Дипломная работа, так сказать.

       — <И сколько всего у вас богов?> — Леви интуитивно полезла рукой за блокнотом, но не нашла свою сумку. Вздрогнув, девушка невольно поджала губы: рядом нет ни еë вещей, ни еë друзей. Нахмурившись, студентка без страха взглянула в оливковое глаза шамана. Тот невольно поморщился, явно раздражëнный еë словами. — <Я не ве’гхю в этих богов. Не п’гхичисляй меня к остальным.> — <Прости!> — МакГарден стыдливо покраснела. И как она могла забыть о том, что мужчина этот был совершенно не похож на других туземцев?! Интересно, как его ещё за ересь здесь не сожгли?.. — <Тут много богов>, — он не шелохнулся, с удивительной стойкостью держа чашку в поднятой на уровень груди руке: — <П’гхо кого ты хочешь узнать?> — <Про всех, если можно…> — <Ну, слушай…>        — <Пожалуй, самый известный бог — Акнология>, — начала Венди ровным, спокойным голосом. Эта тема явно не увлекала её, но уважение к традициям не позволяло ей переходить к раздражению. — Точно! — Кана хлопнула себя ладонью по лбу, усмехаясь: — Мать Эрзы назвала Мистгана сыном этого самого Акнологии! А почему? — <Что?> — глупо переспросила девочка, заморгав своими красивыми карими глазами после того, как поняла, что обращаются к ней. Лаксус закатил глаза, пока Люси быстро листала свой словарь. — <Венди, а почему Жена Головы назвала Мистгана «дитëм Аклологии»?> — медленно спросила она, изредка сверяя свои слова с бумагой. Надо же! А здешняя речь уже не кажется ей такой уж сложной! — <Жена Головы?> — ученица шамана невольно вздрогнула, потупив взгляд. Облизнув пересохшие от волнения губы, местная выдавила из себя улыбку: — <Это она так ругается… Ничего особенного!> — <И почему этот бог у вас — синоним к ругательству?> — одним глазом посматривая в записи Сердоболии, спросил блондин:  — <Жрецы же его почитают…> — <Акнология — бог смерти, крови и жестокости. Он же покровитель жертвенных смертей, жрецов и кровопролитий.> В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь кашлем подавившейся своим пойлом Альбероны. — У меня в голове не укладывается… — пробурчала на Фиорском Люси, серьëзно смотря на Ангела: — Как Мистгана можно сравнить с Богом крови? Он один из самых… Безобидных людей на свете… — Если ты называешь человека психом, это не значит, что он болен, — просто фыркнул Лаксус, немного разбавив угнетающую обстановку.        — <Бог жертвоприношений?> — удивлëнно переспросила Леви, неуютно поëрзав на месте. Получается, что этот Гажил веровал именно в этого жестокого Бога. — <Гово’рхрят>, — спокойно продолжил мужчина, будто не услышав еë бессмысленного вопроса: — <Что такой человек действительно был.> — <Был?! И как давно?> — <Возможно, что это — п’хосто слухи>, — он полез рукой в складки своего пончо, и вторая рука, которая держала чашку, невольно выдала его необоснованное ничем волнение, начав трястись: — <Многие верят, что когда-то давно в эти земли попал п’гхишелец. Тогда здесь ещë не умели 'гхазводить огонь и питались сы’хрым мясом. Этот мужчина научил на’ход многим муд’хостям большой земли. Он был выше Головы, ловче, чем охотники и сильнее ж’гхецов. Акнология стал проводником света и знаний для людей.> — Но… <Почему тогда он — покровитель смерти?> — голос еë звучал приглушëнно, неуверенно и тихо. Слушать было ужасно интересно, и юная девушка ненадолго вовсе позабыла, что находится не на дополнительной лекции. — <Почему?