Залечу до смерти!

      — Работает в компании разработчиков, — бесцветным голосом повторил я.       — Да, я тогда так удивился, — восторженно тараторил Кнуд, переминаясь с ноги на ногу.       Автоматически приглашаю его присесть в широкое плетеное кресло, а сам сажусь напротив.       Может статус лорда на меня так влияет или сказывается опыт общения с неписью храма и рабами, но мне каким-то чудом удаётся держать себя в руках. Прошлый я уже бы сказал какую-нибудь глупость, но сейчас я понимаю, что это может быть смертельно опасно. Ни в коем случае нельзя себя выдавать!       — Ну, то есть это же так круто, — восторженно продолжал Кнуд, словно фанат, хвастающийся встречей с любимой звездой. — У меня тогда пропал один из персонажей. Низкоуровневый твинк, ничего особенного. Я сразу же написал в службу поддержки, но они долгое время не отвечали, и это не на шутку бесило! Я уже думал, что на меня забили, когда он вдруг вышел на связь. Впервые встречаю такой уровень обслуживания и внимания к игрокам. Он даже специально приехал ко мне домой, чтобы расспросить про этот случай и провести расследование. Хотя мы говорили только по делу, с ним было очень приятно общаться, думаю, мы подружились.       Да кто он такой? Какого чёрта здесь происходит? Как это связано с моей проблемой, и какую роль во всём этом играет Ланс?       Так, стоп! Я не знаю этого типа, и у меня нет ни одной причины доверять ему. Однако нельзя просто так отмахнуться от этой информации. Необходимо как-то всё выяснить, не выдавая себя. Если я сейчас же не получу ответы, у меня просто голова взорвется.       — Вот как, — натянуто улыбнулся я, сохраняя внешнее спокойствие. — Это же замечательно! Теперь мы все будем в одной фракции. Качаться вместе с друзьями намного веселее, так ведь? Ланселось вернул твоего твинка? — спросил я безразличным тоном, как будто только ради поддержания светской беседы.       — Нет, — пожал плечами Кнуд, — не вернул. У них там был какой-то сбой, и мой хил сам собой удалился. Но я не в обиде, это компенсировали крутыми плюшками.       — А как он… — начал я, но осекся на полуслове.       Нет. Про внешность спрашивать нельзя. Хоть я сейчас и выгляжу иначе, не стоит акцентировать на этом внимание.       — Как Ланселось связался с тобой? Ты уверен, что он из разработчиков?       — Конечно. Я бы не впустил в дом кого попало! Он написал ответ на моё обращение в службу поддержки прямо в мой аккаунт и продублировал письмом на электронную почту с официального мыла компании. Да и на официальном сайте его можно найти в списке сотрудников. Я в этом плане очень осторожен, знаю, какими хитрыми бывают мошенники.       — Персонаж, которым ты играешь сейчас, тоже твинк? — осторожно спросил я, стараясь выглядеть расслабленным.       — Кнуд — мой основной персонаж, — ответил он.       — Давно им играешь? Сам создавал или купил с аккаунтом? — проверяю ещё одну свою догадку.       В Песне Битвы такое маловероятно, но я слышал, что в других играх аккаунт часто могли взломать, украсть и перепродать. Не знаю, как такое возможно, учитывая серьёзность системы защиты, связанную с полным погружением, и то, что я до сих пор в игре, но это самый правдоподобный вариант из всех, что приходят в голову.       — Создал сам и играю уже пять лет, — гордо заявил Кнуд. — Я вообще против покупки аккаунтов, это же нечестно. При том я и раньше играл за магические классы. До Кнуда качал точно такого же мага, но подцепил ликантропию. Не смог снять, забросил того перса и создал нового. Кроме Песни Битвы я играл в другие аналогичные игры и всегда за мага, так что не волнуйся, опыта у меня предостаточно.       Откуда он мог это узнать? Бред какой-то! Я как будто сам с собой разговариваю. Ликантропия — негативный эффект, кроме прочего, сильно меняющий внешность. Снять такой эффект очень сложно, так что я удалил этого персонажа. Даже если где-то в моём аккаунте сохранилась информация о том персонаже, то как он узнал причину удаления? Я точно никогда никому об этом не рассказывал.       