От мира к миру

      — Это… д-дом Обито-сана?       Про себя думая, а не жирно ли одному Обито-сану жить в месте, куда поместился бы целый клан, Байс стояла с открытым ртом и рассматривала двор, находящийся сразу за аркой, секунду назад пропустившей её и клон Шизуне за высокую каменную ограду. На самом деле, первое впечатление оказалось обманчивым. Лишь придя в себя и осмотревшись, девушка поняла, что двор был намного меньше того, в котором жил клан Учиха раньше. На огороженной территории было всего три здания. Первое было самым большим и находилось в конце двора, прямо напротив арки. Судя по всему, там и жил бывший лидер Акацки. Домик слева был чуть меньше. На его дверях висел тяжёлый замок. Кажется, он был чем-то вроде запасного варианта или держался на случай… возрождения клана? Дом справа… А дом ли это? Быть может, здание, внутри которого есть тренировочная площадка, по типу той, что была у клана Хьюга? Вполне вероятно, что именно так.       Подняв голову, Шизуне оглядела небо. Оно начало темнеть. Был ещё ранний вечер, но в силу нынешнего времени года день и ночь сменялись соответственно. Выпустив струйку красиво улетучивающегося пара с лёгким выдохом, брюнетка опустила взгляд на стоящую перед ней девушку.       — Эрю, к сожалению, мне нужно идти. Давай я провожу тебя внутрь и…       Развернувшись к оказавшей ей большую услугу особе, Байс улыбнулась.       — Не беспокойтесь. Идите. Уж тут-то я точно разберусь сама.       Осмотрев девочку в последний раз, Шизуне неуверенно кивнула и, помедлив, передала ей в руки пакеты, что всё это время тащила сама.       — Здесь ещё немного еды, которую тебе приносили. На дне этого, — указав на один из пакетов, куноичи дополнила. — Лежат необходимые лекарства и сменные бинты. Не забывай обо всём этом. И лучше попроси Обито-сана помочь тебе, когда начнёшь менять повязку.       — Хорошо-хорошо. Большое спасибо!       Попрощавшись и проводив женщину взором, Эрю удовлетворённо, но вместе с тем тяжко выдохнула. Приходилось тщательно скрывать своё желание упасть прямо в снег и уснуть, чтобы не вернуться в стены госпиталя и не провести там ещё пару суток. Где-то глубоко внутри радость от побега из того скучного и тоскливого места так и бушевала.       «Надеюсь, Обито-сан уже вернулся…» — пронеслось у фиолетоволосой в мыслях, когда она ступила на крыльцо огромного дома. Заскрипевшее под ногами дерево заставило её поёжиться. Остановившись на первой ступени и оглянувшись по сторонам, Байс с растущим волнением в груди подметила, что здесь как-то тихо. Конечно, окраина деревни и всё прочее, но чтоб настолько… Подувший ветер смахнул с изогнутой крыши снег. Едва успев отскочить от него через оставшиеся ступени, Эрю облегчённо выдохнула. Было бы хорошо пойти внутрь прямо сейчас, что она и сделала, хотя желание осмотреться снаружи казалось ей куда более сильным.       Подойдя к раздвижной двери, девушка робко постучалась, представляя лицо Обито, когда он увидит её одну на пороге. Наверняка подумает, что она слиняла из госпиталя без спросу Пятой. Ответа долго не было, и Эрю заметила, что стала подмерзать. Более настойчиво попросившись внутрь, она поджала губы, теперь уж точно готовясь к выходу Учихи, но…       «Наверное, он до сих пор помогает восстановлению зданий вместе со всеми… Интересно… Итачи-сан вместе с ним?».       Мечта столкнуться с великим гением вырезанного клана в мирной обстановке, а не там, где за каждым поворотом грозит смерть, таилась внутри девушки изначально и усиливалась с каждым новым днём. Появившись в этом мире и сообразив, кто именно его обитатели, она в первую очередь подумала именно о том, как ей хотелось бы увидеть этого человека наяву. А после она и встретила его вместе с напарником, когда в Конохе, да и во всём этом мире, её ещё никто не знал. Вернее, не вспоминал, как ранее. С тех пор как её предположения о новом мире подтвердились, а желание попасть обратно в свой, где её ждали лишь убитые надежды и пустой дом, исчезло, она взяла с себя слово, что спасёт объект своего тайного воздыхания любыми силами. Ощущение нереальности событий пропало, а девушка поняла, что не хочет жить в печальных воспоминаниях. У неё была мотивация, были личные причины. Знания, упорство. В конце концов, была поставлена цель, к которой Байс уверенно пошла. А дальше… шаг за шагом, и из любимого героя и симпатичного мужчины Итачи превратился для неё в нечто большее. Чувства стали глубже по мере того, как она узнавала его настоящего, находясь в не таких уж и цепких лапах Акацки. Сильная симпатия переросла в бурлящую влюблённость и желание сделать всё, чтобы этот человек был счастлив… неважно, с ней или без неё. В конце концов, если Учиха найдёт симпатичную девушку в Конохе и женится на ней, Эрю всё равно будет рада. Ну, а ей в таком случае… будет куда податься. Тихий храм и обитатели Снежных Земель всегда ждут свою маленькую госпожу.       