которой он чуть ли не уничтожил весь Мобиус.       Его истинную сущность видели те, кому уже не суждено больше увидеть завтрашний день. Совершенный Хаос, восставший из глубин самой реликвии, смог появиться, дабы дать отпор тому, кто должен был быть мертв, кто провалился в первый раз, кто пожелал большего, чем из себя представляет.       Прошлое — забытое, настоящее — теперь оно властвует над всем. Экс не вспоминал своего имени, которое когда-то было дано при рождении совсем в другом веке. Не вспоминал, что он когда-то был ехидной, а не ежом, но сейчас отголоски прошлого в виде Хаоса так и напоминали это.       Но он ведь не Экарадж. Нет. Не тот Экарадж, погибший ради великой цели. Он его отголосок, он — еж, который сформировался в Сонике и думал как герой до определенного момента. Но отомстить за поражение первой версии силы, отомстить за себя прошлого — это честь.       Но вот перед всеми предстало само божество. Совершенный Хаос имел голову и туловище, напоминающие рептилию, с большими глазами. Его «кожа» была похожа на чешую, а на теле выступали шипы и гребни. Щупальца торчали из всех его частей, а из груди доносилось рычание, которое разносилось по всему Мастеру Изумруду.       А размер. Размер превосходил всё, что только здесь было. Он готов уничтожить ту пародию, что напоминала прошлое. Он сражался с ежом? Нет. Они оба вспоминали прошлое. Бог против ехидны. Бог против некогда своего ученика, пошедшего против учителя.

— Раз мы теперь не в сознании, можно не сдерживаться, — размял кулаки Экарадж Экс. — Сестра… Риалэта Экс — первая жертва ритуала, ставшая его олицетворением! Покажи Флитвею свою настоящую силу.

      И сколько лет она не слышала это. Сколько мучительных веков это имя было затеряно и забыто даже самими древними ехиднами. Первая жертва, из которой и сделали ритуал для подопытного. Та, кого выбрали пасть от кинжала, так и не познав настоящую свободную жизнь.       Та, кого насильно притащили туда, та, кого убили, дабы получить силу, способную противостоять всем богам, какие существуют. И она стала эпицентром этой силы — она само воплощение, которое и призывается вместе с той частью, какая передалась первому подопытному.       Риалэта — имя девушки, погибшей, давно забытой, но Соня — настоящей, способной на многое. С прошлым именем — горе, которое закончилось жертвоприношением и забвением, а настоящее — формирование в Сонике, становление чем-то большим, чем трупом.

— С превеликим удовольствием, — голос Сони раздался по всему изумруду. — Флитвей, ты хотел безумия? Ты получишь безумие…

      Мгновение, как из пустоты показался кулак, который прошелся по лицу Флитвея с молниеносной скоростью, тут же отодвигая его от Хаоса, дабы он никак не смог помочь ему. Еж отлетел, но затем удержался на месте, ощутив ту самую боль, какую не получал от самого Экса.       Перед ним появилась Соня. Настоящая Соня, погибшая давно и ставшая самой олицетворением силы, проклятой и столь занимательной. Он сделал шаг и увидел крылья за её спиной. Они были чёрными, с кровавыми жилками, которые капали на пол, символизируя её неизбежную гибель в прошлом.       Её хвост стал огромным, как у рептилии, и начал извиваться из стороны в сторону. Шерсть светлела, пока не стала белой, а полоски на теле, напоминающие узоры ехидны, покрылись красными венами с оттенком синего. Лицо исказилось, появился ряд острых клыков, а на голове выросли изогнутые рога, закрученные спиралью, как у винторогих антилоп.       