Пятница 13-ое: Иная история.

Лагерь «Хрустальное озеро» Суббота 14-е, июнь 1977 год. 10:22 Джейсон держал мальчика за пояс, когда они вышли из дома. После чего, он забросил его на плечо, и стал перешагивать ловушки, которые сам же и поставил для охраны своей территории. — Я не понимаю кто ты! — кричал мальчик, захлёбываясь в слезах. — Что тебе от нас надо?! — спрашивал он, вытирая слёзы рукавом большой куртки. — Верни меня! — продолжал мальчик, но со временем, успокоился. Покачивания из стороны в сторону большого мужчины, убаюкивал не хуже маминых рук. Пение птиц, которые до этого звучали по всему лесу, затихли в страхе. Они думали, что это подобие человека, вновь отправилось убивать, а вороны сверкали глазами, готовые в любую минуту отклевать яблоки в глазницах. Остальные падальщики, так же следовали за человеком, носящим его жертву, ещё живую. Джейсон нёс парня до тех пор, пока не пришёл к озеру. Опуская того на ноги, он сонными глазами похлопал и осмотрелся, после чего заразительно зевнул и встрепенулся. Неприятный, утренний мороз окутал тело, но солнце старалось подоспеть, чтобы согреть земной мир. Солнечные лучи бегали по поверхности воды, играясь с маленькими обитателями Хрустального Озера. Капельки дождя скатывались по лепесткам деревьев и зелёной травы. Маньяк посмотрел на эту красоту, которая всегда вызывала в его душе полное спокойствие. Нет ничего лучше, чем глядеть на такое умиротворённое утро после буйной ночки. Младший Джейсон огляделся, разглядывая природу, но нахмурился, ведь не желал теряться в восхищении этого места, зная что произошло ночью. Конечно, он не был свидетелем сие жестокости, и всё же, знание этого уже доставляет некоторые неудобства. — Мы живём там. — указал парнишка, показывая пальцем на хижину у озера. Джейсон пошёл вперед, а в след ему, шёл и мальчик. Глядя на эту широкую спину, малый задумался, что если бы это был действительно его отец, то мог бы пойти с ним на рыбалку, поучится водить тачку, научится делать что-то своими руками — жить как с отцом. А папы ему не доставало больше всего. Он хотел всегда иметь отца. В голову полезли воспоминания о том, как в школе проводился день папы. Ко всем его друзьям пришли папы, а он был один. Помнил, как те веселились, проходили разные испытания «папа и сын», а он стоял в стороне. Как больно сжимало сердце от боли, и он плакал после этого дня в подушку, упрашивая маму наконец найти отца. Что только мама ему не говорила. «Он погиб», «Он в армии», «У него другая семья», и остальное. Но как знал Джейсон, всё это было некой ложью, с небольшим кусочком правды: отца нет — простая истина. Рен, на самом деле, говорила про отцов правду. Действительно, кто-то из них, просидевший срок, жил своей жизнью. Один погиб в несчастном случае, другой служит в армии, третий завёл себе семью. Помнят ли, что сделали они? Конечно помнят, но боялись попросить прощения у этой девушки, которую изнасиловали в накуренном состоянии. Они даже не разбирались, что делали, только слушались «внутреннее чутьё» Может, этот большой мужчина и не был ему кровным отцом, но мог бы им быть? Что может несчастному ребёнку значит убийство людей? Для него смерть — это было что-то неизвестное. Даже когда погиб дядя, болеющий Гидроцефалией, он смотрел на его тело в гробу, обработанное, такое свежее, одетое в костюм, словно он только спал, чувствовал не горечь, как мама, а спокойствие. Словно дяде было подарен тихий дом, где-то там, вне его тела, и он просто уехал там жить счастливо. Знало бы это милое дитя, что он, был лишь смирение для матери. Не покинувшее сожаление о смерти друга, и надругательство над её телом, превратило прекрасную, молодую и красивую жизнь в сущий ад. Рождение ребёнка, стало для неё спасением и смирением. Когда они дошли до дома, мальчишка забежал в дом. Находя рюкзак матери, он вытащил чехол с очками. Открыв ее, он убедился, что очки при нём. Джейсон старший стоял в дверях, наблюдая за тем, как тот бегал по комнате. Подумав над тем, что маме и тёте Джен, совсем нечего есть, а маньяк не задумывался о их