Из другого мира

      Шан Цинхуа стоял и уже которую минуту тупо пялился на дерево. Он так глубоко задумался, что уже не мог вспомнить, как именно оказался в… в лесу. Похоже, что не зная дороги, он пришел в такую чащобу, из которой самостоятельно ему не выбраться. И как дальше быть Самолет не имел ни малейшего представления. Он оказался глубоко в глуши. Среди деревьев и совершенно один… Или ему так только показалось?       — Ты кто?       Самолет повернул голову и увидел перед собой невысокую фигуру. И чем дольше он на нее смотрел, тем сильнее убеждался, что перед ним сидит ребенок.       — Это ты мне?       Ребенок кивнул, не сводя с него глаз, и заклинатель подошел ближе. Неловко опустился на корточки и сравнялся по росту со своим маленьким собеседником.       На вид этому малышу было около семи лет, а маленькие ручки и немного пухлые щечки приводили даже такого человека, как Шан Цинхуа, в умиление. Такой очаровательный ребенок. Как только Шан заметил, что он не один на поляне, он решил подойти немного ближе к своему новому знакомому, хотя пока что их таковыми трудно будет считать. И в то время, как заклинатель рассматривал ребенка, тот в свою очередь внимательно изучал лорда. Малыш одарил стоящего перед собой пристальным взглядом, и Самолет невольно вздрогнул — так обычный ребенок не будет себя вести.       И тут его осенило. Обычные — да, но вот перед ним сидит не человеческое дитя.       — Меня зовут Шан Цинхуа. И я лорд.       — Лорд, — проговорил ребенок, уже с некоторым интересом разглядывая лицо и волосы человека.       Со своего прошлого положения он не мог хорошенько рассмотреть гостя, а Шан не стал препятствовать этому. Дети… они такие. Очень любопытные. Даже демонические отпрыски обладали этой чертой, и это делало их по-своему очаровательными.       — Да, я лорд одной из самых известных школ, — парень даже немного приосанился и приподнял голову, показывая свое положение и титул, но ненадолго; после чего вернулся в прежнее положение. — А у тебя какое имя?       Ребенок промолчал и немного отвернул голову, показывая, что на этот вопрос он отвечать не хочет.       — Не скажешь? Ладно, — черт, за столько лет Самолет не мог найти общий язык ни с одним из демонов, и его даже ребенок игнорировал. — Я вот тебе рассказал. Даже немного обидно, что ты не хочешь назвать свое. Я то думал, что такой взрослый малый, как ты, сможет составить мне компанию, — сказал он, глубоко вздохнув, и подпер голову рукой, удерживая локоть на коленке.       Малыш недоверчиво посмотрел на заклинателя и фыркнул. Самолет слегка оскорбился такой реакцией — его даже ребенок не воспринимает всерьез.       — Эй, ты чего? — спросил Самолет, чуть наклоняя голову вправо. — Или ты думаешь, что это неправда?       — Ты не очень то и похож на лорда, — честно признался маленький гость, складывая ладони на колени. — И я не хочу говорить свое имя первому встречному.       — Пф, звучит слишком разумно. Непривычно слышать такие умные слова от такого малыша, как ты. — протянул Самолет, придавая своему голосу нарочито шутливый тон, в то время как демоненок вздрогнул от слова «малыш». — И еще, ты теперь знаешь мое имя, а значит я уже не первый встречный.       — Ты совсем не похож на лорда, — упрямо повторил демоненок, пристально рассматривая человека перед собой.       Будто искал повод не доверять ему.       — Почему не похож? — удивился Шан, начиная с серьезным видом осматривать себя со всех сторон, поднимая руки, и оглядываясь назад, силясь рассмотреть спину. — Вроде все тоже самое, что и было утром. Когтей нет, хвоста — тоже. Рогов, — Шан приподнял обе руки, ощупывая лоб и макушку. — Рогов тоже нет.       Малыш начал мелко трястись, сдерживая свой смех, и видя его реакцию Самолет продолжил:       — Ну, значит, я ничего не успел отрастить по дороге сюда.       Тихие смешки стали просачиваться наружу, но ребенок держался до последнего, прикрывая рот рукой, чтобы ни один неприличный звук не просочился наружу.       — Все еще человек, не демон. — Шан посуровел и приложил кулак к подбородку, будто глубоко задумался над чем-то. — Но ты говоришь, что я не похож на лорда. Тогда на кого по-твоему я похож больше?       Демоненок из последних сил сдержал смех, но в его глазах все еще была тень прошедшего веселья.       — Ну, что скажешь? — продолжал спрашивать Шан, склоняя голову по очередно то в одну, то в другую сторону.       И тут малыш не выдержал — прыснул. Звонкий детский смех был похож на весеннюю капель, и Самолету даже показалось, что в пространстве вокруг него стало немного теплее.       — Я честно не знаю, почему ты смеешься, — начал говорить заклинатель, и на эту фразу ребенок тоже выдал короткий смешок, но Шан не собирался останавливаться, — но рад, что тебе весело. Ты тут сидел и выглядел таким понурым. А между тем, когда улыбаешься, становится легче на душе.       Самолет огляделся по сторонам, но вокруг, куда не глянь, все было одно и тоже. Похожие друг на друга, как пара близнецов, деревья, а за ними — непроходимая чащоба. Шан Цинхуа и его юный собеседник сидели в середине небольшой поляны.       Странное место. И Самолет, непонятно почему, вдруг забеспокоился.       — Скажи, чего это ты тут делаешь совсем один? — спросил лорд у демоненка, и тот снова опустил глаза.       — Меня оставили.       — Оставили? Как это? — в недоумении Шан стал оглядываться по сторонам, будто рассчитывал найти взглядом тех, кто бросил ребенка совсем одного в лесу. — Может ты что-то не так понял? Может тебя не оставили, а ты сам потерялся? Тогда это легко исправить…       — Меня сбросили в портал, — проговорил малыш, поднимая глаза на человека перед собой, — и я оказался здесь…       Тучки наплыли на солнце, ветер затих, но Шан не отрывал взгляда от крохотной фигурки перед собой.       Самолет впервые за столько лет буквально лишился дара речи. Это же надо быть такими непутевыми родителями, чтобы позволить кому-то увести ребенка черт возьми куда. Хоть и демоненок, но все равно жалко. Он же застрял в этом месте, без каких-либо возможностей выбраться. И хорошо еще, что его нашел Самолет, а не какой-нибудь дикий зверь. От мыслей об опасностях, которые окружали этого малыша, Шан вздрогнул. Нужно выбираться отсюда. И ему, и малышу. Им обоим тут нечего делать.       — И ты тут был совсем один? — малыш кивнул. — Давай попробуем найти твой дом.       Малыш поднял свой взгляд на человека, потом посмотрел налево. Шан проследил за ним взглядом и замер в удивлении — там, где минуту назад был непролазный лес, показалась тропинка, а за ней — открытое пространство. Пасмурное небо, уходящее в горизонт, и поляна. Высокие травы и цветы закрывали почти все, но Шан смог разглядеть за всей этой зеленью крыши и тонкий дым.       — Выход есть только там, — и малыш указал пальцем на тропинку, скрытую зарослями полевых растений. — Но я туда не хочу. Не пойду.       — Почему? — спросил Самолет прежде, чем понял, что к чему.       Перед ним было дитя демонов. Даже несмотря на то, что он был очень похож на обычного ребенка, его трудно было спутать с человеческим отпрыском — заостренные уши сразу бросались в глаза, но кроме них вокруг хрупкой фигурки распространялась аура такой тягучей энергии, ничем незамаскированной, что даже ученик быстро бы понял, кто перед ним сейчас находится.       — Там опасно, — коротко ответил малыш, а потом немного поерзал и неловко сжал края своего одеяния — очень похожего на взрослое, только размером по меньше. — Как только увидят — бросаются. И кричат. Много кричат, — добавил он, будто боялся, что человек ему не поверит.       — Вот как, — пробормотал Шан Цинхуа, все еще рассматривая фигурку напротив, а после спросил. — Поэтому ты не хочешь идти туда?       Ребенок неловко кивнул.       — Они страшные, — малыш запнулся, подбирая подходящее слово, но никак не мог ничего придумать, и замолчал.       — Кто они?       — Не знаю. Они — это они, — малыш пытался что-то показать, но никак не мог подобрать нужных слов — не знал, с кем именно столкнулся. — Высокие, шумные… Стражники…       Потом демоненок встрепенулся и бросил боязливый взгляд на Самолета, попытался отползти подальше.       — Что такое? — нарочито непринужденно поинтересовался Шан, обмирая внутри от испуганных синих глаз — до демоненка начинало доходить, что с его собеседником что-то не так. — Что-то еще случилось там?       На последней фразе Шан Цинхуа кивнул в сторону города — он уже не сомневался в том, куда вела эта дорожка. Как и не сомневался в том, кто именно сидел перед ним. Его маленькому собеседнику теперь не нужно было называть свое имя — Шан Цинхуа признал в этом малыше своего короля. Маленький Северный принц.       — Ты — стражник? — неуверенно спросил малютка Мобей, резко вскакивая на ноги и отступая от заклинателя.       Он никак не мог вспомнить, как называют заклинателей, но попытался подобрать слово, максимально близкое тому, с чем именно ему пришлось столкнуться. И Самолет вдруг понял, что если он скажет, чего лишнего, то малыш сбежит… Туда, где опаснее всего. Или, что еще хуже, его магия взбунтуется. Дети не могли ее хорошо контролировать.       — Я же уже говорил тебе, — произнес Шан, продолжая сидеть в неудобном положении — не хватало только напугать маленького монарха. — Я лорд. Лгать Шан не умел. Стыдно признавать, но врать Самолет так и не научился. Различать обман — мог, хоть и немного. Но сам был бездарен в этой области. Прошло две жизни, он стал лордом пика Аньдин, а Шан Цинхуа в произведении был известен своим умением строить ловушки, как для своих братьев по школе, так и для демонических лордов. Но Самолет таким не был, и притворяться у него не всегда получалось. Удивительно, как его не разоблачили в первые же дни шпионажа. В это время мини версия ледяного короля остановилась — пятиться попросту было больше некуда.       — Ты врешь, — голос стал дрожать, выдавая нарастающий страх, — ты заклинатель.       — Возможно, — уклончиво начал говорить Самолет, включая актерское мастерство бывшего шпиона короля. — Только вот я не обманывал тебя. Я правда лорд, и этот титул мне дал глава клана Цанцюн.       Услышав название школы, демоненок склонил голову, нахмурил брови и надул губы. И стал до невозможности очаровательным. Но Самолет недолго умилялся — ноги и спина затекли и стали ныть, и заклинатель медленно приподнялся, чувствуя легкую боль от долгого пребывания в неудобном положении. Хотя, на деле, прошло меньше трех минут. Никакой выдержки.       Увидев, что человек приподнялся, Мобей дернулся, будто в попытке сбежать. Но остановился. Бежать было просто некуда.       — Что ты делаешь? — выдавил ребенок, пытаясь храбрится из последних сил, и Шан бы поверил, если бы не видел, как сильно малыш дрожал.       — Я? Стою, — сказал Шан, разминая затекшую поясницу, — сидеть так долго просто выше моих сил. Ох, моя поясница…       Но ребенка не устроил такой ответ. Удивительно, как много взрослого прослеживалось в этом ребенке.       — Зачем, — сжимая подол платья, начал говорить малыш, но остановился, как только заметил движение человека.       Мини-Мобей пытался скрыть свою тревогу. Шан Цинхуа пытался найти выход из этой непростой ситуации.       — Хочешь знать, что я задумал? — уточнил Шан Цинхуа, поглядывая на колышущиеся травы.       Странно все это. Растения склоняются как-будто под дуновением ветра. Только вот никакого ветра и не было.       Малыш молча кивнул. В синих глазах сквозило не беспокойство — страх. И все мысли о загадочной траве мигом покинули голову заклинателя. При виде такого взгляда сердце Самолета обмирало. Он писал о тяжелом детстве своего короля, знал обо всем, но теперь чувствовал укол вины, видя ребенка, которым некогда был его Мобей Цзюнь.       Если бы он не написал всего этого…       — Ну, для начала, — Шан еще раз огляделся — вдруг он не заметил еще одной тропинки, но ничего не нашел, а потому перевел взгляд опять на Мобея, — хочу вытащить тебя отсюда. Ребенку демона не место в царстве людей.       Ребенок вздрогнул и попятился, но дальше отступать было некуда, а потому он просто уперся в дерево. Самолет отвесил себе мысленный подзатыльник и поспешил добавить:       — Здесь слишком жарко для ледяных демонов. А для такого малыша это может быть опасно. Я могу тебя отвести ближе к дому.        «Или», — подумал Шан, рассматривая Мобея, — «могу провести на пик, а оттуда — на Север. Пространственные заклинания с собой редко ношу. А без них в царство демонов я сунусь».       Мобей злобно уставился на лорда. Человек же отряхнул себя, неторопливо пошел к демоненку.       — Не подходи!       Шан остановился.       — Не приближайся! — в попытках ребенка не подпускать чужака к себе сквозил плохо скрываемый ужас.       Сердце Шана защемило с удвоенной силой — видеть страдания своего короля, что обычно притворялся высокомерным и равнодушным, было просто невыносимо. А виноват в них был, отчасти, если не прямо, он.       — Ты видел других заклинателей, не так ли? — начал Шан Цинхуа издалека.       Ответа не последовало, но лорд и сам уже знал его — встретил. И еле сбежал.       — Помнишь, что ты сказал мне в начале нашей с тобой встречи? — спросил Шан, слегка наклоняясь вперед, на что последовало немедленная реакция — расстояние между деревом и Мобеем стало еще меньше. — Ты сказал, что я не похож на лорда. А выходит, что и на заклинателя тоже…       Нужно его успокоить…       — И ты был прав. Этот человек совсем не похож на заклинателей.       … показать, что он не причинит вреда…       — Я лорд Аньдин. И не только демоны считают этот пик бесполезным. Уверен, что и прочие заклинатели насмехаются над нами. А я, выходит, глава такого вот места. И не могу похвастаться силой или какими-то ни было боевыми навыками. Ничем таким.       … если это его убедит, приободрит, покажет, что ему нечего бояться, то он будет и дальше унижаться… ведь его гордость ничто, по сравнению с жизнью Мобея…       — Дворец Хуаньхуа не оставит тебя в покое. Особенно после того, как они увидели тебя в человеческом городе. Они попытаются тебя поймать. Но я могу им помешать.       … Шан Цинхуа, нет — Самолет, не хочет навредить ему. Он желает совсем иного…       — Ты лжешь! Не приближайся! Отойди от меня! — кричит ледяной принц, из последний сил пытаясь отогнать недоброжелателя от себя.       И Шан останавливается.       Что ж, если словами его не переубедить, то действиями можно попытаться показать и доказать свои намерения.       — Если тебе неприятно… Если этот лорд стоит слишком близко, то он отойдет. Если боишься, то этот лорд докажет, что ничего плохого он тебе не сделает. Могу поклясться.       Слова о клятве, как не удивительно, доходят до разума малыша. И тот смотрит на заклинателя с любопытством, хоть все также же жмется к дереву.       — Если хочешь, чтобы я тебе помог — я сделаю все возможное, чтобы ты был в безопасности. Клянусь.       — Ты же заклинатель… Зачем…?       От этих слов Шан невольно замер. Ребенок продолжал смотреть на своего собеседника, а лорд не знал, что и сказать. Разумеется, демоненок боялся заклинателей. Иначе быть не могло, если учитывать то, как прошло его знакомство с ними. Самолет мог лишь догадываться, что люди успели сделать и радоваться тому, чего они не смогли. На вид то с демоненком все было хорошо, но кто знает, насколько сильно страх перед людьми успел въесться ему в душу.       — Затем, что этому ребенку нужна помощь. Другие заклинатели тебя просто убьют. Обманут, свяжут и бросят на растерзание. Люди жестоки…       Жалок. Он был так жалок. Не Шан Цинхуа, а именно Самолет. В своих попытках написать мечту, воплотить в жизнь свои фантазии об идеале, которым он хотел бы быть, но никогда не стал бы, создал персонажа, наделил его всевозможными талантами, о которых мог только мечтать, потому как такому человеку, как он, такие высоты были не под силу. Он наделил короля всем тем, что он не был в состоянии достичь и заполучить, но что страстно желал иметь. Красотой, которой был при рождении не то, что обделен — он просто не выделялся. Добавил тому тяжелое детство, словно в довесок ко всему; чтобы показать всю силу воли этого прекрасного ледяного демона.       Шан Цинхуа медленно опускает голову, рассматривая землю под ногами. Но мало что может разглядеть — солнце как будто полностью пропало с неба, оставляя после себя тягучий полумрак…       — Ты можешь мне не верить, но я правда хочу помочь тебе. Всем сердцем.       — Я тебе не верю, — говорит ему в ответ кто-то глубоким, бархатным голосом.       Лорд резко поднимает голову. Вместо ребенка перед ним стоит его король. Тот, каким Шан его помнил. Таким, каким он его видел день назад.       О да, его идеал оправдывал свой «титул». Настоящий ледяной король. До невозможности прекрасный. Во всем его облике была видна сила — в руках, в широких плечах, в гордо поднятой голове. Он излучал величие, не предпринимая никаких шагов. Без особых усилий подавлял своей аурой.       — Ты предал своих братьев, просто чтобы выжить. Теперь король, сменив облик, не жался к деревьям. Ему это было ни к чему. Он не боялся человека, что стоял перед ним.       — Ты молил о спасении, обещал свою службу. Клялся в своей преданности.       Шан Цинхуа отступил назад. Потом еще и еще. Ноги его не слушались, а все тело будто парализовало. Но лорд продолжал пятится, в то время как его король шел к нему. В его прекрасных сапфировых глазах плескалось нечто похожее на презрение.       — Предал свой клан ради титула. А потом решил предать и своего короля.       — Нет, ва-ваше величество…       — Даже на роль нашего слуги ты не годишься.       Заклинатель спотыкается о корягу и падает на спину. Приземление выбивает из его легких весь воздух, и Шан чувствует, что не может никак вздохнуть.       — Жалкий. Чем ты собрался помочь мне, если о самом себе никак не можешь позаботиться?       …нет…       — Слабый. Кого ты способен защитить?       … он не этого хотел…       — Никчемный. Все, что ты сделал — нажил себе проблем из-за своей тщеславности. Не способный сделать хоть что-то со своей жизнью ушел в мир иллюзий. Решил написать по ним книгу.Какая глупая идея. Прямо под стать тебе.       Над человеком нависла высокая фигура демона. Мобей Цзюнь наклонился к заклинателю, рассматривая его, словно интересную зверушку. Будто насекомое под лупой.       — Думал, изменить свою жизнь? А что в итоге? Ты играл под чужую дудочку, изворачивался и вертелся, врал на все лады.       — Я вас не обманывал…       Его слова били по самым больным местам. По тому, что Шан Цинхуа прятал долгие годы ото всех, ни с кем не делясь. Его бы не поняли. Такого человека, как он, посчитали бы лицемером, что искал оправдания. Он не хотел всего этого. Шан просто мечтал…       — Ты мечтал изменить свою жалкую жизнь?       