Залечу до смерти!

      — Не делай такое лицо, забавно ведь вышло, — смеётся богиня. — А теперь к делу, ни к чему медлить.       Мы перемещаемся в зал совета древнего храма, такого же, как в Оленьей крепости — без окон, с толстыми стенами, магическими кристаллами и большим столом с объёмной картой. И всё же атмосфера тут совсем другая. Приглушённый свет, преобладание красных оттенков и вездесущий сладкий аромат, словно визитная карточка этого места.       Мирим, ступая мягко и грациозно, как дикая кошка, плавно покачивая бёдрами, подходит к столу, несколько раз тыкает пальцем в карту, шепчет заклинание и щёлкает пальцами.       — Вот и всё, — самодовольно улыбается она. — Остальное за тобой. Не подведи меня, милый!       С последними словами она растворяется в клубах чёрного дыма, и я остаюсь в одиночестве.       Нужно поскорей тут закончить, вернуться и всё объяснить Лансу.       Сглатываю подкативший к горлу комок и тыкаю карту в те же места, что и богиня. Система выдаёт окно персонала храма. Что-то вроде окна группы, но более структурировано и без лишних кадров. Все стражи уровней снова живы и на своих местах.       — Агата, где ты? — первым делом обращаюсь к самой разумной слизи.       — В тронном зале, господин, — коротко отвечает знакомый голос.       Живая! И правда, живая.       Разобравшись с панелями, я вписываю имя Агаты в окошко хранителя. Система реагирует радостным писком:       [Леди «Агата» становится Хранительницей Храма Любви и неистовой страсти]       [Хранительница Храма Любви и неистовой страсти Леди «Агата» получает статус вассала Лорда Священного леса Артигра и присоединяется к фракции «Рыцари круглого ковра»]       [Статус Храма Любви и неистовой страсти подтвержден как владение фракции «Рыцари круглого ковра»]       — Агата, — обращаюсь в чат, — позаботься об этом месте за меня.       — Это великая честь! — с волнением в голосе отвечает слизь. — Положитесь на меня.       — Арти, где ты? — неожиданно гремит встревоженный голос Ланса, выбивая из моей головы все остальные мысли.       — В храме, — честно отвечаю я. — Нужно было кое-что тут закончить.       — Где именно?       — В зале совета, — уточняю, не до конца понимая зачем, и закрываю панельки системы.       Через секунду в зал влетает взъерошенный, запыхавшийся зверолюд, громко хлопает тяжёлыми дверьми и подлетает ко мне, опрокидывая мебель на своём пути. Он заключает меня в тугие тиски стальных объятий, отрывая от земли и вжимая моё лицо в новенькие доспехи из чёрного матового металла.       — Ты в порядке? Что она тебе сделала? — Ланс осматривает и ощупывает моё тело, как будто боится, что у меня переломаны все кости. Убедившись, что я не ранен, он снова обнимает меня, выжимая весь воздух из лёгких.       — Успокойся, — задушено крякаю я, — она на нашей стороне! Как ты здесь…       — Хочешь сказать, ты ушёл с ней по доброй воле? — отстраняется и встряхивает меня за плечи зверолюд.       — Ну, да.       За долю секунды я вижу, как испуг в широко распахнутых янтарных глазах перерастает в отчаяние. В следующее мгновение его удивлённо приоткрытые губы сжимаются в тонкую линию, между бровями пролегает глубокая морщинка, и он поспешно прячет глаза, прикрыв веки и опустив голову. Как будто не хочет, чтобы я увидел, сколько боли ему принёс мой ответ.       — Всё не так! — запротестовал я. — Я хотел тебя предупредить, но всё закрутилось так быстро. Она просто помогла уладить кое-какие дела.       — Ты сам решил покинуть это место! Так в чём дело? — Ланс крепко сжимает мои плечи и заглядывает в глаза чистым, невинным взглядом, полным непонимания и слабой надежды.       — Дело в титулах и связанных с ними бонусах, — признаюсь я, пытаясь дотянуться ногами до пола. — Это место сделало меня лордом этих земель и верховным жрецом новой религии, что открывает доступ к куче новых способок. Например, способность «Сила жреца» увеличивает все характеристики в бою против нескольких противников — плюс сто процентов за каждого. Если получится выполнить все условия для получения этой способности, то я смогу противостоять армиям! Есть ещё куча других крутых плюшек: рабская печать, воскрешение, прокачка. Я уже почти попрощался с ними, когда вдруг возникла эта мадам и помогла всё исправить. Я тридцатого уровня, но никаких новых скилов у меня нет. Без этих титулов я невероятно слаб.       — На что ты пошёл ради этой силы? Ты с ней… С этой суккубшей… — хмурится Ланс, а затем мотает головой, словно отгоняя от себя наваждение, и усиливает хватку на моих плечах.       — Что?! — вскрикиваю я, морщась от неприятных, почти болезненных ощущений грубой хватки на плечах. — Нет! Это просто награда за зачистку подземелья.       — Почему же у меня ничего такого нет? — недоверчиво интересуется Ланс.       — Может… это потому, что ты тогда умер? Когда ты исчез, она заставила меня подписать какой-то договор. Наверное, без него титул не получить, — пытаюсь пожать плечами, но, из-за того, что я всё ещё вишу в воздухе, получается только втянуть голову.       — Поэтому ты решил остаться здесь? — полным сомнения голосом спрашивает рыцарь.       — Нет, — раздраженно шиплю я. — Дослушай сначала. Всё, что мне было нужно — это назначить заместителя. Кстати, я это уже сделал, и теперь мы можем продолжить путь, — я примирительно улыбаюсь, но кое-что настораживает меня сильнее, чем подвешенное состояние.– Как ты оказался здесь так быстро? И зачем вообще пришел? Разве Галахад тебе ничего не объяснила?       — Пернатая блондинка? — поднимает бровь зверолюд. — Ты всерьёз подумал, что я поверю монстру, с которым не так давно сражался, чтобы спасти тебя от тех тентаклей?       Меня передёргивает от жутких воспоминаний о влажных объятиях чудовища.       Ланс продолжает:       — Босс подземелья с неизмеримым уровнем утаскивает тебя в своё логово, а я должен молча ждать, потому что так сказал её прихвостень?! С каких пор ты с ними так сблизился, что даже игнорируешь мои сообщения?       — Чат не работает на больших расстояниях.       — Ты даже не пытался, — грустно вздыхает Ланс и опускает меня на пол, демонстрируя своё кольцо вечной любви. — Может общий голосовой чат и не работает, но связь между нами это совсем другое.       Через окно группы перехожу в личный чат с Лансем, из которого на меня выпрыгивает пачка текстовых сообщений: «Ты где?», «Ты в порядке?», «Пользователь Ланселось призывает вас. Откликнуться на призыв? Да/Нет», «Я иду».       Я поджимаю губы и опускаю голову, внимательно разглядывая носки своей обуви. Какой же я идиот! А ещё упрекал его за то, что он не читал описания артефакта.       — Не знал, что так можно. Прости, пожалуйста.       — Главное, что с тобой всё в порядке! –мягко отвечает Ланс и притягивает меня к себе, утыкаясь носом в макушку. — Я чуть с ума не сошёл. Думал, вдруг она опять бросила тебя тому монстру.       — Ты забыл, что теперь я сам монстр?! — хищно улыбаюсь, выпуская гибкие щупальца. — И всё здесь мне подчиняется.       Брови зверолюда снова съезжаются к переносице, а взгляд тускнеет.       — А может ты рванул сюда к своей новой жене? — грустно бормочет он.       — …       — Прости! Забудь, что я сказал, — с болью в голосе извиняется Ланс и снова притягивает меня в тесный плен объятий, пряча лицо в моих волосах.       — Всё не так, — задушено шиплю я. — Опять навыдумывал себе что-то нелепое?       — Я знаю, как становятся плотоядной слизью, Арти, — с холодной обречённостью сказал он. Затем уже мягче, ласково, но болезненно печально, — Это ничего. Я не против, пока могу оставаться рядом с тобой. Просто не убегай так неожиданно.       — Хэй! Ты за кого меня держишь? — я отодвигаюсь ровно на столько, чтобы заглянуть ему в глаза и заключить его лицо в ладони. Успеваю увидеть, как между приподнятыми домиком бровями залегла морщинка, и как мелко подрагивал его подбородок перед тем, как он стиснул зубы и мгновенно натянул кривую улыбку. — Это случилось не по моей воле! И знаешь, в этом есть и твоя вина, — шутливо ругаю его я.       