От мира к миру

      Утро следующего дня выдалось для Эрю не самым приятным. Возможно, из-за того, что на улице резко потеплело, она чувствовала себя нехорошо, а быть может, сказывались и вчерашние похождения по открытому воздуху за непонятным человеком, притворившимся дядюшкой Обито. С самого пробуждения девушке показалось, что у неё есть температура. Ощущения были словно во сне: голова была лёгкой, но одновременно побаливала в области лба и теменных бугров. Озноб также беспокоил её хрупкое тельце, а потому Байс сидела за столиком у своей кровати, укутавшись в одеяло и пуская сопельки в тонкий носовой платок. Подобное состояние досаждало, однако вспомнившая про очередную, на сей раз «внутреннюю», если можно так выразиться, угрозу близким Эрю была полна энергии.       Угроза представляла собой печать на сердце Обито, которую ему оставил тот, кто послужил бы очень опасной фигурой в Четвёртой Мировой Войне. Учиха Мадара до сих пор имел возможность воскреснуть, и уж с этим представителем великого клана Эрю точно не хотела бы завязывать знакомство. Почему-то мужчина пугал её, хотя Байс и понимала, что он тоже лишь очередная жертва неверно преподнесённой врагом истории.       Перед божеством лежала тонкая бумага с несколькими перечёркнутыми записями, расположенными на листе достаточно хаотично. В ладони покоилась небольшая чернильная ручка, второй же рукой Эрю подпёрла щёку и в такой позе долго сидела в глубочайших размышлениях насчёт решения проблемы. Время было ранним, солнце только-только поднялось над горизонтом и уронило лучи на стены дома, отчего сквозь те просочился лёгкий матовый свет. Одинокую лампу, стоящую на углу стола, было решено погасить. Обычно девушка не просыпалась настолько рано, в былом мире она вообще любила подремать лишний часик, а то и два. Однако ныне биологические часы работали на «ура», отключая подзарядку организма ровно с восходом утренней звезды.       Когда в лобной части головы в очередной раз раздалась глухая пульсирующая боль, Байс выпрямилась и поморщилась, при этом отодвинув пальцами лист от себя к центру стола. Глубоко вздохнув, она подняла руки и принялась потягиваться, в какой-то момент отвлекаясь от приятного занятия и поворачиваясь в сторону дверей, что были позади.       — Доброе утро, Эрю-тян, — тихонько поприветствовал её дружелюбный голос сонного мужчины. — Услышал шелест бумаги и решил, что ты не спишь, — несколько секунд Обито улыбался, а после сделал шаг в комнату, направляясь в сторону сидящей на дзабутоне девушки. — Ты что-то пишешь?       — Э-э… это, — схватив чистый лист из небольшой стопки на краю стола, Эрю поспешно накрыла им записи и налегла сверху локтями для пущей безопасности. — Секрет.       — Секрет? — остановившись в паре шагов от фиолетоволосой, бывший лидер Акацки задумчиво промычал, почёсывая затылок, а после усмехнулся и скрестил руки на груди. — Что ещё за секрет?       — Ну-у, я… Это сюрприз! Будет неинтересно, если узнаете о нём сейчас, — наигранно улыбнувшись, Байс проследила за реакцией Обито, а когда поняла, что всё прошло, как надо, облегчённо выдохнула.       — Что ж… — наклонившись, мужчина опустил ладонь на голову девочки и заботливо погладил ту по волосам, словно отец. — Буду ждать сюрприза. Кстати, сегодня зайдёт Какаши. Сказал, что хочет видеть тебя, — заметив, как засияли от радости глаза его подопечной, Учиха улыбнулся, будучи довольным, что новость её порадовала. Ведь только вчера он наговорил ей всякого про пробравшегося в их дом Анбу, которого они поймали ровно в тот момент, когда он едва не отравил их еду. Нужно же было как-то прикрыть кое-кого. — Я приготовлю завтрак. Саске тоже уже встал. Подходите к столу через, хм… Двадцать-тридцать минут, — выпрямившись, Обито развернулся в сторону коридора, но остановился на полушаге.       — Я поем позже. Аппетит ещё не проснулся.       — Ты и вчера вечером толком не поела. Плохо себя чувствуешь?       — Наверное, простудилась немного, — Эрю было стыдно, что она так сильно разболелась. То рана, то ещё какая-то напасть, которую она сама себе нагуляла. Раз за разом она доставляла клану Учиха проблемы, от которых его члены, к счастью, не отворачивались.       — Несоблюдение постельного режима несёт за собой последствия. О которых ты, кстати сказать, знала, — на строгой и поучительной ноте подметил Обито, подходя к раздвижной двери и ступая в коридор. — Не забудь выпить лекарство.       Проводив темноволосого мужчину лёгкой улыбкой, что была вызвана его воспитательными речами, Эрю покачала головой и вновь уставилась на лист, предварительно открыв его взгляду.       «Что же нам делать с вашей печатью на сердце, Обито-сан? Я совсем мало помню о ней… Знания о будущем, что ждёт нас, уже не такие, как были у меня до этого. Я даже не помню, по какому принципу эта штука работает, и это страшнее всего! Странно, что до сих пор она никак не отреагировала на ваши нынешние дела по отношению к Конохе. Плохое у меня предчувствие… Кажется, может произойти что-то ужасное в самый неподходящий момент. Мы не можем использовать Райкири Какаши-сана, это слишком опасно для жизни. И не можем открыто заявлять о том, что печать необходимо устранить, иначе она может сработать… — нахмурившись, Байс, наконец, сделала первую логичную запись на исчёрканном листочке. — Думаю, что помочь здесь могут только Тсунаде-сама и Какаши-сан при очень слаженной работе. Но для этого нужно каким-то образом… отключить сознание Обито-сана…».       Наверняка и сам Обито знал, что перед тем, как напасть на Зетсу, ему нужно поработать над собой. Иначе же он просто станет пешкой этого чёрного существа, будучи не в силах противиться воле Мадары. Однако мужчина молчал об этом, и Эрю решила, что действовать она начнёт сама, несмотря на то, что вид у неё сейчас не самый лучший. Лезть на бывшего лидера преступной организации, когда он был ей союзником, с кулаками было очень дурной затеей, а отключать его с помощью своих техник — ещё более глупой. Болезнь и рана забирали большую часть сил. Да и вообще, девушка сомневалась, что такая мелочь, как она, может сделать что-либо этому высоченному и очень опытному в бою дяденьке. Единственным хорошим вариантом были женские хитрости. Сюда же входило использование алкоголя, которого сама Байс ни разу в жизни не пробовала, но знала, как эта вещь может быть эффективна…       Сделав заметку на листе около предыдущей записи, юная особа тихонько промычала, подставляя свободную ладонь ко рту и потирая над верхней губой пальцами.       «По-другому я с ним просто не справлюсь… Да… Определённо… — чувствуя себя несколько виноватой за такие коварные планы, девчушка насупилась и упала лицом в ладони, предварительно опустив пишущий предмет на поверхность стола. — Почему всё плохое просто не закончится? Как же уже хочется пожить спокойной жизнью!».       Окутавшая комнату тишина, казалось, усилила пульсирующую боль в голове, и Эрю крепче прижала ладони к глазам, стараясь притупить неприятные ощущения. Мысли в таком состоянии давались с трудом, а думать при нынешних обстоятельствах было жизненно необходимо. Они всё это время были в опасности прямо у себя дома, а Байс позволила себе расслабиться и забыть о таких мелких деталях в сюжете. Было очень страшно представить, как неожиданно воскресший Мадара может воспользоваться таким добрым и милым человеком, как Обито, манипулируя им. Тем более, при таком раскладе девушка была уверена, что нынешний глава Учих просто-напросто не останется в живых.       «Скорее бы поправиться. Своей вчерашней выходкой я лишь всё усугубила…» — тяжело выдохнув, Эрю убрала ладони от лица и слегка поморщилась, когда при её телодвижениях скрещенные в позе лотоса ступни неприятно заныли. Видимо, углубившись в мысли, она просидела так довольно долго, чего не заметила. Поджав губы и закрыв глаза от колющих ощущений, девочка попыталась выпрямить ноги и протиснуть их под столик.       — Божечки! — вырвалось у неё, когда, отводя руку за спину, дабы опереться ею о пол, она вдруг кого-то задела. Равновесие в тот же миг куда-то исчезло, и девушка, не найдя нужной опоры под пальчиками во время пересаживаний на пятую точку, да ещё и запутавшись ногами в одеяле, свалилась на колени сидящего подле человека, успев лишь немного развернуться. Неуклюже обхватив мужской пояс руками и натянув на нём одежду, Эрю тюкнулась носом о крепкий живот, скрытый под чуть мешковатой чёрной тканью.       — Обито-са-ан, вы же обещали, что подождёте! Зачем подглядываете? — жалобно, но с упрёком протянула девушка, чувствуя себя жутко неловко от такого нелепого падения и пытаясь скорее подняться. Наконец, найдя горизонтальную поверхность под ладонями, Эрю приподнялась, вскидывая голову и замирая от неожиданности увидеть абсолютно не того человека, которого она назвала. Несмотря на то, что чёрные глаза сейчас смотрели куда-то над ней, в сторону стола, Байс всё равно жутко раскраснелась, лишь теперь ощущая пальцы под своими плечами через одеяло и чувствуя, как те придерживают её над местом падения.       — Я позвал два раза, — тихо заверил бархатный голос, а заинтересованный взгляд его обладателя медленно упал на лицо юной особы. Заметив растерянный вид куноичи, Учиха наклонил голову вслед за собственным взором, будто бы пытаясь пристальнее вглядеться в картину перед собой, однако под изучающими её глазами богиня тут же выпрямилась, роняя слова извинений и отодвигаясь от сидящего слишком близко Итачи к столу.       — П-простите, я задумалась и не заметила, как вы вошли, — почти беззвучно пробурчав данную фразу, Эрю попыталась спрятать лицо и посмотрела куда-то в сторону, в пол. Каждое столкновение с объектом её воздыхания было настолько неожиданным, что девушка просто не успевала собраться с чувствами и мыслями, чтобы открыто не смущаться ни взглядов, ни его присутствия в целом.       — Обито сказал, что ты снова отказываешься принимать пищу, — продолжил мужчина, отклонившись в сторону. Лишь теперь, проследив за его движениями, Байс заметила принесённый в комнату маленький поднос, на котором стояла чашка с бульоном и горячий чай. — Это совсем лёгкий завтрак, попробуй, — осторожно переставив посуду на столик, рядом с бумагой, Учиха отодвинул поднос к кровати, а сам пересел на его место, но теперь уже в ту же позу, в которой недавно находилась девушка.       — А вы разве не… — замечая, как Итачи переводит вопросительный взгляд к ней, Эрю замялась, сжимая ткань от одеяла в руках, но закончила фразу, дабы не выдавать волнения. — Не собираетесь завтракать?       — Я уже поел, — коротко ответил обладатель шарингана и, оперевшись локтем о край стола, немного нагнулся, ловя скачущий туда-сюда взгляд тёмных глаз, которые спустя секунд десять всё же замерли, уставившись на него. Еле как выдерживая то, как смотрит на неё мужчина, девушка некоторое время сидела, словно статуя, а после, почти не дыша, прошептала:       — Что-то не так… Итачи-сан?       Вместо ответа брюнет протянул ладонь, от которой богиня попятилась, но далеко не ускользнула, угодив щёчкой прямо в тёплые пальцы, которые на сей раз почему-то показались ей прохладными. Задыхаясь от трепещущих ощущений в груди, Эрю крепче сдавила одеяло в руках, стараясь выглядеть как можно спокойнее и невозмутимее.       — И почему я не сомневался, что это случится с тобой? — обречённо вздохнув, Итачи прикрыл веки и покачал головой, а после поднял сползшее с девушки одеяло и накинул его ей на плечи. К счастью, на сей раз температура спасла болеющую особу, потому что в ином случае за свой румянец пришлось бы объясняться. — Расскажешь мне, что это? — вернув внимание к столу, Учиха облокотился о него обеими руками и ткнул пальцем в самые свежие записи на неприкрытом листе. Лишь сейчас осознав, что она забыла скрыть наброски от чужого взгляда, Эрю тихонько промычала, пытаясь подобрать слова, однако понимая, что на шероховатой бежевой бумаге и без этого всё чётко описано. Лукавить теперь вряд ли получится, потому что самый искусный лжец уже сидит рядом с ней. — Эрю… могу я взять с тебя слово, что отныне ты не будешь справляться со всем, что тебе известно, в одиночку? — по-доброму и даже, как показалось богине, с некой заботой задав вопрос, Итачи бросил в её сторону ожидающий взор. Наблюдая за тем, как Учиха переворачивает лист, но, не обнаруживая дальнейших или предыдущих записей, возвращает его в прежнее положение, Байс повторно пропускала через себя все те чувства, которые она испытала от его последних фраз. Беспокойство, с которым он обращался к ней, затрагивало даже самые маленькие клеточки в её организме, приводя их в дикое возбуждение. Самое забавное состояло в том, что ей до сих пор не верилось, что она не спит и всё это не сладкий сон, в котором ей удаётся разглядывать любимого и ранее опасного мужчину так близко. Вернувшийся к ней взгляд тёмных глаз лишь через пару мгновений привёл её в чувства, и она, смущаясь от его обеспокоенного вида над её рассеянностью и отстранённостью, наконец открыла рот, чтобы ответить.       — К-конечно. Я… — делая паузу, Эрю осторожно пересела на колени. С затаённым дыханием придвинувшись чуть ближе к мужчине, она указала пальцем на лист, в область с самой первой сохранившейся записью, где были просто расписаны её воспоминания. В этот момент было трудно сосредоточить мысли на деле. Девушка не впервые находилась так близко к Итачи, но её прошлые столкновения с ним были или в более младшем возрасте, или же в более кровожадной обстановке, где о чувствах можно было не вспоминать вообще, ибо тогда вопрос о спасении этого человека стоял превыше всяких тонкостей. Сейчас же он был в относительной безопасности, спасённый ею и младшим братом, вырванный из лап наиопаснейшей организации, в которую когда-то добровольно вступил. Они жили в одном доме. Ели с одного стола, спали едва ли не на одной кровати, разделённой всего лишь какой-то тонкой стеной. И… ныне она уже не знала всех его мыслей, не знала о его планах и взглядах на будущее. Видела его без масок, которые он был вынужден носить перед коллегами. Возможно, именно сейчас она видела его таким, каким он был бы, если бы вырос в окружении своей нетронутой семьи. Разве что, не так сильно была бы затронута его психика, и не было бы глубокого ранения в самую душу от сотворённых собственными руками вещей. — Вспомнила одну деталь, которая