The rains of Kensington

Джон задумчиво вертел в руках бокал с янтарной жидкостью. Время от времени он напряжённо хмурился, изредка поглядывая на молчаливого Брайана, который то и дело уходил в себя, скользя мрачным взглядом по немногочисленным посетителям. Они сидели в баре уже полтора часа, погружённые в нелёгкие думы, касаемые их, теперь уже общей, проблемы. Джон воспринял рассказ о случившемся со свойственным ему пониманием и, будучи прекрасным эмпатом, проявил должное сочувствие. При этом Дикон продолжал смотреть на ситуацию трезво, мягко подталкивая Брайана к единственному верному решению — остаться в отеле на столько, насколько того потребуют обстоятельства. — Я работал с Меркьюри довольно продолжительное время. Это было очень давно, — наконец, протянул он после недолгой паузы и Брайану показалось, что в зелёных глазах промелькнула едва различимая горечь. Всего на секунду. Мэй удивлённо вскинул брови. — Он.. отпустил тебя? — Он уверен, что я мертв уже восемь лет, — хмыкнул Джон и сделал маленький глоток, окидывая Брайана хитрым взглядом, — так что здесь вы в безопасности. Можешь считать, что «Данхилл» — что-то вроде заколдованного города, которого нет на карте. Фредди ничего не знает об этом месте. Брайан грустно усмехнулся. Джон кинул слегка расфокусированный взгляд на огромные настенные часы. Большая стрелка неумолимо приближалась к восьми, и он встрепенулся, легонько дёргая Мэя за плечо. — Ни за что не угадаешь, кто сегодня решил почтить нас своим присутствием! — воодушевленно проговорил Дикон, заглядывая в ореховые глаза напротив. Брайан заинтересованно вскинул голову. Тонкие брови снова взлетели вверх, мигом нарисовав на лице настороженное удивление. А Джон тем временем выпрямился на стуле, карикатурно хмурясь: — Господа! Ну кто опять заказал эти отфратительные ф..ф…фенецианские булки?! — возмущённо спародировал он, изо всех сил подражая немецкому акценту. — Ты сейчас шутишь, должно быть?! — воскликнул Мэй, ошарашено дергаясь. Он не верил своим ушам, — Рейнхольд Мак? Лет шесть его не видел! — Ага, он самый. — Дикон расслабленно откинулся на спинку стула, довольный произведённым эффектом. Брайан от удивления так сильно выкатил глаза, что Джону показалось, будто те сейчас попросту выпадут из глазниц и ему придётся судорожно собирать их по всему полу. — Он только что вернулся из Лейпцига и решил остановиться здесь. Разумеется. — довольно хмыкнул он, — Так что жду тебя сегодня к ужину. Надеюсь, ты соскучился по старому другу. И ещё, — Джон слегка привстал, наклоняясь к Мэю, — Возьми с собой Роджера. Он славный малый. — загадочно улыбнулся он, слегка понижая голос, и Брайан почувствовал как лицо против воли заливает смущённый румянец. — Хорошо, конечно. — пробормотал он, поднимаясь с места и радуясь тому, что за густой шапкой волос не видно предательски пылающих ушей. *** Когда они снова спустились на первый этаж, Брайан мельком глянул на наручные часы, с досадой отмечая, что время было уже пятнадцать минут девятого. Они опаздывали, несмотря на то, что он изо всех сил старался торопить Роджера, вздумавшего копаться добрых полчаса. Мэй раздраженно поглядывал на светящегося юношу, который, судя по всему, был несказанно рад спонтанному выходу в свет. Учитывая, что пределы территории отеля ему покидать не разрешалось, Тейлор неистово цеплялся за любую возможность хоть какого-то взаимодействия с обществом. Ну, там, выкурить сигарету-другую с хмурым охранником, никогда не покидающим свой пост, или перекинуться парой кокетливых фраз с