Пятна

      — Ничего себе, кто почтил нас своим присутствием, — усмехнулся Джек, опускаясь за парту позади меня. — А где твоя мамочка?       — Без понятия, — огрызнулся я и он замолчал, видимо, не ожидав, что я отвечу.       Почему-то на следующий день после инцидента у меня уже не возникало желания оставаться дома. Там я был один и казалось мне, что кто-то следит за моими окнами. Квартира была на первом этаже.       Тем более нельзя было больше брать отгулы на работе, а деньги нашей семье нужны. Но было ещё кое-что. Я заглянул в глаза тому человеку… В глаза чудовища и в глаза смерти. Кажется, стены моего дома не станут для него особой преградой. Только вот этот человек был мне предначертан. Либо это случайность, что он меня не убил, либо его личная прихоть, либо это та самая судьба, которую некоторые дожидаются годами. Я всегда представлял встречу со своим предначертанным. Думал, узнаю ли я сразу этого человека или мы невзначай коснёмся друг друга и увидим потом на своей коже пятна, которые все для нас и прояснят. Мне не нужно было прикасаться к тому человеку, чтобы всё понять. Но что теперь делать? Никто не сделает тебя счастливее предначертанного, а это значит, что мне остается лишь ждать или пытаться найти его снова. А что если он уже наметил меня своей следующей жертвой и я даже не успею всё для него прояснить?       Джек неожиданно сел рядом со мной.       — Раз твоей подружки нет, посижу здесь, — он усмехнулся, а я посмотрел на него устало.       — Можешь хотя бы сегодня оставить эти свои… — я зажмурился, пытаясь сформулировать в голове фразу.       — Эй, я оскорбляю тебя сейчас? — я посмотрел на него, а он прищурился и вид у него был немного обиженный.       — Нет, — я пожал плечами.       — Бью?       — Ну… Нет… — я нахмурился.       — Я тебе как-то мешаю, кроме как своим существованием? — он хмыкнул.       — Погоди, ты сейчас пытаешься выставить меня тем человеком, который годами прохода тебе не даёт и за спиной у всех отравляет жизнь?       Он рассмеялся.       — Пытаюсь показать тебе, что не все в мире делится на белое и чёрное и не каждое слово другого человека в твой адрес — травля.       Он замолчал и отвернулся к доске. Учитель уже пришёл, а я и не заметил. Оставшуюся часть урока я размышлял, что Джек пытался этим сказать и, кажется, что-то немного прояснилось. В его словах была доля истины. Если предначертанный мне человек делает другим плохо, это ведь не значит, что он сделает плохо и мне? Пусть это звучит и эгоистично, но зло для других — благо для тебя. Разве я должен от этого отказываться только потому, что кто-то может пострадать?       — Эй, подружка номер два, пойдешь на курилку? — я так и не понял, как урок закончился.       — Чего?       — В курилку, — Джек собирал вещи.       — С тобой? — я посмотрел на него ошарашенно.       — Ну можешь сходить с духом святой девы Марии, но я бы лучше сходил с Иисусом, тот хоть воду в вино превращает, а не делает детей из святого духа, — он тихо засмеялся и подмигнул мне. — Пойдём, чего в классе то торчать?       Для меня ходить в курилку было естественно. Мы с Алисой оба сторонились остальных, хоть она и была маленькой звёздочкой школы. У неё были подруги и друзья парни тоже, а также люди, которым она очень нравилась, только вот курить в моей компании ей нравилось почему-то куда сильнее. Она успевала рассказать мне о своих проблемах, о проблемах преподавателей с их предметом, о проблемах нобелевских лауреатов и почему их проблемы не такие серьёзные, как у неё в этой школе. Но сегодня её не было. Лишь одна весточка в виде смс пришла: «Я всё. Я заболела. Слушай Мисс Крыску в одиночестве».       Но сам я не курил, однако всё равно пошёл за Джеком и никак не мог потом взять для себя в толк почему.       