Тринадцать миллионов

Вечер казался Эзопу слишком холодным. Он сомневался, что это резкие изменения погоды, скорее, так действовали его нервы. Парень стоял на балконе, ветер приятно трепал его волосы, но это совершенно не успокаивало, ровно как и сигарета, которую он только что затушил. Илай давно просил его бросить, и Эзоп даже бросил, но сейчас вредная привычка казалась ему необходимостью. Слишком уж он волновался за Илая. Парень развернулся и зашёл обратно в квартиру, закрыв за собой балконную дверь. Голова раскалывалась, он даже не мог понять, почему. Особых проблем со здоровьем у него никогда не было, так что это, должно быть, тоже были нервы. Запах табака шлейфом тянулся за ним по квартире. Сам Эзоп не чувствовал, но будь рядом Илай, он бы точно подметил. Парень прошёлся до кухни и буквально упал на диван. Раздался щелчок вскипевшего чайника. Не успел Карл встать за кружкой, как послышалось удивлённое уханье. Впрочем, оно всегда казалось парню удивлённым: распознавать спектр эмоций совы ему всегда было трудно, в отличие от хозяина. — Ну что ты? — спросил Эзоп, переведя взгляд на крылатую подругу. — Он пока занят. Мы ведь дружим с тобой, так что Илай оставил тебя мне. Всё хорошо. Он скоро вернётся. Сова подлетела и уселась на холодильник, а парень вздохнул. Он не особо с ней справлялся, но слёзно обещал Илаю научиться. Их диалог всё ещё звучал в голове, каждая фраза Кларка крепко отпечаталась в сознании. Сев на диван ближе к окну, Эзоп понял, что вновь прокручивает внутри себя каждую деталь их разговора. Илай улыбается и поглаживает по клюву свою пернатую подругу, ласково, нежно, словно ребёнка. Та изредка перебирает коготками по его руке в перчатке, жмурится, довольно ухает. Эзоп смотрит на них, а внутри почему-то всё в кашу. Такая тёплая картина, а ведь разговор серьёзный. — Слушай, мне надо, чтобы ты позаботился о Брук, пока меня нет... — говорит Илай. — И... если что-то случится, то все документы тут... — он кивает на небольшую папочку, которую до этого положил на стол. Эзоп хмурится. Слова про «что-то, что может случиться» сразу не понравились ему. Как Илай вообще может думать, что с ним что-то случится? — Не говори так — протестует он, глядя прямо в глаза Илая. — Вы знаете, что делать, так что я уверен в вас. Ты сообщи, главное, когда всё закончится. — Да, я знаю, но... на всякий случай. Эзоп, это очень важное дело, но оно ещё и очень опасное... — Кларк замолкает на секунду, но потом продолжает. — Честно говоря, я переживаю. Эзоп кивает, потому что понимает все чувства друга. Он предлагает пройти на кухню и выпить чаю, такого, как он умеет. Он знает, что Илаю нравится этот чай. Заливая кипяток, парень слышит довольное уханье, и сова улетает на холодильник, удобно устраиваясь там. Эзоп улыбается, и видя это Илай улыбается тоже — он видит такое нечасто. — Ты боишься, что дело может не так обернуться? — спрашивает Эзоп, оборачивается и ставит чашки с чаем на стол. — Тот усыпляющий газ, что я дал тебе, действует безотказно. Ты ведь говорил, что остальные знают, что делать. — Да, я знаю... раньше не видел подобного у тебя. Думаю, для своей работы я сильно загоняюсь. — Илай берёт чашку в руки. — И то верно. А тот газ, да, я совсем недавно смог разобраться с формулами. — Эзоп стучит пальцами по столу. — Я всегда готов помочь тебе, и ты это знаешь... так что я могу пойти с тобой, если хочешь. — Нет! — тут же вскипает Илай. — Это опасно для тебя, мне с головой хватает того, что ты сделал! Да и я не хочу впутывать в это тебя. Просто... тот парень, что организовал это всё. Мерзкий тип, и его мысли только о деньгах, которые мы должны вынести... я не хочу, чтобы и ты с ним связывался. «Скользкий тип...», подумал Эзоп, вновь и вновь прокручивая эти слова у себя в голове. Только сейчас он заметил две стоящие на столе кружки, полные зелёного чая. Он так и не смог вспомнить, почему сделал именно две, если был дома один, но подозревал, что это тоже беспокойство за Илая. Пить чай уже не было желания, так что парень выключил свет на кухне и хотел было уйти к себе, чтобы закончить с работой, но один звук остановил его. Тот самый звук, который он сегодня меньше всего хотел слышать. Сирена. — Илай... — Обеспокоено прошептал Эзоп, ринувшись