Ощущая нарастающую пустоту где-то в груди от всё больше и больше наваливающихся мыслей с угнетающим подтекстом, Эрю зацепилась пальцами за сёдзи, отодвигая их в сторону. Холод скользнул в тёплое помещение, покрыв полированный деревянный пол снежинками у самого порога. Ступив внутрь, Байс закрыла за собой дверь и обнаружила, что здесь совсем темно. Дом более походил на традиционный, а потому вопрос об освещении в первую очередь встал так: современное или же не совсем? Во мраке она могла разглядеть лишь стены и проходы между ними, а также силуэты некоторых крупных предметов, как, например, стойка для обуви. Пройдясь пальчиками по ближним у входа стенкам, но не найдя там никакого намёка на включатели, девушка гулко сглотнула.       — Обито-сан? — позвав своего нового опекуна, Эрю замерла, прислушиваясь, но в ответ прозвучало лишь тихое завывание ветра за входной дверью. Глаза постепенно привыкали к темноте, предметы обретали более чёткие очертания. Опустив пакеты с едой и медицинскими штучками на пол у входа, богиня сняла обувь и аккуратно поставила её на деревянную стойку. Выпрямляясь, она почувствовала, как рана неприятно напомнила о себе, неожиданно кольнув изнутри. Дёрнувшись и тихо ахнув, Байс прищурила один глаз. По ощущениям её состояние в самом деле было ужасным, хоть она и не видела себя в зеркало и не могла сказать, действительно ли она похожа на ходячее приведение. Вместе с вечером пришла слабость и головокружение, а ранение заныло, разнося нотки этого угнетающего чувства по всему девичьему корпусу. Особенно сильно отдавало в грудь и солнечное сплетение. Ходить при таком самочувствии было глупым делом, но… Эрю чем-то походила на Узумаки своей манерой строить из себя крепкий орешек.       — О-оби-ито-о-са-ан, — скорее напевая, чем просто произнося имя хозяина дома, Байс, наконец, осмелилась пройти дальше прихожей.       Внутри дом был достаточно просторным. Как и снаружи, его дерево было тёмно-коричневым, что приятно смешивалось с использованной для сёдзи бежеватой бумагой. Пространство отдельной прихожей было небольшим: по бокам комнаты находились углубления в стенах, где в узких, обложенных круглыми камнями желобах располагались растения, а на полочках сверху покоились некоторые другие прелести домашнего декора, такие как чаши, вазы и горшочки. Сразу же за прихожей, пройдя через небольшую арку из внутренних перегородок, можно было оказаться в гостиной. В центре её находился невысокий трёхместный, опять же, тёмно-коричневый диван, а перед ним — огороженный железным бортиком очаг, который по виду строители максимально пытались приблизить к более-менее современным каминам. По углам гостиной были расставлены горшки с разнообразными крупными цветами. Их было не так много, но слишком пустые места в комнате они скрывали идеально. Если от входа взглянуть налево, то у стены, прямо посередине, можно увидеть небольшой шкаф с раздвижными дверцами. По бокам от него две стойки со множеством полок, куда, скорее всего, можно поставить какие-нибудь статуэтки, мелкие картинки или, к примеру, прах погибших родственников. Но последнее для Байс было слишком… Прямо от входа, в стене, располагалась очередная токонома — своеобразная ниша, внутри которой висел какой-то свиток. Посмотрев вправо, можно было увидеть арку в стене, ведущую на кухню. Кухня же была достаточно примитивна. Обычные тумбы, холодильник, плита — всё это находилось в правой части помещения. Слева же, перед самым входом, располагался невысокий стол и разложенные вокруг него дзабутоны. Таковых было четыре штуки, но в углу помещения Эрю рассмотрела ещё целую стопку.       Сквозь сумрак изучив, по крайней мере, общее строение кухни, богиня вернулась в гостиную, а после, не найдя никаких проходов более, прошла в прихожую. В противоположной от кухни стороне, то есть в левой части дома, оказался длинный узкий коридор. В темноте было невозможно заметить раздвижные стены, а потому Байс пришлось прислонить к их бумажной поверхности ладонь и искать таковые самостоятельно по мере продвижения вперёд. Комнат оказалось четыре. Внутри каждой была напольная постель — футон, — тумба, шкаф для вещей, несколько дзабутонов, небольшой столик с замысловатым узором и выход на веранду за отодвигающейся дверью. Рассмотрев каждое помещение и придя к выводу, что, в принципе, все они похожи, Байс закрыла дверь последней. Дойдя до конца коридора, божество прищурилось. Кажется, здесь тоже дверь. Осторожно толкнув ту в сторону, Эрю оказалась перед очередным выходом на веранду. Холод снова ударил в лицо. На улице, однако, было светлее, чем внутри дома. Выйдя из помещения, девушка внимательно оглядела небольшую площадь со странными высокими сугробами. Спустя несколько мгновений до неё дошло — здесь находится сад. Просто ныне он скрыт в сладких объятиях зимнего сна. Приятно удивившись тому, что дом был настолько интересным для изучения, как и для проживания в принципе, Эрю вернулась обратно.       «Та-ак… А где здесь туалет и ванная комната?».       Уборная нашлась быстро. Она располагалась в начале длинного коридора. И как Эрю сразу не нащупала дверь? Как оказалось чуть позже, между туалетом и первой комнатой тоже было небольшое помещение — что-то вроде узкой кладовой. Правильно, зачем слышать через тонкую стену, как кто-то делает свои «великие дела»? Было логично отделить спальни от укромного местечка!       В кладовой было много каких-то ящиков, непонятных тяжёлых предметов, стоек для оружия и прочего хлама. Не особо увлекаясь всеми этими штуками, девушка закрыла дверь. Ещё не хватало, чтобы ей там на голову чего свалилось!       «Интересно… а что же с ванной?».       Сколько бы ни рыскала богиня по дому, но ванная или хотя бы душевая так и не нашлась. Не понимая, как такое может быть, Эрю в очередной раз прощупывала стены на кухне на наличие включателей света или же раздвижной двери, перед тем пройдясь по всем остальным помещениям. Не найдя никаких проходов, она, наконец, опустила руки и устало вздохнула. По лбу что-то скользнуло и капнуло вдоль щеки вниз. Нахмурившись, девчушка приложила пальцы к коже, обнаружив, что всё её лицо покрыто холодным потом. Вот и добегались…       «Где же Обито-сан пропадает? Поздновато для ремонта домов… — скуксившись и перетерев пальчики между собой, спросила про себя юная барышня. — Чёрт… Надо хотя бы найти, где включается свет, не могу больше бродить в темноте!» — до сего момента придавая внимание лишь огромному числу комнат, что для жилья одинокого мужчины было несколько странным, Эрю, наконец, сообразила, что были вопросы и посерьёзнее. Сумрак, в котором она ориентировалась как самый настоящий ночной зверёк, ныне сыграл роль на слабом зрительном аппарате, который подал сигнал о том, что очень скоро девушка получит своё и свалится где-нибудь без сознания. Кроме того, что глаза и так были излишне напряжены, им становилось всё труднее различать простой мрак от помутнения сознания. А это дополнительное напряжение. А это начинающая гудеть сильнее прежнего голова.       Решив вернуться в прихожую и всё же найти в стенах выключатель, девушка развернулась, подходя к выходу из кухни, как вдруг услышала какой-то шорох, затихший мгновенно после её остановки. С замирающим сердцем выглянув из-за угла, Байс попыталась разглядеть объект внезапного шума в темноте, но всё казалось неподвижным и безобидным.       «П-показалось? Может… Обито-сан вернулся? Наверное, стоит предупредить его, что я здесь…».       Уже было раскрыв рот, девушка вздрогнула и на носочках отскочила поглубже в кухонное помещение, когда совсем близко раздался мерзкий скрип деревянного пола. Почему бы хозяину, вошедшему в дом, сначала не включить свет? Быть может… это не хозяин вовсе?       «Божечки! А вдруг… это Зетсу! Наверное, он пронюхал обо всём, и теперь мне… Он меня…».       Представления об уходящих вверх, к потолку, страшных отростках, похожих на какое-то хищное растение, да ещё и в темноте, сыграли свою роль. И ведь не так страшен был сам Куро или его иная сторона, сколько пугала одна мысль, одно лишь видение перед глазами его угрожающего силуэта. Прижавшись спиной к углу кухонной мебели, Эрю затаила дыхание, стараясь не спускать взгляда со входа, через который, казалось, вот-вот кто-то войдёт. Ноги были напряжены и предательски тряслись вместе с верхними конечностями. Сердце билось так сильно, отдаваясь гулким эхом в ушах, что Байс казалось — оно может помешать ей уловить на слух что-нибудь важное. Понимая, что её дыхание слишком сбивчивое и громкое, она прижала холодную ладонь к губам, на секунду зажмурив глаза и постаравшись успокоиться.       «Страшно… Почему мне так страшно? Я не готова умирать после того, как узнала, что Он жив… В этом причина? Это же… дом Обито-сана… И мой новый дом тоже, моя обитель… Я в Конохе… Я дома! Должна ли я бояться в собственном доме?!..».       Чувствуя, как к векам подбирается влага, богиня зажмурилась сильнее, прогоняя плаксивые эмоции. Наверное, организм на фоне своего ничтожного положения просто подавал признаки беспокойства за самого себя. Но панику нужно было прогонять всеми возможными методами. Несмотря ни на какие ранения и слабость, она выживет, даже если кто-то из врагов и правда решил ступить на территорию этого дома. После всего, что случилось, она просто не позволит себе пасть под чьей-либо рукой!       