Фаза: Провал

Прошло меньше минуты после ухода Ньюта, как в дверь постучали и, не успел он ответить, открыли. В комнату заглянул темнокожий парень с коротко стриженными чёрными волосами. — Уже проснулся, — пробормотал пришедший, не обращаясь ни к кому конкретному. Он прикрыл за собой дверь, держа на одной руке поднос и осматриваясь, — ты один? — Да, — парень ответил немного рассеянно, на этот раз садясь полностью и подтягивая простынь к животу, которая сползла на пол, когда Ньют лёг на него. Всё же, стоит позже спросить его об этом. — Голова кружится? Тошнит? Недержание? — медбрат, судя по всему, поставил поднос ему на колени и прижал к его лбу холодную мозолистую ладонь. Грубая сухая кожа неприятно соприкоснулась с лицом и он помотал головой, стряхивая чужую руку. — Я ничего не помню, — потерев свой лоб кончиками пальцев, он осмотрел содержимое подноса: деревянная тарелка с трещиной сбоку, на которой что-то, смутно напоминающее тушёные овощи. В такой же деревянной чашке обыкновенная вода, хотя на счёт её фильтрованности он мог бы поспорить. — Я Джефф, — представился медбрат, ещё раз осматриваясь, — а кто ты, мы скоро узнаем. — И как? — он взял чашку, делая небольшой глоток и убеждаясь в том, что вода далеко не первой свежести. На удивление, есть ему не хотелось, не смотря на то, что он не смог бы сказать, когда ел в последний раз. Возможно, это последствия наркотика, который должен вот-вот выветриться. Или из-за того, что его не так давно тошнило, хотя, может и давно, — сколько я здесь? — С утра, — Джефф пожал плечами, скрещивая руки на груди, — тебе сейчас главное не дёргаться и постараться не наложить в штаны. Вы — новички — такие пугливые. — Сам бы попробовал попасть непонятно куда, ещё и без памяти, — парень постучал пальцами по кружке, отставляя её. — Ну да, — тот фыркнул и закатил глаза, дав пациенту подзатыльник, — все мы через это прошли, Шанк. Каждый из нас оказался здесь в лифте, под наркотой и без каких либо воспоминаний. Поэтому не умничай и ешь, ночевать ты тут не будешь. — Зачем мы здесь? — Эй, — парень устало вздохнул, потерев руками лицо, — не я здесь экскурсовод. Моя задача — выходить тебя. А вопросы будешь Алби задавать. Он встрепенулся и поднял вопросительный взгляд на Джеффа, ожидая чего то ещё. Хоть чего то. Но тот лишь показательно кивнул на поднос, покачивая ногой. Парень разочарованно вздохнул, отправляя в рот зелёный стручок и размышляя о том, что сказал его первый гость. Ньют мало что растолковал, но не казался таким уж неприступным, и он решил как следует допросить парня чуть позже. А ещё о его выходках. Он совсем небыл против, Ньют не настолько тяжёлый, что бы доставлять дискомфорт. Но мало ли, вдруг у них здесь принято нарушать личное пространство и правила. Собственно, почему он попросил не рассказывать о своем визите? — Джефф? — он медленно отодвинул тарелку, поймав на себе усталый взгляд, — сколько в Глэйде человек? — Около полусотни, на данный момент, — начал было разъяснять Джефф, но с подозрением прищурился, — откуда ты знаешь, что это место называется Глэйд? Новичок затих на пару секунд, понимая, что сболтнул лишнего: — Ну... Ты же сам сказал, разве нет? — невинно пробормотал парень, запихиваясь овощами. * * * На небе уже появились первые звёзды, а солнце, если и не село, то вот-вот должно было. Очень медленно плыли тёплые, почти персиковые облака. Они не похожи даже на вату, выглядя ещё мягче и легче. Гладкое голубое небо уже начало приобретало более тёмные оттенки и плавно переходило в светлые к другому краю горизонта. На его холодном фоне комочки облачков выглядят ещё ярче, по краям переходя в настолько горячий цвет, будто раскалённый