Пожиратель богов

Тёмные отпустили пятерых крылатых и разумное растение легко и без вопросов. Но без внезапных жертв, к сожалению, не обошлось… Тайо получил стрелу в шею от быстро спрятавшегося в развалинах антропоморфа-кошачьего с травяной короной. В его сторону немедленно ударила первоматерия от Индрики, вызвав яростный вопль у Изи. Сварун, рванувшийся, чтобы подхватить тело, с сожалением убедился, что дракон умер мгновенно. Ламор, не желая оставлять дело так, швырнул Щитолистом в убегающего убийцу. Растение без промедления сориентировалось и рванулось своими отростками к негодяю, стопоря его, сваливая на землю и обвивая. — Попался! — зло возликовал Ламор, вмиг перебираясь к противнику. Нет, к противнице — злобно шипя, самка извивалась, пытаясь выпутаться из живых пут. Зря, Щитолист держал её крепко, да ещё и протянул ветку через набедренную повязку, нажатием на уязвимое местечко мигом заставив пленницу замереть. — Сразу убивать или выяснить, кто подослал? — Сварун подлетел к разбитому трупу. Души уже не было, но стоило проверить… по крайней мере, чтобы выяснить, куда её уносить. Но Тайо умер напрасно. — Не знаю, — Ламор хищно облизнулся. — Если она не поймёт мою речь, смысла возиться с ней не вижу. Прибьём и понесём над собой отрубленную голову, распугивая её приятелей. — Я вас понимаю, — она ответила холодно. — Где мой сын? Вы его уже съели или ещё насилуете под хвост? — Вот ведь… — Сварун приподнялся на задних, оглядываясь по сторонам. — Ещё и её детёныш где-то здесь прячется! — Ни на кого мы не нападали, но теперь твоему выродку придётся поплатиться жизнью за нашего товарища, — прибавил Ламор грубости и злобы в голос. — Хотя нет. Я не собираюсь мстить за смерть смертью. Рассказывай, что тут происходит. Чтобы ускорить ответ, Щитолист двинул ветку, слегка уколов самку — она закусила губу и почти перестала дышать. — Драконы явились в нашу деревню. Им было лень самим охотиться, поэтому они обобрали нас, а потом подумали, что свидетелей оставлять зазорно, и похватали всех, кто в кусты убежать не успел. Сына моего есть не стали, забрали с собой, наверное, потому, что он легкий. — Это были Тёмные? — спросила Индрика, склоняясь над кошачьей. — Среди них были драконы в чёрных одеяниях, с абсолютно чёрной шерстью и уродливой половиной морды, либо с клювом и перепонками? — Были, и ещё летающая статуя в таком же одеянии, — антропоморф злобно прорычала, а Ламор со вздохом обернулся к Мирдалам: — На идиотов милосердие тоже распространяется? Прежде, чем кто-нибудь успел ему ответить, он подошёл к самке и схватил её за шею. Щитолист убрал ростки, однако высвободиться из захвата дракона та не смогла бы. Мирдаловцы замерли, Изи не вмешивалась — но все трое удивлённо раскрыли пасти, когда Ламор повернул самку, заломил ей лапы на спину и прижал к земле, а сам стал пристраиваться сзади. — Что… Что ты делаешь?! — взвизгнула Индрика, перекрывая крик пленницы. Ламор не ответил, прижимая ту к земле всем своим весом. Изи не останавливала рванувшуюся к ней мутантку, но сказала быстро: — Мы вернули Вожда только вчера, и он из лагеря ночью не вылетал. Когда бы он успел это сделать? — Не-не знаю! — пропыхтела та, а затем сорвалась на крик, буквально пригвоздивший к месту Индрику. Ламор со звериной жестокостью вошёл в самку, одним движением лишив её девственности и рассеяв все сомнения в правдивости её истории. Отвратительный и жестокий способ, вполне достойный этой обманщицы. — Если останешься в живых, то это точно отучит тебя врать, — прорычал он в самое ухо зарыдавшей жертве, затем вцепился ей в это же ухо зубами, прокусывая его до крови, но не останавливаясь. — И придумывать ничего не надо… — сказала Изи уже тихо, когда Сварун, в котором спорила кровь отца и матери, подбежал к Ламору, от которого Индрика со всхлипами отвернулась: — Раб деструкторов, а может, сам деструктор? — Сварун поднял лапу, но Щитолист протянул меч наперерез. Резкий запах