Он всего лишь ребенок
17 июля 2020 г., 08:20
До соревнований оставалось меньше месяца. Гарри нервничал, Снейп орал больше обычного, МакГонагалл не выпускала из тренировочного зала раньше шести вечера. Все были на взводе.
А еще Гарри переживал из-за коньков, но денег на новые пока не хватало. Он надеялся, что ночная подработка как раз позволит наскрести нужную сумму.
МакГонагалл выбралась к катку и обсуждала со Снейпом результаты Гарри, пока тот наматывал круги по льду.
— Северус, это что, коньки Джеймса? — спросила вдруг Минерва.
Снейп скривился. Он не мог не видеть, что у Поттера дрянная экипировка, но сильно сомневался, что тот может позволить себе новую.
— Ты должен поговорить с ним. Если надо, пусть Альбус выпишет чек на новые коньки. Долгом больше, долгом меньше.
— Поттер! — рявкнул Северус. — Ко мне, живо.
Гарри неловко затормозил, рассыпав веером льдинки из-под лезвий. Он лихорадочно пытался понять, когда успел натворить дел.
— Отправляйся к Дамблдору, поговори с ним насчет обновления экипировки. На этой рухляди ты на соревнования не поедешь, — сказал Снейп, как только Гарри подъехал к ним.
Гарри тут же вскинулся. Он понимал, что его коньки и морально, и физически устарели, но ему не нравилось, что кто-то называет вещи его отца рухлядью. Гарри до сих пор помнил, как радовался, когда дорос до них и смог наконец выбросить свои дешевенькие подростковые коньки.
— Я обойдусь своими силами, спасибо за заботу, — раздраженно ответил Поттер.
Северус махнул рукой, мол, делай что хочешь, и отвернулся, возвращаясь к разговору с Минервой.
А следующим утром Поттер пришел с разбитым лицом и новыми коньками.
— Так и знал! — бушевал Снейп. — Чего еще ожидать от Поттера? Что натворил на этот раз? Ограбил кого-то?
Поттер молчал. Глядел ему прямо в глаза, и Северусу показалось, что он видит разочарование в его взгляде.
Северус осекся.
— Никакой тренировки сегодня, — сказал он. — Чем ты думал? Хочешь сломать себе что-нибудь перед соревнованиями?
Поттер не стал спорить. И впервые ушел молча.
Снейп долго смотрел ему вслед, а потом чертыхнулся и позвал Минерву. Кому-то надо было приглядеть за стадом оболтусов, по недоразумению называющих себя его учениками.
Он ехал по адресу Поттера, хотя не слишком надеялся найти его там.
Сегодня он действительно повел себя как настоящий мудак. Кто бы что ни думал, но он умел признавать ошибки. Просто Северус искренне считал, что обычно не совершает их.
***
Каморка, которую Гарри уже третий месяц называл домом, встретила его затхлостью и тусклым светом, едва пробивающимся через треснувшее окно. Гарри почти не бывал тут, приходил только поспать, а потом бежал на тренировку или подработку. И сейчас ему было совершенно нечем себя занять. Гарри злило то, как Снейп обращался с ним. Малфой был для него «Драко», а Гарри доставались обидные прозвища и насмешки. И это вечное недовольное обращение «Поттер». Ни с кем из ребят в группе Снейп себя так не вел. Гарри мечтал, что по приезде в Санкт-Петербург начнет новую жизнь. Что будет общаться с такими же фанатами катания. Фигуристы вообще казались ему совершенными людьми. Но тут, как и дома, хватало зависти, упреков и недовольства. Жить стало еще тяжелей. Сумасшедшие нагрузки едва позволяли ему вставать с кровати. Гарри не жаловался, просто прикидывал, на сколько еще хватит его резервов. При этом он не знал, что изматывает его сильнее: тренировки или постоянное недовольство Снейпа. Поэтому, когда наступало его время выходить на лёд, он был благодарен судьбе, что может получить хоть час отдыха, скользя по приветливой глади. Гарри любил лёд и совершенно его не боялся. Будь его воля, он бы не сходил с катка. В детстве его любимым развлечением было нарезать замысловатые фигуры на льду и разгоняться до сумасшедших скоростей. А когда получились первые прыжки, он чувствовал себя так, словно может летать. Гарри уходил на каток и забывал о тёмной комнатке в пропахшем кислой капустой доме. Об упрёках тетки, о тычках брата. Его больше не угнетали плохие оценки и выговоры учителей. На льду Гарри получал настоящую свободу. Он с теплотой вспомнил новые коньки. Как только Гарри отбил свою зарплату у особо зарвавшегося напарника, купил этих красавцев. Хоть Снейп и выгнал его с тренировки, но коньки лежали теперь в его шкафчике, и он мог больше не переживать, что их утащат и сдадут за бутылку. Гарри, уставший за ночную смену и