Вместо иголок у неё появились дреды, как у ехидны. Кем же она была? Она походила на дракона с примесью ехидны и антилопы — явное отклонение, которое сыграло с ней злую шутку, ведь в ритуале искали жертву, о которой точно никто не будет скорбеть.       — Так ты генетический урод, — с усмешкой произнес Флитвей. — Теперь понятно почему в племени тебя выбрали быть жертвой… Родители не очень тебя любили, не так ли? Ути-пути, иди пожалею маленькую!       — Прибереги это на потом, — в ее руке материализовалось копье, ее оружие из прошлого, которым отбивалась до последнего вздоха. — Хаос против… Силы… Хех… Хе-хе… Ха-ха-ха-ха… Ну давай попробуй, сосунок.       — Так вы кровные брат и сестра? — Флитвей встал в стойку. — А то я че-то не догоняю вашей «брат и сестра» в сознании ежа.       — Судьба изменчивая штука, да? Но в одном она может оставаться неизменной, — Соня выгнулась, приготовившись ударить. — Он мой брат, что в прошлом, что в настоящем!       Мгновение — и они бросились друг на друга. Копье пронеслось рядом со щекой Флитвея, разорвав кожу и оставив кровь капать на пол. Безумец резко ударил ее по животу, отбросив в сторону. Боль обжигала обоих, но она лишь усиливала их желание уничтожить друг друга.       Экс смотрел на своего врага, этого Хаоса однажды победил герой, заставив всю скверну и ненависть уйти, а сейчас это предстояло сделать ему. Но как? Один раз уже проиграл в прошлом воплощении, а сейчас? Сейчас может повториться одна и та же история?       Нет. Не повторится. Экарадж сосредоточился. Щупальца устремились к нему, готовые разорвать в любой момент. В следующий миг его тело окутало яркое пламя собственной силы. Щупальца, пытавшиеся схватить его, испарились, коснувшись поглощающей энергии.       — Я рыцарь Ее Величества Императрицы Империи Акорн, Салли Акорн. — В правой руке у него материализовался меч. — Какой же рыцарь без битвы с драконом?       Едва под ногами задрожала земля, Экарадж мгновенно прыгнул. Щупальца Совершенного Хаоса промахнулись, но из его рта вырвался энергетический разряд, едва не задев противника. Экарадж ловко отклонился влево, избежав столкновения.       Щупальца устремились к нему, но он двумя ударами меча разрубил их. Клинок столкнулся с энергией Хаоса, сверкнул отголосками силы Хаоса, но выдержал благодаря ритуальной энергии, не стоит часто соприкасаться с этой разрушительной силой.       Сама жизнь внутри Мастера Изумруда не могла создавать образы, которые могли бы помочь, но раз оно соединено еще с помощью вируса и сознания ежа, то, возможно, стоит попробовать? Экс сконцентрировался и ощутил под ногами землю, а значит, это место резонировало с желаниями личностей.       Мгновенный выпад, который блокировал щупальца врага, а затем попытка до него добраться. Ступеньки под ногами появлялись благодаря силе воли. Еще несколько щупалец, но он отскочил на еще одну ступень, тут же энергия из рта противника, но на это не было времени среагировать.       Меч задержал энергию Хаоса, чуть ли не треснул при этом, так как впитывал в себя всё больше силы, способной разрушить узы ритуала. Экарадж прыгнул, создавая под собой еще кусок земли, по которой стал прыгать в сторону Хаоса, нужно целиться в голову.       Позади них все еще звуки другой битвы, той, где не сражается гигантское существо с некогда поверженной ехидной, а там, где нечто противостоит ежу. Копье, напоминающее прошлое, надломилось, когда Флитвей разбил его об колено и выбросил, как ненужную игрушку.       — И это все?.. — Флитвей разочарованно сказал. — Потеряла копье, теперь не такая и сильная, дорогуша?       