из цветка вынудил Ламора остановиться. Встав на задние лапы, он опустил меч, оставив скрючившуюся пленницу лежать на земле. — Я не собираюсь сейчас проводить урок истории и напоминать, кто мы такие, — он кивнул на самку. — Можешь сам приступить, перерезать ей горло или таскать с собой, пока она либо не станет твоей шлюхой, либо не перережет вам всем глотки. — Зачем ты это сделал? — Сварун не двигался, но дрожал от злости. Если бы не предупреждение Щитолиста, он бы успел наброситься на насильника… — Я тебе уже ответил. Не будь сосунком, — Ламор повернулся к Индрике. — Пошли, пока ещё кого-нибудь не потеряли в этих проклятых зарослях. Сварун, чтобы не усугублять, не стал спрашивать Ламора, что он не убьёт её, чтоб повнимательнее посмотреть на исчезновение души. Просто вырвал самку из лап Ламора, оцарапав ей шкуру, и подтолкнул к кустам, давая знак бежать подобру-поздорову. Та сделала пару шагов, но затем упала на колени, всхлипнула, и униженно поползла обратно. Попавшаяся ей под лапы травяная корона отлетела в сторону. — Я теперь твоя, — она наклонилась к задней лапе Ламора и, скрючившись от отвращения, поцеловала его пальцы. — Пригодишься, — хмыкнул дракон, коротким толчком завалив её на бок. — Кто-нибудь, свяжите ей передние лапы. Как запасная душа пойдёт, да и на роль проводника сгодится. Будет рыпаться — убейте. — После того, что ты с ней сделал? — Индрику передернуло, из крыла выпало пуховое перо. — Скорее после того, что она сделала с Тайо, — оскалил одну половину морды Сварун, хлестнув хвостом. — Нет гарантий, что она нас не пристрелит, чем бы она ни клялась. — Но разбрасываться лишними членами отряда глупо, а как отмычка она подойдёт, — пояснил Ламор. — Тем более, мне кажется, что она говорит искренне. На этот раз. Он решил больше не тратить времени на споры, развернулся и пошёл вперёд. Щитолист двинулся следом. — Справедливо, — заметила Изи. Рыдающая самка с трудом перевернулась на колени, но встать не посмела. Сварун с некоторой опаской приблизился к ней и обыскал, однако не обнаружил ни вплетённых в шерсть отравленных шипов, ни чего-нибудь ещё более смертоносного. — Почему ты принадлежишь Ламору? — спросил он, повернувшись к Индрике и попросив верёвку одними глазами. Та вздохнула и быстро, пока не видела Изи, создала путы из магии. Они сдержат её, даже если кошачьи тоже способны творить колдовство, не важно, как маги-праники или кобники. — Ты мог бы догадаться, — кошачья встала на задние и заложила передние за спину. — Зря я решила напасть на вас. — Плохо, что ты поняла это только сейчас, — Индрика накинула петлю и стала умело вязать самку. Верёвку нужно было наложить так, чтобы она сдерживала её, но не причиняла особых неудобств. — Мы не собирались ни на кого нападать. — Вы — драконы. И вы показали, что являетесь теми, кем являетесь. Через вашего предводителя. Сварун сжал покрепче зубы. — Она нас не замедлит сильнее, чем Щитолист, — попытался Ламор привести последний аргумент. — В таком случае умирать тебе следующему, — Сварун сделал жест поконнического благословения на непрошенного проводника и его питомца. — И слишком толстая она, чтоб отпирать ей двери, — съязвила Индрика, не поняв аллегорию Ламора и сильно его позабавить: — Зато ловушки активировать в самый раз. Конечно, после того отношение членов отряда к Ламору сильно изменилось. Сварун разочарованно заметил, что он и вправду не возглавляет команду, а ведёт их по воле этого дракона. Изи оценила действия самца положительно и держалась к нему довольно близко. Индрика, по доброте душевной сочувствовала кошачьей, ненавидела её за смерть Тайо и испытывала какое-то смешанное чувство к Ламору. Только исследователи вновь вступили под высокую сень джунглей, как вновь зачастил тёплый и душный веларский дождь. Мирдаловцы и антро-кошка, у которой никто так и не спросил имени, переносили его гораздо хуже остальных. Насекомых под листвой становилось лишь больше, и Сваруну