кормлении, собрался прихватить с собой еду. Запихнув в рюкзак пару шоколадок, что прятал он от матери, надел его на спину, и приготовился идти. — Пошли. — сказал мальчик, и выдвинулся вперед, как попался календарь на глаза. Сегодня была уже суббота. В понедельник должны приехать его сверстники с другими взрослыми, и когда обнаружат, что их нет, начнут поиски. Тогда, скорее всего, они будут свободны. — Слушай, — обратился Джейсон младший к маньяку. — Давай погуляем? — спросил он, и Джейсон старший наклонил голову набок. Мальчик так неожиданно захотел с ним погулять? — Надо в столовую пойти. Я хочу есть. — признался мальчик, и Джейсон кивнул. Он действительно не кормил этих людей уже со вчерашнего дня, и наверняка, они очень голодны. — Может, сможешь меня освободить? — спросила Дженнифер подругу, которая не была закована. — Наверняка у него есть что-то острое! Я сбегу, и приведу подмогу! — Ты справишься? Там ловушки по-всюду! — уверяла Рен, вздрагивая от понимая, что действительно, подруга может попасть в беду, и её смерть, может потрясти её. — Да! Что там, ловушки! Для меня?! Ха! — возгордилась Дженнифер, ведь её отец, отчасти, охотник и в таких штучках она разбирается. — Ладно, попробую что-нибудь найти. — сказала Рен, вставая на ноги. Её немного шатало от пережитого обморока, и всё же, ради спасения, она вытерпит и это. Рукой касаясь стен коридора, она беззвучно считала собственные шаги. Так делают слепые люди, как знала она, чтобы не потеряться в пространстве. Когда рука дошла до угла, она повернула в коридор, что вёл в комнату Джейсона. Всё перед глазами было таким блёклым, словно глядела она через хлористую воду в бассейне. Аккуратно шагая, она чувствовала, как крысы, своими мерзкими лапками, дотрагивались до неё, как не осторожно царапали её, как их хвосты гладили её щиколотки. Рен старалась их игнорировать, не поддаваясь панике. Она слишком много пережила, чтобы что-то подобное, было способно её остановить. Проходя уже в комнату, она была смазана, и слишком большая. Что-то может и вырисовывалось, но это лишь подсознание старалось нарисовать ей картину комнаты. Выдохнув, она пошла по стенке. Натыкаясь на какие-то гвозди, пробитые в деревяшках, спотыкаясь об какой-то хлам, она сумела достичь стола, который видела плохо. Когда она к нему приблизилась, смогла подробнее рассмотреть. Всякие гайки, железяки, и прочий мусор, который никак не интересовал её. Рен искала что-то, что смогло бы сломать цепь. Что-то такое большое и крепкое… Как монтировка! Она стояла у стола, тыльной стороной к стене. Только, она была ржавая, и видно, никто ей давно не пользовался. Хватая её, она быстро пошла обратно, переживая мерзость, как крысы. — Молодец! Рен, я тебя расцелую! — крикнула Дженнифер, хватая монтировку. — Это было ужасно… — пожаловалась Рен, и присела обратно на матрас. Джен некоторое время старалась сломать браслет, но со временем, решила, что лучше уж цепь. Пару ударов хватило, чтобы железо сломалось. Джен засмеялась от радости, обнимая подругу. — Я свободна, как птица в небесах!!! — прокричала она. — Беги быстрее! — приказала Рен, отталкивая её. — Они могут прийти в любой момент. Беги! — Я тебя не оставлю! — Джен поднялась на ноги, направляясь к выходу. — Я обязательно вернусь, с полицией, со скорой! — Прошу, будь осторожнее! — крикнула Рен ей в догонку, и улыбнулась, облегчаясь, что хотя бы она будет спасена. Ступая по территории Джейсона, легендарного маньяка Хрустального озера, мальчишка без страха шагал по дорожке, а за ним, и та самая легенда. Джейсон шёл за ним следом, глядя на мальчика, которого в его честь и назвали. Рен любила его и даже после смерти — это мёдом разливалось по его чёрному сердцу, что и ободряло на добрые поступки, как простой поход в столовую за едой. — Почему ты убиваешь людей? — спросил мальчик, даже не смотря на своего попутчика. — Это же неправильно. Это плохо. Разве ты не боишься гнева Христа? — «гнева Христа?» — задумался маньяк. А что плохого он делает? Лишь защищает свой дом, свой очаг, место, где он погиб. Это теперь