От мира к миру

      — А-ах…       Широкий сладкий зевок и разминающее тело потягивание были лучшим началом теплого солнечного утра. Эрю долго разлепляла веки, прежде чем смогла окончательно открыть глаза и немного поглядеть в потолок, а затем и совершить первое осознанное за сегодняшний день движение. Вернув руки к туловищу и подтянув одеяло к груди, девушка повернула голову в сторону окна. Тёмно-синие шторы были закрыты, но через плотную ткань всё же пробивался лёгкий, немного туманный свет, наполняющий бело-голубую комнату приятным водным оттенком. Байс казалось, что она лежит у самой поверхности воды, но немного под ней, а пробивающееся сквозь небольшую глубину солнышко так и норовит пригреть её лучами.       Носа коснулся приятный запах, и богиня повернула голову в другую сторону, уставившись на закрытую входную дверь. Во рту тут же скопились слюни, и Эрю сглотнула их, жадно и быстро, чувствуя, как голод, ещё минутой назад практически не ощущавшийся, начинает набирать обороты.       «Интересно, сколько сейчас времени? — подумала девушка и обвела взглядом комнату. Здесь не было настенных часов, но Байс не помнила этого, а потому потребовалось несколько мгновений, чтобы сообразить, что те имеются лишь в виде будильника и стоят прямо на тумбочке у изголовья кровати. — Десять…».       Десять — отличное время. Не слишком рано, но и не слишком поздно для того, чтобы растормошить свой организм и приготовиться к новому дню. Эрю нравилось вставать примерно в эти часы.       В очередной раз потянувшись, она откинула одеяло в сторону и села, спустив ноги с постели. Фиолетовая прядь тут же скользнула ей на нос, и девушка сдунула её, выставив нижнюю губу вперёд, но та вновь припала к тому же самому месту.       — Угх, — промычала тихонько особа, приложив основание ладони между бровей, и потёрла лоб вместе с переносицей, пытаясь окончательно проснуться. За спиной раздался какой-то странный звук, словно кто-то подпрыгнул на земле в твёрдой обуви, и Эрю обернулась, взглянув на окно, но за шторами всё так же был лишь солнечный свет, который уже поскорее хотелось увидеть. — Птички, — буркнула себе под нос Байс и всё же сползла с кровати, лениво обходя ту и подбираясь к шкафу. Из вчерашней одежды на ней не осталось ничего. Видимо, с этим помогла Харуно, когда девушка отключилась. Вместо привычного костюма на Эрю была натянута длинная чистая водолазка Хатаке. Очевидно, учитель посчитал, что за два года валяния на полках её домашнюю одежду, оставшуюся у него дома после её переезда к Учихам, стоило перестирать, а потому дал Сакуре свою, попросив ту натянуть её за фиолетоволосую. Эрю чувствовала себя ребёнком в отцовской рубашке: водолазка забавно висела на ней, прикрывая ягодицы, а рукава и вовсе полностью скрывали руки, отчего пришлось вытянуть те и уже показавшимися из-под ткани пальцами зацепиться за край шкафа.       Громкий стук откуда-то из коридора, следом брякнувшая то ли ложка, то ли крышка от кастрюли… Кажется, кто-то постучал во входную дверь, да так сильно и настойчиво, что Байс отпрянула от мебели и, решив, что учителю сейчас не до этого, быстрым шагом поплелась в сторону выхода. За пределами своей комнаты она встретила Хатаке. Тот всё же вынырнул из кухни, забыв оставить там крышку от сковороды и лопатку, которой, видимо, переворачивал яйца, — так вот чем так вкусно пахло, будет омлет! — и заметался взглядом по лицу девушки, однако та лишь хихикнула и помахала ему ладонью, мол, «Всё в порядке, идите, я открою сама». Какаши вроде как кивнул, мило прищурившись и обронив «С добрым утром, Эрю», но так и остался стоять там же, будто чувствовал, что ничего хорошего за дверьми ждать не нужно.       