Слишком нервничаю, чтобы выдавить из себя хоть слово, но из последних сил стараюсь сохранить хорошую мину. Странным образом помогает то, что Кнуд явно нервничает больше, чем я. Игра отлично переносит все эмоции и мимику игрока на его персонажа. Парень волнуется как двоечник на экзамене, ну, или соискатель на собеседовании, а я тут, получается, большой и страшный начальник. Осознание этого помогает расслабиться и вальяжно развалиться в кресле, спокойно обдумывая ситуацию.       — Вообще, я пришёл не из-за вступления во фракцию… — заговорил Кнуд, нервно теребя рукава. — Вернее, не только… То есть, я же мог связаться с тобой через чат, а сюда пришёл из-за того квеста про священное сокровище скрытой кошачьей деревни. Если ты сейчас занят…       — Не занят, — остановил я Кнуда. — Как раз закончил все свои дела. А насчет сокровища, прости, это уникальный предмет и я его уже забрал.       — Оу, — погрустнел маг, но тут же встрепенулся. — Сокровище мне не нужно, заинтересовал сам квест. Если не возражаешь, мог бы ты рассказать мне его историю?       Если этот парень пытается притворяться мной, то у него чертовски хорошо получается. Сами квесты и их связь с историей мира всегда интересовали меня больше наград. Может, стоит всё ему рассказать?       — Знаешь, на самом деле…       — Погоди, я совсем забыл, — перебил меня Кнуд. — Мы с Аптечкой договорились встретиться в городе как раз в это время, так что уже пора бежать. Давай поговорим позже. Кстати, несколько человек из фракции Четких Пацанчиков решили переметнуться вместе с нами, ты ведь не против? Через три дня мы с ними будем зачищать гнездо демонических пауков, будет круто, если ты присоединишься.       — Конечно, — кивнул я, наблюдая, как подорвался Кнуд.       — Отлично! — бросил он, уже выбегая из комнаты. — Я скажу ребятам, что с нами будет ещё один маг.       — …       Теперь кажется, что голова набита не просто ватой, а стекловатой вперемешку с гвоздями и строительным мусором.       — Мне не нравится твоё состояние, — подала голос Рурия.       Я вздрогнул от неожиданности и больно прикусил язык.       — А мне не нравится хрень, которая со мной происходит, — огрызнулся я, исцеляя пострадавшее место.       — Отдохни!       — Думаешь, я смогу сейчас уснуть?       — Я могу помочь.       — Не нужно! Я хочу побыть один и всё обдумать.       Рурия недовольно нахмурилась, но в конце концов вышла из комнаты.       Он сказал, что у них назначена встреча в городе, но ближайший отсюда населенный пункт — это Оленья крепость. Считается ли она городом? Неважно. В любом случае, стоит проверить. Если я смогу проследить за ним, возможно, узнаю что-то ещё.       Одежду мага, посох и Ланса я поместил в бездонное брюхо. Всё своё ношу с собой!       Маскироваться уже не впервой — хорошо быть слизью — к тому же, сейчас я и так сам на себя не похож. Самовосстановлению ещё понадобится какое-то время, чтобы вернуть тело в прежнюю форму. Кнуд не заметил, возможно, из-за мешковатой одежды, но сейчас я выгляжу как подросток.       Из коллекции, скопившейся в бездонном брюхе, выбираю вещички наиболее подходящие ребенку оленьей крепости — грубую холщовую рубаху и комбинезон с крупными деревянными пуговицами. Волосы скручиваю в жгут и прячу под объемную соломенную шляпу. Теперь меня не отличить от местной неписи.       С помощью браслета перемещаюсь в тронный зал крепости.       — Братишка Артигр? — удивленно хлопая длинными ресницами, замерла передо мной Изи.       — Привет! — расплылся я в глуповатой улыбке. — Давно не виделись.       — Ты как-то изменился, — лисичка наклонила голову на бок.       — Видимо, не слишком сильно, если ты меня узнала.       — Эти хвостик и ушки сложно перепутать с какими-то другими, — хохотнула она звонким колокольчиком.       Вот я затупок, это нужно было поменять в первую очередь!       — Трансформация!       Меняю расу на человеческую, убирая слишком заметные лисьи уши и хвост. Слава яйцам, теперь это мне под силу.       — Спасибо за подсказку. Не хочу, чтобы меня узнали.       Игриво подмигнув Изи, я покинул тронный зал и, быстро сбежав по лестнице, юркнул на улицу в направлении торговой площади.       В Оленьей крепости не так много мест, где можно назначить свидание. Если бы я выбирал место встречи, то это был бы центральный фонтан или таверна недалеко от него. Впрочем, даже обыск всей крепости не займет много времени.       