Little euphoria

Гермиона действительно ждала встречи с Тайлером. На секунду в её голове промелькнула мысль о том, что может быть ей стоит попробовать? Если она будет осторожна, то всё может обойтись без травм. Но позже она отмела эту мысль. Пока она не встретится с Тайлером в реальности, нет смысла что-то решать. После того, как Фред позвонил ей и сказал о том, что они с сестрой идут домой, Гермиона осознала, что её встреча со Скромником118 должна была состояться уже через полчаса, так что девушка даже порадовалась, что Уизли ушел так рано. Не хотелось пререкаться и ссориться ещё раз. В нетерпении Грейнджер простояла двадцать минут, а потом рванула к озеру, которое и было назначено местом встречи. Оно располагалось в парке неподалеку, и там было довольно тихо и немноголюдно, особенно в этот вечер. Гермиона уселась на летний стол и стала ждать юношу. Руки немного тряслись от волнения — это заставило девушку задуматься. Давно она так не переживала насчет обычной рядовой встречи. Однако она сама назначила место, и это был не мотель, как обычно, а просто парк. Внутренне Гермиона не хотела портить их первое свидание чем-то одноразовым. Она даст Тайлеру шанс. Когда вдалеке появилась высокая фигура, Грейнджер вздрогнула, а затем спрыгнула со своего места. Она медленно пошла навстречу. Свет освещал спину юноши, а потому у неё не было возможности сразу разглядеть его, а когда она всё-таки смогла это сделать, то её лицо исказилось от ужаса. Скромником118 был никто иной, как сам Драко Малфой. — Нет…нет, — жалостливые нотки заполнили голос девушки, она попятилась назад. Первая встреча с юношей наложила на неё нехороший отпечаток, и никакие душевные переписки не могли этого исправить. Её с головой накрыло разочарование. — Я не причиню тебе вреда, подожди, — попросил Малфой. — Я знаю, что ты обо мне думаешь… О, нет. Он вряд ли представлял, что о нем думает Гермиона Грейнджер. Она нехило испугалась его порыва в тот летний вечер. И в первые дни учебы он тоже отпускал в её сторону мерзкие вещи, но потом, в какой-то момент, они закончились, и Драко отстал от неё. Мысленно прикинув, Гермиона поняла, что это было связано с их интернет-знакомством. — Но я вовсе не такой, как в тот вечер. — Можно я уйду? — сдавленным голосом попросила Гермиона, пятясь назад. Драко безумно сильно пугал её. Она не верила ни единому его слову. — Знаешь, — он полностью проигнорировал её просьбу, — последнее время я проводил, каждую секунду узнавая что-то о тебе. Я засыпал и просыпался с тобой. Я чувствую, что ты мне ближе всех в целом мире, — прошептал Драко. Гермиона застыла от ужаса — действие принимало неприятный оборот. Человек, стоящий перед ней был совсем не Драко Малфоем, а кем-то другим. Но Гермиона знала, каким он был в истинном обличии. — Я не верю тебе. — И я тебе не верю, — отстраненным голосом произнес Драко. Он подошел вплотную к Гермионе, которая уперлась спиной в стол. Идти было некуда. Малфой протянул руки к её лицу, нежно обхватывая его. — Драко, не надо, пожалуйста, — в страхе просила Грейнджер, но юноша её не слушал. Он оставил легкий поцелуй на её щеке. — Да ты вся поломана… — с грустью рассматривал её Драко. Он бегал взглядом по бледному лицу девушки. Слезы медленно текли по щекам в разноцветных блестках. — Я хочу уйти, — твердо заявила Гермиона. — Почему? — с удивлением спросил Драко. — Потому что ты — гребанный насильник. У тебя с головой не всё в порядке. Это ясно, как день, и тот случай на вечеринке, когда ты взбесился из-за Пэнси… — Не упоминай её, — резко прервал девушку Малфой, от чего Гермиона вздрогнула. — Так ты не желаешь общаться со мной? — Грейнджер в испуге молчала. — Как тривиально. Не зная моего реального имени, ты была без ума от меня, а увидев мое настоящее лицо… Весьма печально, Гермиона. Я думал, ты другая… — он нежно заправил её прядь за ухо. Девушка дернула головой. — Отпусти меня, придурок, — прошипела Гермиона. Терпеть происходящее у неё не было сил. Её розовая мечта разбилась в пух и прах, в очередной раз доказав ей ужасную реальность жизни. Ещё одни синяки на её и без того избитом теле. — Я бы советовал тебе не распыляться обо всем, Миона, и не обзываться, — всё так же спокойно продолжал Драко. Гермиона противно сморщилась, едва он произнес её сокращенное имя, которым пользовался только Фред. — Я сохранил все твои фотографии, что ты отправляла мне. Некоторые были сделаны в школе. Знаешь законы штата? — он неприятно усмехнулся. — У нас за распространение детской порнографии сажают не только взрослых, но и детей… — Гермиона в ужасе вздрогнула. Вот же больной ублюдок. — Так что ты у меня на крючке, Миона. Мне стоит только потянуть… — Довольно, — отрезала Гермиона. — Дай мне уйти, — Малфой промолчал секунду и затем почему-то всё же отпрянул от Грейнджер, позволяя ей уйти. — Будь осторожна, Миона, — на прощание сказал ей юноша с холодной улыбкой. Грейнджер словно било током, пока она шла по опустевшим улицам. Это что же, у Малфоя развлечения такие? Разводить девочек на фотографии, а потом шантажировать? В любом случае, теперь он мог помыкать ей, как ему захочется. Гермиона проклинала себя за очередную глупость, в которую ввязалась, поддавшись проклятым чувствам. Но ей не хотелось сейчас оставаться одной — она боялась не справиться с назревающим ощущением внутри. От него даже шрамы на ногах начали зудеть. Гермиона Джин Грейнджер приняла одно единственно верное для неё решение — пойти к Уизли.

