Театр Теней

      Еще никогда Бетти не спешила так на обед. Ей, видимо, придет не один штраф за нарушение правил дорожного движения, так сильно она торопилась встретиться с Хардином. Внутренняя чуйка била во все колокола: там что-то очень важное, то, что, наконец, сотрет белые пятна в этом деле. Купер опоздала совсем на немного, но обед был уже в разгаре и «Kat’s Delicatessen» был переполнен. Многие работающие поблизости, студенты уже оккупировали заведение, и Бетти молилась только о том, что Хардин пришел пораньше и занял им места. Пробравшись сквозь толпу оголодавших людей, девушка оглянулась по сторонам. Рот открылся сам собой от увиденного. Высокая худая фигура Хардина восседала за самым удаленным столиком, и не одна. Рядом с ним сидели брат и сестра Джонсы.       – Кто бы сомневался! – воскликнула Купер, подойдя вплотную к столику. – Скотт, надеюсь тебе не надо напоминать, что ты должностное лицо, которое не имеет права разглашать сведения по делу третьим лицам?       – Наконец-то ты пришла! А то я думал, нам придется самим платить, – не обращая внимания на детектива, лучезарно улыбнулся он, обводя руками щедро утопающий в еде стол. – Ты же помнишь, что платишь сегодня за обед?       Джагхед и Тесса с интересом смотрели на перепалку друзей. Купер все так и стояла перед столом, оперевшись руками о спинку свободного стула, испепеляя Хардина взглядом.       – Может ты сядешь, или мне рассказать всем здесь, что мне удалось узнать?       Скрепя зубами, Бетти с грохотом выдвинула стул и села на него скрестив руки на груди, показывая тем самым бойкот ароматно пахнущему обеду.       – Прости, я думал, ты в курсе что мы будем тут, – шепнул ей на ухо Джагхед, немного подавшись влево, ближе к ней. – Тесса позвонила…       – Ничего, я не удивлена, если честно. Хардин не умеет держать две вещи при себе: член и язык, – последнюю фразу Купер уже сказала максимально громко, обращаясь преимущественно к судмедэксперту.       – Прощаю тебе эту дерзость, солнышко, – Скотт был в превосходном расположении духа, и улыбка не сползала с его лица. – Я уверен, что после того, как я расскажу о результатах исследований, ты перестанешь дуться.       – Может тогда следует уже начать говорить, потому что пока я хочу только свернуть тебе шею, балабол.       – Может для начала перекусишь?       – Хардин!       – Хорошо, хорошо! – поднял ладони вверх Скотт, демонстрируя поражение. – ДНК плода Вероники совпал с ДНК ее хахаля. 99% вероятность отцовства.       – И вот это она, новость века? – вспылила Бетти, чуть не вскакивая со стула. – Это и так было понятно!       – Успокойся, – немного резко, осадил ее Хардин. – Если хочешь услышать самое интересное.       Бетти покорно, поглубже сила на стул, выжидающе глядя на друга.       – Ты права, с ДНК было всё более или менее понятно с самого начала, – не спеша начал рассуждать он. – Но меня смутил набор генов ребенка.       – А что с ними не так? – нахмурив густые брови, посмотрел на него Джонс.       – Мутация. Мутация в наборе генов составляет 1-2 штуки, а здесь их было целых пять! – восторженно сказал Хардин. Его всегда воодушевляли все отклонения от нормы и привычного.       – И чё? – тряхнула головой Тесса.       – В очё. Это значит то, что у ребенка при рождении были бы обнаружены множественные пороки развития.       – Не правильный вопрос, – Бетти где-то далеко начинала понимать, куда ведет их всех Скотт. – Почему так много мутаций?       – Вот это самое интересное! – глаза Хардина светились, будто он выиграл в лотерею. – Близкородственная связь.       