Вдох. Выдох. Вдох… Медленнее — выдох. Вдох…       Осторожно сглотнув вставший поперёк горла комок, Байс медленно выдохнула и насильно подняла веки, убеждая себя в том, что всё ещё не так страшно, как могло бы быть. Однако открывшаяся ей картина говорила о реальности с точностью да наоборот. Увидев у входа фигуру, превосходившую её на голову или полторы, пусть и без тех самых страшных хищных отростков, Эрю сильнее вжалась в край мебели, от неожиданности даже рукой не удерживая девичий взвизг, чего хватило, чтобы силуэт подпрыгнул и, попятившись в сторону, споткнулся о низкий стол, едва не упав на него вовсе, но удержав равновесие. Байс не заметила, как оказалась на тумбе для готовки вместе с ногами, сжавшись в комок и пытаясь нащупать что-нибудь за спиной для самозащиты. Нож был бы очень кстати! Господи, да хотя бы вилка или ложка, чтобы прибить этого окаянного! Но, как назло, пространство подле было абсолютно пустым. Не отрывая взгляда от замершего человека, который почему-то склонил голову на бок, фиолетоволосая буквально врезалась спиной во встретившую её стену и обрывающимся голосом попыталась что-то произнести. Кажется, что-то угрожающее и уверенное, однако… с губ сорвались лишь какие-то обрывки, после чего девушка поняла, что паника всё же охватила её, взяв онемевший от страха язык в свои руки.       — Эрю, — мягко прозвучавший в темноте голос заставил дрожащее тело замереть. — Это ты? Саске, включи свет.       Яркая вспышка света тут же озарила всё вокруг. Байс зажмурила глаза, почувствовав острую боль под веками, и отвернула лицо. Ощущение безопасности не пришло к ней даже после того, как несколько секунд назад в помещении назвали имя её лучшего друга. Её не волновало, перед кем она выглядела настолько глупо, поддавшись инстинкту самосохранения… Она просто была не в себе, а пальцы всё так же судорожно искали, чем бы приложить вражину, когда тот сунет к ней грязненькие лапы!       Выглянувший вслед за своей рукой младший Учиха удивлённо вскинул брови, наблюдая за тем, как его брат двинулся к сидящему на тумбе комочку, а, подобравшись на достаточное расстояние, попытался ещё дотронуться до него. С судорожным вдохом дёрнувшись от ощущения тёплых пальцев на своём колене, Эрю распахнула глаза, медленно, плавными рывками, разворачивая голову к раздражителю, вырвавшему её из состояния шока. Она не сразу разглядела взволнованное лицо Итачи. Просто остановившись взглядом на его тёмных добрых глазах, девушка замерла, с тяжёлым сиплым дыханием глядя в одну и ту же точку.       — Саске…       — Да? — обеспокоенным голосом тут же ответил брюнет, замечая, как брат жестом выпроваживает его с кухни.       — Скорее расстели постель в её комнате.       Беспрекословно выполняя указания онии-сана, мститель исчез из помещения. Прижав ладонь к увиливающему от его перстов лбу, мужчина изумлённо ахнул и, схватив Байс под коленки, подтащил её к себе, поднимая с тумбы. Дрожащими руками находящаяся где-то за пределами сознания Эрю ухватилась за плащ на крепких плечах, со всхлипом опадая на мужское тело и закатывая глаза. Не понимая, как девочка оказалась здесь раньше, чем они зашли за ней в госпиталь, получив сообщение от Пятой, Учиха быстрым шагом направился вслед за младшим братом, преодолевая гостиную, прихожую и коридор в несколько секунд.       — Что с ней? — с прикрытым любопытством выдавил Саске, заканчивая с подготовкой постели в третьей по счёту комнате и отползая в сторону на коленях.       — Она вся горит, — сообщил бывший отступник, укладывая раскалённую донельзя особу на мягкий матрас и стягивая с неё накидку. Задравшийся у живота баклажанчика свитер открыл вид на забинтованную рану под ребром. Сощурившись, Итачи быстро поправил вещь, понимая, что дело сейчас вовсе не в самом порезе и лезть девушке под одежду чисто ради проверки на «всё ли в порядке» он точно не станет. По крайней мере, пока на это нет более веских причин.       — Разве мы не должны были забрать её из госпиталя вместе с Обито и Какаши после ужина?       — Я тоже так думал, — тихо подметил мужчина, закутывая трясущееся тело в одеяло, отчего бедняжка превратилась в бледнолицую гусеничку, почти до самого носа скрытую в тёплых тканях.       — Ну и запаковал, — пробурчал себе под нос Саске, глядя на подобие кокона и лишь потом обращая внимание на то, что брат куда-то исчез. Заметив сверкнувшие за раздвижными дверьми пятки, юноша поспешил подняться и направиться следом, однако уже у входа врезался в вернувшегося Итачи и с отчего-то покрасневшими щеками уселся обратно, где был.       — Что это?       — Думаю, так просто из госпиталя её бы не выпустили, — размышлял брюнет, усаживаясь перед девочкой на колени и забираясь рукой в один из принесённых ею пакетов, что нашёл в прихожей. На самом деле, ему было непонятно, как её выпустили оттуда вообще. При таком состоянии пациента доктора должны были запихнуть его в постель сразу же, как только нашли на ногах. Быть может, днём она чувствовала себя чуть лучше?       