металл. Его только выпустили из больничной койки, а Алби уже потащил его на экскурсию. Алби — так представился высокий тёмный парень, хотя, назвать его парнем уже кажется ошибкой, скорее мужчина. У того хорошо развитая мускулатура и выступающие ниже локтя вены, большие выразительные губы и красные глаза, словно он не спал несколько дней подряд, а потом с усердием тёр всё лицо. Он дал бы ему лет двадцать минимум. Это был уже третий человек, представившийся ему, и начинало казаться, что над ним насмехаются из-за того, что своего имени он не помнит. Он так и не понял, сколько это — скоро, когда он вспомнит, как его зовут. — И так, Салага, начнем с правил, — Алби вёл его через негустой подлесок из ветхого деревянного здания. Оно не выглядело крепким и, тем более, надёжным. Слово "рухлядь" подходит лучше всего. Но оно не развалилось, пока он был там, и на том спасибо. — Как скоро ты вспомнил своё имя? Алби обернулся, вопросительно вскинув брови и взъерошив волосы на затылке: — Я изначально его помнил. Новичок остановился, нервно сглотнув. И не забывал? Тогда почему он не помнит? Может, создатели переборщили и стёрли ему всю память. И теперь он так и останется безымённым на веки вечные, будет скитаться с козликами и щипать травку, пока однажды не осознает, что имени у него и небыло, а всё это иллюзия и он уже давным-давно мёртв и находится в матрице... — Эй, тебе плохо? — Алби обеспокоенно положил руку парню на плечо, глядя на перекосившееся и побелевшее лицо, — может, вернёмся в Хомстед? Он жалобно промычал, переводя взгляд на вожака: — А если у меня нет имени? — он и сам удивился, каким писклявым и несчастным прозвучал его голос. Алби рассмеялся, похлопывая его по плечу. Парень не понял такого приступа веселья. Вдруг у него действительно нет имени? — Не ты один не помнишь своего имени, — Алби обвел рукой места вокруг них, — точнее, не помнили. Только несколько человек знали свои имена изначально, остальные вспоминают в течении дня-двух. Парень напряжённо осмотрел несколько человек вдалеке, с подозрением прищурившись. — И, даже если ты не вспомнишь, — растягивая слова, он выделил, — чего точно не случится. Ты сможешь сам придумать себе имя. Ну или обратись с этим к Ньюту, он у нас спец в именах. — В именах? — он встрепенулся, услышав знакомое имя. Может тот помнит больше остальных и знает его? Или у него есть какие-то записи с именами? — Ну, можно и так сказать, — усмехнувшись, Алби направился дальше, — мы говорили о правилах, Салага. Парень направился следом, засунув руки в карманы и стараясь отбросить не самые радостные мысли на потом. — Для начала, ты должен работать. Если не хочешь себе проблем, не отлынивай, мы тут выживаем за счёт того, что делаем. У нас есть восемь видов работы, одной из них займёшься ты. А может и не одной, можно взять несколько. Здесь у нас Хогсмид. Он проследил за тем, куда указывал Алби: та самая ветхая деревянная постройка, из которой они недавно вышли. Вокруг негусто растут деревья с высоко выступающими корнями. Он не знал, как эти деревья называются, но выглядели те внушительно. Прищурившись, он всмотрелся в одно из окон второго этажа. Стекла там, конечно, не было. Ему показалось, что кто-то стоит у окна и наблюдает за ними. Правда, сказать кто, он не смог бы, даже если бы знал всех местных — настолько расплывчатым было очертание. Когда они уходили оттуда, он успел немного осмотреться и ужаснуться тому, насколько всё держится на соплях. В здании имелось три этажа, но на крыше была какая-то пристройка, так что можно сказать, что их четыре. Доски и балки выглядели так, словно их сколотили в большой спешке и довязали верёвками. Когда они дошли до лестницы, он