stay

ᅠᅠвидеть как очередная пачка листов комкается, разрывается (крича и прося о пощаде), видеть, как человек, единственный, кого ты так сильно ненавидишь, в отчаянии бьёт по столу кулаком и сам разрывается от чувства беспомощности, – всё это растекается по его эго истинным наслаждением, думает хёнджин, когда смотрит, как его соперник складывается в комочек на полу и ревёт, как девчонка, потому что чан-хён просил закончить с этим куплетом уже вчера, а у того нет ни капли вдохновения, да и сил, если честно, тоже нет. вечно ноет о том, как после дебюта всё стремительно несётся, а он боится даже глаза прикрыть на дневной сон, чтобы не проспать очередной их скачок вперёд. ᅠᅠi see you when you cry ᅠᅠᅠᅠᅠᅠwhen you're shy, when you wanna die ᅠᅠ“может быть, я плохо справляюсь, – подслушивает хван и соглашается мысленно, – может быть, я не часть команды, я только вас всех подвожу, я просто хочу поспать, побыть в одиночестве наконец, все эти камеры сводят меня с ума”. ᅠᅠ“джисон”, – тёплый голос лидера успокаивает, стоит даже ему просто произнести чужое имя с этой его интонацией, ну почти что отцовской. хёнджин молчит, когда спустя минут двадцать в гостиной встречается взглядом с джисоном, и делает вид, что не подслушивал, да и не замечает красных глаз и опухших век. замечает феликс, улыбается и о чём-то болтает с другом, а тот ведётся на эту игру и смеётся фальшиво, чтобы ли не расстраивать. ᅠᅠхёнджину тоже трудно, но он же не ревёт направо и налево об этом, работает сквозь пот и кровь, не ревёт, когда лодыжка побаливает, а времени на жалобы нет. не ревёт, когда в очередной связке руку сводит в судороге от перенапряжения, да и не ревёт, когда репетирует по миллиарду раз один и тот же куплет, а под конец всё равно выплёвывает невнятные звуки, потому что язык заплетается, а чанбин-хёну не до уроков рэпа для новичков, потому что куплет, который джисон не в силах был написать, отдали ему, а тут ещё своих дел по горло. ᅠᅠхван чувствует себя покинутым, когда вместо того, чтобы репетировать свою партию в рэпе, идёт в танцевальный зал и делает то, что у него получается лучше всего – для того, чтобы вернуть уверенность в себе, наверное. но даже тут раз за разом уставшее тело подводит, и всё это: дебют, каверы бесконечные, выступления, тренировки, – даёт знать о себе болью в лодыжке и забитыми мышцами. и накрывает: а вдруг не получится, а вдруг прогорят, а вдруг чёртов джисон всё испортит, а вдруг что-то случится, а вдруг никому не понравится, а вдруг джисон сдастся… ᅠᅠджисон стоит в проходе и молча смотрит, как хван ревёт, сжавшись в один сгусток неуверенности и разочарования. ᅠᅠin the dark, at the dawn of something new ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠi see you ᅠᅠхан подходит как-то неловко, бухается рядом на пол и хлопает по плечу, чтобы дать знать о себе. хёнджин не реагирует, сжимается только ещё больше, чтобы в этой куче дерьма (как он думает) тот уж точно не узнал своего гордого соперника. тихие всхлипы всё ещё преследуют его, как бы он не задерживал дыхание, и хван злится на самого себя, потому что так не хочется, чтобы его жалели. а с другой стороны, в груди ноет что-то, ведь так одиноко болеть своими страхами в этом огромном зале, где кроме твоего отражения нет никого. ᅠᅠ– я думал, ты уже в общаге. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠi'm alone with you, ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠyou're alone with me ᅠᅠхану не отвечают, и в молчании они проводят, наверное, бесконечность. хёнджин едва слышно сопит сквозь заложённый нос, глаза болят, поэтому он сжимает их крепко-крепко и оттого чувствует ещё ярче, как тёплая ладонь гладит его плечо – неуверенно, да и глупо, будто джисон сам не знает, чего творит. когда проходит ещё одна вечность, хан копошится, и хван вздрагивает, потому что на плечо ложится чужая рука и к лопаткам прижимается мягкая щека. джисон лежит рядом, обнимает со спины и долго жует губу прежде, чем сказать: ᅠᅠ– если ты будешь спать здесь, то я тоже, – говорит он, – один ты замёрзнешь. ᅠᅠи что-то в его тихом голосе ломает последний барьер, потому что хёнджин разворачивается и прижимается к чужой груди, с новой силой плача, причём плача громко, в голос, что чужая толстовка намокает в два счёта, а джисон и сам с трудом сдерживает проступающие слёзы и просто гладит по голове. валяются они так, наверное, до самого утра, и до самого утра говорят о своих тревогах, потому что впереди дорога тяжёлая и непредсказуемая – и что за поворотом, победа или крах, сказать трудно, а пошли они ва-банк. и хван говорит, что тоже боится, что всё напрасно, что он подводит, что не справляется со своими партиями, что с каждым выступлением его внутренняя батарейка опасно близится к нулю. ᅠᅠi see you when you chase ᅠᅠᅠᅠᅠᅠall the dreams inside your head ᅠᅠа джисон кивает: “я тоже”. ᅠᅠᅠᅠᅠeven when you lie and even when you hide ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠyou mean everything to me