> — шаман слегка скривил лицо, что, правда, почему-то на минуту сделало его облик моложе. Это диалог ему явно не нравился, но, видимо, он считал себя обязанным его закончить. Зачем этот странный человек им помогал? Это был самый главный вопрос, который Леви просто боялась себе задавать. Поставив чашку на стол, местный полез теперь свободной рукой за табаком: — <Власть 'гхазв’хащает людей, Дитя моë. А чем, скажи мне, бог — не человек, если живёт 'ховно также? Когда его власть ук’хепилась, он стал уст’гхаивать собственные п’ррхаздники, п’гхриказывал убивать людей и купался в своëм тщеславии. Его пока’рхала болезнь и он уме’гх. П’рхи’лоде, истинной богине этого ми’гха, всë 'гхавно на глупые до’рхогие на’хяды и славу.>        — <Кто же следующий бог?> — Дреяр почувствовал некое раздражение из-за того, что они бездействовали. — Игнил. — Точно! — в этот раз уже на Люси неожиданно снисозшло просветление:  — <Нацу — любимец Игнила!> — <Верно>, — уже искренне улыбнулась девочка, поудобнее устраиваясь на твëрдой циновке: — <Нацу был рождëн в самое жаркое лето, в день праздника приручения огня.> — <Игнил — бог огня?> — <Его самого. Он — бог огня и смелости!> — Ну, это про Нацу, — усмехнулась шатенка наклоняя бутылку, но, с печалью замечая, что там не осталось даже пары капель. Цыкнув, девушка потянулась рукой за сумкой, натыкаясь лишь на пустые тары:  — Закончились! — Кто «закончились»? — удивлëнно переспросила еë однокурсница. — Все мои запасы! — И слава богу, а то от тебя несëт, как от не знаю кого, — фыркнул еë бывший, разминая сильную шею. Сидеть в одной позе было ужасно утомительно. — А от тебя несëт табаком! — Хватит! — блондинка грозно взглянула то на одного, то на другого товарища: — Грея на вас нет!.. Все невольно погрустнели, вспоминая, что ещë и Фулбастер покинул их. Увидев поникшие лица, Венди поджала губы и поспешила развеять обстановку: — <Следующий бог — Металликана. Он — покровитель войны и оружия.>        — <И Гажил, он…> — неуверенно начала пациентка, грея руки о тëплую чашку. Вечером в этих местах становилось сыро и даже прохладно. Пригревшись в тëплом пледе, девушка даже замëрзла, когда похолодало. — <Да, Гажил — ж’рхец именно Металликаны. Поскольку этот Бог неот’гхывно связан с Акнологией и Скиад’ламом, то 'Рхредфокс п’хедпочитает выдвигать эту т’гхойку, как лучших>, — безразлично ответил ей Мистган, бросив быстрый взгляд в небольшое окно хижины жреца. Табак в его трубке уже догорел, пора было менять, но курить почему-то не хотелось. — <Прости… Рхедфокс?> — <Без «Х»>, — совершенно нейтрально пояснил местный, и Леви стало немного стыдно от того, что эта ситуация показалась ей забавной. МакГарден была уверена, что именно из-за того, что она брала некоторые слова из лексикона этого картавого чудака, её произношение было далеко неидеальным, но раньше у неё хотя бы была возможность уточнить звучание слов с «р» у Венди. Теперь же у неё могут быть некоторые проблемы с именами богов, надо будет постараться проверить себя при первой возможности… — Гажил 'Рхредфокс, — объяснился мужчина, отрывая оливковое очи от чарующего вида раннего заката. Леви невольно повернула голову к небу, восхищённо охая. — <Красиво… Продолжишь?>        — <Скиадрайм — бог тьмы, ночи, неизвестности и кровный брат Металликаны>, — Венди сладко зевнула, так как уже вовсе засыпала: — <Роуг, ученик Гажила, служит именно ему.> — <Сколько же их у вас?!> — <Это — меньше половины>, — криво улыбнулась Ангел, мило хлюпая носом. — <Может, продолжим завтра?> — Кана не смогла не зевнуть. — < Да, давайте спать.>