засомневался, не будет ли безопасней сигануть в окно: поручни и ступеньки были на столько кривыми, что буквально торчали во все стороны. Те полминуты, что он спускался, половицы нещадно трещали и скрипели. Алби, казалось, было совершенно плевать. Стены явно были сделаны с трудом, но без знаний постановки зданий, ибо между досками и брёвнами имелись просветы, в которые были запиханы трава и мох. Аккуратнее всего вышли у строителей окна, которые те просто прорубили в уже имеющихся стенах и обклеили по бокам чем то, вроде рамок для картин. На втором этаже кое-где нехватало половиц, но, если судить по обломкам щепок, они там были ещё совсем недавно. Парень глубоко вдохнул, втягивая аромат леса, костра и чего-то копчёного. Слабо ощущался запах скота, который он заприметил в другой части Глэйда. Ужин уже начали готовить и с другой части Хомстеда поднималась ниточка белого дыма. Вообще-то, его волновало, что это за стены вокруг их изобильного местечка. Возможно ли, что они в окопе или каком-то огромном террариуме? И создатели изучают их, как муравьев. Но он помалкивал, ожидая, когда Алби сам всё расскажет. — Там, с другой стороны, — Алби помахал как раз на то место, откуда шёл дым и пахло костром, — у нас что-то вроде столовой и кухни. Повара стараются, так что не суди то, что дадут. От этих слов он задумался, на сколько плохо тут с пропитанием и стоит ли ему пойти в готовку. Как ему казалось, готовить он умел, хоть и не особо помнил названия блюд. На месте столовой располагалось несколько деревянных столов и лавок, небольшая деревянная постройка, больше смахивающая на навес с соломенной крышей. Чуть в стороне находилось какое-то странное нагромождение камней и веток, предназначение которого не приходило ему в голову. — Там, — Алби указал на лес левее от Хомстеда, — могильник. — В каком смысле могильник? Кладбище? — парень напрягся, настороженно покосившись в сторону леса. — Тебе не грозит оказаться там, если будешь придерживаться правил. У нас бывают тёмные дни, узнаешь со временем. Деревья стояли тесно друг к другу, так, что можно увидеть их переплетённые корни. Сквозь стволы мало что просматривалось, но он успел заметить невысокую постройку. — Ты можешь ходить туда, но не думаю, что тебе там понравится. Они почти подошли к небольшим огородам, и с такого расстояния он уже мог рассмотреть кукурузу, кусты томатов и фруктовые деревья. Между рядами плантаций стояли деревянные арки, связанные между собой, по которым тоже вились какие-то растения. Там ходило человек десять, каждый с садовым инструментом. Ему пришло в голову, что он не хотел бы оказаться здесь ночью. Увидеть в полной темноте фигуру с остро заточенной косой, сверкающей в свете луны, не казалось весёлым времяпрепровождением. — Эй, Алби! Обернувшись на голос, Алби улыбнулся и протянул руку пришедшему: — Ньют, как жизнь? Парень обернулся, осматривая пришедшего. Тот самый парень, который заглядывал к нему парой часов ранее. Он с удивлением отметил, что Ньют выше и гораздо тоньше, чем ему показалось изначально. И улыбается он как-то по-кошачьему. Такой мягкой и тёплой улыбкой своими розовыми губками, от которых по бокам отходят небольшие ямочки, которые есть у всех во время улыбки. Хотя, возможно он просто рад видеть кого-то знакомого и на самом деле Ньют не источает никакой теплоты. — Пашем, отклячив задницу, — Ньют загадочно подмигнул ему и протянул руку, — я Ньют. Ты новенький, да? — Ты... — он потянулся к руке, беря её за пальчики и опуская на них взгляд. В прошлый раз он не успел до конца налюбоваться хрупкой кистью светлой ручки, которая так бессовестно соединила его тело с деревянным дном койки, — Ньют. — Да, — поддакивая, Ньют