***

Уизли был уверен, что в мире нет ничего круче опиатов. Старый добрый викодин. Но круче всех фентанил. На планете Земля не найдешь ничего лучше этого вещества. Разве что Гермиона. Она на втором месте. Фред думал, что наилучшим вариантом была бы Гермиона и фентанил, но всё сразу нельзя, так что пока Уизли выбирал Грейнджер. И его это устраивало. После последнего срыва прошло две недели, и юноша вполне справлялся — он обрел двойную поддержку. Джордж часто вытаскивал брата где-нибудь пошататься, чтобы он не засиживался дома. Оставаться наедине со своими мыслями — опасно. Много думать тоже. Но он никогда не переходил черту, за которой начинается личное пространство. Как обычно, хваленный Джордж — профессионал во всем. Гермиона с особой усердностью писала ежедневные утренние и вечерние сообщения, чтобы знать, что с другом всё в порядке. Кажется, Фред стал новым Тайлером. Не таким же, конечно — Грейнджер всё ещё видела в нем своего друга. Однако переписываться с другими она стала меньше. Девушка так и не сказала, что случилось. Фред проснулся в опустевшей кровати в комнате с открытым окном и запиской, в которой Гермиона сообщила, что всё хорошо, но ей лучше вернуться домой до утра. А ещё она поблагодарила Фреда и оставила внизу маленькое сердечко. Мелочь, которая задела юношу. Он и не знал, что наркоманы бывают такими сентиментальными. — Так значит… — вся семья Уизли сидела за завтраком, — Гермиона сегодня ночевала у тебя, — неуверенно выдала мама, с трудом пряча улыбку. Четыре вилки застыли в воздухе, так и не доставив пищу до ртов. Три пары глаз резко взглянули на сидящего посередине Фреда. Юноша нервно сглотнул и опустил столовый прибор, распрямляясь на стуле. Он поймал хитрый взгляд брата, в голове которого наверняка генерировались шутки одна лучше другой. Джинни смущенно улыбнулась, будто это её застали с поличным. Фред прокашлялся. — Эм… — старший близнец отчаянно думал, что бы такого ответить, — да, она поссорилась с отцом и не хотела оставаться дома, — выдал Фред. — Могла бы остаться до утра, — добавила мама. — Я не думаю, что это было бы разумно. — Да, мам, так обычно не делают, — с улыбкой поддержал брата Джордж. — Тем более Гермиона довольно стеснительная. Вот с этим Фред поспорил бы. И определенно одержал бы победу. Гермиона Джин Грейнджер и близко не стоит рядом с понятием «стеснительность». Она убила её в себе. — Вы встречаетесь? — в лоб спросила миссис Уизли. Джинни хихикнула, и Фреду стало неловко, но он впервые был не зол, а просто растерян. Это радовало. Никаких нервных рвотных позывов не предвещалось. — Нет, мы — друзья… Она не… я для неё просто друг, — с запинками выдал старший близнец. Джордж прятал усмешку за рукой, которой подпирал подбородок. — Оу, просто дай ей немного времени, — всё-таки не сдержался младший брат. Фред зло зыркнул на него. — Мы с Кэролайн тоже три года были друзьями. — Джордж, — осадила сына Молли. Она поняла, что Фреду до жути неловко. — Прости, Фредди, — хохотнул младший близнец. Вся семья, поджав губы, продолжила завтрак. В восемь часов Фред Уизли уже ждал Гермиону у её дома. Девушка никогда не опаздывала, и ровно в пять минут девятого массивная деревянная дверь открывалась, выпуская каждый раз по-разному одетую Грейнджер. Одна деталь всегда была неизменна — блестящий макияж. Иногда неяркий и еле заметный, иногда его было видно за километр, если на лицо упадет луч света. Волосы она любила носить распущенные, лишь изредка закрепляла их сзади, чаще всего в те дни, когда было лень мыть голову. Она до ужаса любила свои бежевые штаны-бананы, но бывали дни, а в последнее время довольно часто, когда их заменяли юбки, неизменно чуть выше колена, но и не короче двух ладоней. А ещё девушка стащила у Фреда две толстовки. Одну, ещё давно, Фред даже не заметил, а вторую, когда ночевала у него. То была светло-голубая и довольно длинная для неё. Выглядела она в ней презабавно, но Уизли и слова не сказал, будто это всегда были её вещи. Девушка придерживалась той же тактики. — Сегодня без велосипеда? — удивилась девушка, увидев Фреда. У них появился утренний ритуал: Гермиона всегда обнимала его при встрече. Девушка, сама же не зная, лишь ухудшала положение Фреда Уизли. — Я на доске, — ответил рыжеволосый, показывая скейтборд в одной руке. — Жалко, что он валяется без дела. — Я всегда хотела научиться, — восхищенно прошептала девушка, разглядывая не примечательное средство передвижения. Она секунду помедлила, а затем подняла на друга свой хитрый взгляд в совокупности с обольстительной улыбкой. — Ты же научишь? Фред глубоко вздохнул. Она прекрасно знала ответ, а потому юноша не стал отвечать ей, лишь тепло улыбнулся. — Думаешь ты поспеешь за мной на этом? — поинтересовалась Гермиона, залезая на велосипед. — Посмотрим, — улыбнулся Фред, отталкиваясь ногой. Ездить на скейтборде было приятно. Характерный звук колес, крутящихся по ровному асфальту, успокаивал, а бонусный прохладный утренний воздух и тишина завершали потрясающую картину. Гермиона старалась ехать прямо возле Уизли. Она совершенно искренне улыбалась, рассматривая, с какой легкостью другу удавалось совершать повороты, как уверенно он чувствовал себя на доске. Она протянула ему свою ладонь, продолжая вести велосипед другой рукой. Фред вопросительно изогнул бровь, но потом улыбнулся, протягивая свою руку в ответ и сжимая её прохладные пальцы в своих горячих. — Если я навернусь, то навернешься и ты, — предупредила Гермиона. — И наоборот, — справедливо заметил Фред, не отпуская маленькую ладошку. Грейнджер заливисто расхохоталась, и Уизли понял, что фентанил, пожалуй, всё-таки на втором месте. Гермиона определенно была лидером в топе «прекрасных вещей, которые составляют смысл жизни Фреда Уизли». Однако не у всех всё было хорошо, как у Фреда с Гермионой. В понедельник после празднества дня города Пэнси Паркинсон выглядела, мягко говоря, не очень. Девушка всегда была образцом стиля, той самой модной девчонкой школы, и ни разу не приходила на занятия в «неподобающем виде». Но не в этот раз. Сестры Гринграсс встретили подругу у входа в школу. Девушка повязала легкий шарф вокруг шеи, который закрывал всю кожу. А ещё она надела темные очки. — Пэнси, всё в порядке? — с ужасом спросила Астория, и Паркинсон захотелось её ударить. Естественно, всё не в порядке: её парень — чертов абьюзер, а она боится себе признаться, что несмотря на то, что он сделал, она готова простить