Адская любовь

Темные коридоры едва освещались крохотными окошками в крохотных камерах, с которых на меня зловеще глазели где-то двадцать с половиной пар глаз. Тихо сопя, ненавидя меня, но боясь, они сидели на земле, сжимая пальцы, либо то, что у них было вместо них, провожали взглядом, пока я успешно не миновал их. Я сын Сатаны. Сын Короля Ада и повелителя демонов. Но в этом доме это ничего не значит. Отца нет, и это даже к лучшему. Он уже в своём демоническом обличии крушит город на север от Гиены. Сегодня – тот самый день. Через несколько часов я уже должен быть в саду Мамона. Несколько слуг торопливо оббегают меня, едва шепча приветствие. Они готовятся к обеду, который никто сегодня есть не будет. Сидеть в замке - невыносимо. И сидеть вообще тоже. В животе мутит, в предвкушении самого идиотского в моей жизни поступка. Ворваться в тюрьму отца. Да ты, Люци, самый настоящий болван. Выхожу в обжигающий, горячий воздух. Руки дрожат, я делаю сильный взмах крыльями, отталкиваясь от земли. Нету пьянящего чувства свободы. Я лечу, понимая, что вот-вот камнем упаду вниз. Воздуха не хватает, жарко, невыносимо жарко. Я боюсь? Нет! Нет! НЕТ!!! Я не могу бояться, я не слабак, я не... СЛАБАК!!! Не понимаю как оказываюсь на земле. Я кричу. Какой же я жалкий! И всегда им буду. Дышать. Мне нужно дышать. Кровь бьёт меня по стенкам черепа, я понимаю, что задыхаюсь. Желание бить, рвать, делать больно. Не важно кому, даже себе. Удар. Удар. — Жалкий подонок!- горло дерёт, я впиваюсь ногтями в шею, пытаясь, наверное, вырвать себе глотку, бью себя по голове, пока не чувствую как боль утихает и я трясясь падаю на землю. Собственный крик заглушает меня и я резко умолкаю, испугавшись этого. — Я могу,- тихо шепчу - я не боюсь его. Оголенное мясо на искусанных губах печёт, спокойно затягиваясь. — Я могу.