ранее просто выпала у меня из головы. В детстве, когда Обито-сан попал под каменный валун, его спас человек… Учиха Мадара, — робко взглянув на мужчину и заметив, как тот, слегка прищурившись, внимательно изучает ту самую первую запись, девушка с неким облегчением продолжила. Без пристального взора любимых глаз сосредоточиться на речи стало проще. — Спустя время, когда Обито-сан уже был поглощён делами Мадары, тот установил на его сердце печать. В случае, если Обито-сан воспротивится воле этого человека, он будет вынужден сделать что-либо по принуждению и не сможет этому сопротивляться. Я… ломаю голову, почему до сих пор всё настолько тихо. Уверена, что Обито-сан полностью на нашей стороне. Быть может, печать расценивает лишь прямые угрозы в сторону дел Акацки? Хотя сейчас важно не это… Печать нужно устранить. С ней мы не сможем открыто противостоять Зетсу. Обито-сан — наша единственная надежда поймать это существо, но он не сможет сделать этого, если мы не освободим его от техники.       — Мадара хорошо постарался, сумев подстроить Обито под себя, да ещё и взять его под контроль таким способом.       — Обито-сан ведь рассказал вам при первой встрече здесь, что всё время это он был лидером Акацки? Мадара давно умер, и он просто притворялся им.       Коротко кивнув, Учиха опустил взгляд ниже и провёл большим пальцем по следующей записи, после чего повернулся к девочке всем корпусом и внимательно на неё посмотрел.       — Это твой план?       Решив, что мужчина нашёл в её гениальных идеях кучу косяков, Эрю покраснела, но оборотов не сбавила и лишь увела взор, не выдерживая такового от собеседника.       — Да, это мой план, — пробурчала она, слегка надувшись и с досадой скрестив руки на груди, чем ещё больше закутала себя в одеяло. — Обито-сан не должен знать о том, что кто-то планирует освободить его от печати, иначе та может сработать мгновенно, и он просто прибьёт нас всех по очереди. Для начала его нужно лишить сознания. Сделать это без насилия можно с помощью большой дозы алкоголя либо подмешав что-нибудь в воду, но это… оно как-то… В общем! Скорее всего, пить с ним придётся именно вам, — ляпнула она довольно смело, на секунду покосившись в сторону Итачи и заметив, как тот прожигает её насмешливым взглядом. — П-перед этим нужно договориться с Какаши-саном и госпожой Тсунаде о проведении операции. Думаю, они смогут безопасно снять печать с его сердца. Вот.       — План хороший, — отметил Учиха — хотя и был несколько озадачен наличием такого «снотворного» в записях, — пропустив небольшую паузу, а после медленно пересев на одно колено и приготовившись к подъёму. — Непонятно лишь, как ты собиралась провернуть всё это одна.       — Я собиралась рассказать… — неловко проронила девушка, уткнувшись носом в одеяло, но краем глаза продолжая наблюдать за тем, что делал мужчина. — Сами же видите, что план ещё не доработан.       — Его можно доработать совместными усилиями, а не ломать голову в одиночку, — вздохнул брюнет, и Эрю слабо вздрогнула, чувствуя, как его ладонь вместе с последними словами легла на её макушку, проскальзывая от той по волосам до середины спины. — Я хочу, чтобы ты рассказывала мне обо всём, что ещё взбредёт тебе в голову, — едва слышно произнёс Учиха, но отпрянул с удивлённым взглядом, когда девушка дёрнулась, отталкивая его руку.       — А вы мне всё рассказываете с тех пор, как мы живём под одной крышей? — слова, прозвучавшие с явной обидой, сразу же донесли до мужчины их смысл. Он понял, о чём говорит Байс, ведь, живя с ней через стену, он никак не мог скрыть свои приступы кашля от чуткого слуха.       — Я в порядке, — уверенно процедил он, хоть и знал, что болезнь вновь наступает и разъедает его организм, а висящий под одеждой медальон уже не излучает той целительной энергии, которая помогала ему раньше. — Сейчас главное — решить проблему с Обито.       — Нет, потому что опасность грозит каждому из вас. В полуживом состоянии вы Обито-сану никак не поможете! — отрезала девочка, не в силах смириться с беспокойством, разрастающимся в груди. — Думаете, эта штуковина будет вечно вас восстанавливать? Дайте её мне, я верну её в действие, — с напором в голосе проговорила она, поворачиваясь к мужчине и выпуская руки из-под одеяла. Замечая, как те уверенно направляются к его шее, Учиха попятился, осторожно беря ладошки Эрю в свои и пытаясь развести их в разные стороны.       — Не глупи. Ты сейчас не в том состоянии, чтобы тратить силы. Я могу потерпеть, это не смертельно.       — Издеваетесь? — возмутилась Байс, прекрасно зная, что её пытаются обмануть, и неожиданно выпрыгивая вперёд вместе с освобождёнными пальцами, которыми она быстро нащупала верёвочку под воротником чёрной мужской рубахи. С опешившим взглядом ухватившись руками чуть выше девичьей талии, Итачи попытался оттеснить девчушку от себя, но потерял равновесие, когда та ещё упорнее навалилась на него, стараясь как можно скорее снять кулон с его шеи, чтобы вновь наполнить энергией. Понимая, что мужчина вот-вот упадёт, Эрю выпучила глаза, но ничего не успела сделать и шлёпнулась на свалившегося отступника, почти что приняв позу держащейся за дерево панды. Тут же распахнув зажмуренные веки, девушка заметила перед собой напряжённую мужскую шею, по которой поползли мурашки. Смутившись, она быстро выпрямилась, сталкиваясь взглядом с широко раскрытыми чёрными глазами, смотрящими на неё снизу вверх. Тепло, которое она не чувствовала ранее от Учихи из-за собственной повышенной температуры, разлилось по её телу пылким жаром, и от этого на затылке появилась испарина.       Крепко сжимая в ладонях одежду на груди отступника, Байс пыталась очухаться, подняться или хотя бы просто пошевелиться, но всё её внимание было сосредоточено на эмоциях, которые она заметила на лице Итачи. Почему-то это мгновение запомнилось Эрю таким образом, словно оно тянулось вечность. Вечность, если бы фраза: «Вы что делаете?» не прозвучала в дверях слишком громко и требовательно.       Услышав грохот, проходящий мимо Саске заглянул внутрь, а когда увидел Эрю, сидящую на животе у старшего брата, не заметил, как его брови сами поползли вверх. Сжатая в тонких пальцах одежда у мужской груди, как и порозовевшие щёки нии-сана, добавляли контраста картине, и брюнет, скорее всего, успел нафантазировать всякого раньше, чем ему дали ответ на вопрос.       — Да я это… Приёмы из своего мира показывала! — вдруг улыбнулась девушка, не обращая внимания на потерянность старшего Учихи и опускаясь к нему, чтобы в следующий момент неожиданно зажать между пальцами его нос. — Смотри и учись, Саске! Старшего брата просто так не одолеть, это я тебе по тем самым знаниям говорю! — с трудом сдерживая дрожь в голосе, Байс указала пальцем свободной руки себе на лоб, а после ловко юркнула уже всей пятернёй под шею бывшего отступника, нащупывая сдёрнутый, но утерянный ею кулон. Уже было расслабившись и попытавшись отстраниться, богиня пискнула от резкого переворота на спину и уставилась на нависшего над ней Итачи, который приподнял руку, выпуская из ладони скользящую по шнурку вещицу.       — Быть может, у тебя есть более эффективные методы для победы над старшим братом? — едва шевеля губами, произнёс он, а когда увидел, как девушка активно закивала головой, шепча: «Конечно, но Саске бы точно до такого не додумался», улыбнулся и опустил кулон, за которым она гналась, ей в ладошку, что как раз находилась у её головы. — Было бы интересно взглянуть, правда, Саске?       Сев на колени, мужчина помог подняться Эрю, потянув её за руку, а после подтолкнул особу обратно к подушке, на которой она сидела ранее, и повернул голову к младшему брату.       — Саске, зайди в комнату и закрой двери.       Только-только севшая на дзабутон и рассматривающая кулон Байс обратила внимание на слова Итачи, подняв голову и взглянув сначала на него, а после переведя взор на Саске, что всё так же стоял в проходе и не понимал, зачем он понадобился онии-сану. Заметив, как брюнет переводит взгляд на неё, как бы интересуясь тем, что происходит, она кивнула, подтверждая необходимость выполнения просьбы мужчины. Хоть и без особого энтузиазма, но юноша последовал указаниям. Закрыв дверь, он прошёл к двоим, опустившись рядом на колени и с несколько раздражённым видом покосившись в сторону старшего брата, протянувшего ему лист бумаги.       — Прочти это.       Пока Саске изучал заметки, пытаясь в них разобраться, Итачи пояснял ему все детали, рассказанные ранее Эрю. Девушка же с интересом наблюдала за братьями, общающимися между собой, в голове прокручивая то, что могло бы случиться, не появись она в этом мире. В мыслях всплывали самые разные картинки: Учиха Итачи на каменном троне, а после его душераздирающие безумные крики о том, что братец подарит ему новый свет; зажатый у стены Саске, из глазницы которого струится кровь; отражение Тсукуёми и выход сражения на крышу здания; ухудшающееся самочувствие мужчины, его хриплый кашель, слабое дыхание…       Прерывая воспроизведение страшных картин в голове, Байс нервно сглотнула, убеждая себя в том, что сейчас всё иначе, ведь ей, как-никак, удалось предотвратить катастрофу. Вернув одеяло на плечи, она принялась размышлять о том, как ей заставить бывшего отступника принять меры по излечению своего организма и отказаться от применения додзюцу в дальнейших боях, которые, возможно, будут не менее ужасными, чем те, которые она уже видела. Вряд ли он согласится лечь в госпиталь в такое время, хотя с её помощью Тсунаде, возможно, смогла бы восстановить его прежнее состояние здоровья.       