Все за столом уставились на Хардина, а потом обменялись растерянными взглядами друг с другом. Что он несет? Дождавшись, пока компания будет снова готова его слушать, Хардин продолжил со знанием дела:       – Близкородственные связи означают высокую вероятность повторения одинаковых генов потомства. Это неопасно, если родители здоровы. Но при малейших отклонениях велик шанс, что ребенку достанутся бракованные гены обоих родителей. Набор генов ребенка формируется из генов его родителей. По одному от каждого, которые составляют пару. К примеру, если один и тот же ген у матери бракованный, а у отца здоровый, то бракованный заменится здоровым. Если ребенок получит два бракованных гена в одну пару, тогда заменять будет нечем. И вот он, порок развития. А у ребенка убитой таких браков был не один. Этот ребенок был обречен. Лучшим вариантом был бы аборт или выкидыш.       Джонсы и Купер смотрели на Хардина, не понимая ни слова.       – Ты что, перечитал учебник по генетике? – пока брат и детектив молча переваривали информацию, Тесса заговорила первой. – Какие гены? Какие близкородственные браки?       – Когда я увидел все эти мутации, я глазам своим не поверил. Такое встречается в природе крайне редко, и самой частой причиной таких отклонений бывают инцесты, – пояснил Хардин. – Но родители вроде не состояли в родственных связях, ведь так? Или же просто мы об этом не знали. Тогда я попросил генетиков высчитать коэффициент инбридинга между родителями ребенка.       – Чего? – замотала головой Тесса.       – Этот коэффициент является мерой оценки степени кровного, биологического родства между двумя людьми. И чем выше степень инбридинга, тем ближе к единице находится коэффициент отношения, и стремится к нулю в случае с персонами, имеющими отдалённых общих предков.       – И что насчитали генетики? – нетерпеливо спросила детектив.       – Вот здесь то и выяснилось самое интересное. Коэффициент составил 25%. А это является уже инцестом.       – Можешь пояснить подробнее? – попросил Джонс, как и все явно далекий от генетики.       – Для примера, коэффициент между родителем и потомком – 50%, – пустился в объяснения Хардин, не прекращая при этом есть, – дедушка-внук, тетя-племянник – 25%.       – Сомневаюсь, что Арчи дедушка Вероники или наоборот, – нахмурила задумчиво брови Бетти.       – Да, поэтому остается более приемлемый вариант. Такой же процент бывает у двоюродных или у единокровных братьев и сестер. Думаю, единоутробных рассматривать в данном случае не стоит.       Идя сюда, Бетти рассчитывала услышать всё, что угодно, только не то, что сказал Хардин. Даже тошнота подкатила к горлу.       – Ты уверен? – на всякий случай переспросила она, хотя по виду Хардина было понятно, что он уверен в своих словах на все 200%.       – Процент ошибки не более одного процента, – развел руками он.       – Если бы они были двоюродными, кто-то из них, или родителей наверняка знал это, – неуверенно подала голос Тесса. – У Вероники же не было брата, да, Джаг?       – Не было того, которого она бы по крайней мере знала, – глухо ответил он. – И выходит, учитывая результат ДНК, который говорит, что Арчи отец ребенка, выходит, что он брат Вероники?       – Арчи Эндрюс брат Вероники Лодж? – первой озвучила самую вероятную версию Бетти, глядя на стену кафе за спиной Хардина. – Надо выяснить, кто его мать.       – Арчи Эндрюс? – срывающимся от волнения голосом переспросила Тесса, растерянно переводя взгляд с одного за столом на другого. – Если мы говорим об одном и том же человеке, то я знакома с его матерью.       Три пары глаз удивленно уставились на Тессу. Волнение, даже испуг на ее лице, сменился на улыбку.       – Да нет, не может быть! – отмахнулась она. – Это какой-то бред.       – Кто мать Арчи, Тесса? – строго посмотрел на нее брат.       – У моего редактора, Мэри Эндрюс есть сын, Арчи. Но ведь…       – Это тот редактор, про которого говорила Кэрол? – переспросил он ее, а голос становился всё жестче. – Что она была одна из числа девушек капитана?       