Пожиратель богов

После превращения, как выяснилось на следующий день, Изи не потеряла ни разума, ни артикуляции: — До Цргрда отсюда есть две дороги — короткая, три дня полёта или больше пешком, но опасная, полная нежити. И дальняя, пять дней полёта или пару недель пешком, от от умертвий более свободная. — Джунгли опасны не только нежитью, — Ламор оглядел цветущие дикие сады у подножья пирамиды Нараянары. — Звери, разбойники, ловушки, те, кто хочет отнять у меня артефакт… Я слышал, в злых лапах он куда сильнее, чем в добрых. — Не волнуйся, наша новая подруга тебя защитит, — Сварун намеренно сделал акцент на слове «новая». — А если ей не хватит сил, то мы поможем. — Будто сам не справлюсь? — вдруг взъерепенился Ламор. — Ты сам отдал плод Щитолисту, — напомнила Индрика. — И судя по нашему следопыту — не зря. В этот день счастливым провидением не было уготовано неприятных встреч, и компания летела спокойно вплоть до реки Тть, глубокого каньона, покрытого разноцветными высохшими кораллами, прекрасными в лучах заката, окаменелостями акул и водных динозавров, которые и дали этому каньону название, переводившееся с языка кракалевн как «Ущелье смерти». — Пусть дорога и опасней, зато красивей, — заметила Индрика. Она держалась впереди отряда, за ней летел Сварун, которому досталось нести Щитолиста. — Как тут по ночам, не летает что-нибудь злобное и клыкастое? — Бывает, летает, зато из неместных так далеко мало кто залетает, — рассказала Изи, играя новыми крыльями. — Мы почти пролетели, прошли и проплыли весь полуостров насквозь — Тть впадает в океан с другой стороны, чем причаливают ваши корабли. — Зато в бухте реки «Тать» раздолье пиратам, — заметил Ламор. — В эту дыру не заходят патрули, а морские грабители этим пользуются и чинят корабли только там. — Может, нам лететь и ночью? — спросила Индрика. — Если ничего особо опасного нет, то пролетим, собратья нам теперь не помеха. — Даже если мы будем лететь всю ночь, то всё равно ненамного ускорим путь, — ответил Сварун. — Стоит передохнуть, на мой взгляд. — Лучше сделать это здесь, — присел Ламор на край обрыва, — на открытом месте насекомых меньше. Остальные тоже опустились к нему. Одни остались отдыхать и любоваться закатом, другие обследовали местность на предмет неприятных сюрпризов. Не обнаружив ничего, компания жребием решила, кому быть дежурным на ближайшие часы, и, когда солнце окончательно скрылось, драконы погрузились в сон. Ночь, вопреки ожиданиям стоящих на страже, прошла совершенно спокойно. Лишь в водах реки что-то мелькало, плывя по своим делам, но водные существа не изъявили никакого желания познакомиться с драконами поближе. А вот под конец следующего дня, когда крылатые уже собирались искать место для приземления и ночлега, они увидели среди деревьев проплешину, пробитую упавшим судном. Но кто это был — ардинцы на звездолёте, анты на вимане, нашаране на летающем корабле? Выжил ли кто? Выяснить это стоило хотя бы ради того, чтобы поживиться припасами с корабля. Но лезть всем вместе не позволяла осторожность, потому на разведку решили послать мирдаловцев. Спустившись ближе к крушению, они увидели разодранные остатки баллона дирижабля и треснутую на несколько частей большую гондолу, повисшую на снастях, зацепившихся за ветки деревьев. Изнутри доносились слабые призывы о помощи, но не это заставило молодых драконов спешить вниз со всей мочи. По деревьям залезали умертвия: гниющие драконы с дырявыми крыльями, все как один со странным знаком на лбу — змеёй, кусавшей свой хвост. — Какая отвратительная картина, — Индрика быстро огляделась, оценивая количество противников. — Лезь внутрь, а я… — Лезешь ты, — отрезал Сварун. — Твоя хаотичность может привлечь противника и покрупнее, а в случае непредвиденной ловушки ты сможешь выбраться из дирижабля без проблем. А я позабочусь, чтобы вам не отрезали выход. Я бы просто перерубил ветку праной и свалил всех