Крисси, прехорошенькой девушкой с ресепшн, которая, впрочем, проявляла гораздо больший интерес к Брайану, нежели к нему, но Роджера это не сильно задевало. Даже наоборот, он с удовольствием отмечал, что Мэй пользуется значительным вниманием со стороны женской половины персонала отеля. — Это Тим Стаффел, мы вместе учились, а рядом с ним, по центру — Рейнхольд Мак, — быстро шепнул Брайан, указав на столик, за которым уже сидели трое мужчин. Погружённые в оживлённую беседу, они не сразу заметили подошедших. Мужчина, сидящий в центре, внезапно запнулся взглядом о стоящего перед ними Брайана и сразу расплылся в тёплой улыбке, тут же поднимаясь со своего места. Он был высокий, почти как Брайан, возможно, даже крупнее и шире в плечах и, в принципе, располагал довольно приятной внешностью. Роджер отметил прямые русые волосы, чуть ниже плеч и тёплый лучистый взгляд. За ним последовал и другой, более коренастый темноволосый молодой человек, сидящий слева. Он протянул руку в приветственном жесте, смотря на Роджера широко распахнутыми глазами и спешно представился. — Ну здравствуйте, мистер учёный! — по-доброму усмехнулся он, обращаясь уже к Брайану, и в следующую секунду заключил Мэя в крепкие объятия. — Вы посмотрите, кто к нам пожаловал! Восходящая рок-легенда собственной персоной?! — Брайан тоже не преминул ввернуть остроту в адрес старого товарища. Как никак, они вместе в университетские годы грезили о музыкальном будущем, кочевали из одной любительской группы в другую, писали песни и даже играли в пабах и колледжах. Где это всё теперь, с грустью подумал он, с почти отчаянной горечью похлопывая Стаффела по спине. — Ну всё, молодые люди, заканчиваем обниматься, а то я уже начинаю ловить на себе косые взгляды. — насмешливо протянул Джон, всё это время наблюдавший за этой трогательной сценой, гораздо больше напоминавшей воссоединение семьи, нежели встречу старых знакомых. В первые полчаса после того, как они, наконец, уселись Роджер пытался преодолеть внезапно проснувшееся в нём волнение. Разумеется, в силу возраста он был далёк от времяпрепровождений в светских кругах и, уж тем более, общения с интеллигенцией и, несмотря на вполне тёплую, почти семейную атмосферу, возникшую практически с первых минут, чувствовал себя неуютно. Он возился на ставшем вдруг неудобным кресле, то и дело напряжённо поглядывая на Брайана, который, казалось, и вовсе забыл о юноше. Мэй с головой окунулся в воспоминания, и, в поисках молчаливой поддержки Роджер решил обратиться к Джону. Тот лишь понятливо улыбнулся, и расслабленным движением подлил ему ещё виски. –… а помнишь, Брайан, как ты ненавидел свои кудряшки и каждое утро зализывал их гелем? — вдруг протянул уже порядком захмелевший Стаффел, который тут же был награждён уничтожающим взглядом со стороны Мэя. — Только попробуй, Тим… — А один раз он проторчал в ванной целый час! — распаленный шуточными угрозами издевательски пропел мужчина, обращаясь уже к Роджеру, — так мы так переполошись, всю общагу на уши поставили, а этот чёрт всё не отзывается! Закрылся там и сидит, представляешь? — Тим уже не сдерживал громкого хохота, на мгновение лишившего его равновесия. Благо, он успел вовремя ухватиться за плечо не менее развеселившегося Тейлора, — Ну так вот! Мы, значит, давай дверь выламывать. Ну, навалились пару раз — она и поддалась. И знаешь, что? — Что? — выдавил раскрасневшийся Роджер, от еле сдерживаемого смеха готовый и сам безвольно распластаться по полу. — А этот дурачок брови себе сжёг! Гель то дешёвый