ему это. — Да, но если ты продолжишь выставлять себя идиоткой, то мое настроение может испортиться, — прошипела девушка, и младшая Гринграсс тут же заткнулась, переглядываясь с сестрой. — Пэнси, если… — обеспокоенно начала Дафна, решив, что она не так сильно раздражает подругу, как Астория. — Заткнись, Дафна. Вы обе, просто помолчите сегодня! — отмахнулась Паркинсон. — У меня ужасно болит голова! — сказала девушка, заходя в класс. Она говорила правду. После ночной истерики голову будто вручную пилили. Ей просто нужно было пережить этот день, и всё образуется. Обязательно образуется. У них с Драко всё будет хорошо, им просто нужно немного времени и терпения. Но надеждам девушки не суждено было сбыться. Уже на втором уроке голос по громкой связи попросил Пэнси Паркинсон подойти к директору. Весь класс тут же уставился на вдруг замершую на месте девушку, которая вцепилась руками в край парты. Фред с Гермионой переглянулись в немом вопросе. Грейнджер пожала плечами. Она кивнула Кэролайн, и та тоже отрицательно покачала головой. Никто не знал причины. Пэнси медленно встала, собирая вещи в сумку, а затем в полном молчании вышла из класса. В кабинете директора её ждал неприятный разговор, которого она так старалась избежать. Сестры Гринграсс наверняка настучали. — У меня всё нормально. Почему все ко мне пристали? — уставшим голосом спросила у директора Пэнси. После неплохой дозы наркотиков в выходные, уровень серотонина упал и настроение было хуже некуда. Бонусом шла сильная усталость и недомогание. Вот она — обратная сторона эйфории. — Могу быть уверен, что у вас выдались сложные выходные, мисс Паркинсон. И меня, как директора, беспокоят следы на вашей шее, — с расстановками произнес мистер Робинсон. Пэнси в изумлении изогнула бровь. — Какие следы? — нарочито небрежно спросила она. Следы были, и немаленькие. Девушка всё утро наносила толстый слой консилера, пытаясь скрыть фиолетовые синяки. — Сёстры Гринграсс видели их, — спокойно ответил ей директор. Пэнси мысленно выругалась, проклиная подруг. Должно быть это случилось в туалете, когда девушка умывала лицо, и её шарф немного спал с задней стороны шеи. — Я понимаю, что ты боишься сказать об этом, но ты должна доверять нам. — Знаете что? Это вас не касается, — сдерживая злость, выдохнула Пэнси. Она старалась выглядеть невозмутимо, но у неё плохо получалось. — Как раз касается, — исправил её мистер Робинсон. — Напрямую. Тебе семнадцать лет. По закону мы обязаны сообщить. — Черт, — прошептала Паркинсон, прикрывая глаза. — Кто это сделал? Драко Малфой? — спросил директор. Пэнси приняла одну известную ей тактику — молчание. Со всей школы одного за другим вызывали учеников на допрос к директору. Каждый рассказывал про то, что он или она знали об отношениях Драко и Пэнси. И сотни сплетен полились ручьем. Был раскрыт случай на вечеринке и выходка Пэнси на дне города. Картинка складывалась в один пазл, и всем стало ясно — Драко Малфой виновен. Его вызвали по громкой связи. Вскоре приехала полиция и родители обеих сторон. Компания близнецов Уизли и Кэр с Гермионой стояли у кабинета физики, когда семья Малфоев и несколько работников полиции проходили мимо. Фред вздрогнул, когда почувствовал, как холодная ладошка Грейнджер проскользнула в его и сжала её. Юноша взглянул на подругу — она провожала процессию испуганным взглядом. — Ты чего? — тихо спросил Уизли, поглаживая большим пальцем кожу её ладони. Гермиона вдруг вышла из транса и освободила руку. — Ничего, — прошептала она, опустив голову, и с силой закрыла шкафчик. Фред лишь пожал плечами. Мама Пэнси приняла решение возбудить дело и выдвинуть обвинения против Драко Малфоя, хотя сама девушка яро сопротивлялась и отрицала очевидное. Пожалуй, это событие стало самым громким за последнее время. Десятки учеников провожали взглядом Драко, которого всё-таки повезли в участок на более тщательный допрос. Паркинсон должны были забрать туда же, чтобы снять побои. Малфой словил испуганный взгляд Грейнджер, когда шел к выходу, окруженный полицейскими. Они не прерывали зрительного контакта до самого конца, а потом девушка дернулась, освобождаясь от наваждения. Ей показалось, что Малфой выглядел так, будто он ничего не боялся, будто он что-то задумал, и это что-то явно кому-то придется по душе.

***

Фред не понимал, почему Гермиона ему не доверяет. Впрочем, у неё были очевидные основания для недоверия, но не в таких вопросах, как правда о встрече со странным интернет-другом в одиннадцать часов ночи в пустынном парке. Парень не хотел давить на подругу, так как в прошлый раз, когда он попытался это сделать, она ушла, а он чуть не сорвался. Повторять печальный опыт не хотелось, так что Фред терпеливо ждал, когда Гермиона отойдет от произошедшего. Он лишь изо всех сил надеялся, что с ней не произошло ничего плохого. Ради этого рыжеволосый даже устроил допрос Кэролайн и Луне, но те, как оказалось, не входили в близкий круг Гермионы Грейнджер, и им явно не доверяли такие вещи. Очевидно, девушка осталась с этой проблемой один на один, и это сильно беспокоило Фреда. Он знал, каково это, и как глупо отказываться от помощи, что стучится в двери. — У тебя…эм… много раз был случайный секс? — ни с того ни с сего выдал Фред, когда они с Гермионой сидели у неё в комнате и выполняли совместную домашнюю работу. Девушка поджала губы, пытаясь сдержать улыбку, а затем подняла глаза на друга. — Ну это зависит от того, что ты подразумеваешь под «много», — она снова опустила взгляд, чтобы не смущать юношу. Вопрос был, мягко говоря, из необычных. — Больше пяти? — продолжал Уизли. Гермиона глубоко вздохнула, набирая в легкие побольше воздуха. — Эм… да — Десяти? — Грейнджер уже с толикой недовольства стрельнула взглядом в сторону Фреда. — Двадцати? — не унимался тот. Было видно, что его забавлял этот допрос. — Тридцати?.. — Фред, — предупреждающим тоном сказала Гермиона. — Просто интересуюсь, — небрежно ответил он. — А у тебя? — перешла в нападение Грейнджер, и Фред опешил, так как не ожидал такого поворота. — Эм… Половая жизнь Фреда Уизли не была особо выдающейся. Она, по правде говоря, вообще не была, исключая «незабываемый» опыт вместе с восемнадцатилетней девчонкой год назад на какой-то вечеринке, когда они оба были под кайфом. То есть, фактически, Фред ничего и не вспомнил. А после этого ни одна разумная девушка не стала бы связываться с Уизли, да и он не особо этого хотел. — Ясно, — рассмеялась