неспособных летать мертвецов на землю, но я не могу рисковать запертыми в обломках. Сварун приземлился прямо на одного из «припечатанных» в лоб, скинул его вниз и встал наперерез остальному настырному отряду. После съеденного позавчера плода тело слушалось прекрасно, будто само отыскивало изъяны в прогнивших противниках. Индрика тоже подчинилась беспрекословно — то ли расценила доводы брата, то ли подействовал дар лидерства. Так или иначе, она скрылась в обломках ещё до того, как второй враг пролетел по воздуху и скрылся в зарослях, ломая ветви своим вонючим телом. Внутри корабль представлял собой ещё более печальное зрелище, чем снаружи. Ветки пронзили борта и палубы, проткнули и насадили на дерево, как на вилку. Пол мало того, что оказался скошен под уклон, так ещё и покрылся вздутиями и трещинами, с потолка угрожающе свисали какие-то провода. Экипаж, состоящий из-драконов мутантов, был ещё жив, но ауры еле светились от усталости, а тела были распластаны и изранены. — Вот гадость… — печально прошипела Индрика. — Сюда нужно срочно Ламора звать. Я только вас стабилизирую… Сражавшиеся снаружи драконы, пришедшие на помощь Сваруну, и сам брат Индрики увидели, как из-под корабля вырвалось лиловое свечение, смешанное с зелёным. — Целебная, — определил Ламор. — Кажется, Индрике нужна помощь. Щитоцвет, за мной. Они появились как раз вовремя, чтобы помочь — но только не с лечением, а отбиваться от лазучих зомбированных животных, что пролезли через зияющие дыры в обшивке. Сварун рвал их мощные, но хрупкие тела с яростью, не уступавшей холодным программам. К сожалению, следом через щели протиснулись твари куда крупнее и ужаснее. Похоже, кракалевн и дракон не могли сдержать всех противников, рвавшихся к гондоле, потому Индрике самой пришлось оставить раненных и заняться сражением. Прозевав первый момент атаки, она увидела, как гигантская уродливая тварь, похожая на гипертрофировано-ужасного мохнатого человека, оторвала голову одному из драконов. Яростно завопив, Индрика расправила металл под лапами чудища, а затем обвалила на него часть потолка, придавив обломками. Корабль уныло затрещал, наклоняясь ещё сильнее. Несколько неживых попадали с бортов и верхней палубы, и Ламор едва успел приморозить к дереву обломки корабля, чтобы они не разбились о землю. Индрика влила свою энергию в раненых, чтобы облегчить им отступление, пока Щитолист перебрасывал меч из одной ветки в другую, нанося удары с недоступными драконам скоростью и замахами. К сожалению, даже новые силы оказались довольно слабыми в сравнении с магией умертвий — во всяком случае, помочь всему экипажу драконы были не в состоянии, не говоря уж об оживлении мёртвых. С помощью друзей, Индрике удалось вытащить из корабля лишь двоих наименее ослабших. Ламор подхватил Щитолиста, Индрика и Сварун взяли по дракону, и под эскортом Изи взлетели в небеса. Несмотря на усталость после боя, место для приземления и организации лагеря выбирались со всей тщательностью, потому что хотелось спать, а не отбиваться от бесконечных атак умертвий. В итоге были выбраны верхние ветви одного из громадных деревьев. Костёр не разводили, но тепло не требовалось в душном климате, а неразумные надоедливые насекомые так высоко не залетали. За время полёта спасённые немного пришли в себя, а после приземления и вовсе проявили признаки разумности. Оказалось, что одним был вовсе не дракон, а велнар — его крылья были механическими, однако отличить их от настоящих удалось лишь вблизи. — После того, как один техномаг подарил такие своей велнарке, это стало популярным. Но твои выглядят натуральнее и прочнее, — Индрика высоко оценила «протез» спасённого велнара. — Кого мы имели честь вырвать из лап мертвецов? — Тайо, — представился тот, искоса поглядывая на Изи. Новый внешний вид кракалевна на любого навёл бы страх. — А это Амри. Мы единственные, кто уцелел? — Есть надежда, что нет, но слишком