был, некачественный, ну вот он и… Последняя фраза утонула в общем хохоте. Даже Рейнхольд, который до этого вёл себя весьма сдержано, в тихой истерике склонился к плечу Джона, хаотично ударяя ладонями по столу. Брайан сидел, закрыв пылающее лицо руками. Худые плечи то и дело сотрясались в беззвучном смехе и ему казалось, что сейчас от стыда он готов провалиться сквозь землю, и если бы кто-нибудь внезапно наделил его способностью растворяться в воздухе, он бы, не раздумывая, ею воспользовался. — А потом он подсел на Хендрикса и принялся отращивать шевелюру — добавил Мак, когда все немного успокоились, — целыми днями крутил его пластинки, да и слава богу! Потому что неизвестно, сколько ещё его бедным сожителям пришлось бы терпеть этот каждодневный кошмар! Роджер снова прыснул. Он совсем расслабился и даже позволил себе отпустить пару издевательских шуточек относительно причёски Мэя. Конечно, он ни за что бы не признался, как сильно ему нравилось засыпать в мягком облаке щекочущих кудряшек или наблюдать за тем, как они забавно пружинят, когда Брайан трясёт головой. Роджера вдруг ни с того ни с сего одолели нежные грёзы и волнующие воспоминания о сильных руках, плавных глубоких движениях и властном голосе. Он почувствовал, что голова стала лёгкой-лёгкой, а перед глазами всё завертелось от подступающего возбуждения. Он немного сполз по спинке кресла, вытянув затёкшие ноги и вдруг наткнулся на потемневший взгляд Мэя. В груди мгновенно разорвался уже привычный тягучий ком, разливаясь приятным теплом по всему телу. Брайан смотрел напряжённо, и Роджер мог поклясться, что услышал рваный выдох с его стороны. Нервничает. Уголки губ против воли поползли вверх. Чуть дальше протянуть ногу, ещё немного и вот — прохладная ткань чужой штанины коснулась обнаженного участка кожи. Он точно знал, что не ошибся, потому что заметил, с какой силой Брайан сжал зубы. Он, кажется, даже побледнел, и Роджер, расплываясь в пьяной ухмылке, чуть двинул голенью, проходясь вверх, к острому колену. Ткань неаккуратно задралась, и он почувствовал лёгкое, практически невесомое прикосновение чужого разгоряченного тела. Совсем немного. Доля секунды. Электрический разряд. Очередной взрыв смеха на секунду оглушил. Всё вокруг заволокло серой поволокой, оставляя в поле зрения только намертво впившиеся в него ореховые глаза напротив. Брайан молчал. Они оба молчали, и Роджер вдруг осознал, что понятия не имеет, о чём всё это время говорили остальные. Он убрал ногу. Мэй снова тихо выдохнул. Время летело легко и быстро. Размеренная речь Брайана действовала на него гипнотически, мягкий голос приятно обволакивал, отзываясь приятной вибрацией в голове, и Роджер поймал себя на мысли, что прежде никогда не встречал человека, который с такой кропотливой обстоятельностью уделял бы внимание каждой детали разговора. Ближе к двенадцати посетителей почти не осталось. Сначала зал покинули немногочисленные пары, а затем, будто бы по волшебству, куда-то испарились все шумные компании. Они остались одни. — Я дал объявление, что сегодня кафе закрывается в полночь. — довольно протянул Джон, поднимаясь с места. Роджер проследил за ним взглядом, расслабленно откидывая голову, а в следующую секунду встрепенулся, мигом вскакивая со своего места. — Джон, пожалуйста, скажи, что ты собираешься включить нормальную музыку вместо этого дурацкого скрипичного концерта! — Я попросил бы не оскорблять мои музыкальные предпочтения в моём же отеле. — нахмурился Дикон, делая угрожающий шаг вперёд, но в следующую секунду широко