его обитель, и он обязан защищать его, подкармливая местную фауну. Скорее, Бог его любит за то, что он бережёт его созданий, и очищает землю от скверных людей. Поворачиваясь к нему лицом, Джейсон младший пошёл спиной вперед, что бы видеть ответы немного потрошителя. Маньяк помотал головой. — Не боишься? — аналогичный ответ. — Ты странный. Мама говорила, что ты очень добрый, но разве добрые люди убивают? Этот мальчик очень умный, как ты, мой милый Джейсон. Рен вырастила такого хорошего мальчика! Похвала Памелы Вурхиз всегда радовала её сына, но она впервые хвалит кого-то другого, кроме своего ребёнка. Джейсона это озадачило, но этот ребёнок, свет Рен, а Рен, его свет. Должен ли быть этот мальчик и его светом тоже? Если приглядеться, для маньяка, над головой мальчишки будет возносится нимб. Не это ли хороший знак? Джейсон пожал плечами на его вопрос. — Скольких ты убил? — головорез пожал плечами. — А сколько будет два плюс два? — Джейсон показал пальцами четыре. — А пять плюс пять? — Джейсон показал все пальцы рук. — Я думаю, тебя не стоит спрашивать примеры, где ответ будет больше десяти, пальцев не хватит. — Джейсон младший улыбнулся, как и Джейсон старший под маской. — Почему ты носишь эту маску? — спросил он, и Джейсон опустил голову, придерживая маску. Он не хотел бы пугать ребёнка своим видом. Точно бы не хотел. — Ты думаешь, что не красивый? — маньяк остановился. — Я фанат разных чудовищ, и те, будут куда страшнее тебя, это точно! — мальчик остановился, и подошёл к Вурхизу. Джейсон, не делай этого! Ты помнишь, что с тобой сделали, когда ты ходил без маски?! Кричала мать в его сознании, ведь прекрасно и сама помнила, что произошло. Её сын долгое время жил в изоляции, без общения, и поэтому, она отправилась вместе с ним в лагерь, чтобы он смог найти общий язык со сверстниками. Чтобы её сын навсегда забыл эту боль уродливости, собственной ненависти, но жестоко с этим прогадала, чем и поплатилась смертью сына. Она бы не хотела увидеть вновь эту обиду и скорбь, когда Джейсон будет наблюдать за тем, что его тёзка будет убегать от него в страхе, выкрикивая «Мамочка, это монстр!». Не смей делать этого, мой мальчик!!! Но как странно, её сын впервые не услышал её, пронзающий слух, голос. Джейсон потянулся к маске, волнительно выдыхая, судорожно дрожа в поджилках. Страх не был известен Джейсону с момента его смерти, но тут он испытал его полностью в душе. Мальчик и сам внутренне дрожал от волнения, что наконец увидит лицо своего похитителя. Грубые руки мужчины сорвали с его лица маску, показывая своё уродливое лицо. Последний, уцелевший глаз, смотрел точно на лицо мальчика, выискивая в нём отголоски отвращения, но почему то, этот мальчик стал плакать и одновременно улыбаться, что и обеспокоило Джейсона. Он быстро надел маску обратно, и присел к нему на корточки, чтобы быть с ним равный в росте, заглянув в глаза. — Прости, я просто… — Джейсон младший всхлипнул, утирая слёзы рукавом куртки. — Ты напомнил мне Дядю… Я его очень любил… Ты конечно, страшный, но… Почему-то я тебя совсем не испугался. — мальчик потёр глаза, и посмотрел на Джейсона. Его глаза в слезах ярко сверкали от солнечных лучей. — Спасибо. — поблагодарил мальчишка, лучезарно улыбаясь ему. — Спасибо, что не боишься показать своего лица. Но почему ты тогда носишь маску? Она ведь, наверно, не удобная? — спросил малец, и Джейсон выпрямился. Вновь сняв маску, он протянул её мальчику. С Джейсона словно груз сняли. Наконец, он мог вдохнуть аромат природы полной грудью, и смело улыбнутся парню. Джейсон младший взял маску и взглянул на неё. Ему показалось странным, что она была холодная и запыленная, но так же, имела порезы и потёртости. Её словно носили, но много лет назад. Он решил надеть эту маску. В ней легко дышалось, и всё было хорошо видно. — Круто-о-о. — впечатлился Джейсон, и взял под руку маньяка. — Пошли! Мама же голодная! — крикнул мальчишка и побежал к столовой, тяня за собой большого громилу. Маньяк был счастлив, что может с кем-то дружить, с кем-то, кто принимает его таким, какой он есть.