Приходит время отпустить

***

—Ты ничего не забыла? Телефон? Зарядку брала с собой? — Дан в суете уже третий раз обходит квартиру, пока Тина спокойно красит ресницы у большого зеркала в коридоре. —Боишься, что старая примета сработает, и я рано или поздно вернусь? — смешно открывая от старания рот, Тина хитро смотрит на него через отражение. —Тин, прекрати, я просто хочу, чтобы все твои вещи были при тебе. Сама говорила, что тебе сегодня долго придётся пробыть в больнице. —Я просто… — его строгий, но спокойный голос, пропитанный заботой в миг гасит в ней всех чёртиков. —Всё хорошо, малыш, — он успокаивающе целует и поправляет на ней куртку. —Тогда пока? — она улыбается и тянется, чтобы обнять его. —На улице попрощаемся. Пошли, ты знаешь, какие у меня проблемы с лифтами, можно и десять минут прождать. —Дан, зачем тебе туда-сюда бегать? — Тина пытается оторваться. —Тин, чего ты говоришь? Пойдём, — властно берёт за руку и тянет из квартиры. Перегоревшая лампочка делает их прощание незабываемым, пока лифт медленно преодолевает этаж за этажом высотки. Касание за касанием, дикие танцы на грани состояний: я смогу уехать я смогу отпустить её и пожалуйста, не отпускай ни за что не отпущу —Где водитель? Опаздывает? — Дан оглядывает округу, а в носу ещё стойкий запах её помады. —Нет, — робко пожимает плечами и виновато смотрит на мужчину. —Ты на такси что-ли? — он недовольно морщится, заприметив жёлтую машину за углом. —Ага. Не хотела Вадима беспокоить. —Хулиганка. Тин, ну вирус в мире, — смакует во рту привкус досады. Но альтернативного варианта его мозг найти не может. Самому за руль нельзя. Он, конечно, не аристократ и не дегенерат, но на завтрак позволил себе бокальчик красного полусладкого, идеально подходивший к его мастерски приготовленному омлету. —Не волнуйся, зараза к заразе не пристаёт. Позвоню вечером, — отвечает Тина, занимая пассажирское сиденье такси. —Не забудь. —Не забуду. Люблю тебя, — смешно поджимает брови и отправляет ему воздушный поцелуй. Тина возвращается домой только к вечеру, они с Венькой заказывают пиццу и располагаются у камина. Сначала играют в настольные игры, потом увлекаются лепкой, так как обнаруживают в шкафу забытую коробку с абсолютно новым пластилином. Дану Тина за весь вечер так и не позвонила. Сначала боялась, что очередной разговор с обладателем бархатного голоса выбьет её из колеи, а потом с головой погрузилась в общение с ребёнком… Дан смиренно ждал, но после одиннадцати не выдержал и набрал сам. Увидев входящий, Тина взволнованно поджала губы. —Венечка, бабушка звонит. Я отойду, — максимально непринуждённо прижимая телефон к груди, она вышла из комнаты. —Конечно, мам, — ответил Веня, скрыв грусть во взгляде. —Привет, — Тина расположилась на кресле, поджав под себя ноги. —Привет, как ты? —Хорошо. С Венькой нашли пластилин, весь день от него не отлипаем. —От пластилина? — удивился Дан. —Да, он необычный, застывающий. Из него можно слепить фигурку, подождать, пока застынет, а потом использовать её, как игрушку. Знаешь, какие крутые у Веньки получились попрыгунчики, до потолка долетают! — восторженно говорила Тина, Дан, слушая её, неосознанно улыбался. — А что ты слепила? — Дан догадывался, что Тина в большем восторге от новой игрушки, чем ребёнок. —Три попрыгунчика, смешную белку, лилию и большого кита. —Неожиданный ряд. —Ты не представляешь, каким классным получился кит. Я тебе его обязательно покажу. —Хорошо, уверен, когда увижу его, испытаю катарсис, ну или хотя бы культурный шок. —Дурачок, — неосознанно проводит тыльной стороной ладони по своей щеке, пытаясь представить его прикосновение, — А ты что делаешь? —Сегодня кое-куда ездил, но