улыбнулся, расслабленно хлопая смутившего Роджера по плечу, — успокойся, я пошутил. Он повернулся лицом к остальным, вопросительно изогнув брови: — Не желают ли благопочтенные господа потанцевать? Все трое, словно мальчишки, вдруг повскакивали со своих мест, едва не сбивая с ног бедного Роджера, которому оставалось лишь растерянно хлопать глазами, стоя посреди зала. Пихаясь локтями и неуклюже спотыкаясь друг о друга, они всё же добрались до старенького проигрывателя, наперебой споря о том, какую пластинку из огромной и, судя по всему, знаменитой коллекции Дикона стоит поставить в первую очередь. Сошлись на битлах, и Роджер довольно хмыкнул, тут же уволакиваемый Джоном в шумную гущу расслабленно движущихся тел. Они забавно дурили, то и дело причудливо дрыгаясь и запрыгивая друг на друга. Роджер и не заметил, как очутился в объятиях Брайана, уже по привычке и как бы невзначай укладывая голову под острый подбородок. Он чувствовал приятное тепло, мягкими волнами разливающееся по всему телу. Ноздри привычно щекотал его пряный аромат, заставляя против воли вжиматься в худое тело, а потом вдруг резко распахнуть глаза. Не хватало одной маленькой детали. Роджер покрутил головой, проводя рукой по барной стойке, тут же нащупывая пачку сигарет, и удивлённо хмыкнул. — Джон! Джо-он! — он легонько потряс Дикона за плечо, заставляя обратить на себя внимание, — а почему ты назвал свой отель в честь сигаретной марки? — Это сигаретная марка была названа в честь моего отеля, — серьёзно ответил тот, — несколько лет назад здесь останавливался директор компании «Бритиш Американ Тобакко». Он был в диком восторге и торжественно пообещал мне, что их новый продукт будет носить название «Данхилл». Роджер восхищённо захлопал глазами, одобрительно кивая. — Ты ведь всё это только что придумал, да, Дикки? — насмешливо спросил Брайан, мягко наклоняясь к ним. Джон на это лишь хитро улыбнулся. *** Время близилось к утру, когда Роджер и Брайан, горячо распрощавшись со всеми, наконец, заползли на второй этаж. Они по-мальчишески пихались в узком коридоре, пьяно смеясь и время от времени громко шикая друг на друга. В голове всё ещё гулял хмельной дурман, и Брайан привалился к стенке, прикрывая глаза и позволяя Роджеру шарить по карманам собственных брюк в поисках невесть куда запропастившегося ключа. — Ну куда ты его засунул, м? — нетерпеливо шепчет Тейлор, теснее прижимаясь к горячему телу и жадно притягивая его к себе за худые бёдра. Брайан тяжело дышит, возя носом по белобрысому затылку, а потом вдруг резко разверачивает Роджера, прижимая к стене, почти грубо впечатываясь в припухшие губы. Тейлор хрипло стонет в поцелуй, ощущая горячие ладони теперь уже на собственных бёдрах. — Я, кажется, нашёл ключ. — выдыхает Брайан в маленькое ухо, нежно обводя его языком, — у тебя в заднем кармане. Тихий глубокий голос снова вибрирует в голове, и Роджер довольно мурлыкает, закатывая глаза от удовольствия. Но в следующую секунду приятная тяжесть тёплого тела покидает его, заставляя недовольно распахнуть глаза. Брайан пытается справиться с трясущимися пальцами, неистово тыкая ключом в замочную скважину. Ему кажется, что если дурацкая дверь не откроется прямо сейчас, он просто сойдёт с ума от желания. От духоты и хриплых смешков над ухом, кажется, начинают дрожать колени, он со всей силы дёргает дверь и та, наконец, поддаётся. Они влетают в номер с огромной скоростью, и Роджер предсказуемо спотыкается об огромный торшер, сдавленно матерясь и шипя от боли. — Какой идиот поставил эту штуку