измотанный ссорой со Снейпом, устроил свою гудящую голову на подушке и сам не заметил, как провалился в сон. Пока он спал, Снейп доехал до завода, обшарил все углы, куда смог добраться, и за сотню услышал от местного сторожа душещипательную историю о мальчике из другого города, который ютился тут, в комнатушке, одной из немногих, устроенных в здании бывшего склада. Узнал Северус и о ночных подработках и эпичной драке, которую тот сегодня устроил с бугаем в два раза крупнее его. Спасло мальчишку, по словам сторожа, только то, что детина был в стельку пьян. Северус побродил еще немного в раздумьях, а потом сорвался с места и поспешил обратно на каток.***
— Поттер живет в бараках рядом с металлургическим заводом и не ходит в школу. Вместо этого разгружает вагоны с углем. Боюсь, еще пара месяцев в таком режиме, и мы получим инвалида, а не чемпиона. Минерва ошарашено уставилась на Северуса. Тот ходил из угла в угол в ее небольшом кабинете, то и дело нервно ероша свои длинные волосы. Она давно не видела его настолько взволнованным. — Что будем делать? — требовательно спросил у нее Снейп. — А что мы можем сделать? Вызвать опеку? Мистер Поттер считает себя вполне самостоятельным. Захочет ли он, чтобы мы вмешивались? — Каким бы наглым и надоедливым ни был Поттер, но он все ещё ребенок, Минерва. Он должен учиться, должен иметь крышу над головой. Минерва только пожала плечами. Она понятия не имела, чего Северус хочет от нее добиться. Тот разочарованно зарычал и ушёл, хлопнув напоследок дверью. Гарри спал, не зная обо всех тревогах Снейпа. Утром он, как ни в чем не бывало, пришел на тренировку, хорошо отдохнувший и полный сил. Снейп встретил его мозговыносящей новостью: — Ты будешь жить со мной. Надеюсь, никаких инсинуаций не будет? У меня три спальни. При желании мы не будем даже видеться. — Зачем вам так много? — почему-то первым делом спросил Поттер. — Честно говоря, одну я использую как склад, а вторую — как кабинет. Так что придется тебе потрудиться и разобрать старьё. Больше вопросов не будет? — Зачем вы это делаете? — непонимающе спросил Гарри. — В смысле, зовете жить к себе. — Давай сразу проясним один момент. Никто тебя не зовет. Это приказ. Твои отвратительные условия ухудшают эффективность моих тренировок. Гарри в ужасе уставился на него. — Да, Поттер, я разузнал о твоем жилье и работе. Так что ты будешь жить в нормальном доме, и, второе, ты возвращаешься в школу. Есть хорошая муниципальная школа для спортсменов, денег за нее платить не надо. — Постойте, я получил один аттестат, мне хватит. Я должен работать. — Ты должен учиться, пустоголовый болван. Учиться, чтобы не быть таким пустоголовым болваном. Гарри насупился. — На что тебе нужны деньги? Девочки, наркотики, алкоголь? — Еда, одежда и снаряжение, — огрызнулся Гарри. — Один подросток точно меня не объест, а на личные расходы выбей стипендию из Дамблдора. Он говорил про деньги Джеймса? Гарри кивнул. — Ну так и трать их, вместо того чтобы гробить свое здоровье. Уж поверь мне, ни один преподаватель, а тем более директор этой школы, не обеднеет от твоего содержания. Поттер сопротивлялся, но Снейп умел продавливать свои решения. Вечером он снова отвез его к воротам старого завода. Поттер за двадцать минут собрал свои пожитки, и в половине девятого они подъехали к дому Северуса. Гарри вертел головой, но было уже слишком темно, чтобы разглядеть хоть что-то за пределами пятна света от фонаря. Они вошли в дом. Первый этаж занимала огромная кухня-гостиная, уборная и лестница на второй этаж. — Сегодня ляжешь на диване в гостиной, а завтра займемся спальней, — сказал Снейп, бросая ему плед и подушку. — Правила просты: не брать мои вещи, не поджигать и не затапливать дом. При любых экстренных ситуациях звонить мне. И не разводить беспорядок. Гарри скептично поглядел на кухонный стол, заставленный грязной посудой. — Это правило для постояльца, а не для хозяина, — надменно проговорил Снейп и сгрёб всю посуду в раковину. Гарри тут же отправился изучать территорию. Исходив дом вдоль и поперек — закрытой осталась только хозяйская спальня — он натурально влюбился в него. Обстановка была простой: много дерева в отделке и огромные окна повсюду. Гарри тут же подумал, что когда разбогатеет, то купит себе точно такой же. Ошеломленный стремительными изменениями в своей жизни, Гарри вернулся в гостиную и вырубился, едва голова коснулась подушки.