это пока секрет, а сейчас сижу на балконе и ужинаю. Порезал себе вкусные мясистые помидоры и моцареллу. Пальчики оближешь, — жуя проговорил он. —Ммм, наверное, это очень вкусно, — Тина не сильно любила капрезе, но слушая его аппетитные причмокивания, она бы с удовольствием разделила с ним ужин. —Вот приедешь, угощу. Ты же сможешь вырваться ко мне в ближайшее время? —Постараюсь. Кстати, я забыла тебе сказать, у меня скоро концерт в Одессе. Я так рада, что наконец-то выйду на сцену. —Я очень рад за тебя, малыш. Но про меня не забывай, ты мне очень нужна. —Постараюсь, Дан. Правда. Они попрощались. Как Тина и боялась, она больше не смогла вернуться в непринуждённо лёгкую атмосферу вечера. Теперь всё её существо мечтало о встрече с мужчиной. Мальчик почувствовал перемену в настроении мамы, поэтому вскоре выразил желание отклониться, чтобы приготовиться ко сну. Тина пожелала ему спокойной ночи, хотя сама даже не думала о сне. Точнее он не думал о ней. Занимая все наши мысли людьми, которые в данный момент не могут быть рядом, сознание жестоко издевается над нами, не представляя, как это сложно — ментально ощущать отсутствующую физически близость… которая необходима, как воздух. Тина решила посидеть у огня. Ничто не успокаивало её так, как пламя. Оделась в пижаму—единорожку, закуталась в несколько пледов, но долго выдерживать ночной холод не смогла. Шмыгая носом, вернулась в дом и продолжила наблюдать за огнём через стекло. Бокальчик красного — лёгкий румянец на щеках и желание оказаться в объятиях… в его мужских объятьях. Вспомнила, что всего несколько часов назад, этим утром они сидели на его кухне и ели завтрак прямо из сковородки, смешно сражаясь вилками за самые аппетитные кусочки. Вспомнила, как он пил вино, а ей, несмотря на умоляющий взгляд, наливал чай, напоминая о процедурах. Вспомнила, как всё-таки получила пару капель молдавского через поцелуй. Не могла объяснить себе, как докатилась до такой жизни, но она безумно соскучилась по Дану. Маялась. Но позвонить не решалась. Её инициатива — её ответственность за исход звонка. А в последнее время ставки слишком высоки. Логика и здравый ум покинули её вместе с последней надеждой уснуть, Тина решила прибегнуть к небольшой хитрости. Не знала, что из этого выйдет. Но была не была. Поставила в проигрыватель пластинку с любимым треком, взяла телефон и расположилась на полу возле окна. Приподняв пижамные шорты и вытянув носочки, она стала плавно водить ногами по стеклу. Определённо лучшее видео за всю её историю. Уже представляла, с каким выражением лица утром на это всё посмотрит Пашка… ругаться будет страшно. Ещё и пароль поменяет. Но это абсолютно неважно, сейчас идея и адреналин брали вверх. Всё. Опубликовано. На минуту замялась, закусила губу и всё-таки удалила парочку сториз, оставив одну самую главную. И этой хватит. Оставалось ждать Он посмотрел видео практически сразу. Но такого же скорого ответа не последовало. Тина даже немного обиделась, но продолжила ждать. Алкоголь в крови давал о себе знать, постепенно Тина стала засыпать. Он не слишком частый гость в её жизни, чтобы не иметь над ней силу. Через несколько минут она уже крепко спала, но её сон прервала неожиданно сработавшая сигнализация. —Дан, ты с ума сошёл? Всю улицу перебудишь, — Тина встревоженно выбегает из дома, пытаясь предотвратить катастрофу. Хотя, на самом деле, ей было абсолютно всё равно на улицу, пускай хоть целый город на уши поставит, главное, чтобы спокойно спал её Веня. —Это ты с ума сошла! Почему трубку не брала? —Уснула, — обиженно отвечает Тина, получше закутываясь в пижаму. —Ладно, прости, — он обнимает её и крепко сжимает её за талию холодными