на балкон. Сердце застучало только сильнее. Он надеялся, что его предположение не подтвердится, что всё будет хорошо. Парень выглянул с балкона на улицу, оглядывая дома и какую-то дальнюю улицу, что виднелась впереди. Было холодно, слегка стучали зубы, Эзоп обнял себя за плечи. — В эфире вечерний выпуск новостей. Буквально пару минут назад было совершено ограбление Национального банка. Сова громко ухнула, взлетев с холодильника и переместилась прямо на телевизор. Она осторожно царапала экран коготками, опускаясь вниз, чтобы посмотреть прямой эфир с места проишествия. Камеры сначала показывали сцены отдалённо, но после приблизили к участникам ограбления. Увидев знакомое лицо, Брук стала махать крыльями и легонько бить клювом по стеклу. — Преступников застала врасплох полиция прямо на месте преступления. Есть один пострадавший, который участвовал в ограблении. Сейчас его направили в больницу, где будут проведены обследования. — Нет... — Карл, услышав беспокойство совы и то, как она грустно била клювом по экрану, почувствовал, как внутри всё опустилось. И сирена, что звучала отовсюду, окончательно подтверждала то, что случилось. Их поймали. Нет, здесь точно что-то было нечисто... Кларк поднял взгляд на ночное небо. Прохладный ветерок слабо растрепал его волосы, Эзопу даже стало легче дышать, несмотря на то, что минуту назад он умирал от холода. Что ещё важного мог сказать ему Илай тогда? — И как зовут того мерзкого типа? — Нортон Кэмпбелл. Машина потихоньку несла его прочь от места преступления. Глаза у парня немного слипались, но это было мелочью по сравнению с тем, что его план всё же удался. Лежащая рядом спортивная сумка, заполненная драгоценными для него купюрами, каждый раз отвлекала на себя взгляд. Смотреть нужно было на дорогу, но украдкой Кэмпбелл всё же посматривал, словно проверял, на месте ли сумка или у него галлюцинации. Успех вскружил голову. Всё оказалось даже проще, чем он думал. Он был удивлён, что ребята настолько не ожидали от него никакой подставы. Парень долго думал о том, как же всё-таки провернуть этот план, уже думал о том, каким способом вызывать полицию, чтобы выйти сухим из воды, но Уильям облегчил ему задачу, когда нашёл кнопку вызова полиции. Сам того не осознавая, этот парень навёл Нортона на зацепку. Кстати, об этом парне... Кэмпбелл вытащил из кармана две рации: Илая и Уильяма. Обе были отключены ещё давно, даже не так — сломаны. Хотелось иметь подушку безопасности на случай чего. Перед глазами вновь встала картинка: полный непонимания и странного испуга взгляд Уильяма, когда тот упал от боли на колени. Оставив Илая и Луку у ячеек, вдвоём они выходят, ищут глазами вставшего охранника. Это несложно: мужчина едва стоит на ногах, да и Трейси передаёт, где его искать. Уже через минуту работник банка лежит без сознания на полу. Уильям смотрит недоверчиво на Нортона, — и где он научился этому? — но не говорит ни слова, после чего направляется обратно к ребятам, чтобы помочь. Нортон отходит в сторону, стоит там пару секунд и потихоньку идёт обратно. Выстрел. Чтобы сдержать крик, Нортон на секунду зажимает рот парня рукой, снимает респиратор и хватает его рацию с пояса. Где-то в фургоне Трейси нервно пытается договориться с ребятами через рацию, ведь резко сигнал с камер пропал, но тщетно: Нортон уже забрал аппарат Илая. Уильям падает на колени, после ложится на пол, пытаясь закрыть руками кровоточащую рану. Нортон присаживается рядом, улыбается, и Уильям хотел бы закричать ребятам, но теперь газ начал действовать и на него. — Мне даже не жаль поступать так с тобой, уж прости. Я ведь тоже тебе не понравился, да? — спрашивает с ухмылкой Нортон, и Элис пытается ответить, но парень не даёт ему. — Не волнуйся, скоро закончится. Кэмпбелл встаёт, потягивается и направляется обратно, откуда пришёл. Уильям смотрит на него, нахмурившись. — Мы... тебе верили... они... ты с самого начала был таким уродом?.. Трейси, она... — парень задумывается, после чего начинает кричать имя девушки. Раздражённый, Нортон подходит и ударяет парня по голове ногой, после чего морщится. — Не мешайся, дружок. — Нортон снимает с себя респиратор, надевает на одно ухо маску и направляется быстрым шагом к ребятам. — Шоу только начинается.