Байс, ожидая увидеть привычные ей радостные физиономии Наруто или Обито, подалась вперёд. Не вынимая повторно ладоней из рукавов, она сквозь ткань зацепилась за защёлку на деревянной поверхности и, повернув ту, потянула дверь на себя. С усилием, так как боялась, что ныне она ей не поддастся. Почувствовалось сопротивление — человек по ту сторону тоже держался за ручку, но явно не ожидал, что дверь откроют шустрым движением.       Саске потянуло вперёд, и он вовремя притормозил, наклонившись, когда прямо на пути показалась фиолетовая макушка. Эрю подняла глаза, и они встретились взглядами… довольно близко. Хатаке стоял молча, глядя на двоих, что могли бы сейчас посоревноваться, кто вылупился на другого сильнее, и безмолвно ждал, кто из них первым очнётся от схватившего их оцепенения.       Первой, что опять было бы удивительно для бога, очнулась Байс. Она поджала плечи и сложила руки у груди, словно кролик, невинно уставившись на Какаши, однако учитель лишь склонил голову, увидев в её глазах вопрос по типу: «И что же мне теперь делать?». Саске пришёл в себя почти что следом. Он уставился в ту же сторону, вызвав у собачника очередное непонимание на лице, после чего нахмурился.       Догадываясь, что сейчас прозвучит что-то вроде «Почему я не знал?», пепельноволосый гордо задрал носик и замотал головой, мол, «Меня сюда не приплетать», а затем развернулся и, игнорируя обоих учеников, нашедших в нём лёгкий источник для всех ответов, пошагал обратно на кухню.       Эрю тихо, но всё же отрывисто вдохнула воздух. Это было правильно, они должны были поговорить без третьих лиц. Она подняла взгляд, и почти в тот же момент Саске сделал то же самое, разве что опустив его. Вид его был гораздо спокойнее, нежели в более раннем возрасте. Казалось, что он уже не играет высокомерного гения, да и не испытывает раздражения по любому поводу. Сейчас он особенно был похож на Итачи, такой же сдержанный и внимательный.       — В общем-то… — почти что прошептала Эрю, неловко заморгав и опустив глаза. Она чувствовала лёгкую вину за то, что именно Саске остался в незнании о том, что она вернулась в Коноху ещё вчера, но вместе с тем понимала, что не смогла бы отправиться на его поиски по Листу сама, а друзья, зная, что его днём с огнём не сыщешь, предпочли просто-напросто сообщить ему обо всём утром. Хотя… сообщил, наверное, Обито. Байс не знала наверняка, но строила предположения, от которых ей становилось ещё более неудобно. — Вчера ни тебя, ни Сая не было, и никто не знал, где вас искать. И…       Оправдываться, думая о том, какие именно причины выискали остальные, чтобы не отправляться на поиски, было довольно-таки сложно. Всё могло начинаться от банального желания всех провести как можно больше времени рядом с Эрю и поспрашивать её о том, да и о сём, и заканчиваться тем, что Наруто где-то сболтнул другим о заявленном Байс желании ранее — не попадаться на глаза друзьям раньше времени. Богиня пыталась найти что-то более-менее нейтральное из всего, но так и не довела мысль до конца и в итоге просто уставилась на друга своими большими тёмными глазами с синеватым отливом так, чтобы её безмолвная просьба о прощении дошла до него как можно скорее.       Какаши в очередной раз перевернул содержимое сковороды и прикрыл его крышечкой, удовлетворённо кивнув. Запах стоял отменный! Из коридора так и не послышалось ничего, что говорило бы о том, что эти двое наконец смогли расслабиться в присутствии друг друга. Немного подумав, собачник всё же не удержался и сделал несколько шагов назад, одним глазом выглядывая из кухни. Увиденная картина заставила его пустить каплю по виску, и он, уныло вздохнув, вернулся обратно к плите, качая головой.       