Я осматривал не слишком оживленные ряды торговой площади, когда заметил знакомые локоны холодного оттенка. Та самая магичка, что убила себя в Древнем Храме, чтобы вернуться домой к своему ребенку.       — Мери? — окликнул я её.       Девушка удивлённо подняла на меня взгляд.       — Мы знакомы?       — Сейчас я выгляжу иначе, но это я, Артигр, — смущенно потупившись, я добавил. — Из Древнего Храма. Как ты смогла вернуться? Как твой ребёнок?       Я сделал шаг навстречу, но она отступила на два.       — Не подходи ко мне! Ты с кем-то меня перепутал. Я тебя не знаю.       — Извини, не хотел тебя напугать, — остановился я. — Мы познакомились в Древнем Храме. Тогда я повел себя не лучшим образом, но поверь, это было не со зла.       — Я не знаю, о чем ты говоришь. Мы не знакомы!       Кто-то потянул меня за одежду.       — Бесполезно. Она ничего не помнит, — голос Тристани прозвучал как гром среди ясного неба.       — Таня, — я радостно заулыбался, увидев знакомое бородатое лицо, — ты вернулась.       — Давно не виделись, — Таня продемонстрировала ряд белоснежных зубов, увлекая меня в сторону. — Соскучился?       — Ещё как, — закивал я. — Погоди, что значит, не помнит?       — Я ведь вышла из игры именно ради неё, — начала Тристаня. — В тот раз я сразу направилась по адресу, который она мне назвала, чтобы проверить её ребенка и убедиться, что она успешно вышла и воссоединилась с малышкой. Но когда я прибыла на место, девушка, что открыла мне дверь, ничего обо мне не знала и не помнила тех событий, которые мы пережили вместе. Это была Мэри, но эта Мэри никогда не встречалась с нами и никогда не имела никаких проблем с выходом.       Я непонимающе моргнул и перевел взгляд на удаляющуюся магичку.       — Девушка, на которую ты смотришь, — продолжила Тристаня, — это совсем другой человек. Я много раз пыталась говорить с ней, но это так и не дало результатов. Как будто её тогда с нами и не было вовсе. Скажи… а ты это помнишь?       Тристаня посмотрела на меня глазами, полными надежды, словно я единственный в мире человек, способный понять её и подтвердить, что она не сошла с ума.       — Конечно, я всё помню! Эта истеричка умоляла убить её, но я приказал ей держать щиты в тронном зале, пока мы с тобой отправились на передовую.       Тристаня облегченно выдохнула.       — Когда ты ушёл, я разрешила ей применить самоубийственное заклинание, а когда стало ясно, что мы отбились, вышла из игры, чтобы всё проверить. Вот только и Мэри из реального мира, и та Мэри, что ты только что видел, не помнят об этом. И вообще, создается впечатление, что это совершенно разные люди. Я думала, у меня мозги закипят от всего этого.       — Не понимаю, — помрачнел я. — Так после смерти можно выйти из игры или нет?       — Я тоже запуталась, — серьёзно добавила Тристаня. — Родители так же ничего толком не объяснили и просто запретили мне возвращаться.       — Как запретили? Но ведь Изи…       — Да, кстати об этом, — изменилась в лице Тристаня. — Она вернулась домой. Изи успешно вышла из игры и вернулась к нормальной жизни, перед тем как… — Тристаня замолчала, будто слова застряли у неё в горле.       — О чем это ты? — окончательно запутался я.       — Ты хороший человек, Артигр, — хлопнула меня по плечу Тристаня. — Мне следовало с самого начала быть честной с тобой. Прости, что солгала, но Изи не моя сестра. Болезнь, о которой я говорила, неизбежна для каждого из нас — это старость. Изи моя бабушка! Пару дней назад… она скончалась. Из-за этого родители не позволяли мне вернуться в игру, но я вернулась сюда тайно, чтобы узнать как ты и всё рассказать. Ты так и не нашёл способ выйти?       — Не понимаю, — замотал я головой, — как такое возможно, ведь Изи всё это время была здесь! Да я разговаривал с ней буквально только что!       — Если это шутка, то мне совсем не смешно.       Тристаня посмотрела на меня со скорбным выражением лица, и я понял, что она абсолютно серьёзна.       — Идем. Сама всё увидишь, — я схватил Тристаню за руку и поволок её в сторону донжона.       Слова сейчас бесполезны. Лучше пусть она увидит всё собственными глазами.