подушечками пальцев, — просто сториз твою увидел. —Соблазнился, да? — ликующим взглядом посмотрела Тина, празднуя свою маленькую победу. —Нет, просто понял, что одной маленькой дурочке скучно, и не зная, чем себя занять, она ищет приключения на свою… —Я хотела… — она опускает голову, — думала, что тебе понравится… —Тин, мне бы очень понравилось, если бы я увидел это вживую, ну или хотя бы в своих личных сообщениях, но не через тысячу пользователей, — Дан недовольно, смотрит на неё, сдерживая на языке лекцию о правилах приличия. —Прости. —Главное, больше так не делай. Хорошо? — он лаского трепет рог на её пижаме. —Хорошо, — недовольно бурчит, смотря на него. —Но теперь, к всеобщему сожалению, я должен тебя украсть, — договорив, он поднимает её на руки и тащит к машине. —Ты чего? — смеётся Тина, хватаясь за его плечи. —На-ка-за-ние, — по слогам произносит Дан. —Открывай, — он подносит её к двери. —Не получается. —Тин, утром кашу не ела что ли? —Нет, ты ведь сам приготовил нам омлет. —Ну извините, каши у меня нема, — задумчиво добавляет, — пока. Он ставит её на ноги и сам дёргает за ручку. —Чёрт, заблокировалась… А ключи в ней, — именно в такие моменты Дан осознаёт, насколько сильно не любит ездить за рулём. Но брать водителя для поездок к Тине кажется немыслимым. —Ну всё, Дан, на-ка-за-ние на сегодня отменяется. Я вызываю тебе такси, и иду спать. —Ну уж нет, — Дан не раздумывая подбирает с земли бетонный столбик и, размахнувшись, разбивает им заднее стекло. Аккуратно пролезает в салон и достаёт ключи. Тина не успевает сказать ни слова. —Прошу вас, — он открывает переднюю дверь. —Сумасшедший, — проговаривает Тина, пока Дан обходит машину. По дороге они ещё долго смеются над произошедшим. Дан убеждает, что это пустяки. Тина просит его быть осторожным и не убирать осколки самому, а обратится в автомойку. —Мне просто жизненно необходим этот вечер с тобой… — проговаривает, отвечая на все вопросы в Тининой голове. Через десять минут, Дан сворачивает с трассы и, проехав пару километров по просёлочной дороге, останавливается. —Думаю, для спонтанного свидания неплохо. Она вылетает из машины, чтобы осмотреть местность. Он в очередной раз восхищается тем, что она сумела сохранить в себе этот живой интерес ко всему происходящему. —Ну могло быть и лучше, вон дерево сухое, — позволяет себе немного повредничать. Так приятно быть по-детски капризной, когда рядом он… сильный. —Ну, хотя бы просто свежим воздухом подышишь, — Дан захлопывает дверь, подходит к ней, и обнимая сзади, набрасывая на плечи плед. —У меня и дома много воздуха, — она вытягивает руки и полной грудью вздыхает свежесть ночного леса, — поэтому сейчас я готова дышать кое-чем другим. Тина встаёт на носочки и тянется к его шее. Дан перехватывает её губы и плавно касается их, продолжая поцелуй до тех пор, пока у них обоих хватает дыхания. Новый вдох и новая порция прохладной карамели оказывается на её губах. —Я те-бя люб-лю, — бархатно шепчет Дан. —Дан, не беси, целуй, — она не любит, когда он отвлекается от главного, хотя лёгкий румянец от слов появляется на её щеках. —Вот ты какая, — мужчина наглее сжимает её за талию, они оказываются слишком близко, поэтому ей приходится схватиться за его руку. —Что такое? — Тина замечает, что он странно сжимается. —Не трогай, хорошо? — он заводит руку за спину и пытается говорить спокойно. —Дан, не смешно. Что у тебя с рукой? Болит? Как давно? —Тише, — он усмехается и заглушает череду её вопросов простым нежным поцелуем, — это и есть сюрприз, я не хотел, говорить, пока не пройдёт, но… ладно. Её заинтересованая мордашка уговаривает его показать. —Смотри, — он засучивает рукав и протягивает