посреди комнаты? — зло шепчет он в темноту. Брайан прыснул, наконец, включая свет и кинул сочувственный взгляд на Тейлора, который возмущённо сопел, потирая ушибленное колено и то и дело зыркал на него исподлобья. — Кажется, это я. — виновато протянул Мэй, давя очередной смешок и проходя вглубь комнаты. Он стянул с себя душный пиджак и с громкий вздохом плюхнулся на кровать, блаженно вытягивая длинные ноги, ощущая, как тело легко уплывает в хмельную дрёму. Резкий звук хлопнувшей дверцы шкафа заставил его настороженно распахнуть глаза, приподнимаясь на локтях, а в следующую секунду резко вскочить на ноги. Внутренности обожгло холодом, и Брайан нервно сглотнул не в силах сделать вдох. Тейлор стоял напротив него, шкодливо улыбаясь, прижимая к собственной голове дуло пистолета. Брайан двинулся к нему, осторожно протягивая правую руку. — Отдай мне пистолет, живо! — шипит он сквозь стиснутые зубы, делая ещё один предостерегающий шаг. — Какой строгий Брайан. — притворно хмурится Тейлор, по-детски надувая губы, — Не будь занудой, давай поиграем! Роджер снова пьяно смеётся, корча озорные гримасы, но Брайану не то что не до смеха — ему кажется, что сейчас он сойдёт с ума от напряжения. Сам прикончит мальчишку за такие фокусы. Шаловливые пальцы вдруг плотнее легли на курок. — На раз, два, три — стреляю! На мгновение его взгляд становится совершенно безумным. Брайан дёргается, рывком преодолевая расстояние между ними. Стальной хваткой он вцепляется в рукоятку, поверх руки Роджера, до синяков сдавливая ладонь. Доли секунды хватает на то, чтобы отдернуть оружие от головы, перемещая на девяносто градусов, в сторону окна. Глухой звук выстрела, сменяемый звоном бьющегося стекла, на мгновение оглушил. Брайан чувствует, как слабеет в его руке чужая ладонь. Пистолет медленно выскальзывает из дрожащих пальцев, с гулким стуком ударяясь о деревянный пол. Он переводит осоловевший взгляд на фарфоровое личико, белеющее, а рассветной дымке. Роджер дрожит в его руках, выпучив и без того огромные глаза, горящие безумным восхищением. Внутри холодеет, когда бледные губы вдруг растягиваются в восторженной улыбке. — Спасибо. Мэй непонимающе хмурится, отстранённо моргая. Спасибо? Что он несёт? — Ты спас мне жизнь, Брайан. — Роджер всё ещё смотрит снизу вверх, блестя глазами, когда Брайан делает маленький шаг назад, таращась почти испуганно, но в следующую секунду хватает мальчишку за волосы, угрожающее рыча. А потом, будто бы передумав, вдруг спокойно выдыхает, приближаясь почти вплотную. — Присядь на кровать, Роджи. Голос прозвучал притворно-сладко, а в ореховых глазах тут же вспыхнул недобрый огонёк, и Тейлор почувствовал, как от нехорошего предчувствия по спине забегали ледяные мурашки, как тогда, у телефонной будки. Терпкое предвкушение стремительно расползлось по всему телу, рассыпаясь приятной дрожью. Вот оно. Довёл. Роджер молча выскальзывает из чужих рук, покорно исполняя тихий приказ, и садится на кровать, тут же поднимая глаза в молчаливом вопросе. Что ему делать дальше? Взгляд тут же призывно заскользил по тонкой фигуре. Он внимательно следит за тем, как Мэй наклоняется к полу, лёгким движением подхватывая пистолет и делает несколько шагов к нему, окидывая ледяным взглядом бледное лицо. Дыхание перехватывает, и Роджер чувствует, как тело болезненно напрягается, влажные ладони с силой сжимают грубую ткань покрывала. — Есть такой интересный феномен, Роджер, — задумчиво тянет Мэй, лениво вертя в руках ствол — когда жертва неосознанно проникается симпатией к своему