Подняв взгляд на разговаривающего мужчину, Эрю остановилась на его глазах, замечая, как те всё время прищуриваются в попытках что-либо разглядеть.       «Наверное, он совсем худо видит. Да и кашель… Может быть, он… согласится, чтобы я сама вылечила его?» — насчёт «вылечила» Байс всё же сомневалась, так как для того, чтобы проверить, можно ли полностью побороть болезнь Итачи, ей нужно было много практики с той лечащей техникой непосредственно с самим Учихой. Да и консультация, а то и сопровождение Пятой были бы не лишними. Богине было известно, что её дзюцу способно приостанавливать последствия от использования Мангекё и постепенно, хоть и очень медленно, возвращать организм к бодрому состоянию. Это уже был большой шаг, который нужно было просто довести до конца.       Но начинать нужно было уже сейчас. Девушка не знала, как долго её кулон был неактивен, а также не знала, когда именно она поправится от всех увечий. В какой-то момент найти мужчину мёртвым — было наистрашнейшим представлением, какое только могло родиться в её голове.       — Всё верно.       Приходя в реальность и замечая, как Итачи поднимается на ноги, Эрю автоматически поднялась вместе с ним, слегка вскидывая брови оттого, что весь предыдущий разговор она прослушала.       — Я посещу Тсунаде-сама сегодня и приведу к ней Какаши, чтобы они договорились об операции.       — Какаши-сан должен прийти сюда вечером, — подметила Эрю. Взглянув на неё, Учиха понимающе кивнул и направился к дверям.       — Спасибо, Эрю. Тогда я перехвачу его чуть раньше. Саске, присматривай за Обито. Если что-то произойдёт — бери Эрю и уходите, не пытайтесь остановить его в одиночку. Против него будет тяжело сражаться даже нам двоим. И да, — вернув взгляд к фиолетоволосой, Учиха добродушно улыбнулся и напомнил. — Не забудь принять лекарство и поесть.       — Х-хорошо, — робко кивнула Байс, прежде чем мужчина скрылся за дверьми её комнаты. — Э… Ты чего??? — оказавшись бесцеремонно притянутой на дзабутон за руку, богиня насупилась и вопросительно уставилась на Саске, что, подперев щёку кулаком, сидел, скрестив ноги, и над чем-то размышлял. Когда девушка оказалась с ним на одном уровне, он взглянул на неё исподлобья, чем заставил поёжиться.       — С Итачи тоже что-то не так? Я видел, как ты смотрела на него. Так, словно он до сих пор в опасности, — замечая, как Эрю радостно улыбается, а в её глазах светится умиление и интерес, он нахмурился и, вернув наглости тону, грубо бросил: — Что за взгляд?       — Ты волнуешься о своём старшем братике? — умилительно пропищав, Эрю схватила паренька за рукав у плеча и слабо потрясла, выражая эмоции по отношению к двум братьям, которых раньше могла видеть в живом общении лишь в тех рамках, которыми ограничил их Кишимото. — Вы оба такие милые, когда заботитесь друг о друге, я наблюдала бы за вами вечно! — видя, как брюнет краснеет с каждым выроненным ею словом и ловит воздух ртом, чтобы заткнуть её одной резкой фразой, девушка рассмеялась. — Да ладно тебе, это правда выглядит очень..! Не могу передать словами, как я рада за вас двоих! — наконец, пропустив через себя всю ту пучину волнения вперемешку с разыгравшимся восторгом, Эрю замерла, не спуская лёгкой улыбки с губ и обращая взгляд куда-то в пол. — Именно так я и хотела видеть вас… — тихо шепнула она, покрепче стискивая зубы, чтобы не проронить ни единой слезы, что наполнили её глаза.       — Ты… — ошеломлённо глядя на меняющиеся на бледном лице эмоции, Саске приподнял руку, желая утешить подругу, однако она развернулась к столу и приложила пальцы к чашке с супом, отчего он замер, так и не позволив себе этого.       — Я хочу немного побыть в тишине, голова что-то разболелась.       Несколько секунд поизучав ссутуленную спину девушки, юноша вздохнул и поднялся.       — Хорошо. Зови, если что-то понадобится, — брюнет остановился на пути к двери почти сразу от крепко сжавшей его ладонь руки и обернулся к Эрю. Её лицо по-прежнему было скрыто за волосами, поэтому он так и не смог понять, что именно она сейчас чувствует. Судя по её действиям, что ярко противоречили словам, она всё же нуждалась в поддержке или же желала о чём-то сказать. Даже с любовной тягой в сторону этой девушки Саске не хотел навязываться и настаивать на разговоре, с первого раза поняв, что ей стало не по себе от каких-то личных мыслей, и решив удалиться. Сейчас же он смотрел на неё с огромным желанием вмешаться в её душевные разборки, но всё же сдерживал себя, акцентируя внимание на предыдущих умозаключениях о собственных действиях.       — Я так и не поблагодарила тебя…       Изумлённо вскинув брови, юноша полностью развернулся к Байс, а она всё же вернула к нему взгляд наполненных слезами глаз.       — Что? О чём ты? — быстро опустившись на корточки, брюнет переместил свою ладонь поверх ладони Эрю и мягко сжал её, в то время как вторая рука всё же прикоснулась к её плечу, ободряюще его сжимая.       — Это не лучший момент, чтобы высказываться относительно всего того, что произошло, но… я так хочу сказать тебе о том, какой ты всё-таки молодец. До последнего я сомневалась в том, что наше обещание, которое мы дали друг другу тогда, живо. Я думала, что ты не поверишь мне в том, что твой брат не такой убийца, каким ты его себе представлял. Но ты не только поверил мне… Ты ещё и умудрился сделать всё так, чтобы ни Зетсу, ни кто-либо другой не поняли о том, что произошло между вами, что позволило всем нам благополучно вернуться в деревню без преследования. Если бы тогда я и дальше стояла там, выкрикивая о том, что Итачи-сан ни в чём невиновен, то пострадали бы вы оба и, скорее всего, не из-за друг друга… Но тогда я даже не подумала об этом. Саске, — подняв голову, Эрю внимательно посмотрела в глаза ошарашенного брюнета, а после тихонько притянула его к себе за руку и обняла за плечи. — Спасибо, что поверил мне. Мне трудно представить, что ты чувствовал, борясь со всей той ненавистью, что была в тебе тогда. Ведь я помню, с каким желанием ты бы стремился убить Итачи-сана в том бою. Я помню, как тебе было плохо на пристани, когда мы только познакомились, и как ты впервые поделился со мной тем, что касалось Его. А потом тебе пришлось вновь переваривать всё то, что свалилось на тебя в ту ночь, выяснять, правда ли брат обезумел или же он просто что-то скрывал… Ведь ты помнил его добрым и честным шиноби, а на его руках была кровь родных. Иногда мне кажется, что это мне было трудно смотреть на вас и знать, что может случиться. Но сейчас я понимаю, что труднее всего было тебе. Все конечные решения принимал именно ты. И ты спас Итачи-сана, сумев забыть о ненависти. Ты доверился мне, а это много значит. Ты действительно мой лучший друг, и я не сомневаюсь, что могу положиться на тебя в любой момент.       Молча выслушав монолог Байс, Учиха приподнял голову к потолку, что Эрю поняла по его зашевелившимся плечам. Она смотрела за его спину и думала, что сделала всё правильно, поблагодарив его за тот шаг, на который он пошёл. Несомненно, Саске нуждался в добрых словах, так как именно он положил конец всему тому, что вряд ли смог бы предотвратить его старший брат, однажды потерявшийся в сомнениях. Скорее всего, Итачи побоялся бы сделать подобное из-за чувства вины и уверенности в том, что он должен понести достойное наказание за убийство семьи. И только его маленький глупый братец, что только сейчас поняла девушка, был способен совершить перемены не только внутри себя, но и внутри Итачи.       — Я тоже должен поблагодарить тебя, — наконец произнёс брюнет, и Эрю облегчённо прикрыла глаза, радуясь тому, что он понял её и принял благодарность. — Если бы не ты, я бы никогда не узнал о том, что Итачи манипулировали власти Конохи. Я бы убил его без всякого сожаления и сомнений, — откровенно заявляя о своих былых желаниях и мечтах, Саске опустил голову и переместил взгляд в сторону Эрю, замечая у своего лица её фиолетовые волосы, но не смея прикасаться к ней в ответ. — Думаю… если бы я сделал это, а после узнал истину, Коноха была бы моей следующей целью.       — Да, — тихо подтвердила Байс, что ничуть не удивило младшего носителя шарингана, и он тяжело вздохнул. — Если бы меня не было в этом мире, то о том, что я тебе сейчас скажу, ты узнал бы от самого Итачи-сана или же впоследствии от Обито, который притворялся бы перед тобой Мадарой. Итачи-сан слишком часто использовал свои глаза… Мангекё — это нечто иное, не тот шаринган, который ты привык использовать, — осторожно отстранившись от юноши, но оставив руку на его плече, Байс с просьбой не прибегать к подобному додзюцу в будущем взглянула в его глаза. — Итачи-сан почти лишился зрения, а его организм страдает от принятия опасного наркотика, который в его случае был одновременно и лекарством. Если бы вы всё же сразились… он бы… умер не от твоей руки, а от того, что полностью ослаб.       — Что? — пробормотал Саске, ошеломлённо глядя в глаза девушки и пытаясь осмыслить сказанное ей, перенеся это на реальное время. — То есть… он до сих пор болен?       Заметив кивок со стороны богини, Учиха нахмурился, резко выдыхая. И почему Итачи не рассказал ему об этом, пока они были вместе всё то время после их ненастоящего боя?       — Но… — начала растерянно Эрю, вдруг подумав, что именно Саске может помочь ей с осуществлением её планов по излечению брата. — Когда я была с ним и Хошигаки Кисаме, мне удалось путём долгих тренировок и собственной чакры сделать этот процесс обратимым. Я смогла не только остановить потерю жизни Итачи-сана, но и заставить его организм медленно восстанавливаться.       