Это был последний день осени и от холода я весь сжался, как только мы покинули порог школы.       Я последовал за Джеком, а тот облокотился о стену на против меня и закурил.       — Ты хотел о чём-то поговорить? — тихо спросил я, чтобы хоть как-то нарушить неловкую для меня атмосферу.       — Какой ты проницательный, — он хмыкнул, а я поежился. Ох уж эти разговоры…       — И о чём же?       — О твоей проблеме.       — О моей проблеме? — я даже голос повысил.       — Тебя не было на занятиях несколько дней, а перед этим пятно на лице. И ты сам не свой. Это ведь с предначертанным как-то связанно? У тебя ведь только недавно началось, а это самый тяжелый период…       — Погоди, ты мне кто, чтобы со мной о таком беседовать? — возмутился я, а он посмотрел на меня как-то оторопело. — Я бы даже понял, если бы Сатана решил о таком со мной поговорить. Это, я думаю, личное. Тебя точно не касается.       — Думаешь, всей школе расскажу? — он прищурился, затягиваясь сигаретой.       — Думаю, уйти с уроков и пойти выпить кофе с пончиком. Это куда лучше созерцания твоего лица, — задумчиво сказал я. — Точно. Вот что мне поможет, а не ты. Пока.       И я отвернулся от него и серьёзно пошёл с территории школы. Обычно я так не делал.       — Погоди, эй, — крикнул он вслед, но я лишь прибавил ходу, а сзади послышались шаги. — С занятий уходишь? Ты? Джим с занятий? — мы шли по школьному двору, я украдкой взглянул на него, а он сжимал в пальцах сигарету.       — Учителя увидят, башку оторвут, — я самодовольно улыбнулся.       — Кого? Чего? — он взглянул на свою руку, пытаясь поспевать за мной. Видимо, и сам не понял, что от удивления из-за моих действий не выкинул сигарету. — Чёрт… — он бросил окурок на землю, но всё ещё шёл за мной.       — Что тебе нужно, Джек?       — Чем я тебе так не угодил?       — Серьёзно спрашиваешь? — я вышел со двора школы, а он за мной. — Начать с того, как ты вылил на меня бутылку ледяной воды на физкультуре летом? Или с того, что мои вещи оказались вместо класса в луже на улице?       — Так я не знал, что там лужа, — он пожал плечами.       — А зачем это всё делать? — я и правда направлялся в местную кофейню. Общество этого идиота меня хоть и не радовало, но с ним рядом хотя бы не было ощущения, что кто-то пилит взглядом меня в спину, хотя я не ожидал, что он за мной потащится.       — Ну, я… — он почесал затылок.       — Ага, именно это я и хотел услышать. Ну, ты. Ты всегда таким был. Почему-то только со мной… Но, не велика беда. Если бы я вдруг перевёлся в другую школу или… меня убили, ты бы нашёл себе нового козла отпущения. Пусть никто кроме меня и Алисы твою гнильцу не замечает, но…       — Да что ты вообще говоришь такое? — он остановился и я, почему-то остановился тоже. Впервые посмотрел на него и выглядел он не как Джек, которого я знал или делал вид, что знал. За пределами школы он казался обычным парнем, а не моральным уродом, которому нравилось иногда кого-то унижать, хоть и приходилось сдерживаться в угоду репутации.       — Что именно я говорю не так?       — Я правда такой в твоих глазах? — он нахмурился.       — Какой?       — Я в твоих глазах такой подонок? — я хмыкнул.       — Если тебе так нравится унижать кого-то, почему бы тебе меня не убить? — слова как-то сами слезли с языка. А Джек стал ещё более растерянным. Ну, конечно, обычно я и слова ему сказать боялся.       — Убить? У тебя совсем что ли крыша поехала?       — А что? Выбросишь тело куда-нибудь, никто и не подумает на тебя.       И я вновь отвернулся и пошагал к кофейне.       — Если так сильно меня ненавидишь, почему бы и не убить? — и я тихо усмехнулся сам себе.       — Ты, Джим, совсем балбес, — бросил он мне в спину и я аж вздрогнул. Джек сказал это беззлобно и словно обижено. Я оглянулся через плечо, а он уже шагал обратно к школе. Кто ещё балбес.