обидчику и между ними. возникает особая связь. — нежно выдыхает он, наконец, прижимая дуло к чужой щеке, а затем мягко очерчивая линию челюсти. — Открой рот. — короткий приказ звучит едва слышно, но Тейлор чувствует, как его снова прошибает горячая волна возбуждения. Ему кажется, что вот-вот от страха он потеряет сознание, но всё равно с покорной решимостью приоткрывает рот. Ствол медленно проходится по пухлым губам и, наконец, проникает внутрь. — Оближи. — мягкий голос звучит хрипло. Брайан неотрывно следит за тем, как маленький язычок юрко скользит по холодному металлу. Влажные губы осторожно обхватывают ствол, и Роджер тихо стонет, прикрывая глаза. Пушистые ресницы слегка подрагивают, и Брайан, неожиданно преисполнившись необъяснимой нежности, кладёт ладонь на белобрысую макушку, зарываясь в мягкие волосы. Он до боли сжимает зубы, пытаясь сохранить остатки стремительно покидающего его самообладания. С хлюпающим звуком пистолет выскальзывает из влажного рта, и Брайан отбрасывает его на кровать, придвигаясь ближе. Резким движением он выдергивает ремень из собственных брюк, спуская их до колен вместе с трусами. Роджер чувствует, как влажная головка елозит по раскрасневшемуся лицу. Направляемый чужой властной рукой, он покорно обхватывает губами член Брайана. Цепкие пальцы больно сжимают волосы на затылке, отчего в уголках глаз выступают крохотные слезинки. Роджер тихонечко всхлипывает, давясь немалым размером. Резкие движения приносят дискомфорт, и он бессильно цепляется руками за чужие бёдра. Брайан отстраняется, и Тейлор кашляет, судорожно хватая ртом воздух. — Ну, что такое? — заботливо спрашивает Мэй. Он нежно проводит рукой по чужой щеке, бережно приподнимая острый подбородок, заглядывая в слезящиеся глаза, а в следующую секунду снова входит на всю длину, толкаясь в тёплое горло. Роджер хнычет, изо всех сил пытаясь отстраниться, но Брайан не даёт ему сделать этого, сильнее прижимая к себе его голову. — Ты ведь этого хотел, да? — выдыхает он, сильнее толкаясь в расслабленное горло, — провоцировал меня. — Мэй раздраженно шипит, когда Роджер неосторожно проходится по стволу зубами. Но хватку ослабляет. — Что, надоели нежности? Брайан стонет, изливаясь в чужой податливый рот. Роджер тихо всхлипывает, стараясь дышать носом. Через несколько секунд Мэй всё же позволяет ему отстраниться. — Мудак. — хрипит он между приступами кашля, утирая с лица соленые разводы. Брайан тяжело дышит, прикрыв глаза, изо всех сил стараясь унять бешеное сердцебиение. Тяжелая ладонь по-прежнему покоится на белобрысой макушке, и Роджер возмущённо трясёт головой, стряхивая с себя чужую руку. Он откидывается на подушки, отчаянно пытаясь перевести дыхание, как вдруг чувствует, как цепкие пальцы Брайана ловким движением стягивают с него джинсы. Тейлор довольно улыбается, тут же машинально зарываясь ладонью в шёлковые кудри. В конце концов, он заслужил. Мягкие губы бережно скользят по члену, насаживаясь почти до конца. Оргазм не заставляет себя долго ждать. Наслаждение тягуче пронизывает каждую клеточку мелко вздрагивающего тела. Роджер хрипло стонет, цепляясь за пушистые пряди, мягко двигая бёдрами. Когда Тейлор затихает, Брайан молча встаёт и удаляется в ванную, тихо прикрыв за собой дверь. Роджер неприязненно ёжится, окидывая взглядом недавно разбитое окно, сквозь которое в комнату теперь нагло сочились струи холодного воздуха. Сил двигаться нет, и он устало закрывает глаза, мученически вздыхая. Ну ничего, сейчас Брайан вернётся и обязательно что-нибудь придумает.