Лицо Тессы побледнело. Этого просто не могло быть. Но этот факт как-то не зацепился в мозгу девушки, а прошел мимо, как нечто незначительное.       – Вы хотите сказать, что всё это время связь была перед нами? – ужаснулась Бетти. – А ты, наверняка, ей еще всё рассказывала?       – Конечно! – воскликнула Тесса. – Она же мой редактор! И редактор моего расследования!       – Расследования, в котором она возможно играет главную роль? – девушки кричали друг на друга. – Ты в своем уме?!       – Да Мэри не может иметь отношения ко всему этому! Это какое-то недоразумение, я уверена!       – Недоразумение здесь это ты!       – Прекратите! – прервать перепалку вызвался Хардин. – То, что Арчи возможно брат Вероники еще ни о чем не говорит.       – Не забывайте, что возможная убийца есть на фото, – поддакнул Джаг. – Мэри же на нем нет, ведь так, Тесса?       Тесса распахнула сумочку и трясущимися руками достала оттуда всем известное фото.       – Да нет… Не похожа. Вот это что разве только. Но она совсем другая.       – Покажи, – протянула руку Бетти.       Тесса указала ей на девушку рядом с Хирамом.       – Мэриленд Рой… – вспомнила имя из списка Бетти. – Мэри не могло ли стать сокращением?       Тягостное молчание повисло над столом. Бетти не знала, с чем сравнивать, ведь Мэри Эндрюс она не видела, но какой-то проблеск памяти на секунду загорелся в ее голове. Она словно уже видела эту девушку где-то ранее…       – Твою мать… – протянула Бетти, откладывая фото в сторону, закрывая глаза, запрокидывая голову назад.       – Что? – услышала она голос Джагхеда.       – Я видела эту девушку раньше. В квартире Арчи Эндрюса. Это его мать.       Поверить в происходящее было сложно, если не сказать невозможно.       – У тебя ведь сохранился биоматериал Эндрюса? – распахнула глаза Купер.       – Конечно, – кивнул Хардин.       – Тогда готовься делать еще одно ДНК. Если все так, как мы предполагаем, мы знаем отца этого парня, – Бетти поднялась с места. – Тебе, – она отчетливо посмотрела на журналистку, – надеюсь не надо говорить, чтобы ты даже не приближалась пока к своему редактору?       – Да вроде не дура, – отозвалась Тесса.       – Как скажешь, но я лично в этом сомневаюсь. Лучше узнай подробности ее жизни и конкретно того факта, что у них была связь с Лоджем.       Энергично обходя посетителей кафе, Купер скрылась из виду.       – Я так понимаю, платить мне? – воскликнул Хардин.       – Я заплачу, – Джагхед уже выкладывал купюры на стол. – Звоните если узнаете, что нового или понадобится помощь. Меня ждут на встречу в издательстве.       Едва только спина брата пропала из поля зрения, Тесса посмотрела в глаза единственного, кто остался за столом.       – Хард… – еле слышно протянула она, поставив локоть на стол, утыкаясь подбородком на подставленную ладонь.       – Что?       – Ты такой умный, – заигрывающим тоном сообщила она. – Я даже возбудилась.       Брови Хардина поползли вверх. Он уже знал, к чему ведет такой лисий говор.       – Ты очень торопишься? – незаметно Тесса сняла под столом туфлю и босой ногой скользнула по ноге парня, и уже преодолела колено. Выше и выше.       – Ну меня там ждет голая дама, которую я бесцеремонно оставил на столе, – обладая стальной выдержкой, Хардин внешне никак не показывал, что пальцы ноги Тессы орудовали у него между ног.       – Я думаю, она уже достаточно разложилась, и полчаса ожидания уже ни на что не повлияют, – деловито произнесла Тесса, не отрывая глаз от собеседника. – А я еще теплая. Даже можно сказать горячая.       Хардин прикусил губу изнутри, чтобы не дать себе расплыться в улыбке. Эта девочка знала свое дело. Ей невозможно было отказать.