Гермиона, но тактично прикрыла улыбку ладонью. — Я бы сказал, что наркотики будут получше, чем секс, — деликатно ушел от ответа Уизли. Гермиона повела бровью. — А ещё за них надо платить. Секс же бесплатный. — Это небольшая цена за стопроцентный кайф. Секс же, — Фред полностью повторил нравоучительный тон Гермионы, — не стопроцентен. — Наркотики опасны, — продолжала гнуть свою палку девушка. — Случайный секс тоже, — справедливо заметил Фред, скрещивая руки на груди и откидываясь спиной назад. Он облокотился о шкаф и с победным видом рассматривал подругу, та поджала губы, но промолчала. — Эм… прости, Герм, — добавил юноша, увидев секундную грусть на лице девушки. Эта тема была неприятной. — Ты прав. Всё в порядке, — отмахнулась Гермиона, пододвигая к себе учебник и со сосредоточенным видом утыкаясь в него. — Не хочешь пойти покататься? — как бы невзначай выкинул Фред. Гермиона подняла на него взгляд, и Уизли вопросительно изогнул брови. — Я уже совершенно… — Да, я тоже. Мы уже тридцать минут просто смотрим на буквы, — согласилась Грейнджер. Они промолчали две секунды, а потом рассмеялись. Домашняя работа не давалась им уже второй день. — Ты собираешься учить меня кататься на доске? — спросила девушка, поднимаясь с пола. — Если ты не против разбить свои коленки, то да, — подтвердил Фред, поднимаясь с помощью протянутой руки подруги. — Я бы не очень хотела падать, — девушка поджала губы. — Я буду тебя ловить, если ты обещаешь мне десятичасовой просмотр реалити-шоу на этих выходных, — вполне серьезно сказал рыжеволосый. — Слишком высокая плата, — покачала головой Гермиона. — Брось, это очень даже интересно! — пробурчал Фред, следуя за девушкой, которая уже спускалась по лестнице. — Только тогда, когда у тебя нет собственной личной жизни! — Это был невежливый намек, Миона, — обиделся Уизли. Гермиона знала, что это было напускное. — Бери пример со своего брата. — Тебе же не нравятся их отношения. — Ну да, — согласилась девушка, — когда они потеряют друг друга, им будет больно. Сколько они вместе? Три года? — Ага, а знают друг друга шесть лет. — Иу… — отозвалась Грейнджер. — Тогда очень больно, — добавила она. Фред лишь пожал плечами — ему казалось, что Джордж с Кэролайн уже никогда не расстанутся.

***

В полицейском участке Пэнси пришлось несладко. Сначала её вежливо попросили снять шарф и показать следы, но Паркинсон уже совсем не вежливо послала их куда подальше. Работникам участка пришлось применить вынужденную силу. Сопротивляющуюся и брыкающуюся Пэнси обхватили со спины и сняли злосчастный шарф. Женщина быстро протерла шею несколькими влажными салфетками, и миру показались синяки, оставленные на нежной коже стараниями Драко Малфоя. Впрочем, правды никто пока не знал. Вина юноши была не доказана — его лишь отстранили от занятий и запретили приближаться к девушке. Разбирательство по делу только предстояло, но семья Малфоев уже яростно отрицала вину сына. Главным доказательством были бы слова самой жертвы, но та упорно молчала, копя в себе ненависть ко всем. Где-то внутри Пэнси понимала, что это её чертов шанс покончить со всем. Наверняка, она ещё найдет себе своего человека, но, черт побери этого Малфоя, она не могла его бросить. Она знала, что у него были проблемы, и он совсем недавно даже пообещал ей сходить к психологу, чтобы начать разбираться с ними. Драко хотел исправиться, а Пэнси изо всех сил хотела помочь ему. И если ей до самого конца придется отрицать его вину, то так оно и будет — она не предаст юношу. Сам Драко Малфой уже последние два года не знал, что с ним происходило. Все постоянно, что-то требовали от него: отец новых достижений, друзья новых побед в команде, Пэнси тоже постоянно что-то было нужно. Драко хотел сам помыкать другими людьми. Сначала он начал со своей девушки — он перестал сдерживать себя в эмоциях. И она быстро ушла, потому что не стала терпеть к себе такого отношения. За ней пришла Паркинсон, которая, в отличие от предыдущей, готова была делать, что угодно. Малфой привязался к ней, как к игрушке, но глубоко внутри он знал, почему Пэнси всё ещё с ним. Ему хотелось найти настоящую понимающую родственную душу. Он начал искать в интернете, скрывая свое лицо. Без реального имени общаться с людьми было легче. Если бы он не скрывался, вряд ли хотя бы одна девушка из пригорода захотела бы написать или ответить ему. Все знали об их абьюзивных отношениях с Пэнси и его предыдущем опыте. Один раз Драко нашел прекрасную девушку, с которой они неимоверно сблизились за четыре месяца непрерывного общения. Малфой предложил встретиться — она согласилась. И тогда всё рухнуло: девчонка хорошо знала юношу в реальной жизни, а потому, едва осознав, кем на самом деле был Скромник118, убежала со всех ног. Впрочем, тогда Драко понял, что у него всё ещё остались рычаги давления — юноша постоянно сохранял интимные фотографии, которые отправляли ему девушки. Законы штата позволяли устроить сладкую жизнь их обладательницам. И в тот самый момент, когда копна белоснежных волос убегала от него, он осознал, что тоже может давить на людей, как они давят на него. А когда он впервые попробовал это сделать… Ему очень понравилось. Но к чести юноши, он никогда не заигрывался. Драко выставлял условие, а после его выполнения, отдавал весь материал, не оставляя у себя ни одной фотографии. Это внутри играло хорошее воспитание. Через подобное прошли четыре девушки, и все выполнили его условия. Они были разные по тяжести, но вполне выполнимые. И теперь у него появилась пятая. Гермиона Грейнджер. Словить эту девушку было приятно. Драко часто наблюдал за ней, пока она не видела. Ей не стоило бы общаться с такими отбросами, как Уизли. Она выше их. Но потом Малфой понял, что и она сама отброс. Моральный урод. Когда девушка рассказала всю свою подноготную, парень осознал, что жизнь здорово её поломала, и следующим палачом предстояло быть Драко. Грандиозное событие для юноши. По правде говоря, Гермиона всё-таки нравилась ему. При должном окружении, девушка бы расцвела. Малфой даже подумал, что смог бы дать ей такой окружение и дал бы, если при их встрече она не отшатнется. Отшатнулась. Посмотрела на него, словно он самое противное создание вселенной. Это было неприятно, и очень разочаровало Драко, так что шантаж Гермионы он припас на особый случай. И сидя в полицейском участке в его голову пришла чудесная мысль, как именно Грейнджер может помочь ему.