Слова из уст его короля — его Мобея — звучат, как приговор. Синие глаза теперь просто наблюдают за ним, но в них нет ни тени тепла — глубокий лед, что не растопить, как не старайся. И в них отражалось только лицо Шан Цинхуа, искореженное до такой степени, что оно делалось очень уродливым.       — Конечно же ты мечтал об этом, — хмыкнул его король.       И приблизился еще ближе. События прошедших дней мелькнули на заднем плане и тут же погасли…       — Только вот твое существование принесло всем лишь боль и проблемы.       В руках короля появился меч. Ледяной клинок был полностью прозрачен, но кромка его слабо искрилась в сгустившейся темноте. И только глаза насмешливо горели, как две звезды. И Шан чувствовал, как задыхался. Холод, окружавший Мобей Цзюня, распространился дальше, и уже через несколько секунд заклинатель дрожал от холода. Но хуже холода было то, что человек никак не мог спокойно дышать. Будто его легкие кто-то сжал в тиски и даже слабый вздох отдавался по телу острой болью. Он никак не мог успокоиться, а попытки набрать воздуха в грудь встречались с паникой, которая полностью сковала мозг Самолета. Он задыхался. А хуже всего было то, что его творение стояло над ним, направляя на него свой меч и наблюдая, как заклинатель в попытках отдышаться глотал воздух ртом, как рыба. Руками хватался за ткань на груди, будто бы это она мешала ему дышать. И его король веселился, смотря на загнанного и запуганного человека.       — Такой человек, как ты, не заслуживает спасения, — тихо прошипел северный король и занес меч над человеком, чтобы затем опустить его одним резким движением на голову Шан Цинхуа. ~       Иней покрывал потолки во всех комнатах Северного дворца. Во всех. Кроме одной.       Синий. Именно такой цвет имел натуральный камень в тронном зале, а также в других особенных залах и склепах, в которые вход был только для демонов клана Цзюнь. В них вход имели только короли и их семья. И некоторые родственники.       Здесь же, в покоях Шан Цинхуа стены были выложены из темно-серого каменного кирпича. Или как это там он говорил, Самолет уже не помнил. Но стены были серыми. Как и потолок. Как и пол. Просто где-то цвет был посветлее, чтобы создавать хоть какой-то контраст в этой комнатушке. И хотя сами по себе его апартаменты можно были бы назвать полноценными покоями, в которых было много мебели, сейчас лорд Аньдин чувствовал, что все в этих комнатах располагалось слишком близко к нему.       Было тесно. И просто невозможно сделать даже небольшой вдох.       Шан задыхался.       Шан держал руки на груди, бессознательно стискивая одежду и чувствуя руками бешеный темп, в котором билось его сердце. Во рту пересохло, но вокруг все было мокрым. Простыни, нижние одежды, волосы. Влажно и сыро.       В глазах скопились слезы.       Ему хотелось пить. Разум скакал от воспоминаний прошедших дней, до картины сна, что стал для него ужасным кошмаром.       Тесно. В кровати было тесно. Нужно встать.       Душно. Из-за занавесей было трудно дышать.       И мокро. Шан был весь потный, будто бы он не лежал в своей кровати, а бежал марафон. По скалистым тропам и дорогам. И он, словно во сне, продолжал глотать ртом воздух в тщетной попытке надышаться.       Нужно было немного успокоиться. Прийти в себя. Сейчас это казалось таким невозможным. Шан Цинхуа был вымотан, измучен. Кошмары преследовали его уже довольно давно, но раньше ему удавалось заглушать их. И он даже было решил, что успешно от них избавился.       Но они снова дали о себе знать. И в этот раз стало только хуже.       Заклинатель медленно приподнялся и сел. Сердце глухо стучало где-то под ребрами. В голове чувствовалась тяжесть, переходящая в острую боль в виски и лоб. Невыносимо. Просто невыносимо. Нужно поискать пилюли Му Цинфана.       Как в полудреме он услышал слова Мобей Цзюня.       «Не смей больше пить эту дрянь», — и долгий, почти грустный взгляд его короля.       Хах, но он не мог без снотворного. Шан Цинхуа был слаб, но любой другой человек и даже демон не сможет долго продержаться без сна. А Самолету было настолько плохо, что другого выхода для себя он просто не видел.       