маленькая, — Сварун умел обнадёжить так, чтобы стало печальнее, чем при простой рубке правды. — Мы, к сожалению, не можем вас проводить до безопасных поселений. Во всяком случае, не в полном составе. Мы пытаемся остановить Умертвление, да и нежить тоже. — Мы вам поможем, как только придём в себя, — прокашлялся Амри. Он тоже оказался не совсем драконом, во всяком случае, его передние и задние лапы заканчивались копытами. Как наследственный признак такое встречалось редко, скорее всего бедняка в своё время утоп всеми лапами в первоматерии и получил столь неудобную мутацию. И рог у него имелся, почти как у Индрики, но костяного цвета, а не под цвет шерсти. — Вы уверены? — Ламор прищурился. — Вашим планам это не помешает. — Какие тут уже планы… — Что с вами произошло? — поинтересовался Сварун. — Нам порвали баллон стайные летающие динозавры… а может, помесь драконов и динозавров. Делали они это явно специально, возможно, хотели нами поесть или отогнать от своей территории… — Или их приманил груз, — включилась в разговор Изи. — Что вы везли? — Всего лишь кое-какое оборудование, между портом и отдалённым поселением, — ответил Тайо. — Мы знали об опасности, но посчитали, что местные твари не хуже навов. Не ошиблись, не хуже, но нам и этого хватило. Ещё один день был потрачен на последний этап дороги до Цргрда. Уже в сумерках крылатые путешественники увидели багровое сияние лавы в долине, пар, поднимавшийся от реки, испарявшийся при соприкосновением с жидкими породами и медные отблески на куполах инфернальных руин. Вдруг ранняя ночь сменилась ясным днём. Город во всём своём великолепии блистал под полуденным солнцем, купола теперь выглядели золотыми и обжигающими не слабее солнца. Но долину заполнял тревожный звон городов. Жители носились по и над улицами, часто падая и иногда уже не вставая. Повсюду поднимались темные клубы от пожаров, а посреди города вырастала чёрная сфера, искривляющая реальность по краям. Но миг — и видение пропало, вернулись ночь, разруха и рыки динозавров на улицах. — Неприятное чувство, — заметила Индрика, протирая глаза лапой, словно это могло помочь ей избавиться от видения. — Интересно, не было ли это предупреждением хозяину места о незваных гостях? — поинтересовался Сварун. — Так или иначе, чем теперь займёмся? Не полезем же напролом! — Лучше отдохнуть после трудного дня… только где именно? — Ламор, уже опускаясь от тяжести оседлавшего растения, оглядывал с высоты полёта дома, храмы и дворцы, слившиеся с джунглями и стихиями. — Благоразумие подсказывает, что стоит нам улететь на окраину города, но если нас не заметили, может, воспользуемся этим и попробуем найти крышу над головой? — предложил Сварун. — Изи, тут есть какое-нибудь простое здание, не храм и не очень подходящее для размещения напичканной оружием лаборатории? — Скорее всего таких большинство, — долго не думая, преобразованная кракалевна приземлилась на ближайшее, стоявшее на отшибе подле вырезанных в скале на краю долины ступеней. Окна в известняковых стенах были узки, как бойницы, а решётка на входе была отломана и валялась подле. Почти весь интерьер дома превратился в труху, лианы разрослись, цепляясь за стены, а высокие травы пробились между плит пола и старыми кострищами. Одна стена была плотно покрыта надписями — некоторые начертаны углем, другие вырезаны когтями. «Бойтесь клыков Уробороса!» «Лукреция, я отправилась на поиски девяти святынь. С.» «Таинственные кубы это ключ». «Остерегайтесь сирланов!» «Кто такая Умк?» «Все славят Аренила Черсина!» «Кваквы не то, чем кажутся». — А кто такая Умк… — машинально повторила Индрика. — Надеюсь, не все, кто это писал, превратились в мёртвых подданных Уробороса. — Даже если кто-то и покинул город, то нам до этого дела нет, — заявил Ламор. — Проверьте лучше дом на предмет новых жильцов, а потом будем устраиваться на ночлег. Не хочу, чтобы кто-нибудь ядовитый ночью цапнул меня за хвост.