***

Вечеринку по случаю Хэллоуина было решено провести с опозданием уже в первой половине ноября. Пристанищем снова стал дом Забини, что самого юношу совершенно не радовало, но деваться некуда — Драко в данный момент позволить себе такой роскоши не мог. Собраться на данное мероприятие решил, кажется, весь пригород. Даже те, кто уже давно не учится в старшей школе. Именно поэтому данное событие нельзя было пропустить, но ещё и потому что Хэллоуин в целом — один из главных молодежных праздников. Это шанс нарядиться так, как желает душа. Впрочем, душа девушек желала поменьше одежды, покороче юбки и поглубже вырез. Всем хотелось быть красивыми. Фред зашел за Гермионой ровно в восемь, как они и договаривались. Изменяя своей пунктуальности, Грейнджер открыла дверь в восемь пятнадцать, что даже удивило Фреда. Однако потом его ещё больше удивило состояние девушки — она уже была пьяна. — Миона? — юноша подозрительно осмотрел подругу, которая, чуть покачиваясь, подошла к нему. Её блестящие карие глаза смотрели на него с абсолютной пустотой внутри. — Ты уже напилась? — Угу, — промычала девушка, сдерживая смех. Она покачалась на месте, перекатываясь с носков на пятки. — Что-то случилось? — спросил Уизли. Вид Гермионы озадачил его. Что-то точно было не так. — Неа, — тряхнула кудрями Грейнджер. Голос звучал так, будто она долго плакала, но на лице не было и следа — косметика идеально скрыла любые недостатки. Блестки ярко мерцали и не давали ясную картину. — Так мы пойдем или нет? — с нетерпением спросила Гермиона. — Нам надо зайти за Кэролайн, — ответил Фред, взяв подругу за руку. Она даже не сопротивлялась, переплетая свои пальцы с его. — А Джордж? — Гермиона чуть слышно икнула, а потом хохотнула, прикрывая рот рукой. — Джордж уехал с матерью в город в больницу к тетушке Мюриэль. Кэролайн идет с нами, — спокойно сказал Уизли, стараясь не думать о лишнем. Но назойливые мысли лезли одна за другой. Гермиона не могла вот так вот напиться перед вечеринкой. Ни с того ни с сего. Практически в полном молчании они дошли до дома Кэролайн. Девушка разговаривала по телефону, когда двоица подошла к подруге. — Я позвоню, когда приду домой, — сказала Джонсон. — Я могу не идти, если ты хочешь. Фред понял, что она разговаривала с его братом. Вообще-то, это Джордж уговаривал свою девушку сходить повеселиться. Сама Кэролайн не особо жаловала шумные тусовки, разве что рядом с друзьями. Так что Джордж возложил на Фреда, Гермиону и Анджелину некую обязанность присмотреть за Кэролайн. Старшая сестра сразу отметалась — на вечеринке будет её парень, и ей будет не до младшей. Гермиона уже была в состоянии алкогольного опьянения и, очевидно, не собиралась останавливаться. Значит, остался только Фред. Что же, ему было не трудно, так как он всё равно не собирался пить — так была возможность сорваться, а юноша с успехом держался уже третью неделю. — Парень пасет? — с усмешкой протянула Гермиона, когда Кэр положила трубку. Девушка вопросительно изогнула бровь, а потом посмотрела на Фреда. Тот лишь покачал головой, мол, не обращай внимание, и Джонсон промолчала. — Пойдемте, — вздохнула Кэролайн и двинулась вперед. Фред зыркнул на расслабленно улыбающуюся Гермиону и повторил вздох младшей Джонсон. Предстоял невероятно трудный вечер. Вечеринка в честь окончания лета и рядом не стояла с тем, что сейчас происходило в доме Забини. Люди тусовались даже на дороге, перекрывая движение изредка проезжающих машин. Бедные соседи — они запомнят эту ночь на год вперед. Как только троица оказалась внутри, Гермиона сразу рванула к столу с напитками и умело налила себе стопку. Фред с Кэролайн так и остались стоять на месте, разглядывая, с каким запалом Грейнджер опрокидывала алкоголь в себя. — Что-то случилось? — деликатно спросила Джонсон. — Я без понятия. И она вряд ли захочет говорить, — ответил Уизли. Гермиону вскоре нашла Лавгуд, и девушки объединили усилия в поглощении спиртного. Фред краем глазом поглядывал за подругой, но сам сидел с Кэролайн. У обоих не было настроения веселиться. — Как ты себя чувствуешь? — спросила Кэролайн, намекая на то, что обычно в это время Уизли уже лежит упоротый где-то в углу. — Ммм… непривычно, — улыбнулся Фред, откидываясь на спинку дивана. — И как обычные люди развлекаются? — юноша дернул бровями, и Кэролайн расхохоталась. — Наверное, как Гермиона. Ей похоже очень весело, — прокомментировала Джонсон. Фред перевел взгляд на Грейнджер, которая не останавливалась в попытках побить рекорд и влить в себя максимальное количество текилы за один вечер. — Я бы не советовал тебе повторять, — добавил Фред, поворачиваясь к подруге. — Оно того не стоит, — Уизли посматривал по сторонам, чтобы оценить обстановку. На глаза попадались как знакомые, так и незнакомые люди, которых он вообще видел впервые. Но вот кого он точно не ожидал здесь увидеть, так это свою сестренку. — Мать твою, да вы издеваетесь, — прошипел Фред, взлетая с дивана. Кэролайн поймала взглядом источник внезапного негодования друга и поспешила следом. Уизли, словно коршун, пробирался через пьяную толпу, приближаясь к Джинни. — Какого черта ты тут делаешь? — оказалось первым вопросом, который задала сестра. Фред даже округлил глаза. — Ты ничего не попутала? Это я должен был задать тебе этот вопрос! — он ткнул пальцем в её сторону. — Так что ты здесь забыла? — Она пришла расслабиться, чувак, — медленно протянул парень, который невозмутимо обхватывал талию Джинни. — Все в порядке, я трезвая, Фред, — сразу же выдала Джинни. Но для старшего брата проблема теперь заключалась в другом. Он вскинул брови, а потом вцепился в пиджак юноши и потащил его за собой. Кэролайн испуганно смотрела сначала на ошарашенную Джинни, а потом на удаляющегося Фреда, и решила, что ей лучше идти за последним. Уизли затащил парнишку в пустую комнату и толкнул его на кровать. Тот с перепуга послушно уселся на неё и озирался по сторонам. Кэролайн аккуратно прикрыла дверь, чтобы лишние глаза не наблюдали за ними. — Имя, — потребовал Фред. — Чувак, расслабься… — Имя, — ещё раз потребовал Уизли. — Ты бы лучше не нарывался, я тот ещё нарик. Можешь и получить, — с улыбкой добавил юноша, и, кажется, это произвело нужный эффект. — Майкл… Майкл Корнер, — в страхе пролепетал парнишка. — Чудненько, — протянул