Не ошибившись в домыслах, Учиха обнаружил на дне второго пакета медикаменты. Попросив младшего наследника клана перечитать все надписи на склянках и поняв, что именно нужно Эрю сейчас, он выскочил из комнаты снова. В прихожей раздался шорох, а после голос вернувшегося ученика Четвёртого.       — Что случилось?.. Эрю??? Вот, возьми это… Да, конечно…       Отрывками улавливая короткую беседу между старшими членами семьи, Саске внимательно рассматривал доступное его взгляду лицо Байс. Сейчас он жалел, что не убил тогда Данзо, оставляя его на план руководства деревни в полуживом состоянии. Правда… вряд ли состояние Эрю чем-то отличалось бы от нынешнего, будь Шимура хоть жив, хоть мёртв. Заметив торчащие из-под плотной ткани белые носочки, юноша бережно натянул на них одеяло, краем глаза замечая заходящего в комнату брата, а следом за ним и Обито.       — Ничего не понимаю, — грозно выкинул последний. — Она ведь должна была быть в госпитале. Кто позволил ей уйти оттуда без сопровождения?!       — Быть может, оно и было, — спокойно предположил Итачи, подкладывая ладонь под голову девушки и приподнимая её над подушкой. Осторожно прислонив край принесённого им стакана с антибиотиком к белёсым губам, мужчина наклонил сосуд, медленно вливая его содержимое между ними. Заметив, как Байс среагировала, поморщив носик сквозь беспамятное состояние, он облегчённо выдохнул и улыбнулся. В полной тишине споив ходячей катастрофе всю дозу необходимого лекарства, Учиха выпрямился и опустил стакан рядом с собой на пол.       — Присмотри за ней, — раздался голос Обито позади, и гений клана едва заметно кивнул. — Саске, идём. Предупредишь госпожу Тсунаде, что Эрю у нас. А мне нужно будет забежать ещё кое-куда.       Проводив двоих за двери и получив пару взрослых советов от «дяди», коим и без прямых родственных связей они с братом начинали считать этого человека, Итачи вернулся в комнату, опустившись рядом с футоном и прищурившись. Размытый образ девушки мог лишь в цветах передать ему её состояние. Кожа была не такой, какой он видел её, когда девочка была здорова и скакала рядом с его напарником, думая, как бы того подцепить.       — Дурочка, кто расхаживает в таком состоянии?.. — шепнул обладатель шарингана, протягивая руку и прижимая ладонь к горячему лицу Эрю. На секунду он заметил за собой смущение, но после обратил внимание на более важные сейчас вещи, чем мягкость девичьих щёчек. Её кожа была полностью пропитана влагой, а под самой его ладонью ощущалась дрожь. Позабыв про всё на свете, когда Байс неожиданно зашевелилась и, повернув голову, уткнулась носом в его руку, при этом как-то томно и протяжно вздохнув, Учиха покраснел, волнующимся взглядом забегав по сторонам. Скатившаяся во впадину между пальцев капля вернула сознание к серьёзным мыслям.       Нахмурившись, мужчина поднялся и вышел из комнаты, возвращаясь в неё уже с глубокой чашей, на дне которой плавала махровая тряпочка. Опустившись рядом с юным тельцем, вновь зашевелившимся при его приходе, брюнет замер, а когда Байс закончила с недовольными от жара выкрутасами, осторожно подался вперёд, пытаясь разглядеть черты её лица. Девушка спала, как и ожидалось. Видимо, её сон был неспокойным из-за болезни или по каким-либо ещё причинам, о которых он не ведал.       Пару раз несильно отжав тряпку в тёплой воде, Итачи очистил лицо Эрю от выступившего пота и, подоткнув одеяло, вышел из комнаты. Дверь он прикрыл, предварительно выключив свет. Дойдя до кухни, бывший отступник принялся споласкивать посуду, которую использовал для разведения медикаментов и смачивания тряпки. Примерно после второго сосуда, вымытого отчего-то куда менее спешными движениями губки, мужская спина заметно напряглась. На руке, в самом центре ладони, вновь появилось ощущение слабого горячего дыхания, и мужчина поёжился, тряхнув головой.       Он чувствует её. Не оставляет без внимания каждое её движение. Впервые он сталкивается с подобным, глядя не на младшего брата, о котором заботился все эти годы, а на…       Прикрыв глаза, брюнет глубоко вдохнул, чувствуя, как поднимается его грудь, а после выдохнул и продолжил мытьё посуды. В его голове вспыли моменты из прошлого. На сей раз он не стал их отгонять, пытаясь разобраться в ощущениях, которые, впрочем, и так были ему ясны.       