руку. В темноте Тина не может ничего разобрать, только когда он подсвечивает руку фонариком, Кароль видит ещё не зажившую татуировку — странную комбинацию букв и цифр. —Что это Дан? — двумя пальцами она осторожно касается его кожи. —Ты не помнишь? — удивляется Дан, потерев нос. —Цвет моих глаз? — проговаривает она, но сразу одергивает себя, не поверив, что это возможно. —Твоих, — улыбнулся он, очередной раз убедившись, что не ошибся с оттенком — космическое небо. #аааас4 —Ты сумасшедший! — восклицает она. —Это очень важный для меня код. —Но… это же… —Вполне обдуманный шаг. Малыш, поверь, для меня это не просто дурачество. Это цвет твоих глаз и… возможно, цвет глаз наших будущих детей, — Дан кладёт ладонь на её щёку. —Ты невыносим, — растрогано произносит она, пытаясь держать себя в руках. —Хватит соскакивать с важных тем, Кароль. Что за привычка? — усмехается. —Мы приехали сюда не за этим, — она прижимается к нему и кладёт голову ему на грудь. —Не за этим, так не за этим… — он целует её в макушку и закрывает глаза. Они перебираются на капот. Прерываясь только на поцелуи, они молча наблюдаёт за звёздной россыпью на темно-синем небе. —Тин, а ты бы хотела татуировку? — неожиданно спрашивает Дан, вытаскивая её из раздумий. —Ну… для моего сценического имиджа — это запретная тема. Только чистая молочная кожа… ты знаешь, мне даже загорать запрещают. А так… Вообще я к тату равнодушна: набивать имена детей или даты не стала бы. Но в моей голове давно засел один рисунок… —Не поделишься? —Немного сюрреалистичный кит. —Кит? — у Дана не получается скрыть искреннее удивление. —Да… Ещё несколько лет назад меня задела статья одного учёного. В ней говорилось, что среди китообразных есть три ветви: дельфины, косатки и киты. Дельфины едят рыбу, косатки дельфинов и рыбу, так же оба вида могут убить себе подобных особей, которые слабее их. Киты едят только криль и планктон. Они не «едят своих», понимаешь? Они не причиняют никому боли. И никогда не нападают, даже в ответ. Но, чтобы защитить себя, им пришлось стать настолько большими, чтобы банально не влезать никому в рот. Они не помещаются в пасть ни одному другому китообразному. Стать по-настоящему большой — единственная возможность выжить в этом жестоком мире среди хищников… если нападать ты не умеешь. —Впечатляет. —Это немного обо мне. Я стремлюсь петь в Америке, не потому что мечтаю покорить весь мир. Нет, мне это не нужно. Я делаю это, чтобы… чтобы просто не «сожрали» свои. На меня с каждым днём ополчаются мои же коллеги, Пашка только успевает присылать мне на почту вырезки с упоминаниями обо мне. И чтобы не обижаться на них, не впадать в отчаяние или агрессию, мне приходится… —Маленькая моя, такая большая девочка, это, действительно, про тебя… — он избавляет её от продолжения. Всё и так понимает, — Но я очень хочу, чтобы наступил момент, когда ты позволишь мне оберегать тебя. —Я очень надеюсь, что наступит. —Давай, я отвезу тебя домой? —Давай, Веня может рано проснуться. —Ты обязательно поспи, хорошо? —Хорошо, ты тоже. Тина проникает в дом и тихонько, не нарушая тишину, поднимается на свой этаж. Просыпается только через два часа, и то с большим трудом. Веня уже не спит. Расположившись по-турецкий в кресле у камина, читает комиксы. —Доброе утро, сынок, — улыбается Тина, проходя на кухню. … —Ты завтракал? —Нет, тебя ждал, ты сегодня долго, проговаривает мальчик, не отрываясь от книги. —На такой фильм интересный наткнулась… Закончила смотреть только под утро, — проговаривает Тина, кусая губу. Ложь сыну — испытание. … —Веньк, ты чего молчишь? —Мне очень не нравится, что в последнее время между нами стало столько лжи, мама. It's wrong somehow…