тоже опустил взгляд на свою руку., Алби вскинул бровь, проследив за этим странным рукопожатием и поставив руки на пояс: — Ньют, будь добр... Парень провел подушечками по длинным тоненьким пальчикам, оглаживая каждую фалангу и длинные аккуратные ноготки. Ему показалось странным, что под ними нет и соринки, при том, что Ньют работает в саду. Выделяющиеся костяшки, от которых аккуратными полосами отходят косточки. По ним натянута светлая кожа и можно увидеть, как под ней всё двигается при малейшем движении. Под кожей просматриваются еле-выступающие голубые венки, сплетающиеся ближе к запястью, откуда выступает боковая косточка. Он перевернул кисть ладонью вверх, проводя пальцами по гладкой и почти белой ладошке. Здесь ещё явней видны вены и розовые участки у внутренней части костяшек, где кожа особенно тонкая. А в самом центре красуется три косточки, по которым он так бережно провел пальцами. Кисти рук абсолютно чистые и без шрамов или натёртостей, значит, за ними следят и ухаживают. Что странно, учитывая состояние волос. Он поднял голову, с удивлением отмечая, что причёска изменилась. Ньют тщательно вымыл голову, но ещё не успел причесаться. Волосы были собраны в компактный пучок на затылке и большая их часть уже выбилась, обрамляя лицо привычными линиями. Сейчас они кажутся ещё светлее, чем раньше и даже воздушней. Из-за того, что волосы стали рассыпчатыми и чистыми, они держали объем и через пряди пробивались последние лучи солнца, создавая видимость свечения. Сами по себе волосы были прямыми, но ещё короткие волосинки после мытья вздёрнулись вверх, завиваясь и покачиваясь на ветру. Ньют поднял голову следом и зацепился взглядом за руку, тянущуюся к нему. Он и не подумал отстраниться когда парень запустил руку ему в волосы, легко касаясь кончиками пальцев кожи головы. Он провел пальцами сквозь пряди, расчесывая их и потирая между пальцами. Парень медленно потянул резинку вниз, освобождая волосы из почти развалившегося пучка и расчесывая их пальцами. Ньют так и стоял в полуметре от него, улыбаясь своей кошачьей улыбкой и слегка склонив голову к его руке. Парень отделил верхние прядки от основных, собирая их пальцами и подвязывая резинкой. Пригладив ладонью выбивающиеся волосинки, он аккуратно потянул крайние части импровизированного хвостика, затягивая его надёжней. Никто не заметил, как вокруг всё притихло, даже козы стали блеять тише и птицы дали себе перерыв от беспрерывных трелей. Работники плантаций стояли поодаль, с лёгким испугом и ожиданием наблюдая за происходящим. Алби как-то скосило, в связи с чем нельзя сказать, какую эмоцию сейчас выражает его лицо: обречённость или шок. В паре метров прямо за спиной новичка остановился азиатской внешности парень, раскрыв рот и неверяще взирая на безмятежно улыбающегося Ньюта. Ньют, еле касаясь, провел пальцами по хвостику, стараясь представить себе, как он сейчас выглядит. Волосы больше не падают на лицо, спускаясь только от висков и дальше. Такую причёску в пору назвать пальмочкой. — Вы, — азиат зло прошипел, поднимая указательный палец и обводя двоих, на которых сейчас было сосредоточено всеобщее внимание, — оба понятия не имеете, что такое личное пространство. Синхронно вопросительно промычав, парни перевели взгляд на говорившего. Тот смотрел на них то ли с ненавистью, то ли с усмешкой. Что бы там ни было, они не поняли. — Минхо, с возвращением, — миловидно усмехнувшись, Ньют склонил голову в знак приветствия. Минхо поморщился, смотря на него, как на человека, которому явно требуется помощь специалистов. — Нет, — отрезал Минхо, снимаясь с места и трусцой убегая в сторону леса. Новичок и Ньют посмотрели ему вслед, пока