Соня держалась за свое плечо. Во время очередного удара Флитвей смог повредить ей ключицу, поэтому нужно было время на восстановление. Ее хвост злобно застыл, а выражение на ее лице выдавало то, что все идет точно не по ее задумке. Еж ощущал свою победу.       — З-Знаешь, что я поняла за это время?.. — Соня вытерла кровь со своей губы. — Тот, кто действительно стоит между мной и контролем над сознанием Соника, ни мой брат, а ты…       — Ох, правда? И почему же… — Флитвей усмехнулся от ее слов.       — Мой брат разрешил бы мне и дальше беспрепятственно растекаться по его сознанию, но ты… Ты меня бесишь… — Она перестала держаться за свое плечо, ее левая рука медленно стала развеиваться. — Весь из себя такой крутой, хотя по факту ничего не представляешь без вечного доказательства своего превосходства и чсв…       — Говорит та, кто постоянно шепчет ему что-то на ушко, явно ожидая выгодного результата, — Флитвей пожал плечами.       Флитвей увидел, как вместо ее обычной левой руки появилось лезвие, которое полностью уничтожило пальцы, оставляя за собой лишь нечто, что может разрубить напополам. Кровяные сосуды полопались, а ее выражение лица сменилось на дикий оскал.       — Давай уже покончим с этим, — рявкнула Соня.       — Ох, это начинает быть интересным. — Флитвей ощутил прилив адреналина в крови.       Она сделала шаг навстречу. Движения быстрые, точные. Левое лезвие уже летит в его сторону, но Флитвей резко уходит влево, подставляя подножку. Он метит ей в лицо и наносит удар, сбивая с толку.       Флитвей явно получает удовольствие от каждого удара. Генетическая ошибка должна быть устранена. Он хватает ее за правую руку, коленом бьет под плечо, заставляя согнуться от боли. Затем резко отступает, выворачивая руку.       Соня не издала ни звука. Вместо криков боли она мгновенно провернула правую руку, и та удлинилась, хватая Флитвея за шею. Одним движением она швырнула его через себя, прижав к невидимому полу. В следующий миг она потянула его на себя, проведя лезвием по животу.       Разрубленное напополам тело упало позади ежихи. Она развернулась и увидела, как энергия вокруг ежа стала соединять разрезанные куски воедино, а сам Флитвей стиснул зубы от агонии, когда ощутил, что его, того самого веяния хаоса в разуме ежа, смогла ранить какая-то баба!       — Что? Не такой уже и крутой мальчик, да?! — Соня съязвила, наблюдая за восстановлением.       — Сучка… — Флитвей выплюнул кровь. — Ну давай, потанцуем…       — Ох, нет, я пас, танцую только с достойными мужами, — Соня нацелилась на ежа.       Флитвей подскочил, чтобы ударить ее. Реагировать было сложно, особенно когда решали не ум, а скорость. Но бывшая Риалэта не отступила. Она стояла на месте, пока он приближался, а затем резко двинулась, используя свои крылья.       Она перелетела через ежа и развернулась, но Флитвей подставил ей подножку, сбив с ног. Упав, она подскочила, но еж схватил ее за ноги и начал крутить в правую сторону, не позволяя нанести удар. Он внезапно отпустил ее, и она попыталась взмахнуть крыльями.       Но Флитвей тут же схватил их, впиваясь в ее спину. Она проскользила лицом вниз по невидимому полу. Кожа трепалась о землю, кровь капала, а он, словно повелитель полудракона, разъезжал на ней. Он старался держаться за крылья и…       Резко дернув, он попытался их оторвать, но не смог. Риалэта схватила его за руку и, оттеснив, стащила с себя. Оба поднялись, но Флитвей мощным ударом по подбородку лишил ее равновесия.       Она схватилась за его плечо, подтянулась и резко вонзила левое лезвие в грудь, пронзив насквозь. Флитвей зашипел от боли, сумел оттолкнуть ее ногой в живот, но она, развернувшись, полоснула по его шее, но не смогла отсоединить голову от тела, как задумывала.       