Ланс непонимающе моргает, и я начинаю объяснять:       — В тот раз, когда она чуть меня не убила, ты принял удар на себя и погиб. Не знаю почему, но я испугался, как будто ты исчез навсегда. Я тогда не понимал, что она делает, и не сопротивлялся потому, что остолбенел от шока. Я убил её сразу, как только очнулся, но было уже поздно — она обратила меня в слизь.       — А те две девушки в Оленьей крепости?       — Просто мои подчиненные, — улыбаюсь я. — Не знал, что ты такой ревнивый.       — Я не… — запинается рыцарь, а затем улыбается своей фирменной тёплой улыбкой. — Я и сам не знал. Хочу, чтобы ты был только моим. То есть… Я совсем не…       — Не знаю на счёт вечности, — махаю я кольцом вечной любви перед лицом Ланса, — но в данный конкретный момент я только твой.       Пугаюсь своих же слов. Лицо обдаёт жаром. Это прозвучало совсем не так, как хотелось бы. Нужно объясниться, но что же я имел в виду…       — Мой, — выдыхает Ланс, словно пробуя слово на вкус.       Дыхание зверолюда становится частым и глубоким, зрачки расширяются, ладони на моей спине подрагивают, а через секунду он бросается на меня голодным зверем.       — Мой!       Рельефная карта больно вонзается в спину острыми вершинами гор, его руки впиваются в мои плечи, а губы терзают мои, случайно раня острыми клыками. Слышу глухие удары торопливо сброшенной брони, и втягиваю свою, сделанную из слизи, одежду назад в тело, пока этот бешеный пёс не разорвал её в клочья.       Кожу опаляет огнём, который разбегается от жадных рук зверолюда, и тех мест, где его пальцы скользят по моим ребрам. Хватает меня за талию и подтягивает ближе к себе, заставляя проехаться голой спиной по острым выпуклостям карты.       — Ауч…       — Прости, — выдыхает прямо в губы между сокрушительными поцелуями, — я не… хотел причинить тебе…       Я сам виноват. Позже мы ещё разберёмся с этой ситуацией, а пока мне стоит загладить вину и успокоить своего зверя и самого себя заодно. Разве раньше ты был таким напористым? А это заводит.       Одной рукой вцепляюсь в твои волосы, пытаясь удержать, другой — обхватываю обнаженные плечи. Язык к языку, глубокий влажный поцелуй заставляет каждый дюйм моей кожи трепетать в предвкушении. Твои поцелуи крепче, чем вино, и определенно более сладкие. Никак не могу насытиться, но ты отстраняешься, испуская тяжёлые, неровные вздохи, и резко переворачиваешь меня на живот. Наваливаешься сверху и нетерпеливо трёшься затвердевшей плотью между бёдрами, прижимая меня лицом к холодной поверхности стола.       Такая наглость заставляет меня покрываться мурашками и поджимать пальцы ног. Всё ноет от возбуждения. Встаю на цыпочки и задираю зад повыше, вздыбив свой неимоверно пушистый хвост. Ты плотно сжимаешь его основание, вызывая невольный стон и снопы искр в глазах. Тело прошивает острой волной удовольствия и сразу же следующей, когда ты без предупреждения толкаешься в меня. Стону в голос и подаюсь назад, углубляя контакт. Сразу задаёшь быстрый темп. Резко, с громкими шлепками входишь на всю длину, выбивая из меня громкие стоны. Я не сдерживаюсь, завывая от удовольствия. Мои крики и твоё хриплое рычание гулким эхом разносятся по залу. Извиваюсь и царапаю стол, чувствуя приближение разрядки. Ты наматываешь мои волосы на кулак и рывком подтягиваешь к себе, заставляя выгибать спину. Заламываешь мои руки и надёжно фиксируешь в таком положении, страстно вылизывая шею.       Значит так тебе нравится? А раньше ты стеснялся? Или я просто тебя довёл?       Невозможность двигаться странным образом распаляет, прошивая сладкой судорогой. Напрягаю мышцы так, что бы у тебя не было поводов ослаблять хватку, но не столько, чтобы можно было подумать, что я против. Жадно ловлю губами воздух и честно ловлю кайф, даже не пытаясь отвечать на ласки. Кусаешь непослушные пряди на загривке, зарываешься носом в пушок за ухом и влажно вылизываешь его горячим, широким языком. Звуки твоего жаркого, неровного дыхания сводят с ума. А затем ты смыкаешь зубы на чрезмерно чувствительном ухе и бурно кончаешь. Я сразу следом за тобой.       