Эрю закусила губу изнутри. Она пыталась побыстрее найти нужные слова, всё то, что ей сейчас так хотелось бы сказать Саске, но вместо этого в голове мелькали лишь мысли об их последней кооперации в бою и о том, как он до последнего поддерживал её морально, не давая упасть духом. К горлу подбирался ком, от чувств глаза наполнялись влагой, но Байс было так неловко расплакаться, что она лишь сжимала пальцы под рукавами водолазки до побелевших костяшек, сдерживая наплыв. Когда особе, наконец, удалось сделать плавный негромкий вдох через рот и она было хотела просто предложить другу остаться на завтрак, перед её взглядом что-то мелькнуло, и она тут же устремила взор выше, застыв с застрявшими внутри словами.       Учиха коснулся кончиков её волос и, не проронив ни слова, внимательно оглядел Байс со всех возможных с его позиции ракурсов. После он всё же замер в прежнем положении и негромко спросил:       — Ты… сама остригла их или кто-то помог?       Вопрос из разряда «спросить что угодно». Эрю, услышав что-то настолько простое и незамысловатое в данной ситуации, вдруг заметно расслабилась и закивала головой, радуясь тому, что, наконец, они могут заговорить хотя бы о чём-то. Она даже начала свою речь со слов «Сама, но это…», однако умолкла сразу же, как только вновь посмотрела на лицо друга и заметила, как на веках того собралась влага.       Байс окаменела. Саске давал подобную волю чувствам лишь единожды за всё их общение. Тогда его слёзы были от отчаяния и боли, которые он испытал, получив сильный удар по психике в детстве. Сейчас же казалось, что молодой человек просто очень рад, но вместе с тем настолько шокирован, что не знает, как выразить тоску и беспокойство по кому-то очень близкому и важному для него иначе, отчего те просто выплёскиваются наружу.       Он так и не притронулся к ней, за исключением волос, и это стало ещё одним знаком для Эрю. Знаком, что, невзирая на собственные чувства, он всё же уступил её брату и более не собирался предпринимать каких-либо попыток добиться её расположения как представительницы противоположного пола. Девушке было приятно и больно одновременно. Ей было тяжело представить, каково это, хотя она и надеялась всем сердцем, что вскоре его симпатия, как мужчины, поутихнет, и он сможет взглянуть по сторонам, обнаружив, возможно, кого-то столь же, а то и более привлекательного. А даже если и не обнаружит, то хотя бы сможет более не думать о ней так, как ранее, и так, как сейчас, и освободит себя от излишних страданий, сумев воспринимать её лишь как дорогого члена своей семьи. Или близкого друга… Ведь ещё не известно, станет ли Байс когда-то частью великого клана.       Богиня, наконец, взяла ситуацию в свои руки. Она протянула ладонь, обхватив младшего Учиху за затылок и наклонив его к своему плечу. Куноичи крепко обняла его, счастливо улыбаясь и радуясь, что он, как и все остальные, цел и невредим. Особые переживания девушки касались глаз бывшего мстителя, но, кажется, она представляла слишком страшную картину, воображая, что рано или поздно из тех выползет страшное растение. Глаза Саске выглядели так же привычно, как и раньше, хотя Эрю и было известно, что именно эти принадлежали ранее Обито. И абсолютно ничего страшного в них не было.       Хатаке в очередной раз выглянул из-за угла, и теперь-то его веки сощурились. Он улыбнулся, впервые завидев брюнета в таком состоянии, а вид того, как Эрю практически по-матерински пыталась его успокоить, и вовсе умилил его. Ладони Саске оставались неподвижными. Он не поднял их и не обнял Эрю в ответ, однако стиснутые до болезненно натянутой кожи пальцы говорили о его отношении к Байс давнему наблюдателю за их отношениями о многом. Пепельноволосый скрылся за углом кухни и, тихо замычав себе под нос какую-то мелодию, принялся накрывать на стол. Что ж… Придётся разделить всё на три порции.