***

      После того, что со мной случилось тогда в подворотне, мне всё время было не по себе. Я сидел в кофейне, а мне чудилось, что мимо её окон проходит человек в длинной черной куртке. Но когда я туда смотрел, там уже никого не было. Я поехал на работу и мне показалось, что он сел рядом со мной в автобусе, но это была лишь какая-то милая бабушка. В каждом посетителе магазина мне чудился таинственный силуэт. А пятна всё ещё не появлялись на теле. Так я совсем забил на домашнее задание, решил угробить себя физическим трудом без перерыва. Хозяин пытался меня остановить, но я рассортировал все коробки на складе, а потому закончил работу раньше положенного времени. Конечно, я хотел остаться ещё, но хозяин выпроводил меня восвояси, сказав, чтобы я пошёл домой и отдохнул. Ну как же… отдых… Бояться непонятных теней за зашторенными окнами так себе веселье. Но делать больше было нечего.       И вот когда я шёл по темной улице, я наконец понял, почему не захотел оставаться больше дома. Мне просто нужно было большое скопление людей. Пусть умом я и не осознавал этого, но такова наша животная сущность. От опасности мы бежим туда, где есть те, кто может нам помочь. Только вот опасность как раз в людях, а не в одиночестве. Сейчас я был на улице. Можно всегда закричать и позвать на помощь. Но разве помощь пришла к тем двум бедным девушкам, с которыми мой предначертанный сделал такие страшные вещи? Более того, даже о втором теле в новостях не сообщали. Невольно в голову мою закралась мысль, а что если её тело до сих пор лежит там? В холодной и темной подворотне… Полиция не поверила мне и не приехала на вызов и теперь она навечно станет пленницей стен этого города.       Ноги мои сами несли меня в нужном направлении, которое было по пути. Редкие люди ещё встречались на улице, а потому мне не было так страшно, даже когда я сошёл с центральной улицы в нужный закуток.       Там должна была быть желтая лента и обведенные мелом на асфальте очертания тела. Но ничего не было. Я замер на секунду, пытаясь понять, туда ли вообще пришёл, но это точно было тоже самое место. Словно полиция и правда намеренно скрывала такие вещи. Тело забрали, но в воздухе так и витал запах смерти.       В темноте что-то шелохнулось. В темноте впереди. Там, куда уходил вчера незнакомец, или там, за углом где я от него прятался.       Я решил, что мне показалось, но страх заставил оцепенеть. Мозг не боялся, а тело… однако я сделал шаг навстречу темноте и ещё шаг. Ноги не поддавались. Я прошёл закуток, где вчера сидел, пытаясь вглядеться туда, куда уходил человек, потому что мне показалось, что что-то должно быть именно там, однако…       Внезапно кто-то закрыл мне рот рукой. Я почувствовал губами резину или латекс, второй рукой этот кто-то обхватил меня за талию и дёрнул назад, за угол. Здесь было совсем темно и свет фонаря еле просачивался. Именно на этом месте мы вчера с тем человеком беседовали.       От неожиданности я не смог вскрикнуть. Крик словно застрял в горле и я мог лишь дрожать в чужих руках, как осиновый лист на ветру.       — Это у тебя привычка такая, гулять так поздно, м-м? — раздался тихий шёпот мне на ухо. Я почувствовал чужое дыхание, от которого мурашки побежали по спине.       Он прижал меня к себе, но я даже и не думал вырываться. Кажется, что я ещё вчера смирился со смертью, а потому и искал её теперь везде сам и словно не боялся.       — Я сейчас уберу руку и ты не будешь кричать, договорились? — я медленно кивнул, а он и правда убрал руку от моих губ. — Ну так что? Снова шёл к маме?       — А вы снова тут людей убиваете? — дрожащим и робким голосом спросил я, глядя в темноту перед собой. Я ощущал тепло его тела спиной, это, конечно, очень мило, ведь мы как бы предначертанные, но в тот момент лишь ужас меня охватывал.       — Ну если такие вопросы задавать продолжишь, может и буду убивать, — он усмехнулся, всё ещё не позволяя мне дёрнутся.       — Я шёл с работы, — попытался оправдаться я.       — Я тоже. Вот и поговорили.       И он отпустил меня, от чего тело само дёрнулось и я обернулся, глядя на него. Перчатки, маска, всё как и вчера. А также насмехающиеся надо мной из тьмы глаза. Волосы его уже не были скрыты капюшоном. Чёрные и взъерошенные. А ещё у него были немного острые уши. Невольно возникла ассоциация с эльфом.       — А вы работаете?       — А в твоём понимании те, кто убивает других, не работают? — он вопросительно выгнул бровь.       — Ну… — я задумался, а он хмыкнул.       — Ты пришёл на место преступления, ты знаешь?       Я растерянно посмотрел на него. Конечно я знаю, я ведь тут вчера был сам.       — Как истинный преступник. Я бы мог на тебя в полицию настучать.       — Чего? — он рассмеялся. Наверное, у меня правда было ошарашенное лицо.       — Повторю вопрос. Чего ты тут шляешься и вынюхиваешь, малой? — сегодня он не был в куртке. Это было чёрное толстое пальто. Он убрал руки в карманы.       — Ну… — я замялся. Не мог же я сказать, что пришел проверить, убрала ли полиция тело. — Ну, я пришёл проверить, забрала ли полиция тело… — ну, я дебил, получается. — Я… — я сглотнул. — Я вчера боялся, что ей будет тут холодно и одиноко… — на мужчину я не смотрел, но уверен, что лицо у него было весьма озадаченное. — Я позвонил в полицию и представился анонимом… Вы просили не ходить в полицию, но я только сказал, что нашёл тело и… — я поджал губы. Ничего из этого говорить вообще не стоило. — Простите. — И я упал на колени перед ним.       — Ты сейчас серьёзно? — он так это сказал, словно я полный идиот. — Хорошо, про полицию я и сам знал, но говорить это мне… Зачем? Приходить сюда, чтобы что?       — Я не знаю, я дебил, — застонал я, сжав голову руками.       — Ну, это я и так вижу. Может, для приличия покричишь и позовёшь на помощь? Ударишь меня и убежишь? — он даже с места не двигался, но его руки в карманах напрягали. У него может быть там всё, что угодно. Нож… пистолет…       — Не могу вас бить. Я один раз ударил задиру в школе, но ему как с гуся вода, я очень слабый.       Он тяжело вздохнул.       — Тогда просто иди к чёрту отсюда. Ты разве не боишься, что я могу тебя убить? Какого хрена ты со мной вообще беседуешь, словно мы две бабки соседки на чаепитие?       — Я не знаю… — я снял очки с глаз и второй рукой закрыл лицо, ибо почувствовал, что оно очень горячее от стыда. Глаза щипало, будто я сейчас заплачу, либо от страха, либо от бессилия.       — Ты всё ещё не идёшь отсюда к чёрту. Ты стоишь передо мной на коленях и пускаешь нюни. Что с тобой не так, малой? — он рассмеялся.       — Я… — я сглотнул и попытался подняться. — Я ваш… — и я всё ещё не смотрел на него. — Ваш предначертанный…       — Мой кто? — ему вроде и было весело, он что-то там смеялся… но по голосу можно было понять, что он обо мне на самом деле думает.       — Ну… Прикоснитесь ко мне и… Ну… Сами туда-сюда… Поймете… Вот…       — А… — он хмыкнул, а затем достал руки из карманов, от чего я сжался снова. Он стоял прямо напротив и ничего не мешало ему прямо сейчас пырнуть меня ножом в грудь.       — Предначертанный, значит, — протянул он задумчиво, а я посмотрел на него впервые за наш диалог. Глаза его по-прежнему смеялись. Они не казались мне такими страшными, как вчера и что-то в них было определенно другим, но взгляд их мне не нравился.       — Давай руку.       Он закатал рукав своего пальто, затем чёрной рубашки. Руки у него были жилистые и, казалось, довольно сильные. Меня парализовало. Я не понимал, что именно он хочет сделать. Руки мои задрожали и я просто был не в силах повиноваться, а потому он сам взял меня за запястье, словно всё прекрасно понимал. Он так и оставался в перчатках, словно не желал получить отметки на своем теле от прикосновений ко мне.       Я не мешал. Просто наблюдал. А он поднёс мою руку к своей и медленно начал что-то вырисовывать кончиком моего указательного пальца на своей руке. Мой мозг отключился, собственно, как и всегда. Я мог только наблюдать. А затем он отпустил мою руку и опустил свой рукав.       — Я не создан для всего этого. Пятна, предначертанные, любовь. Не презираю, но и не впускаю это в свою жизнь. Мне нравятся совсем другие вещи. И если хочешь жить спокойной жизнью, просто не подходи ко мне и всё. Ты не в моем вкусе, но я вполне мог бы расправиться с тобой, даже если это не принесло бы мне удовольствия.       От его слов меня сначала бросило в жар, потом в холод.       — Посмотри на свою руку и будь хорошим мальчиком, раз уж я твой предначертанный. Не заставляй меня делать тебе больно.       Он похлопал меня по плечу и вновь ушёл в ту сторону, где скрылся вчера. А вслед за ним тянулась та же мелодия, что он напевал, когда убивал ту девушку. И мелодия эхом отражалась от стен подворотни.       Когда мелодия совсем отдалилась и полностью затихла, я дрожащей рукой закатал рукав своей куртки.       «ИДИ ДОМОЙ» — вот что он написал. Большими буквами. Я закусил губу, опустил рукав и последовал его совету. If it takes forever I will wait for you For a thousand summers I will wait for you Till you’re back beside me, till I’m holding you Till I hear you sigh here in my arms. Anywhere you wander, anywhere you go Every day remember how I love you so In your heart believe what in my heart I know That forevermore I'll wait for you. The clock will tick away the hours one by one Then the time will come when all the waiting's done The time when you return and find me here and run Straight to my waiting arms. If it takes forever I will wait for you For a thousand summers I will wait for you Till you’re back beside me, till I’m holding you And forevermore sharing your love… Till you're here beside me, till I'm touching you And forevermore I will wait for you Connie Francis — I will wait for you