Он отбежал от нее, держась за свои раны. Они заживали, но он не был намерен проигрывать ей. Он тот самый хаос, который веселится при каждом удобном случае, так зачем отступать от какой-то бабы?! Она не может быть сильнее его, она слабее, даже если состояла сама из одной только энергии!       — Вот теперь… Ты меня разозлила… — Флитвей оскалился.       — Уже и танцевать не хочешь? Какой бедненький, ну давай, иди сюда, пожалею, — саркастично произнесла Соня.       Он стремительно подлетел и бросился на нее, чтобы сбить с ног. Наступило решающее мгновение. Его кулак, заряженный энергией Хаоса, почти коснулся ее лица, чтобы вырвать еще ритуальной энергии и ослабить перед последним ударом.       Но она быстро и резко схватила его правую руку, а затем левым лезвием отсекла ему плечо. Послышался приглушенный крик, но воплощение частицы Хаоса тут же восстановилось и нанесло следующий удар по Риалэте.       Он попытался схватить ее, но она уклонилась вправо, сделала шаг вперед и оказалась рядом с ним. Одним точным ударом она снова отсекла ему ту же руку, заставив Флитвея непрерывно тратить силы на регенерацию. Он зашипел от боли.       Его рука вновь появилась, и он резко повернулся к ней. Схватив за обе руки, он с легкостью оторвал лезвие, заставив ее кричать от боли. Ее энергия внезапно вспыхнула, мгновенно пришивая руку на место разрыва. Она тоже схватила его, чтобы повторить этот трюк.       Они начали тянуть друг друга, словно пытаясь вырвать конечности. Мышцы напряглись, в воздухе перед их лицами замелькала энергия. Сила Хаоса и Ритуальная Сила столкнулись, резонировали и боролись, стремясь поглотить друг друга.       Слабость покатилась по венам Флитвея, но он не сдавался, он усилил напор, из-за чего Риалэта отступила на полшага. Он стал улыбаться, заметив, что она сдает в позициях. Всё же она тупая баба, возомнившая себя хер пойми кем, так что здесь проблем не должно быть!       Но тут же он увидел улыбку на ее лице. Почему она не сдается? Ее сил недостаточно, чтобы ослабить его, чтобы победить! Но тут он ощутил, что что-то не так. Слишком много отдает на то, чтобы вырвать ее конечности, нужен другой подход, но она не отпускала.       Отступать не было смысла. Они усилили напор, энергия хаоса поглощала ритуальную, дабы насытиться, дабы забрать остаток хоть какого-то сопротивления, но вдруг… Само воплощение частицы хаоса ощутила тошноту, слабость, будто переела чего-то, чего не нужно было.       Секунда, как Соня усилила напор, а затем он услышал хруст собственных костей. Он ослаб, его энергия не смогла подчинить ритуальную, из-за чего стала исчезать, уступая место только ей. Еще миг, как она сильнее сжала его руки, а затем резко потянула на себя, вырывая вместе с костями.       Флитвей упал на колени. Дикая боль пронзило тело, даже невозможно пошевелиться. Он попытался восстановить конечности, но регенерация дала сбой. Слишком мало сил. Ритуальная энергия чувствовалась повсюду, из-за чего он не мог пошевелиться.       Еж ощутил хватку на своей шее. Она держала его правой рукой, смотря в глаза. Самодовольная улыбка теперь не принадлежала ему, а только ей. Она смотрела на него, как на ничтожество, таракана, ползающего у ног Богини. Ее левая рука вновь перевоплотилось в лезвие.

— Х-хах… Добро пожаловать на верхушку пищевой цепочки… — с иронией заявил Флитвей.

— Верхушка?.. Да ты даже не трава в пищевой цепочке, — сдавливая его шею, заявила Соня.