Фред. — Значит так, Майкл-Майкл Корнер, — начал свою речь рыжеволосый, возвышаясь над ним. — Я бы не советовал тебе обижать мою сестренку. Это если кратко. Ну знаешь, чтобы дошло, а то, я смотрю, ты от испуга чуть в штаны не наложил. Это правильно, — заметил юноша. — У меня очень хорошие знакомые. Сам понимаешь, какие люди сидят в клинике. Там много наркоманов… И не такие безобидные, как я. — Это правда, — встряла Кэролайн. — Я его навещала пару раз, — Фред обернулся и благодарно кивнул за поддержку, оказанную подругой. Всё-таки Кэр любила врать. — Так вот, — продолжил Фред, — если Джинни хотя быть чуть-чуть, — парень показал микроскопическое расстояние между большим и указательным пальцем, — расстроится, и причиной будешь ты, да даже если не ты, мне, впрочем, абсолютно всё равно. Если моя сестра расстроится, я с радостью навещу своих друзей. Уверен, они с удовольствием мне помогут, — улыбаясь, закончил Уизли. — Я всё понял, — Майкл отчаянно закивал головой, стараясь не смотреть в лицо Фреда. — Супер, — сухо выдал Уизли. — Беги, малой, — напоследок бросил он, хлопая по кровати, с которой Корнер тут же вскочил и, чуть не сбив Кэролайн, скрылся за дверью. Джонсон расхохоталась. — Это занятия актерского мастерства дают свои плоды? — спросила подруга. Фред смущенно улыбнулся. — Есть немного, — усмехнулся он. — Получилось неплохо. Оскар не дадут, но эффект произведен. — Более чем. Теперь Фреду предстояло быть нянькой сразу для троих человек. И ладно Кэролайн была с ним рядом, но Гермиона и Джинни постоянно перемещались. — Давай я буду рядом с Джинни, а ты присмотришь за Гермионой, — предложила Джонсон, видя, как её друг вертит головой в поисках Грейнджер. — Почему не наоборот? — Потому что Джинни наорет на тебя, думая, что ты без конца пасешь её. — Так и есть, — удивился Фред. Кэролайн громко цокнула. — Ладно, если что, позвони мне, — добавил Уизли и исчез в толпе в поисках подруги, которая наверняка опустошила все запасы текилы в этом доме. Он нашел её снаружи, смеющуюся вместе с Лавгуд над какой-то ерундой. Юноша даже расслабленно выдохнул, удостоверившись, что Гермиона не утопилась, разбилась, или ещё чего похуже. Боковым зрением Уизли приметил знакомую фигуру. — Эй, Каспер! — окликнул его Ли Джордан. Фред сначала думал, что подходить к нему было плохой идеей, а потом осознал, что он вполне может контролировать себя. Но что ещё более важно Джордан вряд ли что-то продаст ему. — Здорово, Ли, — с грустной улыбкой протянул Уизли, присаживаясь рядом. Накатило дежавю. Так же они сидели в те последние дни лета. Вот только тогда Фред был до жути упорот, а сейчас вроде как считался нормальным человеком. Непривычное ощущение. — Ну как оно? — Бывало и лучше, но в целом… — Фред поджал губы, думая о прошлом, — не так безнадежно. — Я рад, чувак, — Ли хлопнул его по плечу. — Я должен извиниться за тот эпизод. — Забей, — отмахнулся Джордан, усмехаясь. — Я никогда не воспринимаю слова наркоманов всерьез. В вас всегда говорит ломка. — Но я правда не ненавижу тебя. — Я знаю, чувак. Всё в порядке. Правда, — с улыбкой посмотрел на него Ли, и Фред расслабился. Ещё один шаг, который помог ему отпустить частичку прошлого. Ещё один человек, который поддерживает его стремление. — Эм… а это не твоя подруга? — изогнув в удивлении бровь, спросил Джордан. Фред тут же метнул взгляд в ту же сторону и застал целое представление. Гермиона Грейнджер, словно неудачная пародия Пизанской башни, падала в бассейн. Уизли удалось увидеть этот замечательный полет, а затем громкий плюх. Юноша вскочил с места, направляясь к девушке. Гермиона наконец вынырнула и подплыла к усевшемуся на корточки Фреду. — По-моему уже хватит, — прокомментировал ситуацию рыжеволосый. Гермиона лучезарно улыбалась, прикрывая глаза и кружась в воде в своем воздушном платье. — Я люблю! Потревоженные птицы взметнутся в перламутровое небо! — неожиданно вскрикнула она, откидывая голову назад так, что в её рот чуть не залилась вода. — Герм? — подозрительно спросил Фред. Кажется, Грейнджер уже не помнила саму себя. — Как же глупо молчать об этом, — с поэтичными расстановками продолжала девушка, — ощущая себя тебя частицей! Я люблю! Об улицы города тысячекратно отразится… — тихое бульканье на секунду прервало воодушевляющее выступление девушки, которая глотнула воды с хлоркой. Она откашлялась и, рассмеявшись, продолжила, — срезонирует завистливое эхо. Так вот оно какое, сверхчувство, охватившее сверхчеловека! — Миона, прекращай, — без конца просил Фред. Грейнджер расхохоталась и подплыла вплотную к другу, внимательно рассматривая его снизу своими блестящими бусинками. — Вызывайте скорую, пожарных, милицию! Хватайте, лечите, тушите… — всё кричала Гермиона, а Фред с грустью рассматривал насквозь промокшую Грейнджер. — Слышите? — прошептала девушка, внимательно глядя прямо в голубые глаза юноши, которые от света бассейна становились ещё ярче. — Что? — таким же шепотом спросил Фред. Гермиона вдруг резко рассмеялась и схватилась за края пиджака юноши. Она с громким вскриком потащила его на себя, и Уизли даже не успел ухватиться за что-то. Впрочем, хвататься было и не за что. Прохладная вода в одну секунду пропитала всю одежду. Фред так и не смог открыть глаза — он лишь почувствовал, как чьи-то мягкие губы касаются его губ. Это была Гермиона. Никого другого в этом водовороте, созданном их усилиями, быть не могло. Её руки обхватили его лицо, и девушка самозабвенно продолжала целовать юношу. Она попыталась приоткрыть его губы своим языком, но вода тут же попала в рот обоим, и они сразу же вынырнули — Гермиона, громко хохоча, а Фред с явным непониманием. Он с разочарованием разглядывал пьяную в стельку подругу, а на душе у него скребла по ранам боль. Гермиона Грейнджер в наглую игралась с ним. — Фред, ты куда? — жалобным голосом спросила Гермиона. Она всё ещё плескалась в воде, громко хлопая руками по поверхности. Её яркие блестки стекали по щекам, слабо напоминая перламутровые слезы. Уизли даже не стал оборачиваться — ему срочно нужно было уйти куда-нибудь. Он закрылся в ближайшем туалете, срывая с себя промокший пиджак. Безумно хотелось исчезнуть прямо сейчас, пойти домой, закрыться в своей комнате и больше никогда не вспоминать о существовании Гермионы Джин Грейнджер.