Он помнил, как забавляла его эта особа, когда находилась рядом с ним и Хошигаки в первый её визит в лапы Акацки. Тогда она была младше. Её детский задор одновременно радовал и доставлял много хлопот. Она не стеснялась подшучивать над Кисаме, зная, что тот может прибить её одним ударом руки, а также вела себя довольно смело по отношению к человеку, который вырезал собственный клан, пусть и не по своей воле, о чём она, как оказалось, знала. И всё же! Порой ему казалось, что эта девчушка совсем ничего не боится, хоть он раскусил своеобразный способ её самозащиты, когда оставались считанные часы до встречи с их лидером. Тогда Итачи почувствовал всю хрупкость и нежность девичьего сердца. Её жесты, мимика, вздрагивания от всего, что возникало внезапно. За считанные мгновения он понял, как ей было тяжело, но как ловко она это скрывала, чем-то напоминая его самого. Была ли она такой же, как он, или лишь копировала его, как достойный, по её мнению, пример? Теперь-то он знал наверняка: она смотрела на него как на кумира и наставника. Как на героя… Одновременно имея и противоположное положительному мнение о его характере и повадках.       Губы молодого мужчины сомкнулись плотнее. Он с трудом сдержал ухмылку, вспомнив, как его попытались построить перед встречей с Саске. Пропустив смешок, он замер.       В Эрю жил ярый пацифист, ласковый лучик света. Вот только… Учиха был гением с раннего детства, а после опытным преступником S-класса, способным постоять за себя в любой ситуации, а она всего лишь девчушкой, едва ступившей в мир, где ей пришлось взять в руки оружие. Ведь она тогда совсем ничего не помнила о своей прошлой жизни в шкурке ледяного бога. Она была слишком мягкой и доброй, тонкой и изящной, хотя всеми силами старалась показать обратное, строя опытного и сильного шиноби во всей его красе. Нет… Она не для мира, где за каждым углом её ждала смертельная опасность. Это был его взгляд на реальность. Итачи с умиротворением наблюдал бы за ней, поливающей цветы в саду, гуляющей по улицам деревни, но не в бою. Не в сражениях. Не на поле, где один из двух всегда расставался с жизнью. Видеть, как прекрасный нежный цветок губит пыль от развернувшейся битвы? Нет. Но… почему эти мысли снова засели у него в голове и почему он так сильно об этом переживал? Раньше лишь угрозы жизни маленького братика заставляли его сердце до боли сжиматься и вставать на защиту того. Теперь же эта ответственность и… желание… поползли куда-то в сторону.       За последние дни, что он тайно наблюдал за ней из-за всяческих засад, Итачи понял, что Эрю кардинально поменялась за те три года, что прошли для неё в дружелюбном обществе монахов из её родного храма. В первую встречу этого не было заметно, она вела себя довольно привычно и, как всегда, разбавляла их с напарником угрюмые дни своим весельем. Однако стоило ему застать её одну… он увидел совсем другую особу. Её серьёзность порой сбивалась шутками, которые она бросала сама себе для избавления от уныния, однако это не всегда помогало убрать страх и настороженность с её лица. Лишь сейчас он понял, каково это было для неё… Знать обо всём, но не понимать, что с такими знаниями делать можно, а чего нельзя. Каждый её шаг, грозящий провалом и людскими смертями, совершался с крайней осторожностью, с невероятно долгими обдумываниями возможных последствий и руганью в сторону самой себя.       Мужчина вновь насмешливо ухмыльнулся. Он вдруг заметил, что уже не первую минуту стоит перед бьющей в металлическое покрытие водной струёй, что лишь поспособствовала своим видом его уходу вглубь самых сокровенных мыслей.       «Она… так сильно беспокоит меня… Но с каких пор?» — Итачи не был против возникающих в нём чувств, ему лишь было непонятно, когда его поглощённое тьмой сердце вдруг успело оттаять и без его ведома нацелиться на вечно появляющуюся у него под носом фиолетоволосую девушку.       Ему было страшно. Он впервые познал чувство, которое разрывало его на части от понимания, что рядом с ним всё лишь гибнет и страдает. По крайней мере, так было всегда до нынешнего времени. Его товарищи… его семья… Да даже несколько дней назад! Он едва не потерял человечка, которого хотел спасти! Стоило ему лишь на короткое время отвлечься, как она уже куда-то ускользнула и попала в лапы того мерзавца, что первым подал команду на уничтожение клана Учиха.       «Я должен перестать думать об этом. Саске о ней позаботится».       О да, Итачи не мог не заметить, что младший брат уже давно положил глаз на его маленькую спасительницу. Это было особенно видно, когда они беседовали один на один, обсуждая планы по её защите в тюрьме, и Саске с уверенностью вызывался на каждый отдельный шаг, забывая про то, что его старший брат тоже занялся этим не просто так и вполне может разделить с ним работу.       С бесстрастным выражением лица Учиха сложил чистую посуду на сушилку, выключил кран и вытер руки о полотенце. Развернувшись, он сделал пару шагов в сторону гостиной, как вдруг замер.       — Кто-нибудь..? Обито-сан, вы дома?       