пришлось покрыть путешественников щитом, чтобы избавиться разом ото всех природных опасностей. — Погода плачет, опять драконы к нам прилетели, — пробормотала антро. — Каждый раз как они подбираются к древним постройкам, начинается дождь. — У вас дождь и так каждый второй день, — раздраженно прорычал Ламор. — И эти руины не ваши, а то бы вы нарисовались на фресках и выбились на барельефах. — Кошачьи всё положительное считают своим, — Индрика помогла Сваруну поддерживать щит. — Как и анты, и атеисты-Светлые прошлого. Так они пытаются обосновать свой национализм. — Эти руины стали нашими по праву пустой земли! — возразила пленница, однако дерзость в её голосе сменилась на тон обиженного драконёнка. — Драконы покинули их много лет назад и до недавнего времени не прилетали. — Ардинцы так не думают… — Изи запрокинула вверх с досадливым жужжанием. — Почему ты вдруг о них вспомнила? — Сварун на неё обернулся. — Вот, вылупились, — показала она на снижающихся через дождь и ветви чешуйчатых. — Технотрахи! — завопила кошка и в один миг оказалась подле Ламора, рухнув на колени и обхватив передними лапами его заднюю. — Не-е-е отдавай меня им, господин Ламор. Следующие фразы она залепетала на своём родном языке. Отряд ардинцев в защищавших и от климата, и от врагов скафандрах с эмблемами в виде горящей когтистой лапы был поменьше, чем сборище Темных, но куда лучше вооружён. — Покажите лицензию и предъявите документы, — прямо с налёта потребовали они, нацеливая дула на захваченных в засаду. — С каких пор Велар стал принадлежать Ардину? — Изи мало испугалась стволов, защиту мирдаловцев враги вряд ли проломят. Во всяком случае, быстро. — Наш континент торгует с вами, а не подчиняется вам. — Неужели не видела свидетельство о приватизации? — лидер отряда проявила голографический текст документа лазерным фонарём скафандра. — Ты не могла не заходить в город, потому что ты проводник, а это — твои провожатые. Велар — собственность корпорации Пылающие Когти. Что вы делаете на частной территории? — Долго будем конфликта избегать? — Изи повернулась к Ламору, однако вспучила защитный купол Индрика. Сверкнув, он выбросил из себя сверкающую иглу, которая вмиг поразила разделяющее драконов расстояние и ударила командиру отряда в голову, пробив её насквозь. К алчным ардинцам хаосистка никакой жалости не испытывала. Ламор действовал не менее стремительно. Ещё наводя собственное оружие, он приморозил сочленения ардинских бронекостюмов, заставить пешек корпорации превратиться в недвижимые фигуры. Изи ринулась на них, не собираясь давать врагу даже крохотного шанса. Кроме того, ардинцы могли позвать подмогу или сообщить о приметах компании, что могло повлечь самые печальные последствия. — Что, уже не стыдно бить беззащитных? — Сваруну было проще усилить себя и прибить бойцов Когтей о землю, чем рвать когтями скафандры. — В чём же разница с антропоморфкой? — Ни она, ни они беззащитными не были, — Индрика воспользовалась переполохом, чтобы остатками магии прибить большую часть насекомых, сначала опутав их сверкающей каплей, а затем сомкнув её внутренние стенки. — Только она пыталась убить нас на условно своей земле, а эти — наглые захватчики. — Просто вы им деньги не платите, — Изи пробивала острой ногой бронекостюм даже без пранического усиления. Но на неё остался только один, последний враг. — Всё равно, не люблю уродов, люблю всё красивое, — Индрика по-деловитому стала обыскивать тело командира. — Что они делают так далеко от побережья… Может, следили за Оникс и её отрядом? — Рядом руины, привлекательное место для искателей сокровищ, — кракалевна помогла с обыском простых солдат. В этот момент раздался неприятный звук и под душераздирающий хруст ветка в два драконьих обхвата рухнула на землю. Индрика с задорным выражением на мордашке помахала ардинским оружием, которое держало в обеих лапах. — Пусть только попробуют теперь Тёмные схватить кого-нибудь из нас!