***

Кэролайн изредка поглядывала за Джинни, но к счастью девушки, младшая Уизли вела себя прилично. После хорошей взбучки Майкл даже не решался распускать руки, а если бы и решился Кэролайн тут же бы их оторвала. У них с Джинни тоже были хорошие взаимоотношения — всё-таки Джонсон долгое время была лучшей подругой близнецов и раньше часто проводила время у них дома. Однако время идет, и вещи меняются. Девушка прекрасно знала, как себя вести на вечеринках. С заигрывающими парнями не разговаривать, а в случае приставаний не хихикать, словно дурочка, за своими напитками следить. По большей части, делать ей этого никогда не приходилось — рядом всегда был Джордж, и мало кто хотел переходить дорогу юноше в два метра ростом. Но в этот день Кэролайн была одна и не могла контролировать абсолютно всё. — Здравствуй, — чье-то явно нетрезвое тело приземлилось подле девушки и в наглую обхватило её со спины. Кэролайн тут же двинулась в сторону, игнорируя юношу. — Не строй из себя… — У меня есть парень, так что нет, спасибо, — деликатно отрезала девушка. — И где же он? — с наигранным удивлением спросил незнакомец. — Оставил девушку одну? Или его просто нет? — Достаточно, — процедила Кэролайн, поднимаясь с места. Мужская рука без особых усилий утащила её обратно. Девушка возмущенно ахнула от негодования. — Расслабься… — протянул юноша. — Как тебя зовут? — его ладонь нежно поглаживала острые коленки девушки. Кэролайн молила всем богам, чтобы её ни с того ни с сего решил проверить Фред. Но он вообще редко появлялся, когда нужно. — Я хочу уйти, — попросила девушка, сжимая губы в тонкую линию. Рука юноши тут же отдернулась, и он указал ей в сторону. — Иди, — усмехнулся он. Джонсон удивилась тому, как быстро сдался незнакомец, но решила не задавать лишних вопросов. В её планы было найти Фреда и сказать ему, что она сваливает отсюда. Одного маленького эпизода ей было более чем достаточно. — Эй, подожди, — окликнул её юноша. — Ты забыла свой стаканчик. Кэролайн уже была на взводе, так что, зачем-то схватив проклятый стаканчик, со всех ног помчалась в сторону. Около кухни она начала оглядываться по сторонам, но нигде не могла найти знакомую рыжую макушку. — Кээээролайн… — заторможенно протянула Лавгуд, появляясь прямо перед Джонсон. — О, слава богу, Луна, — облегченно выдохнула девушка. — Ты видела Фреда? — Эм… — Луна сильно нахмурилась, наверняка пытаясь вспомнить, кто вообще такой Фред. Немного покопавшись в голове, она очнулась и отрицательно тряхнула головой. — Ммм… соку? — с улыбкой спросила светловолосая и, не получив ответа, залила в стаканчик подруги ярко-желтую жидкость. Кэролайн проверила, что это и вправду сок, а затем выпила. — Может он на втором этаже? Вроде я видела кого-то рыжего, но не уверена… — хмыкнула Луна и, помахав на прощание, скрылась в толпе. Девушка всё же решила последовать совету Лавгуд и проверить второй этаж. Музыка стала бить громче, от чего голова быстро заболела. Джонсон зареклась никогда в жизни не ходить на эти вечеринки — в гробу она их видала. С трудом преодолев лестницу, Кэролайн ухватилась за перила и почувствовала, что ей плохо. Причем очень плохо. Самочувствие ухудшалось в геометрической прогрессии: сначала помутнились звуки, потом зрение, потом подкосились ноги, но её кто-то вовремя подхватил. Этот кто-то взял её на руки и куда-то потащил. Кэролайн, если быть честным, было абсолютно всё равно. Её дико мутило, и девушка была как будто на краю — вот-вот и она куда-то провалится. Впоследствии девушка не могла вспомнить эти минуты, ну или же просто не хотела. Всё, что она могла накопать в своей памяти — это то, как её затащили в комнату, а затем грубо бросили на кровать. Наверное, именно в тот момент Кэролайн поняла, что её не спасли, а совсем наоборот — она в опасности. Но её сил не хватило бы даже на то, чтобы встать, куда уж там бежать. Она помнила только бесконечную боль и слезы, застилающие глаза. Чьи-то руки, которые, не рассчитывая силы, сжимали её руки, плечи, шею, грудь и всё остальное тело. — Пожалуйста, хватит, — только и хныкала девушка, уткнувшись носом в пропахшее лавандовым кондиционером одеяло. Потом она начала ненавидеть этот запах. — Мне больно, хватит, — еле слышно хрипела Кэролайн, хотя в тот момент ей казалось, что она кричала. Боль длилась вечно. Девушка поняла, что насильников было несколько. Двое уж точно. А потом она слабо помнила. Она очнулась, сидя на полу у кровати, свернувшись в маленький комочек от страха и боли. Комната была пуста, за дверью била музыка, а в голове набатом била боль. Девушку тошнило и она, недолго думая, проблевалась прямо на ковер. Ей не хватало воздуха из-за не останавливающихся слез, она даже утереть их не могла, так как боялась пошевельнуться. Ей казалось, что, если она дернет хотя бы одной конечностью, то мир в ту же секунду разрушится. Она не хотела признавать, что её изнасиловали. Если она двинется, это станет реальностью, а пока она сидит на полу в разорванной одежде в попытках не двигаться, у неё есть шанс удержаться на грани. Лучше бы она умерла. Это было единственной мыслью, появившейся в голове. Кэролайн была разбита настолько, что абсолютно не представляла, что делать дальше. Под дальше подразумевалось ближайшие пять минут. Спустя некоторое время она поняла, что ей придется встать и покинуть этот дом. Она не хотела, чтобы кто-то нашел её в таком виде. На трясущихся ногах младшая Джонсон поднялась с пола. Она не смогла даже надеть свое нижнее белье — оно было варварски разорвано. На ней оставалась помятая водолазка и юбка. Пытаясь сохранить остатки здравого рассудка, Кэролайн поправила всю свою одежду, распустила волосы, чтобы не было видно первых следов царапин на шее. Она старалась не смотреть в висящее напротив зеркало, но знала, что у неё кровь на лице. Где именно, было непонятно. Боль была слабая, и если быть честным, только в одном месте. Дрожа от страха, Кэролайн