Расслышав слабый голос, мужчина стиснул зубы, медленно доходя до комнаты и беззвучно замирая прямо перед входом так, что его нельзя было заметить. Кажется, она забыла, что увидела его и Саске на кухне перед тем, как потеряла сознание. Дёрнувшись от тихого, но весьма хриплого кашля, он уловил на слух шорох одеяла, подтверждающий, что девушка проснулась. После всех мыслей, что окутали его на кухне, ему было больно видеть её. Он не отступится и будет защищать её дальше, но… нужно избавиться от постоянного желания находиться рядом. Вдруг это навредит ей в будущем? Никакие слова Третьего не могли полностью обеспечить его защиту в стенах родной деревни после всего, что случилось. Ему было всё равно на это, но не всё равно на то, что привязанных к нему людей могут счесть за его слабости.       — Э… Эрю…       Он не заметил, как на раздвижной двери появились тоненькие пальчики, а после и как их хозяйка возникла в коридоре, отодвинув тяжёлую в её состоянии заслонку в сторону. Оцепенев при очередном повороте головы, Эрю встретилась взглядом с широко раскрытыми чёрными глазами, обрамлёнными тёмными ресницами, что подчёркивали выразительность тех. Ещё не разглядев всего лица, она сразу же поняла, кто перед ней стоит, и на её веках выступили капли слёз. Заметив это, Учиха было открыл рот, но осёкся, заметив под носом и на одежде девушки пятна крови.       — Итачи-сан… — уголки её губ дрогнули. — Я так рада… — Байс прикрыла веки, издала облегчённый вздох, а после робко улыбнулась, кажется, в попытке сдержать куда более сильные эмоции. Засмущавшись от столь неожиданной и теперь уже вполне осознанной встречи, девушка приподняла ладонь, прислонив пальцы ко рту, но в ту же секунду отвела их, с изумлением уставившись на оставшийся на коже кровавый отпечаток. Округлившиеся глаза стали ещё больше, когда мужчина неожиданно оказался рядом и бесцеремонно подхватил её на руки.       «Что происходит… — для только что очнувшейся Эрю, у которой всё плыло перед глазами, было непонятно, почему её бесподобный Итачи-сан вдруг стал таким серьёзным. Нет, конечно, он и раньше был таким, но… это была не та серьёзность, какую она привыкла видеть. Добавившаяся резкость в его движениях и вовсе её пугала. За долю секунды снова оказавшись в постели при включённом непонятно когда свете, Байс приподнялась на локтях, пытаясь вновь сфокусировать зрение на любимом лице. — Почему у него такое холодное выражение?..».       Быстро вернув непослушную девицу на мягкий матрас, Учиха, сохраняя данное себе слово, с ледяным взглядом принялся укутывать её в одеяло, куда она, казалось, абсолютно не хотела возвращаться. Сузив веки, он грубо выдохнул, хватая её под локти и заставляя полностью лечь.       — Тебе говорили, что нужен постельный режим?       — Д-да. Тсунаде-сама…       — Так почему ты снова на ногах? — не давая девочке договорить, Итачи накрыл её плечи одеялом и прижал им, уперевшись руками по бокам и нависнув сверху. Задержавшись в таком положении, он потянулся ладонью к своему поясу и, нащупав там чистый синий платок, припечатал его к нижней части лица богини, дабы хоть немного вместе с помощью скрыть приятную ему мордашку от взгляда. Заметив, как Байс поспешно выволакивает лапки из-под распластавшего её по матрасу одеяла и перехватывает у него вещицу, он чуть отпрянул, но далеко не ушёл. — Саске пришлось идти в больницу, чтобы предупредить Хокаге о твоём присутствии здесь. Обито, видимо, отправился к Какаши, чтобы у того не случилось сердечного приступа от твоей пропажи.       Привычным для своей прошлой жизни сдержанным тоном он выдавливал одну фразу за другой, видя, как жертва его замысла всё больше краснеет от смущения и вжимается в матрас.       — П-простите, конечно, но Тсунаде-сама должна быть в курсе, что я здесь… Меня ведь Шизуне-сан проводила. Если бы Какаши-сан пришёл в госпиталь, ему бы сообщили, что я у Обито-сана.       Чувствуя провал, Учиха отстранился и лишь сейчас заметил, что и одеяло бедняжки пропиталось парой капель её крови.       «Что я творю?..» — пронеслось осуждение у него в голове, и он принялся с отвлечением собирать тёплую ткань в руки, чтобы сменить её.       — Итачи-сан…       Замирая от позвавшего его голоса, Учиха поднял голову и вдруг ощутил, как тонкие девичьи руки обнимают его за пояс. Когда она успела сесть? Вот так теперь работает его бдительность рядом с ней?.. Не смея двигаться, когда объект его беспокойств, наконец, принял статичную позу и прикрыл глаза, уложив голову на его груди, мужчина ровно выдохнул, не позволяя себе показа чувств и эмоций.       — Пожалуйста, дайте мне одну минуту и… п-простите за это. Я просто безумно рада, что вы живы. И я даже не разозлилась, когда поняла, что вы с Саске обманули меня! Не понимаю, когда он успел… Мне кажется… — богиня сделала паузу, следом за которой с её уст сорвался какой-то жалобный смешок. — Мы с ним подерёмся, когда я окончательно приду в себя, так что… держите меня семеро… — кажется, на какое-то время Байс задержала дыхание. Переизбыток её эмоций ощущался всеми клеточками тела, но Итачи и не думал пошевелиться. Слишком ценен и для него был этот момент. Наконец, она гулко вдохнула воздух и… нет. На секунду отстранилась, повернула голову в другую сторону и с новой силой впечаталась в него, пытаясь сдавить в своих ручонках. — Кажется, вы в прекрасных отношениях и уже давно работаете сообща. Что может быть лучше этого…       Последние слова Байс прозвучали едва слышно, словно она спрашивала об этом саму себя. Её речь и до этого была очень тихой, местами обрывистой и дрожащей, но последняя фраза, несмотря на её беззвучность, особенно врезалась в слух. Глядя в стену напротив, Итачи не шевелился, боясь спугнуть ту умиротворённость и радость на лице девушки, которая там возникла. Осторожно подняв руку, он неуверенно повёл её в сторону хрупкой спины, но остановился, вспоминая об опасениях, и сжал пальцы в кулак, опуская тяжёлые веки.       «Я не должен».       — У вас так сильно бьётся сердце…       Смутившись аж до покалывающих мурашек, Учиха нахмурился и, мягко прикоснувшись к девичьим плечам, отстранил Эрю от себя, внимательным и несколько строгим взглядом заглянув в её уставшие тёмные глаза. Вопросительно приподняв брови, фиолетоволосая вдруг подумала, что переборщила, однако, в силу её состояния, румянец постеснялся вскакивать на бледных щеках.       — Я хотел бы отплатить тебе за всё, что ты сделала для нас с Саске… И не только для нас, но и для всей деревни. Но нет ничего, что могло бы в полной мере выразить мою благодарность. Всё, что я и Саске можем делать, это присматривать за тобой, оберегать от опасностей в ответ.       — Мне этого не нужно, не забивайте голову, — улыбнулась девушка, чувствуя неловкость от слов мужчины и увиливая взглядом от его пристального взора.       — Переоденься, я принесу другое одеяло.       Поднявшись, Учиха отошёл к шкафу, роясь в нём в поисках чистой одежды. Проследив за ним, Эрю вдруг заметила фигуру у входа, а когда поняла, что это Саске, ойкнула, догадываясь, что он наблюдал за ними всё это время. Среагировав на голос девушки, Итачи выпрямился, держа в руках найденный комплект одежды и разворачиваясь к Байс. Проследив за её взглядом, а после заметив братца, что с каменным лицом пялился на бледнолицую красавицу, брюнет закрыл дверцы мебели и положил одежду подле футона.       — Вы быстро вернулись.       — Вернулся только я, — небрежно бросил юноша, заходя в комнату и подозрительным взглядом прожигая брата.       — Отлично, поможешь мне с кое-чем, — не обращая внимания на недовольство младшего, однако догадываясь, с чего вдруг тот столь сильно напрягся, Итачи едва сдержал улыбку, чтобы не показать своей забавы двоим. Собрав одеяло с ног девушки, он вышел из комнаты, а вернулся в неё уже с другим, чистым. Оставив его у края матраса, брюнет кивнул брату на выход и поспешил удалиться. В полном молчании проследив за старшим обладателем шарингана, что с невозмутимым лицом совершил все эти манипуляции, Саске тихо фыркнул.       — Саске?.. — заметив взгляд богини на себе, юноша вернул доброжелательность на лицо. — Рада, что с вами двумя всё хорошо, правда… как хочешь, а от пинков, когда я выздоровлю, не отделаешься, — видя, что мститель уже собрался ей что-то ответить, Байс поспешно добавила. — Обито-сан скоро вернётся? Мне бы кое-что с ним обсудить… — почему-то с младшим Учихой Эрю было намного легче вести самые обычные разговоры, хотя тот наверняка ждал от неё чего-то более чувственного, пусть и давно знал, что её сердце уже кем-то занято. В его же голове вновь промелькнула колкая мыслишка, когда он стал свидетелем того, с какой нежностью, осторожностью и вместе с тем пылкостью Байс обнимала его брата, но, списав всё на привычное пускание соплей, к которому были склонны многие девчонки, он лишь отбросил навязчивое представление в сторону, как и сделал это в тот, предыдущий раз, отпустив возлюбленную с синекожим гигантом.       — Я не знаю, — неторопливым шагом подойдя к Байс, брюнет опустился перед ней на корточки, с заинтересованностью заглядывая в её глаза и усмехаясь, когда те напряжённо уставились на него в ответ. — Поправляйся. И зови, если что, не расхаживай в таком состоянии сама… Порой возникает чувство, что из всей Седьмой команды только у тебя не было иммунитета к слабоумию Наруто, — успев увильнуть от желавшей шлёпнуть его руки, Учиха с блаженным выражением на лице выпрямился и отправился следом за старшим братом, по пути слушая тихие колкие фразочки, прилетающие в его спину, и самодовольно ухмыляясь.