Шан нетвердым шагом подошел к шкафу. В прикроватной тумбочке было пусто — Мобей выгреб все лекарства, там ничего не оставалось. Но кое-что могло сохраниться. Но только вот это нужно было сначала найти…       Лорд открыл дверцу и попытался в темноте найти на полке одну шкатулку. В ней он хранил кое-какие вещицы. Те, за приобретением которых могло потребоваться много времени и сил. Шан осторожно ощупывал каждый предмет, пока наконец не нашел то, что искал. Небольшой резной ящичек был куплен давно, еще в старые добрые времена на Цанцюн. Теперь было даже немного странно вспоминать те далекие деньки, когда он был лордом. Он сам часто говорил о себе, используя данный титул, но… Шан Цинхуа не мог даже поверить в то, что он снова может приходить на пик. Туда, где ему раньше путь был заказан…       Одна пилюля дарила небывалую легкость в мыслях и целую ночь без сновидений.       Шан Цинхуа нуждался в ней, как ни в чем другом.       Он быстро проглотил лекарство, запивая водой. А после поплелся к креслу. В кровати он больше не уснет. Не из-за неприятных воспоминаний о кошмарах, преследующих его последние недели, а просто потому, что ему нужен был воздух. Чтобы больше не задыхаться, ему нужно пространство.       Где-то в глубине души Шан знал, что его проблемы вызваны неприятностями в прошлом. И опасениями. И сомнениями. И прочими вещами, к которым ему не хотелось возвращаться, но ночью они все приходили к нему, опутывая человека в свой кокон.       Шан Цинхуа боялся. Не за свою жизнь, которую его ледяной правитель мог оборвать в любое время. Так было раньше. Сейчас он боялся другого — презрения, что промелькнет в этих прекрасных сапфирах, как только тот узнает…       Кем этот человек был на самом деле. …       Шэнь Цинцю сидел за небольшим столиком и держал в руках чашку из белого фарфора. Медленно поглаживал ее края пальцами и рассеянно смотрел на то, как весенний ветер качал цветущие ветви. Сливы окутывали своим запахом весь хребет. Весна наступила на Цанцюн.       — С каждым днем становится все теплее и теплее, — тихо отметил лорд. — Хотя снег еще лежит местами. Возможно, вам неудобно посещать Цанцюн в такое время года.       — Это нисколько не мешает, — коротко ответил Мобей Цзюнь, рассматривая принесенный ему чай.       — Если это так, то хорошо, — произнес Шэнь Цинцю, делая глоток чая и продолжая разговор. — Как дела на Севере? Ученик говорил, что вы очень талантливы.       Их первая встреча прошла не лучшим образом. Бесконечная Бездна не лучшее место для знакомств. И находясь в его компании Мобей Цзюнь вдруг понял, что не может прочесть этого человека. Если Шан Цинхуа казался ему загадочным и изворотливым, то вот этот… Выглядел добродушным. И очень скрытным.       — Он тоже довольно силен, — ответил Мобей Цзюнь, с интересом наблюдая за лордом.       Именно этот человек когда-то стал камнем преткновения, из-за которого демон усомнился в Шан Цинхуа. Теперь же они сидели за одним столом.       Как так получилось?       Ну-у, все началось с того, что Шан Цинхуа резко засобирался на Цанцюн. Почему? Мобей Цзюнь не знал, а на все вопросы заклинатель только бормотал что-то о «оставшихся обязательствах». Что тот именно имел в виду, демон так и не понял. Но «попросил» — потребовал — чтобы человек вернулся через неделю.       Но прошла неделя, за ней — вторая, а от заклинателя не было никаких вестей.       Смутное беспокойство не дало Мобею спокойно сидеть во дворце, и вот он оказался на Аньдин, в ожидании человека. И там столкнулся с Шэнь Цинцю. Лорд Цинцзин также искал встречи с Шан Цинхуа, но по какой-то другой причине.       Так или иначе, но они пересеклись. Мобей Цзюнь не ожидал такого. Совсем. Лорд Цинцзин выглядел менее удивленным. И все же обеспокоенным. Столкнувшись со священным демоном в коридоре одного из дворцов, Шэнь Цинцю поспешил увести его подальше от посторонних глаз.       И Мобей Цзюнь поддался. Меньше всего ему хотелось, чтобы этот человек привел с собой Ло Бинхе.       Шэнь Цинцю пригласил владыку севера к себе. Подождать лорда Аньдин.       — Он с самого утра не на месте, — принялся рассказывать Шэнь Цинцю, — сейчас много работы. Начало сезона, и много проблем. Очень много. Аньдин загружен до предела в такие дни.       С присущей лорду грацией, он поднес чашку и снова сделал глоток. Мобей Цзюнь молча посмотрел на свою чашку. К напитку он так и не притронулся.       — Я мог бы остаться там, — демону не понравилось, что его поспешили увести из кабинета Шан Цинхуа.       Он бы подождал столько, сколько потребуется.       — Сейчас весь пик стоит на ушах, — сказал Шэнь Цинцю, обмахиваясь веером. — И глава школы на месте. Стоит только какому-то адепту уловить хоть что-то подозрительное, то… Боюсь, что эта встреча была бы не из приятных.       Что правда, то правда — Мобей не горел желанием встречи с бессмертным мастером. Особенно с тем, из-за которого он пролетел с хребта Майгу почти до земли.       — Намного быстрее будет, если вы подождете его здесь. От Цянь Цао до Цинцзин лорд доберется скорее. А насколько мне известно, шиди сейчас там.       — Хорошо.       