      Тряска под ногами заставила их покачнуться. Флитвей, воспользовавшись моментом, резко ударил ее лицо о свою голову, разбивая губу, она от боли отступила, держась за свой рот. Он вздохнул и исчез, распыляясь своей энергией хаоса, направляясь в правую сторону.       — Черт!.. Сбежал, сволочь! — Соня вытерла кровь. — Брат, вот надо было тебе портить все!..       Она повернулась и увидела, как Хаос, больше не находясь в своем совершенном виде, стоял на одном колене перед Эксом. Он держал меч в своих руках — лезвие во время битвы рассекло пополам, но энергия все еще пылала внутри. Он смотрел на Бога с… сожалением?..       — И все это ради чего? Уничтожение почти всех ехидн… Победа надо мной… Лишь бы сохранить свой авторитет? — спросил Экарадж.       — Динго… — телепатически заявил Хаос. — Мобианские Динго… Уничтоженные ехиднами для ритуала. Миллионы жизней, мужчин и женщин… Ради чего? Ради власти. Власть портит любого, и тебя она тоже испортила. И все племена ехидн. Я спас Мобиус от той скверны, что вы несли в своих сердцах.       — Убить тебя, как ты меня в первый раз, и дело с концом! — зарычал Экс. — Но нет… Нет… Ты нужен Мастеру Изумруду… Твоя энергия слилась с этой реликвией, поэтому убийство уничтожит этот источник нескончаемой силы… — Экс отпустил меч. Его оружие сразу же испарилось, завлекая энергией тело ехидны. — Но ты ослаб… Угрозы никакой больше не несешь…       Экарадж медленно стал отходить от Хаоса. Он шел в сторону Риалэты, восстанавливающейся после битвы с Флитвеем. Ее руки вновь целы, а не покрытый той энергией, вызывающей лезвие для разрезание плоти. Они посмотрели друг над руга и кивнули.       — Если чему я и научился у Соника, Хаос, так это тому, что порой нужно отпустить… Ты все равно запертый навсегда Бог в реликвии… Никакой угрозы ни мне, ни Империи Акорн не несешь, — только сошло с его уст, когда он наклонил голову в сторону Бога.       — Х-хах… Да… все же… ты изменился… — Хаос лишь стал погружаться в небытие, дабы восстановиться. — Надеюсь, мы больше не встретимся.       — Что с Флитвеем? — Экс вновь посмотрел на Соню.       — Сбежал, но ничего… он ослаб, поэтому больше не помешает Сонику, — заявила Соня. — Осталось только…       Тишина. Звуки сражения доносились только с другой части мира этой реликвии. Они обернулись в ту сторону, понимая, что придется туда явиться, дабы наконец-то разобраться с главной проблемой — третьей дозой, которая, к сожалению, разрушила сознание полностью.       — И только один из нас выживет… — Экарадж вздохнул. — Ты уже не сможешь удержать сознание?       — Как только мы попали в Мастер Изумруд, перемешанный с тем убойным вирусом… — Соня пожала плечами. — Да… Я не чувствую сознание Соника, мы разделены… Сознание и сам Мастер Изумруд резонируют, поэтому… Только один останется главным в теле…       — И все же этот момент настал… Как не хотелось, но придется, — Экс закрыл свои глаза, его тело замерцало, вновь принимая обличие ежа.       — Я не участвую… Ты ведь знаешь, я защищаю его разум. Я уже давно окутала своими щупальцами кору его сознания, и даже если он примет антидот, я всё равно останусь там, хоть и не смогу общаться напрямую, — Соня провела по своему лицу, вновь принимая облик ежихи. — От меня телу и вирусу не избавиться ни при каких обстоятельствах… А вот от вас двоих…       Абсолютным победителем была она: та, кто не показывался почти, та, кто плел свои сети в сознании ежа без лишнего шума, занимая те места, из которых даже сама энергия хаоса ее не выкинет. Теперь шла битва только двух ежей, только тех, кто должен остаться с контролем тела.       — Что же… До встречи, сестра, — Экс улыбнулся. — Если я не выживу, то попытайся хотя бы не сломать ежа полностью.       — Обещаю, — с улыбкой произнесла Соня. — Но лучше, если вы оба выживете.       — И это говоришь ты? — Экс уже развернулся.       — Какая сестра будет просто смотреть и не реагировать, если кто-то из ее братьев погибнет? — Соня провела рукой по пустоте. — Но я знаю, что это нереально, так что… Будь сильным, Экарадж. Помни, что когда-то ты пытался спасти меня от племени ехидн.       — И ты будь сильной, Риалэта… Помни, что когда-то вдохновила меня объединить всех ехидн в Империю, — только его рука махнула перед тем, как исчезнуть.       Исчез. Он испарился, направляясь в то же самое направление, куда и сбегал Флитвей. Соня смотрела на это и не смогла больше ничего сказать. Она уже знала исход битвы: их всего два. Но, к сожалению, в ее голове правдоподобный был только один, ведь знала она своего брата как облупленного.

— Глупый брат… Он ведь поддастся ему, я знаю… — сошло тихо с уст Сони.