Горячо! Я даже забыл задействовать тентакли.       — Ух ты! Это было… быстро, — выдыхаю я, растекаясь по столу и переворачиваясь на спину. Приятная истома разливается по телу.       — Прости, — пытаясь отдышаться, извиняется Ланс. — Я просто почти смирился с тем, что ты завёл гарем красоток, пока меня не было, а когда ты сказал… — Он смущенно отводит взгляд, на губах играет лёгкая улыбка.       — То есть ты бы не возражал? — приподнимаюсь на локтях и, хитро прищурившись, смотрю, как напрягается зверолюд. — А может мне всё-таки… А-ха-ха. Просто шучу! Не переживай ты так. Тебя и одного слишком много для бедного маленького меня. Хилы обычно не вкачивают выносливость, знаешь ли.       — Погоди… Ты изменил билд ради того, чтобы мы могли дольше…       — Даже не вздумай смеяться! — машу тентаклями, стараясь выглядеть угрожающе. — Думаешь, мне приятно было позорно вырубаться, когда ты ещё бодрячком и явно жаждешь продолжения банкета? Сейчас у меня достаточно выносливости, чтобы затрахать тебя до потери сознания! Хочешь почувствовать, каково это?       — Хочу! — ничуть не смущаясь, широко улыбается это наглая морда, хватает одну из тентаклей и жадно облизывает.       Нас прерывает звук яростно захлопнутой двери. Черная слизь застывает у входа, прожигая Ланса полным ненависти взглядом.       — Агата? Что случилось? — напрягаюсь я, возвращая одежду с помощью трансформации.       Неужели на храм снова напали, из-за того, что я слишком задержался здесь…       — Ничего необычного, — раздражённо шипит Агата. — Просто мой муж растерял последние зачатки совести.       — Не знал, что у тебя есть ещё какой-то муж, — скалюсь я, прожигая её взглядом.       — Почему он? — срывается на крик девушка, разъярённо тыкая пальчиком в обнажённого зверолюда рядом со мной. — Чем он лучше меня? Я ведь победила его в битве!       — Всем! — не колеблясь, отвечаю я. — Он спросил моё мнение перед свадьбой, а ты нет. Он уже был моим мужем, когда ты затеяла свою игру. Если бы он не спас мою жизнь, то легко бы победил тебя в той битве. У тебя с самого начала не было ни шанса!       Эта слизь в конец обнаглела! Нужно скорее избавиться от неё. Лансу наверняка неприятно выслушивать всё это.       Я поворачиваюсь к зверолюду и теряю дар речи. Он вольготно раскинулся на столе, ничуть не стесняясь своей наготы, и довольно улыбается, глядя только на меня, вовсе не обращая внимания на слизь. Рука Ланса тянется к моему лицу, аккуратно убирает выбившуюся прядку волос и касается щеки так нежно, что я и сам забываю о присутствии Агаты.       — Я всё ещё здесь! — недовольно машет руками девушка.       — А почему ты всё ещё здесь? — не отрываясь от моего лица, спрашивает Ланс. — Разве ты уже не получила ответ на свой вопрос? — Он притягивает меня к себе и вовлекает в глубокий поцелуй.       — Я не собираюсь сдаваться! — протестует Агата.       Ланс и не думает ей отвечать, увлечённо целуя меня без всякого стеснения, а вот мне очень даже неловко под её полным гнева взглядом, даже если это просто непись. Мне становится жалко обиженную слизь, ведь в этом есть и моя вина. Всё-таки это я первым наложил на неё соблазнение, и только поэтому она решила меня обратить.       — Ланс, прекрати! — отворачиваюсь я от зверолюда. — Агата, прости. Ты хорошая девушка, но у нас, правда…       — Ты хочешь сразиться со мной? — перебивает Ланс, обращаясь к слизи.       Я издаю нервный смешок. Ситуация теперь кажется донельзя комичной.       — Если собрались драться за меня, то чур делать это обнажёнными и в грязи! — с максимально серьезной миной требую я.       — Не имею возражений! — согласно кивает Агата.       — Если мой любимый муж этого желает, то я с радостью, — с хитрой улыбкой подтверждает Ланс.