Если это ускорит их встречу, то Мобей Цзюнь не против посидеть в компании Шэнь Цинцю. Если только тот не будет задавать…       — Можно у вас кое-что спросить?       … вопросов. Очевидно, что этому не бывать.       — Что вы хотите узнать? — произнес демон, окидывая лорда оценивающим взглядом.       — Почему Шан Цинхуа отсиживается здесь? — проговорил Шэнь Цинцю, скрывая свое лицо за веером, расписанным под цветущий сад. — Насколько я слышал, вы сейчас в хороших отношениях. И шиди теперь в безопасности, волноваться ему вроде как не о чем. Что-то случилось?       — Он отпросился по делам, но к обещанному времени не вернулся, — ответил демон, рассматривая веер человека.       — Оу, вот как, — протянул лорд Шэнь, и после паузы продолжил. — То есть, он опять сбежал на Цанцюн.       Это было неприятно слышать. Но Мобей Цзюнь сдержался от резких выпадов — Ло Бинхе становился просто ненормальным, стоило только ему услышать, что кто-то был груб с его учителем.       — И вы теперь хотите знать, почему этот дурак снова от вас прячется?       Демон сжал в кулаке ткань своих одеяний. И Шэнь Цинцю заметил в глазах своего собеседника нечто, похожее на тонкий лед.       — Ты же пришел спросить про своего подопечного? И не говори, что это не так, не поверю.       Этот человек выглядел спокойным, говорил и действовал рассудительно. И все же… Что-то подсказывало Мобею, что это все напускное. Но слова лорда доходили до сердца демона, несмотря на все его попытки не обращать на них особого внимания.       — Нам интересно узнать, что происходит, — сдался Мобей Цзюнь, идя на провокацию Шэнь Цинцю.       Если уж Ло Бинхе так сильно доверял этому человеку, то может он может помочь и ему. Вариантов то особых и не было — раньше Мобею по неоднозначным вопросам отношений и договоров советовал Шан Цинхуа. Но к нему самому не было никакой инструкции. И приходилось искать информацию на стороне. Даже если ему это и не нравилось. Даже, если это пробуждало в нем злость и плохо контролируемый гнев.       И еще… кое-что волновало ледяного монарха. Настолько, что из-за недомолвок между ним и человеком возникло подозрение. И хоть сегодня Мобей знал точно, что заклинатель с пика Аньдин его не предаст, его по-прежнему тревожило то нечто, из-за чего человек молчал перед лицом Ло Бинхе. И таких моментов было много. Раскрытие некоторых тайн могло бы все объяснить, пазл бы сложился. Но какой ценой? Стоит ли…       Соблазн был слишком велик.       — Вы знали, что он, — начал было говорить Мобей Цзюнь, но запнулся, не в силах продолжить свою фразу.       Как именно это спросить?       — Сейчас это неважно. Мы ведь говорим не обо мне, а о лорде Аньдин…       Видимо вопрос демона заклинатель трактовал по-своему, а потому решил поскорее перевести тему. Иначе и быть не могло… демон другого и не ждал…       — Скорее всего, шиди с самого начала предполагал, что ему придется считаться с последствиями. Может еще он и оставлял нычки на черный день, кто знает.       …но почему-то было неприятно.       — Очень похоже на него, — произнес демон, на что заклинатель лишь кивнул. — Он вам рассказывал, почему решил уйти?       — Почему вы решили, что я знаю что-то об этом? — на лице заклинателя отразилось недовольство, за которое Мобей ухватился, как за спасательную нить.       — Потому что вы его брат. В клане же это играет не последнюю роль.       — Вот как, — пробормотал Шэнь Цинцю, а после посуровел и спросил. — Это вам сказал Ло Бинхе.       Мобей Цзюнь лишь кивнул. Он не надеялся на то, что лорд Шэнь что-то знал, но если говорить о заклинателях, то этот мастер был единственным «другом» его секретаря.       Как забавно… Прошло столько времени, и ситуация повторилась. Только теперь уже не Ло Бинхе, а он сам искал ответа у заклинателей. Кто бы мог подумать, что северный владыка будет искать помощи у человека? Между тем лорд Шэнь вздохнул и отпил немного чая, после чего сказал:       — Я знаю его недолго. Не так, как вы. Но… Наблюдая за таким… непосредственным заклинателем замечал некоторые вещи.       — Что вы имеете в виду?       — Похоже, что шиди мучается. Что-то его волнует, и это что-то сильнее, чем кажется на первый взгляд. Будто его демоны не дают ему сил жить и двигаться дальше.       — Демоны? — расстерянно переспросил Мобей Цзюнь, не понимая о ком идет речь.       Пока он занимался делами, человек успел спутаться с кем-то опасным?       — Люди так называют то темное и страшное, что нас гнетет, — мягко сказал лорд, допивая свой чай. — То, что вырывается в нас, лишая надежды, делающие безвольными и несчастными. И в этом парне они особенные. Жуткие. Он словно прячется ото всех. Не знаю, может, боится чего. И вы, Мобей Цзюнь, просто так с ними не разберетесь. Их не победить грубой силой, не прогнать за раз. Не всем людям это под силу, но ты сам демон, ваши традиции отличаются от наших. Они возвращаются, причиняя еще больше боли. Придется приложить много усилий, чтобы этот дурень перестал накручивать себя и страдать в одиночестве.       Цветки искрились на свету… Шэнь Цинцю через несколько минут добавил:       — Я его очень плохо знаю. Но думается мне, что я не ошибаюсь. И никто не знает этого парня лучше вас. А поэтому, — лорд резким движением захлопнул веер, — вам придется самому разбираться с этим человеком. Он никому ничего не говорил. Привык молча все переносить, и хоть и выглядит хрупким, был способен выдержать все, что бы не дала ему судьба. В этом и крылась его ошибка, его слабость. Шан Цинхуа может сломаться. Рано или поздно, но этот груз раздавит его. Возможно, он знает об этом. Заклинатель не так уж и глуп, и заметит тревожные симптомы своей болезни.       — Поэтому, подумай несколько раз, прежде чем действовать, — закончил свою речь лорд Шэнь, поднимаясь.       — Спасибо за совет, — ответил демон, также вставая из-за стола.       …Люди очень сложные…       — Но смотри, этот парень не поймет твоих методов ухаживания. Для других это больше похоже на избиение неугодливого слуги. А для этого болвана подобное, похоже, было привычным делом, — протянул лорд, подливая себе чай.       — Привычным?       Такое простое слово озадачило демона, мгновенно вгоняя его в ступор.       — Такой человек получал только кнут, а от пряников он бежит, как от огня. Никто не пробовал с ним флиртовать. И этот недотепа никогда не поймет, что за ним ухлестывают, пока носом не ткнут. А в вашем случае, тебе стоило бы прояснить этому парню, что именно между вами произошло.       — Что вы предлагаете?       — Объяснитесь. Только вот постарайтесь поподробнее — этот болван не поймет коротких фраз.       — Он не болван, — лорд Цинцзин был очень груб.       И как это так вышло, что они с Шан Цинхуа были товарищами?       — Да, но очень недогадливый. Похоже, что шиди Шан не привык к такому… Это даже немного грустно… Недолюбленный парнишка пошел искать свою судьбу. Знал бы раньше, может быть и меньше ругался на него, — сказал лорд, медленно покручивая чашку в своих руках.       Но демон все также сохранял молчание.       — Но лучше всего тебе обо всем узнать от него лично. Что будет непросто, учитывая, что мы говорим о Шан Цинхуа, — на это Мобей лишь издал многозначительно «мгм». — Этот человек не привык кому-то доверять или же надеяться на лучшее… Или просто даже предположить, что у него есть шанс на лучшую долю. Может он считает, что не достоин этого. Я не удивлюсь, если так оно и окажется, но все равно все это очень печально, как не глянь.       — Он лучше прочих, — отрезал демон.       Наступила тишина. Мобей Цзюнь взял чашку с остывшим чаем в руки и отпил немного. Он проговорил с лордом всего ничего, но с каждой фразой последнего демон недоумевал.       Да, он был рад тому, что услышал. Частично. Мобей Цзюнь был озадачен, растерян, но рад, что Шан Цинхуа не сбежал на пик из-за него. Но с другой стороны, было что-то, из-за чего его человек был крайне беспокоен все эти дни. И это раздражало.       — Скоро он должен прийти, я отправил за ним минут двадцать назад. Шиди Шан будет с минуты на минуту. О, и еще кое-что. Шэнь Цинцю достал какой-то свиток, передавая его демону.       — Пусть принесет мне лунные листья. Из них получается отменный чай. Шиди мне еще с прошлого визита должен был их занести, но я никак не могу его поймать.       — Я передам, — кивнул Мобей, принимая свиток.       Разговор с этим человеком не сулил ничего хорошего, но после... Демон немного успокоился. Все его опасения будто прошли сами собой, оставляя на плечах приятную легкость. С самого начала все было очень сложно. И неоднозначно. И проблема была не в запутанных отношениях Шан Цинхуа с другими. Проблемы были в самом заклинателе.       Но почему человек, говорящий до ужаса неловкие вещи и осознающий их неуместность, побоялся попросить помощи? Заклинатель же всегда искал защиты, прячась за ним. Использовал любые уловки, если это позволяло ему избежать битвы. И бросался в бой, если не было иного выбора. Шан Цинхуа шел на отчаянные меры. Если ситуация того требовала. Так почему же заклинатель решил промолчать? Мобей всеми силами пытался показать свое отношение к этому человеку. И вроде как успешно — тот перестал от него шарахаться. Но…       Было что-то еще, с чем нужно было покончить. И чем скорее Мобей с этим разберется, тем скорее человек сбросит оковы, что тяготят его и мешают жить.