последний не перевёл взгляд на Алби. Тот так и стоял с промежуточной эмоцией на лице, склонив голову. — Ты что-то хотел? — напомнил Ньют, не глядя опуская руку и беря парня за запястье. Они взялись за руки, вопросительно взирая на Алби. — Я? — вожак медленно поднял голову, рвано выдыхая. Ему трудно давалось осознание происходящего, как и всем наблюдающим. — Ты, — уточнил парень, проводя большим пальцем по костлявой ладошке. — Я, — Алби протяжно вздохнул, осматриваясь, — я что-то хотел? Ньют взял руку новичка второй, пожимая её: — Я найду Чака, он тебе поможет. — Да, найди его, — утвердительно кивнул Алби, переминаясь с ноги на ногу и указывая куда-то налево. Ньют отвесил лёгкий поклон на прощание, направившись на кухню. Алби же пошел туда, куда показывал, уводя с собой новичка. Парень обернулся, осматривая со спины удаляющуюся голову. Почему-то, причёска, сделанная им самим, напомнила ему неудачно слепленного снеговика, когда первый ком получается большим и идеально подходящим, а на верхний уже нет времени и получается такой, какой есть. — Мы... Мы остановились на живодёрне, да, вот же она,— продолжал экскурсию Алби, глубоко дыша и осматриваясь. Парень обернулся ещё раз, встречаясь взглядом с Ньютом и сразу отворачиваясь обратно. На самом деле, он и сам не очень понял, что сейчас произошло. Всё казалось таким правильным, он даже не почувствовал, что что-то не так. Зато это чувство накрыло его сейчас. Какого черта произошло? Он обернулся ещё раз, мельком глянув на развивающиеся на ветре волосы. Он планировал всего лишь ненавязчиво ответить на то, что Ньют безнаказанно повалялся на нём. Но сначала он засмотрелся на прекрасные кисти рук, такие изящные и светлые, особенно в контрасте с его собственной подзагоревшей кожей. Потом он вспомнил, что в прошлый раз его внимание привлекли волосы и он решил посмотреть на них ещё раз. А всё, что произошло дальше, казалось само-собой разумеющимся. Просто, только сейчас он понял, как странно это, наверное, было для Ньюта — неизвестный мальчишка начал распоряжаться его волосами, перед этим излапав за кости. Но ведь, если бы он был против, разве он не отстранился бы? — Живодёрня, здесь выращивают и забивают... Чувак, нет, какого хрена? — Алби остановился и обернулся, непонимающе смотря на новичка. Тот поднял голову от созерцания примятой травы, выглядя не менее растерянно. — Ты трогал его волосы. — Да-а... — он ответил, но не ответил, а скорее переспросил. — Нет, Шанк. Ты трогал его волосы. — Да, я трогал его волосы, — более уверенно произнес парень — Это Ньют и его волосы. Последний раз, когда кто-то пытался потрогать его волосы, он оказался в Хомстед с вывихнутым плечом и растяжением связок, — отчеканил Алби, тыкая пальцем по направлению в пол. — А ты просто взял и потрогал его волосы. Парень смотрел на вожака, не до конца понимая, что от него требуется. Да, он потрогал чужие волосы и ничего не отхватил за это. Но разве это так плохо? Почему Алби смотрит на него с чем-то во взгляде, напоминающим ненависть? — Эй, я не знаю... — Вы, что, были знакомы раньше? — Что? Алби цокнул, скрещивая руки и отворачиваясь. У него в голове не укладывалось и он явно не способствовал этому продвижению. — Ладно. Хорошо, всё прекрасно, — широко улыбнувшись и подняв руки в примирительном жесте, тот быстрым шагом пошел к подлеску, — иди в столовую, Шанк. Новичок растерянно проследил за ним, оставаясь на месте. Парой секунд после, он перевёл взгляд к плантациям. Он видел, как некоторые парни указывали на него и переговаривались, но расстояние не позволяло услышать, что именно те говорили. Ещё с минуту простояв на месте, он направился туда, откуда поднимался дым.