Пусть весь мир против нас

С утра мы ждали родителей Влада, спокойно попивая кофе. Неожиданно мне кто-то позвонил. — Здравствуй, Матвей, это ты? — услышал я грубый мужской голос на другого конце трубки. — Здравствуйте, это кто? — Это твой отец, у тебя есть минутка поговорить? — спросил меня встревоженный мужчина. Я был просто в шоке, почему через столько лет он вдруг решил мне позвонить? И где он вообще нашел мой номер? Меня одолело двоякое чувство, хотелось просто сбросить трубку, но с другой стороны мне было интересно узнать, кем является мой биологический отец. — Да, есть, почему ты позвонил мне только сейчас? Раньше тебе было все равно. — Твоя мать сказала, что сделает аборт, когда я бросил её, я думал, что она его сделала. А потом я узнал, что тебя усыновила семья моего друга. Сегодня я приду к вам в гости, как раз и познакомимся. Они же сегодня приедут, мне Сашка сказал. — Хорошо, приходи, увидимся, — сказал я в неком шоке и отключил трубку. Новость о том, что мой биологический отец друг моего отчима повергла меня в шок. — Кто тебе звонил? — с интересом спросил Влад. — Мой биологический отец, он сказал что дружит с твоим отцом. — Неужели? Покажи его номер, я могу сказать тебе, как его зовут, — я протянул телефон брату. — Это номер дяди Паши, он папин лучший друг, часто у нас гостит. Никогда бы не подумал, что он твой отец, вы совершенно не похожи. Дождавшись приезда родителей, мы стали готовиться к приходу моего отца. Пришел он через час после приезда родителей. Я очень удивился, когда увидел его, он был высоким, кареглазым мужчиной, Влад был прав, я был совершенно не похож на него. Когда он начал подходить ко мне, я резко схватил Влада за руку. Не знаю почему, но мне был не особо приятен этот человек. — Успокойся и отпусти меня. Это странно выглядит, все будет хорошо, — прошептал Влад и подтолкнул меня вперед, к отцу. — Здравствуй, сын. Блондинчик, весь в мать пошел! — произнес отец с улыбкой, что-то с ним было нечисто, мне не понравилась эта его выражение лица. — Привет, я не знаю, что тебе сказать… Я всю жизнь мечтал тебя встретить. — Если бы я знал, что у меня есть сын, я бы давно забрал тебя из детдома. Если хочешь, я могу забрать тебя жить к себе. — Он останется здесь! — сказал Влад, заслоняя меня собой. — Владик, ты чего? Ты же меня знаешь, я его не обижу. — Да, Паш, я знаю тебя с детства, а также знаю твои наклонности, я не позволю ему жить с тобой. — А что это ты вдруг за него так переживаешь? Влюбился? В брата? — Заткнись, — зло прошипел парень. — Значит, я прав? Может, мне рассказать все твоему папе? Как он обрадуется, он ведь не знает, что ты гей, так ведь? А еще и в приемного брата втюрился, ай-ай-ай. — Ты не посмеешь… — Конечно, посмею. Матвей сам скажет, где он хочет остаться, так ведь, мальчик мой? — Я…я хочу остаться в этом доме, — под грозным взглядом отца произнес я. Почувствовав сильное жжение на левой щеке, я понял, что отец только что дал мне пощечину. Это было ужасно больно и обидно. В следующее мгновение, отец получил от Влада кулак в живот. — Еще раз его тронешь и я тебя убью! — закричал на него разгневанный Влад. На крик прибежали родители и остолбенели от увиденного. Влад кричал на скрючившегося от боли отца. А я стоял и смотрел на происходящее не в силах пошевелиться. — Ты что вытворяешь? — закричал на Влада отчим. — А какое он имеет право трогать Матвея? — И что же он такого сделал, что получил от тебя кулаком в живот? — Он дал Матвею пощечину… — Да как он мог, — вступилась Ольга. — Это правда? — Он грубил мне! — соврал отец. — Он врет, Матвей просто отказался жить с ним. — Оба разошлись по комнатам… Я сам поговорю с дядей Пашей. Вы оба наказаны. — Но… — начал Влад. — Никаких «но», быстро пошли по комнатам! — строго сказал отчим. Мой биологический отец оказался редкостным козлом. Хорошо, что меня усыновили Ольга и Александр, а не он. Мы закрылись в комнате Влада. — Я больше не подпущу его к тебе, он не имее права прикасаться. Представь, что было бы, если бы ты жил у него. — Влад, я люблю тебя, — тихо прошептал я, крепко обняв его. — Я тоже тебя люблю, пообещай, что больше не будешь приближаться к нему. — Обещаю… — томно прошептал я, его родные объятья заставляли меня забыть обо всем.