Подняв голову, брюнет внимательно посмотрел на взволнованное лицо девушки, решившей всё же рассказать ему всё о брате.       — Я хотела передать эту технику на изучение госпоже Тсунаде. Я не медик, а она в подобных делах мастер и… Я боюсь, что он не согласится, Саске, — тихо проговорила Байс, потерянным взглядом вернувшись к глазам юноши. — Если бы меня здесь не было, он бы всеми силами пытался сделать так, чтобы ты не узнал о настоящих событиях той ночи. Он не пытался бы поддерживать своё здоровье в последние сроки перед вашей битвой, потому что он хотел получить наказание. Даже сейчас… Мне кажется, что за его спокойным и невозмутимым луком таится что-то такое… о чём мы не знаем. Я до сих пор очень боюсь, что мы можем его потерять. Возможно, он не хотел становиться героем, ведь для него куда важнее было сохранить честь клана. Благодаря сообразительности Хирузена-сама мы смогли сделать и то и другое. Выставили Данзо источником всех бедствий, но лично я считаю, что так ему и надо. Он мог договориться с вашим кланом, но ему было проще поднять на вас меч. Как и сказал когда-то Шисуи-сан: «Кому нужен порядок, который власти устанавливают силой, а не словом?». Наверняка Итачи-сан и дальше готов жертвовать собой. Сейчас он уже не столкнётся с Наруто в тех обстоятельствах, о которых я знаю. Наруто показал бы ему, насколько важно было рассчитывать не только на свои силы, но и полагаться на друзей и родных. Мы должны доказать ему это, если он будет и дальше жить по своим старым представлениям и взглядам. Мы должны сказать ему о том, что он ещё может искупить ту вину, которую чувствует перед кланом, не накладывая на себя свои или чужие руки. Если это может принести ему радость и удовлетворение, то он ведь может жить в стенах деревни и возрождать клан с той идеей о мире и с тем мировоззрением, которыми обладает он сам. Мы с тобой сделали всё, чтобы он смог стать счастливым. Я понимаю, что это нелегко с тем, что было в вашем с ним прошлом, но…       — Достаточно, — произнёс Саске, замечая, до какой степени пробрал девушку мандраж, и желая прекратить её размышления на этом. — Раз уж мы всё исправили, то сейчас стоит волноваться лишь о том, что действительно имеет угрозу жизни.       — Нет, Саске, угрозу представляет не только болезнь Итачи-сана. Он очень замкнут и не хочет втягивать в дела прошлого своего любимого младшего брата. Вряд ли он хочет, чтобы ты или кто-либо другой заботился о нём. Ты зря расслабляешься, думая, что раз уж он вернулся в Коноху, то более не страдает от каких-то внутренних конфликтов. Я не хочу снова увидеть вас…       Неожиданный звук со стороны дверей распахнул девушке глаза, и она, смахнув первую скользнувшую от движения слезу с века, с ожиданием уставилась в сторону сёдзи. Саске тоже обернулся, а когда увидел в образовавшемся пространстве голову и плечи старшего брата, протянул руку в сторону Эрю, видимо, решив не уступать за увиденное ранее и резко прижимая её к себе за плечи.       — Саске, нам пор…       — Тебя что, стучать не учили… Итачи?       — Какого?! — шикнула Эрю, смущённо корчась и упираясь ладонями в бок над плечом.       Медленно закипая от высокомерного тона над своим ухом, что внаглую её перебил, девушка протянула руку в сторону стола, стягивая с него перьевую ручку и поднося к спине Учихи, пока тот и дальше делал вид, что между ними только что что-то было, с надменным и выигрышным видом предъявляя растерявшемуся мужчине всяческие претензии.       — То есть ты хочешь сказать, что тебя… — грозно процедила она, заставляя его замолчать и покоситься на неё. — Стучаться учили?! — припоминая юноше о его внезапном появлении в самый неподходящий момент, Эрю спихнула колпачок ручки пальцем и как следует кольнула великого наследника в бок острым кончиком пера. Зашипев и быстро освободив её от наглых объятий, брюнет подскочил на ноги, прижимая ладонь к «ране» и кидая недовольный взгляд в глаза Байс, что смотрели на него с той же обидой и угрозой мести. Собираясь уйти, Учиха, как и в прошлый раз, остановился, но на сей раз едва не свалился от резко дёрнувшей его за рукав руки. Оскалившись, он всё же наклонился к Эрю, что помахала ему рукой, а после, выслушав её последние слова на данный момент, кивнул и направился к дверям. Судорожно сглотнув оттого, что вновь происходит, а точнее, от тех тайн, что они затевали между собой, девушка перевела взгляд в сторону Итачи, замечая, как он внимательно рассматривает её лицо с отчётливым волнением во взгляде. Не понимая, мог ли тот услышать её просьбу, что она почти беззвучно шепнула на ухо Саске, или и вовсе подслушать весь их разговор, она так и осталась наедине со своими мыслями и страхами, когда братья всё же скрылись за задвинутыми сёдзи.