открыла дверь и шум накрыл её с головой. Это безумно испугало девушку, но сжав кулаки до боли от впивающихся ногтей, она шагнула вперед. Мыслей вообще не было, кроме двух: «Нужно домой» и «Нужно найти Фреда». Фреда она нашла быстро. Буквально через секунду. Он вышел из туалета напротив и лицом к лицу столкнулся с подругой. Сказать, что его лицо побледнело — не сказать ничего. — Кэр? — прошептал Уизли, подходя к подруге и обхватывая её предплечья. — Нам нужно домой, — еле-еле прошептала девушка, из оставшихся сил держась за руки юноши. — Пожалуйста, я хочу уехать домой, — сквозь слезы просила она. — Кэр, что случилось? — голос Фреда был полон ужаса. Его сама затрясло от вида подруги. Он боялся строить предположения, но на подкорках головного мозга он уже нашел ответ на свой вопрос. — Фред, пожалуйста, — просила девушка, не смотря ему в глаза. — Домой, — и это слово она выпалила с такой мольбой, что у юноши внутри всё обвалилось. — Да, сейчас. Нужно найти твою сестру и Гермиону, — тут же взял себя в руки юноши. — Ты можешь идти? — спросил рыжеволосый, рассматривая трясущиеся ноги девушки. — Нет, я… я сниму туфли, — прошептала Джонсон и стряхнула обувь. Ей было абсолютно плевать на них. — Держи меня за руку, хорошо? — словно успокаивая сам себя, произнес Фред. Кэролайн слабо его слушала. Всё, чего ей хотелось — это добраться до дома и сходить в душ. Она кожей чувствовала доказательства изнасилования, стекающие по ногам. Уизли дрожь била не меньше самой девушки. Если её изнасиловали прямо в то время, пока он был в комнате напротив, то юноша просто не смирится с этим. Но всё выходило так, словно именно это и было правдой. Удача слишком поздно начала благоволить им. Сначала они нашли Гермиону, которая услышав краткий рассказ Фреда, будто в миг протрезвела. Потом их нашла Джинни. Пока Грейнджер и Джинни держали Кэролайн, Уизли быстро нашел Анджелину. Та примчалась, словно ветер, хватая сестру под руку. — Кэр? Кэролайн? — девушка обхватила лицо младшей сестры. — Анджи, ей плохо. Нам нужно домой. Ты знаешь, где найти машину? — обеспокоенно тараторил Фред. — Да, я спрошу ключи у Джека, — с дрожью в голосе ответила старшая Джонсон. Она исчезла в толпе ровно на две минуты, что для Кэролайн длились, словно вечность. Все вокруг как будто назло тормозили. Девушка уже думала, что лучше бы она самостоятельно пошла домой. Когда Анджелина вернулась с ключами от машины, все пятеро двинулись на выход. Фред буквально тащил Кэролайн, но как только снаружи он попытался взять её на руки, девушка отчаянно вскрикнула и тогда Уизли понял, что её лучше сейчас не трогать. — Звони маме, — сразу же сказала Гермиона Анджелине, когда они сели в машину. Грейнджер и Джинни остались сзади с Кэр, а Фреда Миона отправила на переднее сидение. Всё, что слышал юноша — это не истеричный рассказ Анджелины, а отчаянные всхлипы его подруги на заднем сидении. Парень не имел понятия, что он теперь скажет Джорджу. Лучше бы всё плохое сегодня произошло с Фредом, но никак не с Кэролайн. Она не заслужила, а он да. Это он оставил её одну. — Кэролайн, нам надо звонить в полицию, — сразу же сказала Анджелина, как только они приехали домой, и девушка кинулась в ванную. — Если ты… если ты помоешься, то никто не сможет доказать… — сестра не решалась произнести то слово. — Меня накачали наркотой, — из последних сил выдала Кэролайн, цепляясь тонкими пальцами за дверь. — Я не помню никого. Ни голосов, ни лиц, ничего. У Фреда всё внутри обрушилось, когда он понял, что их было несколько. — Мама приедет через пару минут. Давай подождем, — просила Анджелина. — Давай позвоним Джорджу. — Нет! — тут же вскрикнула девушка. Гермиона даже напугалась, отшатываясь назад. — Он… он не должен знать об этом, ясно? Пообещайте мне, — из последних сил говорила девушка. Было видно, что она уже не выдерживает. — Умоляю вас… — просила она. — Да, конечно, — выдала Гермиона, и все присутствующие, кроме Кэр, поняли, что она сделала это специально. — Ничего не было, ничего не случилось, — она уже разговаривала сама с собой. — Я просто схожу в ванную. — Я пойду с тобой, — смиренно сказала Анджелина. Она поняла, что сестра не хочет заявлять в полицию, а заставить её никто не смог бы. Тем более, если она и правда ничего не помнит, то смысла в этом нет. Кэролайн лишь слабо кивнула и зашла в ванную. Анджелина поджала губы, оглядывая ошарашенных и мокрых с головы до ног Фреда и Гермиону. — Встретьте маму и скажите, что мы здесь, — попросила девушка, прежде чем закрыть дверь. Кэролайн медленно сняла с себя одежду, оставляя её на кафельном полу. Анджелина попыталась скрыть эмоции, которые переполняли её, когда она смотрела на бледную кожу, покрытую красными пятнами, которые потом превратятся в синие и фиолетовые. — Я включу воду, — предложила старшая сестра, лишь бы только не глядеть на младшую. Кэролайн так и стояла, рассматривая свои плечи, руки и грудь. Всё помечено, всё грязное. Ванная наполнилась через десять минут, в течении которых в комнату уже успела ворваться миссис Джонсон. Мать пыталась уговорить дочку позвонить в полицию и заявить, но девушка была непреклонна. — Только попробуйте сделать это без меня, — еле слышно прошептала она. Фред успел краем глаза увидеть покалеченное тело девушки, когда миссис Джонсон выходила из ванной. И парня накрыло ужасом с головой. Он никогда не думал, что такое может произойти с кем-то из его родных или знакомых. А осознание того, что вина была на нем… Это убивало юношу. — Вы позвонили ему? — со слезами спросила миссис Джонсон. Фред знал, что она говорит об его брате. — Мы пообещали, что не скажем ему, — промямлил старший близнец. Он переглянулся с Гермионой, стоявшей подле него. — Я говорила это не серьезно, Фред, а, чтобы она успокоилась! — прошипела Грейнджер. — Доставай телефон и звони Джорджу! — потребовала девушка. Фред понял, что сейчас ему придется сказать брату худшие слова в его жизни.